Серость

ни эпиграфа, ни эпилога. ни дьявола в красной коже, ни осветлённого бога. ни истины в библии, тысячу раз помолотой языками. ни значащей в ней что-то фабулы как в Брэдбери и Мураками. нет иня и яня, только тошнотная серая смесь. серая масса тревоги и оголённого пепла, летящего в твой балкон с четвёртого этажа. мама твердила всё детство: «не ешь никогда с ножа», и я не ел ничего. но всё равно вырос бесом, псом, что бросается в рожу, лишь на него посмотреть. не признающим веру, не признающим неверие, взрастившим в себе лишь отчаянье и гулкое недоверие. в мире нет ни подделок, ни чего-либо настоящего, всё, что построили пращуры пломбировал современник. зашито заплатками времени, залито смолой индустрий. нет ни живых, ни мёртвых: есть существо и гниль, ни королев, ни подданных. лишь лицемеры и скот. а что же тогда существует? что хоть кого-то ебёт? в Африке дети, в России морозы, в Австралии кенгуру? из пяти пальцев я даже двух из этого не наберу. зато очень важно здороваться только не через пороги, а так же ебашить пять/два и нарожать детей. ни эпиграфа, ни эпилога только строка новостей: Юра, мы всё проебали мы в с ё проебали. совсем.