Сильные женщины тоже нуждаются в чьём-то тёплом «я рядом»

Они лежали на широкой кровати, подсвеченные мягким тёплым светом бра, едва касаясь друг друга. В комнате царила такая тишина, что слышно было только их дыхание — ровное у неё, чуть более глубокое у него. Влада лежала на животе, подложив ладони под щёку. Простыня сползла ей на бёдра, открыв хрупкую линию спины. Егор, лежавший рядом на боку, лениво, почти задумчиво проводил пальцем вдоль её позвоночника — снизу вверх, от поясницы до лопаток, рисуя невидимые узоры. Кажется, ему нравилось смотреть, как её кожа реагирует на каждое касание — как будто дрожит едва заметно. Влада улыбнулась в подушку: — Щекотно. — Не щекотно, а приятно, — тихо поправил он, наклоняясь и прижимаясь губами к её плечу. — Я вижу. Она медленно повернула голову, встречаясь с ним взглядом. Её глаза — чуть сонные, но светящиеся. Егор посмотрел на неё так, будто собирался сказать что-то важное. На секунду замолчал, будто собирая слова. Перестал водить пальцем по спине, положил ладонь всей плоскостью — тёплую, уверенную. — Влад… — голос у него стал ниже. — Можно я тебя о чём-то попрошу? Она подняла взгляд — медленно, лениво — и встретилась с его глазами.Такими спокойными… уверенными… будто у него внутри уже давно всё решил. — Ну? Он чуть наклонился ближе, так что их лбы почти соприкоснулись. Его взгляд был абсолютно честным, открытым до обезоруживающего уровня. — Будь рядом со мной собой.Не идеальной картинкой…Не той сильной, непоколебимой женщиной, которую все привыкли видеть.А вот этой… — он провёл по её щеке большим пальцем. — Хрупкой. Живой. Настоящей. Той, которую хочется обнимать, защищать, баловать и… любить, и которую я уже хочу больше, чем должен. У неё перехватило дыхание. Он продолжил, тише: — Я знаю, что ты привыкла всё тянуть на себе, быть железной… особенно рядом с чужими людьми. Но рядом со мной… и рядом с моими друзьями… — он коротко вздохнул. — Не надо так. Не надо держать маску. Не надо всё время быть сильной. Он слегка наклонился и поцеловал её в висок — мягко, почти бережно. — Разреши мне быть тем, на кого можно опереться.Хоть иногда. Хоть чуть-чуть. Влада какое-то время смотрела на него молча, будто не могла решиться — сказать, пошутить, отвести тему или… принять.И выбрала самое честное. Она протянула руку и положила её ему на грудь — прямо над сердцем. — Ты же понимаешь, — сказала она, слегка приподнявшись на локтях, — что это просьба, с которой я не очень-то умею справляться?Я с тобой… такая, какая есть, — тихо произнесла она. — Уже. Ты же это понимаешь? Он улыбнулся краем губ. — Понимаю. И хочу, чтобы так было всегда. Мне нравится та, что сейчас лежит на мне. Очень. Она перевернулась ближе, прижалась к нему, положив голову на его плечо. Он обнял её автоматически, будто так и должно быть. — С тобой я не хочу быть сильной, — едва слышно прошептала она. — Хочу быть женщиной… твоей. Егор закрыл глаза — её слова попали прямо туда, куда нужно.Его рука снова скользнула по её спине — на этот раз не рисуя узоры, а просто удерживая рядом. — Тогда оставайся. Просто… будь здесь. Со мной.А я буду рядом с тобой. Она не ответила словами — просто положила ладонь ему на грудь и чуть погладила пальцами. Так тихо, будто знак согласия. Егор потянулся к тумбочке, нашёл телефон и включил экран. Свет экрана чуть высветил его лицо. — Двадцать один двадцать… — пробормотал он.— Слушай, Дима сегодня звал нас куда-то поехать. Посидеть, кальян покурить. Он посмотрел на неё сверху вниз. — Поедем? Она приподняла голову, прищурилась и лениво улыбнулась: — А ты уверен, что мы вообще хотим выходить из квартиры? — После того, что тут было? — он усмехнулся. — Не уверен. Пальцем провёл по её спине вниз и снова вверх. — Но я обещал Димону. Сказал, что хочет познакомиться… нормально, а не между прочим. Влада вздохнула, опустила голову ему на грудь и промурлыкала: — Тогда… поедем. Но только если ты дашь мне двадцать минут привести себя в порядок. Егор коснулся её подбородка, поднял её лицо и поцеловал мягко, медленно, с той нежностью, которая всегда появляется после страсти: — Дам. Но предупреждаю — я снова захочу тебя при первой же возможности. Она улыбнулась шире: — Даже не сомневалась. Влада поднялась с кровати, ощущая, как ноги слегка подрагивают после их нежной, горячей близости. Егор лениво наблюдал за ней из постели, опираясь на локоть. Его взгляд был таким спокойным, притягательным и… почти домашним, что внутри у неё становилось тепло. Она вошла в ванную, включила мягкий свет и на секунду посмотрела в зеркало. Волосы растрёпаны, губы припухшие, следы его поцелуев на шее…  —Боже, какая же я счастливая, — подумала она и поймала себя на том, что улыбается шире, чем хотела. Тёплый душ снял остатки томной усталости. Вода стекала по коже тонкими линиями, будто смывала с неё весь рабочий день, оставляя только лёгкость. После душа она чуть освежила лицо, нанесла лёгкий вечерний уход — сыворотку, крем, немного масла на скулы для сияния. Макияж решила не делать: лишь выровняла тон, расчёсывая нарощенные ресницы, и нанесла прозрачный блеск на губы. Уже в гардеробной Влада быстро выбрала образ — белая зипка ,короткий топ подчёркивающий линию талии, и чёрные плотные леггинсы, вторая кожа по фигуре. Чисто, минималистично, сексуально без усилий. Волосы она собрала в высокий тугой хвост — её фирменный,  открывающий лицо. Вернувшись в спальню, она почувствовала, что Егор смотрит на неё так, будто видел впервые. — Вау… — выдохнул он, поднимаясь с кровати и подходя ближе, медленно. — Ты уверена, что мы вообще выйдем куда-то? Влада фыркнула, скрывая лёгкое волнение. — Егор… давай без этого. Мы опоздаем. Он всё же притянул её за талию, поцеловал в висок и только потом отпустил. Они вышли в коридор, закрывая дверь. Атмосфера между ними была такая лёгкая, такая живая — будто они вместе уже несколько месяцев , а не несколько дней. Но при этом в каждом взгляде, каждом касании чувствовался ток, напряжение, которое только набирало силу. И когда они направились к лифту, Егор тихо добавил, засовывая руки в карманы: — Ты знаешь… Я опять поймал себя на мысли, что хочу, чтобы такие вечера были у нас нормой.И не только вечера. Влада не ответила сразу. Лишь посмотрела на него тем спокойным, глубоким взглядом, в котором было больше, чем слова.Лифт открылся — они вошли.Ночь только начиналась. Пока кабина медленно спускалась вниз, Егор легко коснулся её руки, переплёл пальцы с её пальцами. — Только предупреждаю, — сказал он чуть тише. — Дима сегодня гиперактивный. Может задавать много вопросов. — Пусть задаёт, — пожала плечами Влада. — Я справлюсь. Когда двери лифта разъехались, они вышли вдвоём. И уже у подъезда Влада заметила припаркованный у входа чёрный Mercedes. Водительская дверь открылась, и из салона вышел Рома, охранник Егора. Он коротко кивнул обоим. — Машина готова. Можем выезжать.

***

Спустя пару недель Влада сидела в своём кабинете, за столом, заваленным документами. Она методично разбирала отчёты, но мысли бесконечно ускользали куда-нибудь,что явно не касалось работы.Иногда она ловила себя на улыбке — редкой, мягкой, такой, которую никто на работе никогда не видел. Телефон на столе загорелся входящим вызовом. Лена. Видеосвязь.Влада кивнула сама себе, нажала «принять». Экран заполнила её лучшая подруга , в огромных наушниках, с недовольным лицом. — Ты вообще живая? — начала она без приветствия. — Две недели, Влада. Ты меня просто игнорируешь. — Лена, ты знаешь, что у меня работа, — спокойно сказала Влада. — А остальное время… ну… — Крид. — Лена усмехнулась зло. — Ну да.Конечно. Господи, Влада, ты так растворяешься в мужиках, что это уже смешно. — Лен, я на работе была, — спокойно ответила Влада. — Ты же знаешь, как здесь бывает. После смен я просто падаю. — М? — Лена хмыкнула. — А после смен ты, наверное, падаешь… в объятия Егора, да? Влада замерла.Тон был не язвительный — он был обиженный. — Что? — тихо спросила она. — Ты меня прекрасно слышала. Лена поправила камеру, облокотившись щекой на ладонь. Лена закатила глаза.  — Променяла дружбу на компанию каких-то звездных чуваков. Классика. Ты теперь весь свой мир строишь вокруг него. Звёздный мальчик, его тусовочка, его друзья… Тебе, видимо, так комфортнее, чем со мной. Старой, ненужной подружкой без пресс-служб и охранников. Слова ударили неожиданно больно.Влада даже не сразу ответила: — Прости, кого я променяла? — Меня, Влада. — Лена прожигала её взглядом через экран. — Ту самую лучшую подругу, с которой ты, кажется, всё это время была «не разлей вода». Помнишь? Лена замолчала — лишь на секунду — а затем бросила: — Но ладно, я-то привыкла. Ты уже так делала. Когда была с Фёдором. Когда тусила в его компании, с его друзьями-политиками. Когда твои «подружками» стали жёны политиков. Тогда я вообще молчала, терпела. Хотя было противно. Но я молчала. Влада моргнула. Пальцы её сжались на подлокотнике кресла. — Лена, я никогда не променивала тебя. Ни тогда, ни сейчас. — Да ну? — горько усмехнулась она. — Сейчас всё повторяется. Один в один. Только теперь вместо политиков — артисты. И ты опять растворяешься. В нём. В их тусовке.  Влада отложила ручку. Ледяная волна прошла по позвоночнику. — Лен, хватит. Это уже переходы на личности. — А ты на кого перешла? — резко бросила она. — Я вижу тебя только когда ты свободна от мужиков. Остальное время тебя как будто не существует. Ты появляешься только тогда, когда твою задницу никто не держит в своих объятиях и не траха… Влада дернулась и не дала договорить ей: — Ты серьёзно сейчас? — А ты как думаешь? — Лена резко подняла брови.— Ты не звонишь. Не пишешь. Не спрашиваешь, как я.  Влада побелела. — Ты сейчас меня сравнила с… с каким-то подростком, который живёт мужиком. Я — так? Для тебя? — А как назвать женщину, которая забывает про подругу из-за очередного «сильного, богатого, известного»? — холодно. — Не смей обобщать, — тихо, резко сказала Влада, подаваясь вперёд. — То, что у меня личная жизнь, не делает меня хуже. И то, что я не бегаю за тобой каждые две минуты — тоже. Лена фыркнула. — Конечно. У тебя же теперь Крид.У тебя теперь всё другое. — Она наклонилась ближе. — Только я тебе напомню: когда Фёдор тебя бросил, знаешь, кто был единственным человеком, кто сидел под твоими дверями с вином?Я.И знаешь что?Ты делала вид, что помнишь это ровно до тех пор, пока не появился новый мужик на горизонте ,который обратил на тебя внимание. Между ними повисла тишина. Жесткая, тяжелая.Влада первой отвернулась. — Если ты звонишь, чтобы сорвать на мне свою обиду — не надо.Я никому ничего не обязана. Я живу свою жизнь, и… — Иди живи. — Лена резко оборвала её. — Со своими звёздами, охранниками и ресторанными драмами.А дружбу… ну что ж. Она тебе никогда не была так нужна, как мужики. Очередной — очередная глава. А я, как всегда, буду девочкой на паузе. Влада открыла рот, чтобы ответить… и почувствовала, что если сейчас продолжит, то скажет что-то, о чём пожалеет. И разорвала звонок.Экран погас. Минуты три стояла тишина. Только звуки ресторана за дверью — гул посуды, голоса персонала.Влада пыталась вернуться к документам, но пальцы дрожали.И вдруг — новая вибрация.Сообщение.Одно. Затем второе. Третье. Она подняла телефон, и на экране высветилось: «Знаешь, Влада…Я долго думала, писать тебе это или нет.Но, кажется, ты уже настолько далеко улетела в свои «новые миры», что иначе ты просто не поймёшь.Ты пропадаешь. Неделями. Месяцами. Появляешься только тогда, когда тебе удобно.Но стоит в твоей жизни появиться новому мужчине — ты забываешь всё, как будто у тебя до этого и жизни не было.С Фёдором ты точно так же растворялась в его окружении. Бросала наши встречи ради его компаний. И мне тогда приходилось слушать твои жалобы ночами, утешать, собирать тебя по кускам.Ты хотя бы раз вспомнила, что я тоже человек? Что мне тоже плохо бывает?И вот теперь… новая история.Егор. Его друзья. А я?Ты так легко, так буднично снова исчезаешь из моей жизни, будто я — просто фон, на который тебе плевать.И не смей говорить, что дело в работе.Я вижу, когда ты пропадаешь. Я вижу, кому ты отвечаешь мгновенно.Ты хочешь правду?Я устала быть подругой на подхвате.Я устала ждать тебя, когда у тебя «разгруз по графику».Я устала слушать твоё вечное: «Прости, я занята, потом свяжемся». Ты хочешь быть частью мира, где все вокруг — звезды, охрана, рестораны, закрытые вечеринки? Пожалуйста, живи там.Но не пытайся держать меня на крючке, как запасной вариант, которому можно уделить пять минут между свиданиями. Ты поменяла приоритеты — молодец.Только честно в этом себе признайся.Потому что дружба — это не то, что можно включать и выключать по расписанию. И самое обидное…Ты даже не заметила, что я уже давно не делюсь с тобой ничем важным.Потому что ты всё равно не успеваешь слушать. Так что не отвечай.Я всё сказала.» Влада сидела за своим столом, руки сжаты в кулаки, сердце колотилось, а глаза сливались с экраном телефона. На экране — длинное, разъедающее душу сообщение от Лены. Каждое слово словно ударяло прямо в грудь. Влада почувствовала, как пальцы дрожат, телефон чуть выскользнул из рук. Сердце сжималось, но в этот момент внутри что-то щёлкнуло. Хватит. Она не позволяла больше никому так контролировать свои эмоции. Она подняла телефон, пальцы мгновенно нашли нужную кнопку. Блокировать контакт. Одним нажатием она отрезала поток токсичности, оставив на экране лишь пустую тишину. Влада откинулась в кресле, глубоко вдохнула и почувствовала странное облегчение. Боль была, да, но теперь рядом не было чужого яда. Только она и её пространство. Только она и её собственная свобода. Влада отставила телефон в сторону, но напряжение не уходило мгновенно. Она глубоко вдохнула, провела ладонью по лицу и поднялась из кресла. Кабинет, привычно полный бумаг, документов и дисплеев, казался странно тихим. Теперь не было ни звонков, ни сообщений — только её собственный ритм. Она подошла к окну, прислонилась спиной, глядя на солнечный свет, который проникал сквозь стекла. В душе постепенно поселилось чувство контроля. Этот день теперь был её. Не чей-то чужой токсичной дружбы, не чужих ожиданий и претензий — только она, её работа, её ресторан. Собравшись, Влада решила использовать момент для полной перезагрузки. Сначала она пробежалась по списку дел, проверила письма, убедилась, что все важные задачи делегированы Антону. С каждым пунктом чек-листа приходило чувство спокойствия: всё под контролем, всё в порядке. Когда она дошла до барной стойки, заказала себе крепкий эспрессо и кинула на стол любимый блокнот для идей. Она открыла его и начала делать пометки: новые блюда для меню, идеи для мероприятий, список поставщиков, которых нужно созвонить. Рабочие задачи поглотили её внимание, а мысли о конфликте с Леной постепенно отступили. К концу утренней смены Влада почувствовала лёгкость. Она была снова в своём ритме, снова хозяином своего времени и эмоций. Сила, которую она всегда носила внутри, теперь ощущалась ещё ярче — и она знала, что никакие сообщения и никакие претензии больше не смогут вывести её из этого состояния. Сидя за столом с кофе и блокнотом, Влада улыбнулась самой себе. Сегодня день был её, и это чувство, редкое и ценное, она собиралась использовать полностью.