Все будет хорошо

Жана всегда любили больше. Кевин любил. Тайком прижимал к себе, невесомо касался макушки, надеясь, что Рико не видит. Но он видел. Видел украдкой брошенные улыбки, тихие смешки, долгие, доверительные разговоры. Не с ним. С Жаном. Когда хозяин обрушивал на них свою жестокость, Кевин не спешил утешать Рико. Лишь изучал взглядом багровые следы побоев, храня молчание. Жана же окружали заботой: перевязывал раны, поддерживал под руку, пока тот, шатаясь, добирался до корпуса. Заплетал его непокорные кудри в небрежные хвосты, расчесывал их, тихонько посмеиваясь над чем-то своему. У Рико не было таких волос. Его короткий, колючий ёжик торчал во все стороны, неподвластный ласке, не собрать даже в жалкое подобие хвостика. Кевин укрывал Жана самым теплым одеялом. Рико порой просыпался, дрожа от холода, без единого лоскута ткани. Кевин сидел рядом в душном автобусе, но его улыбка предназначалась Жану, к которому он демонстративно отворачивался. Рико больше не мог выносить этой тягостной несправедливости. В ту ночь, после изнурительной тренировки, его ярость вырвалась наружу. Вещи полетели в стену, сопровождая свой полет дикими криками на японском. Покрывает Кевина матом, обжигающими проклятия. Не замечает, как глаза наполнились предательскими слезами обиды. Его захлестнула волна рыданий, безудержных, исступленных. Он задыхался в истерике, рвал на себе волосы, отталкивая Дэя, пытавшегося его успокоить. В отчаянии царапая ногтями длинную шею, оставляя на бледной коже кровоточащие полосы. Наконец, Дэю удалось схватить трепещущее тело и заключить его в крепкие объятия. Рико отчаянно сопротивлялся, но внезапно обмяк и рухнул на Кевина, словно сломленная марионетка, а он лишь тихо гладил его по взмокшим волосам. Они опустились на кровать. Кевин прижимал Рико к себе, словно хрупкого ребенка, легонько покачивая. Веки отяжелели, и после изматывающей бури пришла долгожданная усталость, погрузив японца в беспокойный, мучительный сон. Открыв глаза, Рико посмотрел на часы. Четыре утра, за окном забрезжил рассвет. Дэй все так же сидел неподвижно, не выпуская Рико из своих объятий. Он тихо дремал, не позволяя Морияме высвободиться из плена чужих рук. Рико устало вглядывался в чужое лицо. Кевин. Его Кевин. Наконец-то они вместе. Теперь все будет хорошо