Гитара без грифа

Едва тёплая вода, льющаяся из головки душа, стекала на казалось бы безжизненное тело, лежащее в ванной. Желтоватый свет из лампочки ничего добавлял этой атмосфере, а наоборот, как будто лишь поглощал последние, призрачные надежды и фантазии на выздоровление. Лицо гитаристки передавало отчаяние и усталость от попыток вернуть конечности под свой контроль. Её одежда, которая всегда ей помогала скрываться от окружающих, предала Хитори, сковывая движения - конечно же, мокрые вещи весят больше. Сделав глубокий вдох для очередной попытки встать, Хитори попыталась схватится за поручень. Руки были как будто не её, они очень туго подчинялись движениям. Словно её настоящая рука была под кофтой, а это рука кого-то, кто грубо пытался повторять ее движения. То ли из-за того, что поручень был мокрый, то ли из-за того, что пальцы едва дотронулись до него, удержаться у неё не получилось, и с глухим грохотом Гото полетела назад в ванну. – Хитори, ты в порядке? - раздался испуганный голос из-за двери. – Тебе помочь? “Нет!” – раздалось в её мыслях, но из её рта смог вырваться только хрип. Она не могла допустить, что бы её видели в таком состоянии – всего каких-то пару месяцев назад она была кумиром десятков, если не сотен тысяч людей, а что сейчас? Невозможность раздеться, да и в целом устоять на ногах? – Я вхожу! – громко заявили по ту сторону двери, и затем она открылась. – Ох.. – вырвалось изо рта Нидзики после увиденного. Бросив полотенца, которые были у неё в руке, она подбежала к крану и выключила воду. До этого текущая вода вполне хорошо прятала слёзы на лице Хитори, а теперь будет трудно их не заметить. – Н-не смотри… В-выйди… Пожалуйста… Я… Они… Не… не… двиг… Последнее слово она не смогла договорить, после чего залилась слезами. – Тссс. Всё будет хорошо, Хитори. – сказала Нидзика, нагнувшись к ней и обняв её мокрую. – Давай я тебя помою, – после чего она подняла свою подругу, посадив её в ванне. Раздеть кого-то неподвижного нетривиальная задача, но Нидзика уже наловчилась. Снимая со своей подруги кофту и штаны, она пыталась не рассматривать бессчетное количество царапин, синяков и гематом, покрывавших тело Хитори и появившихся в результате многочисленных падений. Их обилие, несомненно притягивало взгляд, но Гото и просто к вниманию к себе относилась негативно, что уж говорить о рассматривании шрамов на всех частях тела. Сняв всё, Нидзика взяла душ в руки, и снова включив воду, начала аккуратно поливать волосы Хитори водой, постоянно уточняя, не слишком ли вода горячая или холодная. – Закрывай глазки, – сказала Нидзика. – Прости меня. – Это ещё за что? – Я обуза, которая испортила тебе жизнь.Ты бы много чем могла заняться, если бы не я. Репетировать, или учиться. Да что угодно будет лучше, чем со мной возится! Идзити положила душ в ванну, а руки - на плечи подруги. – Перестань. Сто раз говорили уже об этом. Могу и в сто первый раз повторить: – Я тебя люблю, и ты моя рок-звезда. А рок-звёзды не моют сами себя, у них для этого есть персонал. Я буду твоими руками, ногами, да чем угодно. Поняла? – Прости… Вместо ответа Нидзика чмокнула Хитори в ее носик, и продолжила мыть, пока Гото впервые за несколько месяцев почувствовала себя кем-то ещё, кроме как гитарой без грифа.