Вбоквел

История о Вае, призраке из тени Вая звали так с самого рождения. Мать, хиппи-одиночка, дала ему это имя, потому что «оно звучит как ветер». Ветер, которого никто не замечает, пока он не начнёт выть. А Вай выл только внутри себя. Тощий, как скелет, покрытый бледной, почти прозрачной кожей альбиноса. Белые волосы торчали клочьями, розовые глаза прятались за толстыми стёклами очков в дешёвой оправе, которую он сам чинил скотчем. Сирота. Мама умерла от передоза, когда ему было семь, отца он никогда не знал. С тех пор — приют, приёмные семьи, снова приют. Вай научился быть невидимым. Но в школе «Вест-Хилл» невидимых всё равно находили и били. Главным охотником был Брок — огромный чернокожий квотербек, капитан футбольной команды. Дреды, белоснежная улыбка, руки как брёвна. Девчонки сходили по нему с ума, парни хотели быть им. Для Вая же Брок был стихийным бедствием. «Эй, Белый Призрак! Ты опять из могилы выполз?» — голос Брока гремел в школьном автобусе, и весь салон взрывался хохотом. Он мог просто толкнуть Вая в грудь — и тот летел через три сиденья. Мог высыпать его рюкзак в мусорку. Мог снять с него очки и раздавить каблуком: «Ой, извини, снежинка, не заметил». Рядом с Броком всегда крутились его псы: - Джейк — белый мажор с гелем в волосах и золотой цепью, который считал, что деньги дают право на всё. - Зак — жирный громила с фальшивыми татуировками, от которого вечно пахло потом и энергетиками. - Тревор и Майк — близнецы-отморозки, которые снимали всё на телефон и выкладывали в тикток под подпись «Призрак получает по заслугам». А ещё были красотки, которые добивали не кулаками, а словами. Лиза — платиновая блондинка, капитан чирлидерш, девушка Брока. Грудь третьего размера, губы всегда в красной помаде. Когда Вай проходил мимо, она морщилась, будто от него воняло: «Фу, Лиза, закрой нос, тут опять этот мертвяк прошёл». Сара — длинноногая брюнетка, вечно жующая жвачку, и Миа — кореянка с идеальной кожей и айфоном последней модели, подружки Лизы, хихикали и снимали сторис: «Самый страшный парень школы, 10/10, не подпускать ближе пяти метров». Вай не отвечал. Никогда. Просто поднимал свои книги, вытирал кровь с губы и шёл дальше. В классе он сидел у окна, один. На переменах прятался в библиотеке или в туалете на втором этаже, где не работали камеры. Учителя делали вид, что ничего не замечают: «Мальчики есть мальчики». Каждый день был одним и тем же: - Утро — подножка от Зака в коридоре. - Обед — Брок выливает молоко ему на голову: «Пей, вампир, тебе кальций нужен». - После уроков — толпа у шкафчиков: «Дай домашку, урод, или получишь». Вай молчал. Но внутри него что-то копилось. Медленно. Тихо. Как снег, который падает и падает, пока однажды не обрушится лавиной. Вай шёл домой пешком, потому что в автобус его давно не пускали. «Мест нет для мертвецов», — говорил Брок и ставил свою огромную ногу на сиденье рядом с собой. Дорога занимала сорок минут. По пути — заброшенный железнодорожный мост и пустырь, где собирались старшеклассники курить и пить. Там его ждали почти каждый день. Зак и Тревор подкарауливали первым. «Эй, снежок, давай-ка поиграем в снежки». Они хватали его за капюшон, волокли к куче грязного снега и закапывали по пояс. Потом пинали, пока он не начинал задыхаться. Телефон у Вая отобрали ещё в октябре — «чтобы не снимал, когда мы тебя ебём», — сказал Джейк и разбил его о бордюр. С тех пор доказательств не осталось. Лиза тоже любила «прогуляться» после тренировок. Она приходила не одна — всегда с Сарой и Мией, в коротких куртках и леггинсах, с кофе из Старбакса в руках. «Ой, смотрите, наш любимый альбинос-вампир», — тянула она сладко. Потом подходила ближе, наклонялась так, чтобы Вай видел её декольте, и шептала: «Знаешь, почему тебя никто не трахнет никогда? Потому что ты даже не человек. Ты ошибка природы». А потом плевала ему в лицо. Точно, аккуратно, прямо в глаз. И они уходили, хихикая, оставляя его стоять с плевком на щеке. Дома, в приюте, было не лучше. Воспитатели называли его «белая ворона» и ставили на самые грязные работы. В комнате на шесть человек его кровать стояла у батареи — зимой там жарило, как в печке, а летом воняло ржавчиной. Ночью кто-то из пацанов младше мог подойти и вылить ему на подушку воду: «Ты же любишь белое, вот тебе ещё белее». Вай перестал спать. Он сидел на подоконнике до трёх-четыре утра, смотрел в окно и считал. Считал синяки. Считал дни до выпускного. Считал, сколько раз его назвали уродом за неделю. В голове крутилась одна и та же мысль, чёткая, как формула: «Ещё немного. Ещё чуть-чуть. И я перестану быть слабым». В школе стало хуже весной. Броку надоело просто пинать — он придумал «игру». Каждый раз, когда Вай проходил мимо футбольной команды в раздевалке (а проход пришлось, потому что его шкафчик перенесли туда «по ошибке»), они включали душ с ледяной водой и запихивали его под него полностью одетого. «Мойся, грязный призрак». Вай выходил мокрый, дрожащий, в промокших кедах, которые хлюпали до конца дня. Лиза снимала это на телефон и выкладывала в закрытый инстаграм «west_hill_private». Подпись: «Наш школьный душ для нечисти работает 24/7». Один раз они зашли слишком далеко. В мае, после победы в финале штата. Брок был пьян от славы и пива. Он и ещё четверо затащили Вая за спортзал, где стояли старые контейнеры для мусора. Сорвали с него одежду до трусов, связали скотчем руки и ноги. Лиза стояла рядом, красила губы, глядя на это как на шоу. «Давайте напишем на нём, что он мусор», — предложила она. Маркером на груди Вая вывели: «Я — НИЧТО». Потом бросили его в контейнер и закрыли крышкой. Там было темно, воняло гнилью и кошачьей мочой. Вай пролежал там четыре часа. Кто-то из уборщиков нашёл его только к полуночи. Он не плакал. Он даже не кричал. Он просто лежал и смотрел в одну точку. И в этот момент что-то в нём окончательно щёлкнуло. Не сломалось — щёлкнуло. Как предохранитель, который больше не выдерживает напряжения. На следующий день Вай пришёл в школу как обычно. В тех же мокрых кедах. С тем же маркером на груди — он не стал смывать. Только глаза были другие. Совсем другие. Он больше не отводил взгляд, когда Лиза шипела «урод». Он больше не вздрагивал, когда Зак толкал его в плечо. Он просто смотрел. Долго. Прямо. Без моргания. И внутри него росло что-то холодное, тяжёлое и очень-очень спокойное. Как лёд, который не тает. Как нож, который ещё не достали из ящика, но уже точат. Ещё чуть-чуть. Совсем немного. Ночь была сырой и тёплой, конец мая. Вай шёл по пустым улицам, потому что в приюте его всё равно никто не ждал. Просто шёл, чтобы не сидеть в духоте комнаты, где от батареи до сих пор несло ржавчиной. Он свернул в переулок за старым супермаркетом — короткий путь к реке. Там всегда стояла вонь от мусорных баков и горели тусклые фонари. Их было пятеро. Старшие, лет по восемнадцать-девятнадцать. Из тех, кто уже вылетел из школы и теперь «зарабатывал» на районе. Кожаные куртки, цепи, ножи-бабочки, один с кастетом, другой с обрезком арматуры. Увидели Вая — и заулыбались, как будто выиграли в лотерею. «О, смотри, белый червяк гуляет», — сказал тот, что с кастетом. «Давай поиграем в мясника», — подхватил второй и щёлкнул лезвием. Они окружили его за секунду. Один сразу ударил в живот — Вай согнулся. Другой схватил за волосы и впечатал лицом в кирпичную стену. Очки слетели и разбились. Кровь потекла из носа и губы. Третий достал нож и провёл лезвием по его щеке — не глубоко, просто чтобы поиграть. «Разденьте его, — сказал главарь, — посмотрим, есть ли у призрака яйца». И тогда что-то случилось. Вай даже не понял, как. Просто в голове щёлкнуло — точно так же, как тогда в мусорном контейнере, только теперь громче. Всё внутри него, что копилось годами, вдруг вырвалось наружу. Не крик. Не ярость. Холод. Абсолютный, ледяной, безмолвный холод. Он поднял голову. Глаза были красные — не от крови, а от того, что в них больше не было ничего человеческого. Первый, тот, что держал нож, вдруг замер. Его рука с лезвием начала выгибаться назад. Медленно. Хруст. Кости ломаются, как сухие ветки. Он даже не успел закричать — горло сдавило невидимой рукой, и он взлетел в воздух, ударившись спиной о стену так, что череп треснул, как арбуз. Остальные бросились на Вая. Но не успели. Второй, с кастетом, просто разорвало пополам. Буквально. Туловище разошлось по шву, внутренности шлёпнулись на асфальт, как мешок с мясом. Третий попытался убежать — его ноги подкосились, будто кто-то невидимый схватил за лодыжки и рванул в разные стороны. Колени вывернулись назад. Он упал и завыл — а потом его голова повернулась на 180 градусов. Хруст позвонков. Тишина. Четвёртый успел достать пистолет — старый «ТТ», наверное, у папаши спизженный. Он выстрелил. Пуля прошла сквозь Вая — буквально сквозь воздух, будто его там не было. А потом пистолет в руке стрелка начал плавиться. Металл раскалился докрасна, вплавился в ладонь. Парень заорал, пытаясь отбросить оружие, но рука уже горела. Следующей секунды его грудная клетка просто вмялась внутрь, как будто на неё наступил грузовик. Кровь хлынула изо рта фонтаном. Последний, главарь, стоял на коленях. Он больше не улыбался. Он ссал под себя и шептал: «Пожалуйста… пожалуйста…» Вай подошёл ближе. Медленно. Не касаясь земли — кеды не оставляли следов в луже крови. Он не сказал ни слова. Просто посмотрел. И тело главаря начало сжиматься. Сначала руки — кости трещали, ломаясь и вдавливаясь внутрь. Потом ноги. Потом рёбра. Он складывался, как пустая банка из-под пива под прессом. Через десять секунд от человека осталась только мокрая красная клякса и кучка одежды. Тишина. Только капли крови стекают с кирпичей. Вай стоял посреди переулка. На нём ни царапины. Только кровь чужая — на лице, на руках, на футболке. Он нагнулся, подобрал свои разбитые очки, посмотрел на них и выбросил в мусорный бак. Потом просто пошёл дальше. Спокойно. Как будто ничего не произошло. Внутри него больше не было ненависти. И страха тоже не было. Было только одно чувство — огромное, пустое, ледяное. Свобода. Первые дни после переулка Вай почти не спал. Он просто сидел на крыше приюта и смотрел на свои руки. Сначала он думал, что ему показалось. Что это адреналин. Шок. Галлюцинация. Но на второй день, когда он случайно сжал кулак слишком сильно, старый кирпич на подоконнике треснул и рассыпался в пыль, не касаясь его пальцев. Он начал проверять. Осторожно. Методично. Как настоящий ботан, каким всегда был. Ночь 1. В комнате приюта, когда все спали. Он уставился на пустую бутылку из-под колы на столе. Секунд десять — ничего. Потом бутылка дрогнула. Ещё секунда — она медленно поднялась на десять сантиметров и зависла. Вай моргнул — и она рухнула, разбившись вдребезги. Он даже не вздрогнул. Просто вытер осколки в мусор, лёг на кровать и лежал до утра с открытыми глазами. Ночь 2. На заброшенной стройке за городом. Он взял старый ржавый велосипед, который валялся там лет десять. Сначала поднял только переднее колесо. Потом весь велосипед. Потом заставил его крутиться в воздухе, как вертолёт. Потом просто сжал кулак — и рама смялась в комок металла размером с футбольный мяч. Он швырнул этот комок в стену. Кирпичная кладка проломилась насквозь. Ночь 3. Он пошёл на кладбище — туда, где никто не ходит после полуночи. Поднял одновременно шесть надгробных плит. Заставил их вращаться над головой, как гигантские лезвия. Потом опустил обратно — аккуратно, без единого звука. На одном из камней пальцем по воздуху написал своё имя. Буквы врезались в гранит на сантиметр глубиной. Ночь 4. Он просто стоял посреди пустого поля за городом и смотрел вверх. На звёзды. На луну. И подумал: «А если…» Сначала он оторвал от земли только одну ногу. Потом вторую. Пять сантиметров. Десять. Полметра. Он висел в воздухе, как будто кто-то невидимый держал его за шиворот. Сердце колотилось, но не от страха — от какого-то странного, почти детского восторга. Он расслабился. И полетел. Сначала медленно — метр в секунду. Потом быстрее. Он поднялся над полем, над деревьями, над крышами приюта. На высоте тридцати метров остановился и просто завис. Ветер трепал его белые волосы, холодил лицо. Внизу город светился жёлтыми окнами. Он видел всё: трассу, реку, стадион школы, где его топтали, мусорный контейнер за спортзалом, переулок с пятнами крови, которые уже смыл дождь. Вай раскинул руки. И засмеялся. Впервые за много лет — тихо, хрипло, но искренне. Потом он рванул вверх. Сто метров. Двести. Пятьсот. Облака были холодные и мокрые, как вата. Он пролетел сквозь них, вынырнул над ними — и увидел, как луна отражается в его бледных ладонях. Там, наверху, не было ни Брока, ни Лизы, ни приюта, ни мусорных контейнеров. Только тишина и бесконечное небо. Он висел там до рассвета. А когда солнце начало подниматься, просто опустился обратно на крышу приюта, лёг на холодный шифер и впервые за годы уснул без снов. Он больше не был призраком. Он стал чем-то другим. И теперь он знал: когда придёт время, они все это почувствуют. Понедельник. Первый урок прошёл тихо: Вай просто сидел у окна и смотрел в одну точку. Никто не заметил, что он пришёл без очков. Никто не заметил, что его глаза теперь не розовые, а будто светятся изнутри холодным белым. Большая перемена. Двор школы. Брок, как всегда, в центре толпы. Лиза рядом, жуёт жвачку, снимает сторис. Зак, Тревор, Джейк — вся свита на месте. Вай идёт мимо с подносом из столовой. Брок вытягивает ногу — классическая подножка. Только в этот раз Вай даже не спотыкается. Он просто останавливается. Брок встаёт, ухмыляется: «Чё, призрак, забыл, как падать?» Вай поворачивает голову. Медленно. И говорит. Первый раз за всё время так, чтобы услышали все. «Нет». Следующие десять секунд двор превращается в ад. Брок вдруг взлетает. Не падает — именно взлетает на три метра вверх, будто кто-то схватил его за грудь невидимой рукой. Он хрипит, пытается схватиться за воздух. Потом его швыряет вниз — спиной о бетон. Раздается влажный хруст позвоночника. Брок остаётся лежать, ноги парализованы, глаза выкатываются от боли. Зак бросается на Вая с кулаками. Не успевает сделать и шага — его ноги просто… отрывает. Не отрезает. Отрывает. Как будто две невидимые руки схватили за лодыжки и потянули в разные стороны. Кости, мясо, кроссовки — всё разлетается в кровавом фонтане. Зак падает и орёт так, что голос срывается в визг. Тревор пытается убежать — его поднимает в воздух и бьёт о стену школы, как куклу. Череп трескается, но он жив. Джейк стоит на месте, белый, как мел, и шепчет: «Ты… что ты такое…» Лиза роняет телефон. Её отбрасывает назад на десять метров — она пролетает сквозь стеклянную дверь столовой, вся в осколках, но тоже жива. Кричит, захлёбываясь. Всё происходит за секунды. Двор взрывается криками. Кто-то блюёт прямо на асфальт. Кто-то падает в обморок. Сотни телефонов снимают. #WestHillMonster начинает трендить через три минуты. Учителя выбегают, орут «Все в здание!». Кто-то уже вызывает 911. Приезжают первые две патрульные машины. Четверо копов выскакивают с пистолетами и криками «На землю! Руки за голову!». Вай стоит посреди двора, весь в чужой крови, и не двигается. Первый коп стреляет резиновой пулей — она замирает в сантиметре от груди Вая и падает на землю. Второй пытается надеть наручники — его самого отбрасывает на капот машины так, что лобовое стекло идёт паутиной. Третья машина на полной скорости влетает во двор — Вай просто поднимает руку. Машина взлетает, переворачивается в воздухе и падает на бок. Бензин течёт, но не взрывается. Ещё две патрульные — то же самое: металл гнётся, как бумага, двери вырывает, копов швыряет в стороны. Один пролетает через забор, ломает руку и рёбра, но дышит. Никто не погиб. Но выглядит так, будто прошёл ураган. Вай стоит посреди этого хаоса и тихо говорит: «Больше — никто». Голос спокойный, без эмоций. Сирены воют со всех сторон. Вертолёт новостного канала уже кружит над школой. Прямой эфир на всех каналах: «Неизвестный подросток с паранормальными способностями устроил бойню в средней школе Вест-Хилл». Социальные сети взрываются: - «это фейк???» - «я там учусь, это правда, я сам видел» - «они годами травили этого пацана, я всё снимал, выкладываю» (видео с буллингом за последние два года начинают расходиться миллионными просмотрами) - «он монстр» - «нет, они сами монстры, посмотрите, что они с ним делали» К школе стягивают спецназ. Национальную гвардию. ФБР уже в пути. Школу оцепляют на три квартала. Родители в истерике. В новостях крутят кадры с дронов: одинокая белая фигура в центре пустого двора, окружённая перевёрнутыми машинами и телами на носилках. Вай поднимает голову к вертолёту. Камера ловит его глаза — абсолютно белые, светящиеся. По стране проходит дрожь. Он ещё не ушёл. Просто стоит. И ждёт, что будет дальше. А весь мир уже знает: призрак проснулся. И он больше никогда не будет молчать. Вай стоит посреди школьного двора. Вокруг него — кольцо спецназа в полной экипировке, снайперы на крышах, вертолёты в небе. Микрофоны, камеры, миллионы глаз по всему миру смотрят прямую трансляцию. Он медленно поднимает голову и говорит в пустоту. Голос разносится так, будто динамики стоят везде сразу: «Мир — это ложь. Есть только страсть. Через страсть я обретаю силу. Через силу я обретаю власть. Через власть я обретаю победу. Через победу мои цепи будут разбиты. Сила освободит меня». Тишина. Даже вертолёты будто замерли. Лиза лежит на носилках, лицо в крови и слёзах. Она ползёт к нему на коленях, рыдая: «Вай… прости… мы просто шутили… я не хотела… пожалуйста, не убивай меня… я всё исправлю… я…» Сара и Миа рядом — трясутся, обоссались от страха, шепчут: «Мы не знали… мы просто… прости нас… мы не трогали тебя… это всё Брок…» Парни, кто ещё может говорить, тоже: «Бери меня, только не их… я виноват…» Вай смотрит на них сверху вниз. Ни злобы. Ни жалости. Только холод. «Вы боитесь, смерти. Теперь вы будете боятся жизни». Он отворачивается и взлетает. Прямо вверх, как ракета. Вертолёты бросаются за ним — бесполезно. Он оставляет их на высоте пятисот метров, как мошек. Погоня длится сорок минут. По шоссе, над лесами, над рекой. Два «Апача» пытаются зайти сбоку — он просто машет рукой, и оба вертолёта складываются пополам в воздухе, падают в поле, экипажи успевают катапультироваться. Бронемашины спецназа разрывает на куски, не взрывая — просто металл сворачивается в гармошку. Он пролетает над холмами за городом и останавливается над небольшой горой — высотой метров двести, гранитная, старая. Поднимает обе руки. Гора начинает дрожать. Трещины бегут по склону. Камни размером с дом отрываются и повисают в воздухе. Затем вся гора просто… рушится внутрь себя. Секунда — и от неё остаётся только ровная площадка и облако пыли, которое видно за двадцать километров. В Вашингтоне, в комнате кризисного реагирования, тишина. Генерал шепчет: «Если он захочет — через час от этого города не останется даже фундамента». Через сорок минут над разрушенной горой появляется чёрный вертолёт без опознавательных знаков. Из него выходит человек в костюме, с белым флагом в руках и мегафоном: «Вай! Мы хотим говорить! Без оружия! Только переговоры!» Вай висит в воздухе в ста метрах над ними. Молчит минуту. Затем медленно опускается. Переговоры длятся шесть минут. Их транслируют по всем каналам. Условия Вая просты: 1. Город Вест-Хилл и всё в радиусе двадцати миль — теперь его территория. 2. Никаких войск, никаких дронов, никаких камер без его разрешения. 3. В городе он диктует. 4. Все, кто когда-либо поднимал на него руку, остаются в городе. Навсегда. 5. Любое вторжение — и он стирает ближайший мегаполис с карты. Просто чтобы показать, что может. Правительство соглашается. Всё. За один день. К вечеру по улицам Вест-Хилла ездят танки — но они уходят. Полиция снимает форму и уезжает. Федералы покидают периметр. На въезде в город появляются новые знаки: ВЕСТ-ХИЛЛ Территория под защитой Вая Въезд только с его разрешения В супермаркетах пусто — люди в панике скупают всё и пытаются бежать. Но дороги перекрыты невидимой стеной: машины просто глохнут на выезде, как будто бензин кончается у всех одновременно. В новостях: «Америка потеряла целый город». «Подросток-телепат захватил власть силой». «Новый абсолютный монарх 15 лет». «Конец эпохи: первый сверхчеловек диктует условия США». В домах люди сидят без света, обняв детей, и шепчут: «Он вернулся в город. Говорят, он сейчас над центром висит. Просто висит и смотрит». Ночью над главной площадью появляется белая фигура. Без очков. Без страха. Без цепей. Он не говорит ни слова. Просто смотрит на свой город. Теперь по-настоящему свой. И весь Вест-Хилл замирает в тишине. Потому что теперь здесь один закон и власть. И его зовут Вай. Город не умер. Он просто стал другим. Первый день правления Вая, 06:00. Над Вест-Хиллом всё ещё висит белый купол, но он прозрачный: солнце светит, самолёты пролетают выше, дроны доставки работают. По договору с Вашингтоном город получает всё: электричество, продукты, интернет, топливо, даже новые айфоны в магазинах. Деньги приходят на специальный счёт «Администрация Вая». Сумма за первый месяц — 2,7 миллиарда долларов. Официально это «компенсация за моральные страдания и обеспечение безопасности территории». Неофициально — выкуп. Школа «Вест-Хилл» открыта. Просто теперь над входом висит новая табличка: «Частная академия Вая. Правила устанавливает он. Нарушение = смерть или хуже». В 08:15 Вай заходит в класс 11-А. Все уже сидят. Никто не опаздывает. Никогда. Он в чёрной толстовке с принтом «Evangelion», наушники на шее, в руках новый Steam Deck. Садится за последнюю парту у окна. Рядом с ним никто не садится. Кроме одной. Миа Ким. Та самая кореянка с идеальной кожей и айфоном последней модели. Раньше она снимала, как Лиза плюёт ему в лицо, и писала под сторис «creepy albino lol». Теперь она в короткой юбке, чулках и с косичками, как из его любимого аниме. Подходит, ставит на его парту коробку с бенто, сделанную собственными руками: онигири в форме покеболов, сердечко из омлета. Голос дрожит, но улыбается до ушей: «Вай-кун… я тут… посмотрела «Neon Genesis»… ты прав, это шедевр… я даже фигурку Аски купила… может… после уроков поиграем вместе?..» Класс молчит. Все слышат, как у неё коленки стучат друг о друга. Вай не поднимает глаз от экрана Steam Deck (играет в Baldur’s Gate 3). Тихо говорит: «Ты называла меня “ошибкой природы” и снимала, как мне ноги ломали. Теперь хочешь быть моей Рей Аянами? Снимай трусы. Прямо здесь». Миа бледнеет, но через секунду уже спускает чёрные стринги до щиколоток и кладёт ему на парту. Класс смотрит в пол. Учительница делает вид, что пишет что-то в журнале. После уроков — в пустом кабинете информатики. Миа на коленях, слёзы текут, но старается изо всех сил. Вай держит её за волосы и говорит ровно, без злобы: «Ты всё ещё боишься, да?» «Д-да… очень…» «Хорошо. Бойся дальше. Просто теперь ты ещё и моя шлюшка. Когда я захочу — придёшь. Когда я скажу “хватит” — исчезнешь. Поняла?» Она кивает, задыхаясь. Он кончает ей на лицо, вытирает об её же косичку и уходит играть в «Hollow Knight» на большом экране актового зала. Миа сидит на полу ещё час, потом тихо уходит домой. На следующий день приносит ему новый мерч по «Chainsaw Man». Брок лежит в больнице. Ноги не работают. Навсегда. Лиза приходила один раз. Сказала: «Прости, Брокки, я… я не могу больше… мне страшно». И ушла навсегда. Теперь он лежит один, смотрит в потолок и вздрагивает от каждого шороха. Когда Вай заходит в палату (просто зашёл, без слов), Брок обоссался прямо в памперс и начал рыдать: «Я не трогал тебя больше… я никому не скажу… пожалуйста…» Вай просто кладёт ему на тумбочку новый PlayStation 5 и уходит. Брок теперь играет в игры ночами и боится выключать свет. Город живёт. Улицы чистые, магазины полные, интернет 10 Гбит/с (Вай сам настроил). Люди здороваются друг с другом шёпотом. Никто не нарушает. Камеры на каждом углу — но снимают не полиция, а он сам. Если кто-то поднимает руку на другого — рука просто ломается сама. Люди быстро научились быть добрыми. Мир в шоке: - CNN 24/7: «15-летний суперчеловек владеет американским городом. Правительство платит дань». - Reddit: треды на миллионы комментариев «Is he a villain or based?». - Китай и Россия молча наблюдают: им тоже интересно, что будет, если он разозлится по-настоящему. - Мемы: Вай с белыми глазами и короной, подпись «When the quiet kid finally speaks». Вечером он сидит на крыше своего нового дома (бывшая мэрия, теперь дворец с игровыми комнатами, огромным экраном и фигурками по всему этажу). Миа делает ему массаж ног. На экране — новый эпизод «Jujutsu Kaisen». В чате Discord (да, у него есть свой сервер) 40 тысяч человек просят разрешения въехать в город на экскурсию. Он отвечает одним словом: «Нет». Город принадлежит ему. Полностью. По праву силы. И он, нерд, который когда-то прятался в библиотеке, теперь играет в игры, смотрит аниме. А весь мир смотрит и не знает, что будет завтра. Только одно понятно точно: Вай больше никогда не будет тем, кем был. Он не устраивает гарем в классическом смысле. Он не собирает их в одной комнате и не хвастается. Это не про похоть. Это про власть. Про то, чтобы они сами пришли и доказали, что больше никогда не посмотрят на него сверху вниз. Всё происходит по одному и тому же сценарию, только детали разные. 1. Сара (бывшая подружка Лизы, длинноногая брюнетка, которая раньше писала в чат «альбинос воняет»). Пришла сама, через неделю после Мии. В коротком топе и с татуировкой «Property of V» на пояснице, которую набило за ночь. Вай сидел в актовом зале, играл в Elden Ring на 120-дюймовом экране. Она встала на колени перед креслом и сказала: «Я знаю, что ты мне никогда не простишь. Я просто хочу, чтобы ты использовал меня, пока не надоест». Он даже не поставил игру на паузу. Просто кивнул в сторону сцены: «Разденься и жди». Трахнул её прямо там, на сцене, где раньше проходили школьные спектакли. Жёстко, без прелюдий, глядя в экран. Когда кончил, просто сказал: «Можешь идти». Она ушла, шатаясь, но на следующий день снова пришла — уже с новым DLC, которое он хотел. 2. Лиза. Это было самое громкое. Она пришла последней, когда поняла, что все её бывшие подруги уже «в деле». Плакала в коридоре, умоляла охрану (да, у него теперь есть охрана из бывших солдатов, которые сами предложили службу) пропустить её. Вай принял её в своём новом кабинете (бывший кабинет директора). Она встала на колени сразу у двери: «Вай… я была сукой… я знаю… я всё отдам… только не убивай меня…» Он сидел за столом, листал новый том «Berserk». Долго молчал. Потом: «Ты плюнула мне в лицо семнадцать раз. Я считал. Сегодня ты проглотишь семнадцать раз. Считай вслух». Она считала. Голос дрожал, слёзы текли, но считала. Когда дошла до семнадцати, он просто встал и ушёл. Она осталась лежать на полу. С тех пор Лиза ходит по школе в чёрной толстовке с капюшоном и не поднимает глаз. 3. Остальные. Кто-то приходил сам. Кто-то получал сообщение в 2:17 ночи: «Крыша. 10 минут». Если не успевала — больше не звали. Он трахал их везде: - в библиотеке между стеллажами с комиксами, - в раздевалке футбольной команды (прямо на скамейке, где раньше его пинали), - на крыше школы под куполом, когда город спал, - один раз даже в кабинете биологии на том самом столе, где Лиза когда-то кричала «фу, от него воняет». Никто не отказывался. Никто не говорил «нет». Потому что все знали: отказ = неизвестно что, но точно хуже смерти. Он не был грубым просто так. Он был холодным. Делал ровно столько, сколько хотел, и ровно так, как хотел. Иногда кончал внутрь и говорил: «Если забеременеешь — родишь. Имя выберу я». Иногда просто смотрел, как они сами себя доводят, пока он играет в «Persona 5» на фоне. Миа осталась «главной» — потому что пришла первой и потому что действительно начала смотреть всё, что он любит. Она теперь сидит у него на коленях во время стримов (да, у него есть Twitch с 12 миллионами подписчиков, где он просто молча проходит сложные игры). Чат сходит с ума: «WHO IS THAT GIRL», а она краснеет и прячет лицо у него в плече. А город живёт. Девочки ходят по коридорам, и у всех один и тот же взгляд: пустой, покорный, с синяками под глазами и следами укусов на шее. Они больше не смеются громко. Они больше не снимают сторис. Они просто ждут, когда он позовёт. А он зовёт, когда хочет. Потому что теперь это его школа. Его город. Его правила. Через две недели после захвата города Вай ввёл «Список 312». Это был публичный реестр, который висел на огромном экране на главной площади и обновлялся в реальном времени. В него попадали все, кого он посчитал «мусором»: - насильники (даже за старые дела, которые полиция «не расследовала»), - дилеры тяжёлых наркотиков, - сутенёры, - коррупционеры из бывшей мэрии, - банды, которые годами держали районы в страхе. Процедура была одной и той же и транслировалась в прямом эфире на местном канале (без цензуры). 1. Человек исчезал посреди ночи. 2. Утром его привозили на центральную площадь в наручниках. 3. Вай появлялся в воздухе над толпой, читал список преступлений (доказательства были железные: видео, переписки, банковские переводы). 4. Два движения пальцев: - член и яйца отрывало чисто, без крови (раньше он изучал анатомию, теперь просто делал). - рана мгновенно затягивалась, чтобы не умер от кровопотери. 5. Человек оставался живым, но уже не мужчиной. 6. Его отправляли на «общественные работы»: - чистить канализацию голыми руками, - ломать камни на новой дороге в карьере, - строить его новый дворец на месте бывшего гольф-клуба. Без оплаты, без срока, без права уйти. Из первых 312 человек: - 187 чернокожих, - 94 латиноса, - 27 белых, - 4 азиата. Цифры были точными, потому что он сам их опубликовал с комментарием: «Преступность в этом городе всегда имела цвет. Я просто убрал причину». Реакция мира взорвалась мгновенно. BLM и родственные организации: - Массовые протесты в Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, Чикаго. - Хештеги #VayIsRacist, #WhiteSupremacistWithPowers, #GenocideByCastration. - Лидеры BLM называют его «новым ККК с суперсилами». - Один из активистов прямо в эфире CNN: «Он буквально кастрирует чёрных мужчин на камеру. Это линчевание 2.0». Либеральные СМИ: - NYT: «Самосуд сверхчеловека: расизм или правосудие?» - Washington Post: «Американский город под властью евгенического диктата». - Vox: длинная статья «Почему кастрация — это всегда расизм, даже если жертвы — насильники». Консервативные СМИ и реддит: - Fox News сначала осудили, потом начали осторожно хвалить: «По крайней мере кто-то чистит улицы». - 4chan и r/The_Donald 2.0: мемы «Quiet kid fixed the crime rate», фотожабы Вая в ку-клук-клановском капюшоне, но с белыми глазами и подписью «Finally someone did it». - Дональд Трамп-младший в твиттере: «Если он начнёт в Чикаго — я лично пришлю ему грузовик Red Bull». Международная реакция: - ООН созывает экстренное заседание. - Китай и Россия молчат, но их государственные СМИ крутят репортажи с явным удовольствием: «Смотрите, как Америка пожинает плоды своей толерантности». - Бразилия и ЮАР тихо интересуются: нельзя ли у них тоже так. Внутри города — полное молчание. Никто из местных не протестует. Преступность упала до нуля за три недели. Мамы впервые за годы отпускают детей гулять после заката. По ночам не слышно выстрелов. На стенах появляются граффити: белый силуэт и надпись «Thank you, V». Вай отвечает на весь шум один раз — стрим на своём Twitch (30 миллионов зрителей одновременно): «Я не расист. Я просто убрал тех, кто насиловал, убивал и продавал детей. Случайно оказалось, что в этом городе это делали в основном они. Если вас это обижает — приезжайте и остановите меня. Дорога открыта». Никто не приехал. Кастрации продолжаются каждую пятницу в 20:00. Прямая трансляция, рейтинг 18+. Зрители по всему миру — сотни миллионов. А в Вест-Хилле наконец-то тихо. Страшно тихо. Вай подходит к развитию сил так же, как раньше подходил к прохождению Dark Souls: методично, без спешки, с сохранениями и экспериментами на гакнюках. ### 1. Первые месяцы: база Уже умеет: - телекинез до 400 тонн (проверено на грузовом составе); - полёт до 8 Махов; - силовое поле, выдерживающее прямое попадание ракеты Hellfire; - регенерация себе и другим (выборочно). ### 2. Телепортация (месяц 4–5) Начинает с малого: - Сначала прыгает на 5–10 метров, оставляя хлопок воздуха. - Потом на километр, ориентируясь по зрению. - Через два месяца может телепортироваться туда, где уже был хотя бы раз, или куда чётко видит на фото/видео. - Рекорд на данный момент — 1800 км за один прыжок (из Вест-Хилла в Лас-Вегас, просто чтобы забрать редкую фигурку с аукциона и вернуться за 40 секунд). При телепортации он исчезает в белой вспышке и появляется без звука. Одежда и всё, что на нём, идёт вместе. Людей пока переносить не пробовал — боится размазать по пространству. ### 3. Телепатия и ментальный контроль (месяц 6–8) Сначала просто «слышал» поверхностные мысли в радиусе 50 метров — как радио с плохой настройкой. Потом научился входить глубже. Сейчас: - читает воспоминания, как открытую книгу; - может заставить человека забыть последние 10 лет или, наоборот, прожить заново самый страшный день своей жизни в цикле; - массовый контроль: одновременно до 4000 человек (проверено на стадионе — заставил всю толпу встать и спеть опенинг из «Attack on Titan» идеально в унисон). Миа теперь носит тонкий серебряный обруч на голове — «подарок». Это блокиратор: пока он на ней, она не может врать ему даже во сне. ### 4. Пространственный карман (месяц 9) Сначала просто прятал в воздухе мелочь — ключи, телефон, нож. Теперь у него «комната» размером с ангар: - там хранятся редкие коллекционные фигурки в оригинальных коробках, - целый склад оружия (на всякий случай), - запас энергетиков и рамена на год вперёд, - и одна живая девушка (бывшая старшеклассница из соседнего города, которая написала ему в директ «убей меня или трахни»). Он пока не решил, что с ней делать, поэтому она там сидит с PS5 и смотрит аниме. Достаёт и убирает вещи одним щелчком пальцев. Открывает «дверь» — прямоугольник чёрного пространства с белыми краями. ### 5. Дополнительные способности, которые он уже открыл - Фазовый сдвиг: может проходить сквозь стены и пули (проверено на себе). - Репликация мелких объектов: сделал себе 50 копий лимитки «Spider-Man #1» в идеале, продал на аукционе за 38 миллионов. - Абсолютная память: помнит каждую секунду своей жизни с пяти лет. - Контроль погоды в радиусе 60 км (пока только дождь/снег/солнце по желанию). - «Белый взор»: если посмотрит прямо и захочет — человек мгновенно теряет сознание на срок от 5 минут до навсегда. ### 6. Тренировки Каждый день с 03:00 до 06:00 он уходит в разрушенную гору, которую когда-то разнёс. Там теперь его полигон: - поднимает и бросает куски скалы весом в 1000+ тонн, - телепортируется на вершину и обратно тысячи раз за минуту, - практикует одновременный контроль над 300 дронами-мишенями, заставляя их танцевать в воздухе под саундтрек из «Evangelion», - сидит в абсолютной темноте и читает мысли всех 42 тысяч жителей города одновременно, просто чтобы «не терять навык». ### 7. Пределы Пока он их не нашёл. Каждый месяц пределы отодвигаются. Единственное, что его останавливает — собственная скука. Когда становится слишком легко, он просто идёт спать или запускает новую игру на сложности Nightmare. Год 2027–2028. Вай уже 17. Ему скучно. Он больше не играет в игры по 18 часов в сутки. Он прошёл всё, что хотел, на 100 %, без гайдов, на максимальной сложности. Он собрал все платиновые трофеи. Он хочет новый челлендж. ### Фаза 1. Южная Америка (операция «Тихий континент») Всё началось с Венесуэлы. Мадуро в очередной раз объявил, что «империалисты не пройдут». Вай телепортировался прямо в президентский дворец в 3:14 ночи. Охрана даже не успела поднять тревогу: 120 человек одновременно упали в кому. Он сел в кресло Мадуро, включил прямую трансляцию на все каналы страны и сказал 40 секунд: «У вас 24 часа. Сдаёте власть, открываете тюрьмы, отдаёте мне все нефтяные вышки. Или я превращаю Каракас в ту самую гору, которую вы все видели на видео. Выбор за вами». Через 19 часов Мадуро лично прилетел в Вест-Хилл на коленях с ключами от страны. Венесуэла стала первой «автономной территорией Вая». Нефть течёт в его карман. Наркокартели исчезли за неделю (все лидеры найдены кастрированными в джунглях с табличками «я был плохим мальчиком»). За Венесуэлой — domino effect: - Боливия - Эквадор - Перу - Парагвай Все сдались без единого выстрела. Он даже не прилетал лично — просто отправлял 15-секундное видео, где поднимает в воздух авианосец ВМС США (да, он угнал его из Норфолка на 40 минут, просто чтобы показать, что может). Лидеры стран Южной Америки собрались в Лиме и проголосовали единогласно: «Пусть лучше белый парень с глазами-лампочками, чем свои генералы и картели». К концу 2028 года под его контролем весь континент южнее Колумбии. Официальное название: «Южноамериканский протекторат Вая». Флаг: чёрный, с белым силуэтом и надписью на латыни «Silentium est aurum» (молчание — золото). ### Фаза 2. ЮАР сдаётся добровольно В ЮАР в это время очередная волна blackout’ов, фермеры бегут, преступность зашкаливает. Белые фермеры и чёрная middle-class неожиданно находят общий язык: оба хотят одного — чтобы кто-то просто навёл порядок. Вай получает письмо (обычное бумажное, доставлено дроном): подписи 4,7 миллиона человек, включая половину парламента и почти всех генералов SANDF. Текст: «Прими нас. Мы устали». Он прилетает в Преторию один. Садится на крышу Union Buildings. В прямом эфире поднимает в воздух весь Йоханнесбург на 15 сантиметров (ровно настолько, чтобы все почувствовали) и опускает обратно. Затем говорит одно предложение: «ЮАР теперь моя. Преступников буду судить по своим законам. Всем остальным — жить станет лучше. Кто против — выходите на улицу прямо сейчас». Никто не вышел. Через три дня над Кейптауном развевается новый флаг рядом с прежним. Кастрации начались в пятницу, как обычно. Через месяц уровень убийств упал на 94 %. Белые фермеры вернулись на землю. Чёрные жители Совето впервые за десятилетия гуляют ночью без страха. ### Фаза 3. «Очистка песков» (радикальные исламские режимы) 2029 год. Он решает проблему, которую никто не смог решить за 50 лет. 1. Иран Появляется над Тегераном в пятницу во время молитвы. Все минареты одновременно рушатся внутрь себя, не задев ни одного человека. Аятолла получает личное сообщение в голове: «Распустить КСИР, выдать всех террористов, закрыть ядерную программу. Или через неделю от Ирана останется пустыня из стекла». Они выдают 187 человек из списка самых разыскиваемых в мире. Ядерные объекты исчезают в пространственных карманах (буквально — он их проглотил). 2. Талибан (Афганистан) Появляется в Кабуле. Все 40 000 боевиков одновременно падают на колени — их воля просто выключена. Он снимает видео, где заставляет их всех хором петь «Baby Shark» на пушту, потом кастрирует лидеров на стадионе. Через неделю женщины идут в школы и университеты. Никто не протестует. 3. ИГИЛ, Аль-Каида, Боко Харам Он просто телепортируется в каждый лагерь, оставляет после себя 50-метровые воронки и таблички: «Терроризм отменяется». Всё занимает 11 дней. Он даже не устал. ### Реакция мира - США и Европа в истерике: санкции, крики о «новом Гитлере». Но никто не вводит войска — все помнят авианосец, который он поднял одной рукой. - Китай и Россия молча аплодируют и предлагают «дружбу и сотрудничество». - ООН объявляет его «угрозой человечеству №1». Он отвечает стримом, где пьёт энергососку и говорит: «Я не угрожаю человечеству. Я угрожаю только тем, кто портит жизнь остальным». К 2029 году под его прямым или косвенным контролем: - весь южный конус Земли, - половина Африки, - несколько десятков миллионов квадратных километров, где впервые за столетия нет войн, наркотрафика и террора. Он всё ещё смотрит аниме по вечерам. Всё ещё трахает Мию, когда ему скучно. Всё ещё играет в новые игры в день релиза. Только теперь у него вместо одного города — полмира. И он всё ещё прокачивается. Потому что предел он так и не нашёл. Мир уже понял: это не подросток с силами. Это подросток, который каждый день становится богом понемногу больше. И пока он занят прокачкой и аниме, всё относительно спокойно. Пока. 2030-2032. Вай 19 лет. Он больше не подросток. Он просто Вай. ### Карта его мира на январь 2032 (официально называется «Тихая Зона») - Всё южнее Панамского канала (вся Латинская Америка) - ЮАР + Намибия + Ботсвана + Зимбабве + Мозамбик - Афганистан - Иран - Йемен - Сомали - Судан - Ливия - Мьянма - Северная Корея (да, даже её он забрал за три часа, просто телепортировался в Пхеньян, положил Ким Чен Ына спать вечным сном и ушёл) ### Как он забирает страну (стандартная процедура) 1. Появляется над столицей в 00:00 по местному времени. 2. Всё оружие в радиусе 500 км мгновенно плавится. 3. Все лидеры, генералы и олигархи просыпаются с одной мыслью в голове, которую он им вложил: «У тебя 60 минут, чтобы прилететь ко мне и сдаться. Или я приду сам». 4. 59 минут спустя все, кто ещё жив и может двигаться, стоят на коленях на главной площади. 5. Он забирает страну. Без единого выстрела. ### Как он карает «плохих» У него теперь три категории. Всё публично, всё в прямом эфире, всё без исключений. ### Категория А (самые тяжёлые) - работорговцы - педофилы - организаторы геноцидов - крупные террористы Кара: полное стирание личности + вечная работа Он выжигает им разум до чистого листа, оставляя только базовые моторные функции. Затем помещает в «Белые шахты» (огромные подземные комплексы, которые он вырезал телекинезом в Андах и Сахаре). Там они голые, без имён, без языка, копают литий, кобальт и редкоземельные металлы 18 часов в сутки. Питаются одной пастой. Спят в ямах. Живут 50–70 лет, потому что он поддерживает их здоровье на минимальном уровне. Их миллионы. Никто никогда оттуда не выходит. ### Категория B - насильники - наркобароны - коррупционеры, из-за которых умерли люди Кара: кастрация + публичное клеймо + каторга То же самое, что в Вест-Хилле, только теперь в промышленных масштабах. Каждую субботу на центральных площадях всех крупных городов — «День очищения». Сотни человек за раз. Им выжигают на лбу белую букву «V». Потом — на стройки, дороги, шахты. Без срока. Без права на смерть. ### Категория C - обычные бандиты, воры с насилием, продажные копы Кара: принудительный «контракт» Им вживляют в мозг крошечный имплант (он создаёт их телекинезом). Если человек снова совершит преступление — имплант просто выключит сердце. До конца жизни они работают на обычных работах, платят 70 % зарплаты в общий фонд и живут под постоянным страхом. ### Особые случаи - Ким Чен Ын → превращён в живую статую на площади в Пхеньяне, стоит без движения, соз意識, всё видит и слышит, но не может даже моргнуть. - Лидеры мьянманской хунты → заставил их съесть друг друга на камеру, потом воскресил и снова заставил. Цикл идёт третий год. - Главарь мексиканского картеля, который сжигал людей заживо → теперь сам горит внутри вечным белым пламенем, которое не убивает, но держит в постоянной агонии. Стоит в стеклянном кубе в Мехико как экспонат. ### Реакция оставшегося мира - ООН официально признала «Тихую Зону» отдельным государством. 68 стран разорвали с ним отношения. 94 тайно торгуют и просят защиты. - Население внутри его территорий выросло на 11 %, потому что люди бегут туда от войн и нищеты. Уровень убийств — 0,003 на 100 000. Самый низкий в истории человечества. - Каждую пятницу в 20:00 по всем каналам «Тихой Зоны» идёт шоу «Очищение недели». Миллиарды смотрят по всему миру. Рейтинг выше, чем у финала чемпионата мира. Он сам больше не появляется публично часто. Сидит в своей новой резиденции — гора, которую он вырезал в форме гигантского трона в Андах. Внутри — комнаты с фигурами, экранами 16K, бесконечный запас энергетиков и рамена. Миа до сих пор рядом. Уже не боится. Почти. Когда его спрашивают журналисты (единственные, кому он иногда отвечает): «Зачем тебе всё это?» Он пожимает плечами: «Когда-то меня травили в школе. Теперь я просто убираю мусор по всему миру. И мне всё ещё не скучно». И продолжает прокачиваться. Следующая цель — Луна. Он уже был там два раза. Просто чтобы проверить, сможет ли. Он не ищет их. Они сами приходят. Каждую неделю на его «дворец» в Андах прилетают частные джеты. На борту: - бывшие мисс мира, - порнозвёзды, которые устали притворяться, - жёны олигархов, которым мужья больше не интересны, - инфлюенсерши с миллионами подписчиков, - даже пара голливудских актрис второго эшелона, которые хотят «попасть в историю». Всех проверяют на входе: - полный досмотр, - ментальный скан (он читает их мысли за секунду), - если хоть одна ложь или скрытый диктофон — телепортация в Белые шахты без права на разговор. Те, кто прошёл, попадают в «Белую комнату»: полностью белая комната 20×20 метров, без мебели, только огромное зеркало во всю стену и мягкий пол. Температура 18 градусов. Свет — его глаза. Он появляется без предупреждения. ### Как это происходит 1. Одна за другой. Никогда группой. Он не любит делиться вниманием. Девушка стоит посреди комнаты голая. Он материализуется прямо перед ней, в чёрной футболке с принтом «Berserk», босиком. Молчит. Просто смотрит. Десять секунд, двадцать. Пока она не начнёт дрожать от холода и страха одновременно. 2. Он не прикасается руками. Вообще. Телекинез делает всё. Одежда (если осталась) рвётся в клочья и исчезает в пространственном кармане. Она поднимается в воздух на метр. Ноги раздвинуты. Руки за спиной. Полная неподвижность. Она может только дышать и говорить. 3. Он трахает её силой мысли. Буквально. Чувствует всё, как будто это его тело, но без единого прикосновения. Может быть медленно и мучительно долго — часами. Может за три минуты довести до такого оргазма, что она теряет сознание. Иногда делает так, что она кончает одновременно с ним, даже не понимая, когда именно он кончил. 4. Разные сценарии — его настроение: - Одна известная порнозвезда 28 уровня пыталась командовать. Он заставил её прожить заново все сцены, где её унижали на съёмках, но в 100-кратной интенсивности. Она рыдала и просила остановить. Он остановил только через четыре часа. - 19-летняя тиктокерша с идеальной фигурой пришла «просто попробовать». Он оставил её висеть в воздухе 40 минут, не делая ничего. Потом отпустил и ушёл. Она до сих пор пишет ему каждую неделю: «Пожалуйста, ещё раз». - Жена российского олигарха (42 года, силикон везде) хотела «чувствовать себя молодой». Он сделал так, что она почувствовала себя 16-летней девственницей на первом разу. Плакала от боли и удовольствия одновременно. 5. После — всегда одно и то же. Она падает на пол. Он ставит рядом бутылку воды и исчезает. Через минуту в комнату заходят два охранника в белом и выводят её на вертолётную площадку. Обратный билет уже оплачен. Никто никогда не говорит «нет, я останусь». Потому что знают: он не держит никого насильно. Но и не зовёт дважды. ### Особые случаи - Одна бразильская модель пришла с подругой. Он взял обеих одновременно — одну телекинезом, вторую просто посмотрел в глаза, и она начала делать всё сама, не в состоянии остановиться. Потом стёр им память о друг друге. Они до сих пор не понимают, почему не разговаривают. - Одна японская JAV-актриса попросила «самое жёсткое, что он может». Он оставил её в комнате на 12 часов. Без еды, без воды, в полной темноте. Только его голос в голове каждые 30 минут: «Ты всё ещё хочешь?» В конце она ползала по полу и молила о любом прикосновении. Он дал ей 10 секунд. Она потеряла сознание на 18 часов. Слухи ходят по закрытым чатам миллиардеров: «Хочешь настоящий секс — лети к Ваю. Только не проси пощады. Её там нет». Он сам это комментирует один раз в стриме: «Я не трахаю людей. Я показываю им, кто здесь бог. Разница небольшая, но важная». И продолжает играть в новую часть «Elden Ring 2». На сложности, которой официально не существует. 2033 год. Вай 20 лет. Он решает, что хватит. ### 9 апреля 2033, 00:00 UTC Он появляется одновременно в небе над каждым крупным городом планеты. Одна и та же белая фигура, видимая всем сразу. Голос звучит прямо в голове у каждого из 8,3 миллиарда человек одновременно: «Игра окончена. С этого момента Земля — одна страна. Я — её единственный закон. Плохие мальчики — умирают сегодня. Хорошие — живут завтра лучше, чем когда-либо мечтали». ### Зачистка. 9–11 апреля За 48 часов он делает то, что человечество не смогло за всю историю. - Все, кто когда-либо совершил убийство, изнасилование, работорговлю, организацию террора или геноцида — просто исчезают. Не умирают красиво. Их тела мгновенно превращаются в белый пепел, который тут же уносит ветром. 41 миллион 312 тысяч 892 человека. Точное число он публикует через час. - Все диктаторы, военные преступники, главы картелей, сутенёры, коррупционеры высшего уровня — пепел. Ким Чен Ын, статуя в Пхеньяне, рассыпается вместе с пьедесталом. Последние олигархи, прятавшиеся в бункерах, превращаются в пепел внутри герметичных комнат. - Все ядерные арсеналы мира исчезают в его пространственном кармане. Навсегда. Подводные лодки всплывают пустые. Шахты — просто пустые дыры. - Все тюрьмы открываются. Насильники и убийцы — пепел. Политзаключённые и невиновные — свободны. За двое суток на планете не остаётся ни одного человека, которого он посчитал «плохим». Ни одного. ### 12 апреля — День Первый Он объявляет три закона. Они появляются на всех экранах, в головах, выжжены на Луне (да, он выжег их на видимой стороне лазером из глаз, буквы высотой 400 км): 1. Не причиняй зла другому. 2. Не лги ради выгоды. 3. Работай на общее благо хотя бы один час в день. Нарушение любого = мгновенная смерть. Без суда. Без апелляции. Он видит всё. Всегда. ### Развитие 2033–2040 Он не управляет. Он просто убирает тормоза. - Энергия: за год он строит орбитальные солнечные фермы и реакторы на гелии-3 с Луны. Электричество бесплатно и бесконечно для всей планеты. - Еда: превращает Сахару и Гоби в плодородные земли за 11 месяцев. Урожайность ×12. Голода больше нет. - Медицина: рак, СПИД, старение — вылечены за 2035 год. Он лично переписывает ДНК всех людей на планете за одну ночь. Максимальная продолжительность жизни теперь 180–200 лет и продолжает расти. - Образование: каждый ребёнок получает нейроимплант с полным знанием всех языков и наук на уровне доктора к 12 годам. - Космос: к 2040 году на Марсе 12 городов, на Луне — мегаполис на 40 миллионов. Он просто телепортирует туда стройматериалы и людей, кто хочет. - Преступность = 0.0000 % Потому что невозможно. Мысль о преступлении вызывает мгновенную блокировку мозга до исправления. ### Как живёт он сам Живёт на орбитальной станции «Белый Трон» — прозрачный шар диаметром 40 км, висит на геостационарной орбите над бывшим Вест-Хиллом. Внутри: - бесконечные комнаты с аниме-фигурками высотой с дом, - экраны размером с футбольное поле, - библиотека всех когда-либо созданных игр, фильмов и манги в 32K и VR, ### Последнее публичное появление 31 декабря 2099 года. Он выходит в прямой эфир ко всем 14 миллиардам жителей Земной Сферы (Земля + Луна + Марс + пояса астероидов). «Я сделал всё, что хотел. Больше нет боли, войн, голода, несправедливости. Вы свободны. Я ухожу». Он исчезает. Навсегда. Остался только белый шар на орбите, который до сих пор висит там. Пустой. Иногда в нём зажигается свет — люди говорят, он всё ещё смотрит аниме. Земля стала раем. Потому что один обиженный школьник получил сверхсилу. Ну эээ какая-то хуйня получилось :/