нексус

как только ворота захлопываются после побега русоволосого парня, все вмиг затихает. антон в непонимании осматривает илью, что нервно ходил по комнате в попытках сдержать слезы. произошло действительно что-то серьезное, ведь илья не тот, кто будет злиться так страшно. вид убегающего парнишки заставил чувствовать себя ужасно. что с этими двумя случилось? – илья, успокойся пожалуйста, расскажи нам, – максим, точно также как и антон, ничего не понимает. но илья выглядел слишком ошарашенным, из-за чего татырже приходится делать отчаянный шаг. остановив корякова, тяжелая ладонь с громким шлепком проходится по чужой щеке, приводя того в чувства. они не в том положении, чтобы закатывать истерики и гнать друг друга вон. – что произошло, илья? – повторяет антон, чувствуя под своими руками, как дрожат чужие плечи. – антон, он нас обманул, – сам на верит в сказанное, но он видел собственными глазами. – у него укус на руке, он заражен. в закромах своей памяти, антон отчетливо вспоминает, как мимолетно видел тот самый шрам. он помнит, как денис первый раз появился у них, а пока ел, его рукав задрался и татыржа увидел то, о чем ему пытался сказать илья. только вот татыржа не понимает, почему коряков так встревожен этим. по рубцу можно понять, что укус успел зажить уже давно, да и парень не похож был на зараженного. татыржа собственными глазами видел, как быстро действует вирус на человека. – илья, успокойся, давай нормально поговорим, – старается спокойно начать антон, понимая, как сейчас раздражен илья. – нет, пожалуйста, оставьте меня одного сейчас. – денис убежал без вещей, послушай же меня! – держится из последних сил, чтобы не отвесить ему еще пару пощечин. облокотившись на дверной косяк, шабанов тяжело вздыхает из-за случившегося. конфликты сейчас не к месту, необходимо держаться друг за друга, а также научиться слушать. у него к коломийцу вопросов не было, так как не мог бы он продержаться так долго, если бы и правда был зараженным. тем более, денис всячески им помогал, а также всеми силами постарался поднять на ноги макса. – антон, пойдем, это все в бестолку, – подтягивает того ближе к себе, чтобы он не полез драться с разъяренным ильей. – илья, научись выслушивать людей, а не сразу налетать с кулаками! – больше не может держать себя татыржа, пока цепкие руки шабанова пытаются увести его. – у дениса этот шрам уже зажил, я видел его своими глазами! если с ним что-то случится, то это будет на твоей совести. дверь громко хлопает и илья остается один. обида за, что денис смог утаить подобное, сжигает его изнутри. как ему еще стоило поступить? погладить русоволосого по головке, пока он тщательно скрывал свой секрет, не мог. в нем сидит дикий страх, если дело касается его товарищей. что ему остается делать, когда он узнает, что рядом с ними находится укушенный. и все сказанное денисом ощущается, как сплошное вранье. он не может ему больше верить, если тот смог обвести их вокруг пальца. захотел вынюхать о илье через свои слезливые истории, втираясь всеми силами в доверие, что у него и получилось. пусть он смог поддаться чужим чарам, но илья не поставит под удар своих друзей. все вещи дениса одиноко лежали на полках нетронутые. слезы вновь наворачиваются, а илья дает себе выпустить все эмоции. тот и правда не успел ничего с собой взять, бесследно убежав. очень тяжело. он правда решил поверить ему, а также поделиться своими переживаниями. чувствует себя обманутым и преданным. вещи с полок летят по всей комнате, ведь илья больше не желал видеть и намека о нем. как неожиданно появился в их жизни, также и покинул ее. так будет лучше всем, чтобы избежать возможной опасности в виде коломийца. вдруг из сложенной одежды вываливается небольшой блокнот, хорошо припрянный в ней. нахмурив брови, илья поднимает его с пола, а после боязливо открывает. каждая страница была в записях. «...прошло три месяца со дня катастрофы, мне кажется я знаю, как действует вирус...» « вова и леша снова спорят, я не хочу, чтобы они ругались. я тоже устал от всех ужасов...» «...ваня принес дикого кролика и сказал, что он очень похож на меня. что за глупости? но кролик и правда очень милый...» « дневник, мне кажется, я общаюсь тут, как сумасшедший. хочу перечитать тебя, когда выберусь с ребятами и буду пить коктейли на мальдивах ха-ха-ха... » зеленые глаза бегло пробегают по смятым страницами, которые были местами перепачканы кровью. чувствует, как нагло влезает в чужую жизнь, читая каждую мысль дениса. в груди стягивается тугой узел вины. « в последнее время стало как-то тихо. коля взял меня с собой в вылазку и показал, где гуляют жирафы. как хорошо, что нексус не достал до них... » «...простите меня, если сможете, я...» «...я старался уберечь ваню, но меня укусили. надеюсь, что я скоро вернусь к ребятам и мне не будет больно...» « кажется, мой организм сильнее проклятого вируса. зачем мне иммунитет, если я не могу вернуть парней? » илья всматривается в даты. его будто ударили чем-то тяжелым, когда осознание постепенно приходит. понимает, что сказал самые злые слова, которые только мог. насыпал соль на рану с которой денис пытался жить дальше. он полный идиот, ведь даже не разобравшись, сорвался на него. необходимо отыскать его скорее. дышать тяжело от тисков вины, что крепко стягивают в своих объятиях. проще выстрелить себе в висок, чтобы впредь никого не обижать. на кухне, где повисла напряженная атмосфера, сидел антон с максимом. парни обсуждали ситуацию, думая о том, что им делать. они отвлекаются, когда собранный илья выбегает из комнаты, а потом следует к выходу. максим подпирает рукой щеку, печально поглядывая на татыржу. – я же говорил, что он одумается, – антона радует это. – он найдет его и все будет хорошо. чужие слова, словно заедшая пластинка, прокручиваются без остановки. когда тень парня бродит сквозь зараженных, он чувствует себя таким же монстром, как и они. им нет никакого дела до него, ведь считают за своего. значит он и правда сущее зло, которому нет места с живыми людьми. сливается вместе с ними, ступая босыми ногами по земле, больше не ощущая себя чужим среди них. в спине, будто бы тысяча стрел, которые он сам себе всадил. хрупкие плечи сгорблены, ведь нести такую ношу невыносимо. не знает, сколько прошло времени, но так будто было всегда. словно призрак, одиноко ступает по заброшенному городу, чувствуя себя лишним в нем. может, если бы он продолжал держаться подальше от людей, то этого всего бы не случилось. илья сказал все правильно. он собственноручно убил своих друзей, а также подверг опасности парней. если бы только он успел в тот момент, то было бы все по-другому. не травил бы жизнь корякову. ноги сами ведут его к месту гибели товарищей. ему стыдно, что он перестал так часто их навещать. вот-вот рассыпется, оказавшись ни с чем. падает на дно, отсчитывая каждую секунду, когда наконец разобьется. и пока звезды на небе весело сверкают, обессилено присаживается на остывший асфальт перед сгоревшим зданием, что когда-то было их скромным укрытием. обнимает свои ноги и утыкается носом в колени, пытаясь успокоить самого себя и не чувствать леденящее одиночество. лицо до сих пор горит от жгучего кулака ильи, что пригрел его со всей силой и яростью. принимает всю его обиду. он не простил самого себя. и, наверное, никогда не сможет простить. травить жизнь другим людям – не для него, но все приводит к тому, что именно так и получается. он просто хотел почувствовать себя чуть счастливее, забыв про то, кем он действительно является. отчетливо слыша свое учащенное сердцебиение, илья бежит изо всех сил, в попытках отыскать русоволосого мальчишку. страх, что тот уйдет насовсем, заставляет задрожать. но сейчас не время биться в тревоге. он оббегает всеми возможными путями, лишь бы не сталкиваться с зараженными сейчас. из-за ночной мглы внимательность понижается, искать дениса становится затруднительно. искал везде, где только можно. забегал на места, про которые он частенько говорил, проверял его убежище, но все тщетно. звать нет смысла – его скорее съедят монстры, чем он отыщет парня. к нему в моменте приходит озарение, когда илья переводит дух, чтобы собраться с мыслями. последнее место, где бы он смог найти его – убежище его товарищей. дорога была не из быстрых, но он не сдает позиций и торопится. умоляет, чтобы коломиец действительно там был, ведь он больше не может придумать, куда тот мог подеваться. от такой беготни, ноги совсем забиваются, из-за чего хотелось рухнуть без сил. но он не вернется обратно без дениса. илья благодарит всех богов, когда замечает знакомую фигуру. с каждым шагом в его сторону, сердце дает трещину. стыдно, страшно, непредсказуемо. в кончиках пальцев начинает неприятно колоть от вида одиноко сидящего парня, что печально вглядывался в руины. беззвучно следует к нему со спины, собирая себя по кусочкам за причиненный вред. он обязательно будет корить себя за произошедшее, но первым делом заберет младшего. сквозь уловимый запах гнили, денис ощущает знакомый аромат. теплые руки со спины со всей осторожностью обнимают. он чувствует, как тонет в чужом тепле и не сопротивляется. – денис, пожалуйста, давай вернемся домой, – сбитый голос ильи узнает из тысячи. – я такой дурак, прости меня за все, что я сказал тебе. замерзшими пальцами дотрагивается до рук и невольно прижимается к груди парня спиной. льды оттаивают, а его чувства сбиваются в один большой комок. мечется из стороны в сторону в непонимании, как себя вести. либо попросить оставить одного, либо остаться рядом и так просидеть, да на подольше. но не в состоянии прогнать, пока ощущает дыхание где-то в районе шеи, из-за чего его мурашит. – ты можешь меня ненавидеть, я пойму тебя, – брюнет обессиленно прижимается к русоволосой макушке щекой. – только прошу, пойдем со мной. хрустальные слезы подсвечиваются одинокой луной, когда денис беззвучно всхлипывает. бедлам в душе затихает и все, что хочет коломиец – уйти с ильей. сил на слова не хватает, поэтому часто кивает, пока теплые руки не отпускают. илья понимает, что денис не может ходить из-за впивающихся камней, поэтому берет его на свою спину, крепко подхватив за бедра. сцепив руки в замок, младший прижимается к копне темных волос и позволяет корякову донести его. слова здесь ни к чему, ведь они чувствуют все без них. люди они не гордые, поэтому готовы пойти друг другу навстречу, оставив все обиды. одна встреча вновь выбила каждое сомнение из головы, из-за чего дышать становится легче. – тебе больно? – обеспокоенно шепчет илья, стараясь не нарушить покой парней, что недавно уснули в переживаниях. в комнате, где прошелся ураган, горит керосиновая лампа, отбрасывая на дениса теплый свет. тот лежит на чужой постели, совсем выбившись из сил, пока илья аккуратно обрабатывал его стопы. держится, как мужчина, пускай болело ужасно. – прости, у тебя это получается лучше, – грустно улыбается брюнет, вновь замечая, как тот мелко вздрагивает от жгучегй мази. – тише, скоро закончу. процедура заканчивается тем, что илья одевает на того носки, чтобы мазь действовала эффективнее. аптечка возвращается на законное место, а старший ложится рядом. с осторожностью берет парня за руку под внимательным взглядом, после опускает рукав, чтобы открыть вид на шрам. внутри дениса все переворачивается с ног на голову, но не сопротивляется, позволяя илье рассмотреть. – я бесконечно буду виноват перед тобой, – нежно выводит по рубцу узоры. – мне стоило сказать об этом сразу, – денис шумно вздыхает, наконец подавая голос. – я бы тоже так поступил на твоем месте. в комнате висит умиротворяющая тишина, которую нарушало лишь тихое дыхание. илья больше не отпускает, когда утыкается младшему в грудь, оказываясь в объятиях. в темные волосы зарывается рука, нежно массируя и убаюкивающе поглаживая. у них нет сил на долгие разговоры и выяснения отношений. пока младший рядом, может отпустить все переживания, засыпая вместе с ним. сквозь кошмары, что догоняли его даже во сне, неожиданно распахивает глаза. больше никто не греет, из-за чего илье приходится оглядеться по сторонам. волнение неприятно мутит, неужели ему приснилось, что он был с денисом? чуть ли не падает, когда торопится осмотреть помещение на наличие одного русоволого парня. – где денис? – спрашивает в лоб максима, который пытался наиграть новую мелодию на гитаре. шабанов состредоточенно перебирает пальцами по струнам, пока его прерывает илья. немного обидно, ведь брюнет даже не разбудил их, чтобы сказать о возвращении дениса. они переживали с антоном, ждали допоздна, пока сон их окончательно не свалил с ног. – денис твой на улице с тохой, – сдается макс. – мог бы предупредить, что вы вернулись, а не сразу обжиматься. – прости-прости! – взволнованный коряков лишь трепет того по волосам и торопится наружу. улица встречает его яркими лучами солнца, а также приятным ветерком, что раздувал волосы. наблюдает со стороны, как антон разбирает одну из брошенных машин, пока коломиец слушался старшего и подавал нужные инструменты. в памяти всплывает то, как антон наотрез отказывался браться за ремонт машины. неужели они отправятся по области? – доброе утро! – в хорошем расположении духа подходит к ним ближе. – сукин ты сын, – татыржа пытается быть тише, когда прищемляет палец. – да-да, доброе. русоволосый парень, словно вышел из какого-то фильма. разворачивается на голос, пока в его волосы, словно пшеничные колосья, нагло вторгается летний ветер. на лице заметная улыбка, а глаза чуть щурятся, когда замечает корякова. а илья, будто заворожен. не сводит взгляд с лучезарной улыбки, невольно улыбаясь в ответ. – доброе утро, илья, – смущенно уводит взгляд, а коряков чувствует, как плавится, но далеко не от солнца. – мы можем с тобой поговорить? татыржа замечает переглядки этих двоих, поэтому бессловно оставляет их на разговор, удаляясь в укрытие. оставшись вдвоем почему-то ноги подрагивают от волнения. илья замечает, что парень был одет в футболку, больше не собираясь скрывать свой шрам. – денис, – не знает, как правильно начать, пока русоволосый внимательно его слушал, облокотившись на машину. – ты злишься на меня? – все в порядке, илья, правда, – денис вновь вспоминает о вчерашнем дне, когда только смог перестать об этом думать. – у тебя было право злиться, я полностью это принимаю. – я наговорил лишнего, – чувствует себя ужасно виноватым перед ним. – мне очень стыдно. коломиец сокращает расстояние между ними, оставив все обиды за спиной. неважно, что было. самое главное – знают, что важны друг другу. искать виноватых не было никакого смысла, ведь у каждого были свои причины злиться. затянув илью в объятия, гладит по спине, чтобы тот больше не переживал по этому поводу. – не думай об этом, я не сержусь на тебя, – денис не может держать на него обид. – ты только тоже не сердись. – я не могу сердиться на тебя.