Привычки

К Салиму тянутся кошки. Они негромко мурлычут, когда он гладит их широкой ладонью, жмурятся и вытягивают спины дугой. Джейсона любят собаки; они прыгают вокруг него с громким лаем, виляют хвостами и ластятся. Салим варит отличный кофе, подолгу и придирчиво выбирает кофейные зерна. Джейсон хватает первый попавшийся чёрный чай и заваривает его до черноты. Пить получившуюся дрянь невозможно, но она способна разбудить мертвеца, а уж взбодрить перед долгой бессонной ночью и подавно. Салим носит мягкие рубашки тёмных, пыльных цветов, Джейсон отдал сердце футболкам с агрессивными принтами. Их контрастность притягивает внимание сотрудников ЦКВС, и в разговорах нет-нет, да и промелькнут оба имени, с любопытством, интересом и непониманием: как можно так резко изменить курс и поменять мнение о враге?.. Салим знает о повышенном интересе, но не подает виду. Он чувствует себя чужим в Америке, в серых коридорах ничем не примечательных зданий, в которых вершатся судьбы и в которых его завлекла сама жизнь. Джейсон знает о повышенном интересе, но ему плевать. Бесконечные допросы и тесты его уже не раздражают, потому что он дома. И дом — это не место. Это ощущение, которое дарят люди. — Круто, что так сложилось. Джейсон опирается локтями о стеклянный балкон и подставляет лицо солнцу. Футболка, мокрая от пота, липнет к телу. Одного допроса ЦКВС было мало. Их интересовало всё: вампиры, музыкальный язык, находки археологов, инопланетные споры, вылетающие из пузырей… а также влияние адреналина на вампиров и возможный риск заражения, поэтому горстку выживших гоняли в хвост и гриву на физических и психологических тестах. Впрочем, супругов Кинг Джейсон так и не встретил в серых коридорах, что навевало мысли о том, что подставляться, как обычно, должен младший офицерский состав. — Ты часто об этом говоришь. — Ну так почему бы не поговорить о чём-то хорошем? Салим смотрит на пригород Вашингтона, расстилающийся внизу. Трава, подстриженная газоном, аккуратные одинаковые дома, дороги, перпендикулярные друг другу. Зеленое, белое, серое. Всё как по линеечке, тщательно выверено. Ещё одно явление, к которому Отман не может привыкнуть. Его глаза привыкли к хаосу и буйству красок, но краски здесь только на принте футболки Джейсона. Салим неожиданно печален, хотя для этого нет видимых причин, и это тревожит Джейсона. — Эй? Ты чего? — Думаю о том, что меня не должно быть здесь. Наложить гриф секретности на «Целус» и происшествие в катакомбах — это одно. Это в правовых рамках одной страны. Вывезти военного другой армии для своих целей — это другое. Как США удалось провернуть такой трюк? Было ясно, что в этом замешаны силы более влиятельные, чем лейтенант армии Ирака, и эти силы вызывали опасения. — Да брось ты. У тебя есть загранпаспорт и виза. И вид на жительство. Ты без пяти минут гражданин США. «Без пяти минут гражданин» расстраивается еще больше. — Вот именно. Зачем я нужен твоей стране? — А зачем Англии твой сын? — Он там учится! Зейн умен и много трудился, поэтому его пригласили! Джейсон посмеивается. — Ну так и тебя «пригласили». Грубовато, правда, ну так и мы не на балу были. Салим неуверенно улыбается. — Я не привык быть обласкан вниманием. — Обласкан? Ты серьёзно? Да с нас шкуру сдирают на этих сраных тестах! — Но это лучше, чем война. — Да что угодно лучше, чем война, блядь. В кармане жужжит таймер, напоминая, что перерыв окончен. Салим и Джейсон скрываются в бетонном здании, готовясь пройти очередную порцию тестов. А потом… потом они будут исследовать город, пить пиво в барах и продолжать изучать привычки друг друга.