Ушастое счастье

Я просто устала, не хочу на работу.

Хочу на ручки и каплю заботы.

Чтоб просто обняли, тепло подарили.

За слабость мою, чтоб не судили.

Порой так хочется на плечо опереться.

Чтоб кто-то открыл нужную дверцу…

Мне нужно немного, всего лишь минутку.

И снова в мир, на большую прогулку.

Мне лишь бы чуть-чуть в ласку нырнуть.

А после… можно и горы свернуть.

***

      Осень постепенно теряла свои краски вместе с опавшей листвой, что уже не шуршала под ботинками, а превратилась в кашу и грязь. В воздухе пахло озоном, сыростью, пожухлой травой и холодом. Чем ближе Чимин приближался к дому, тем хуже становилась погода. Мелкий дождик сменился ливнем, а ветер набирал силу с каждой минутой, он вырывал зонт из рук, выламывал спицы, бил в лицо, застилая обзор, забирался под одежду, пробирая до костей. Приближение зимы ощущалось всё более отчетливо. Природа отражала его настроение — бурю в душе и мрачность мыслей.       Чимин всё сильнее кутался в куртку, пытаясь скрыться от ветра за воротником. Он старался идти быстрее, не обращая внимание на усталость, мечтал поскорее переступить порог родного дома, принять горячий душ и выпить теплого чая. Он надеялся хоть немного расслабиться и отдохнуть после тяжелой рабочей недели, и хоть сегодня пятница, документы, взятые с собой на дом, ощущались тяжелым грузом, который давил к земле. Снова работа, снова без отдыха, снова беспокойные сны.       С каждым порывом ветра мужчина жалел, что решил с утра прогуляться пешком, оставил машину у дома, доверившись утреннему солнышку, которое спряталось ещё до его прихода на работу. Жалел, что так и не купил себе теплый шарф и сейчас рисковал заболеть.       Огни дома уже виднелись вдали и манили к себе, они как маяк указывали путь. Оставалось лишь пройти сквер, чтобы шагнуть в тепло и наконец-то расслабиться, он уже ощущал комфорт квартиры, мягкость ковров, но ледяные капли возвращали в реальность. С громким скрипом ветер вывернул спицы, ломая крепления. Чимин остановился в попытке починить зонт, но вскоре понял, что он окончательно сломан. Он тяжело вздохнул, смотря на остатки того, что защищало его от непогоды, дождь хлестал в лицо, светлые пряди прилипали к коже, брюки промокли, а в ботинках хлюпала вода.       Чимин оглянулся и, заметив мусорку, направился к ней. Блеклый свет фонарей освещал аллею сквера. Зонт с грохотом опустился на дно металлической урны. Ветер завывал, подпевая шуму дождя, холод пронизывал до костей, а Чимин замер. Под скамейкой он увидел промелькнувшую тень и услышал тихое чихание. Кошка?       Мужчина медленно нагнулся, всматривался в темноту, а в ответ на него посмотрели две большие черные бусины, сверкающие в тени. Потом он разглядел дрожащее от холода тельце, покрытое мокрой, местами грязной шерсткой, большие уши прижаты к голове, а на заострённой мордочке шевелился носик-кнопочка, принюхиваясь. Это была не кошка, как он подумал сначала. Во мгле прятался фенек. Пустынная лисичка, оказавшаяся в центре шумного и холодного мегаполиса.       Сердце Чимина сжалось, зверёк выглядел таким маленьким, хрупким и беззащитным. Мужчина сел на корточки и стал аккуратно приближаться, чтобы не спугнуть. Раздалось низкое, грозное рычание, а фенек отстранился, скрываясь в тени. Он не боялся, он защищался, предупреждал.       «Такой маленький, но сильный и грозный. Только от голода, холода и непогоды это не защитит».       — Привет, — тихо проговорил Чимин, — ты как здесь оказался?       Фенек зарычал сильнее, пятясь назад. Его лапки дрожали и еле держали уставшее тельце, но он не прекращал рычать, предупреждая, что сможет защитить себя, обнажал острые зубы и недоверчиво смотрел на человека.       Чимин не мог уйти, не мог оставить хрупкого зверька на улице под ледяным дождём и пронизывающим ветром, от которых не спасает это временное укрытие. Он очень плавно стал подбираться ближе, медленно протянул руку, давая к себе привыкнуть и пытаясь убедить, что не опасен.       — Тише, тише, — сквозь гул непогоды шептал Чимин. Его голос был мягким, нежным и теплым. — Я тебя не обижу. Хотя, я понимаю тебя, я бы тоже на себя рычал на твоём месте, — продолжал говорить мужчина, на что получил недовольный фырк, слово зверёк всё понимал и насмехался.       Чимин, не обращая внимание на дождь и холод, опустился на колени и медленно, плавно протянул ладони. Фенек замер, глаза-бусинки внимательно следили за каждым движением, рычание стихло, но зубы он не спрятал.       — Пойдём со мной, — приглашал Чимин. — У меня дома тепло, сухо. Я тебя накормлю, высушу, отогрею. Пойдём. Я не причиню вреда. Ты же тут замерзнешь, а завтра обещают похолодание… Пойдём. Не бойся.       Фенек заглянул Чимину прямо в глаза, во взгляде не было страха, только недоверие, грусть и усталость.       — Я не обижу, — продолжал убеждать Чимин, надеясь, что он поймёт, хоть не слова, но голос, и доверится. — Пойдём со мной, я помогу тебе. Доверься мне, пожалуйста…       С каждым словом Чимин всё ближе тянулся к мокрому недоверчивому комку, миллиметр за миллиметром, в надежде разбить эту невидимую стену. Фенек перевел взгляд на протянутые ладони, маленький носик зашевелился, принюхиваясь, а глаза-бусинки снова осмотрели человека с головы до ног, останавливаясь на коленях, что стояли на мокром асфальте. Ткань брюк уже полностью пропиталась влагой и грязью.       — Мы сейчас наверняка выглядим почти одинаково, — бормотал Чимин, сам не понимая, что несёт, но пытался звучать мягко и дружелюбно, чтобы показать добрые намерения. — Оба мокрые, холодные, грязные… одинокие…       Зверёк снова посмотрел в глаза, его взгляд был осознанным, словно он понимал всё, что говорит ему Чимин.       — Но мы можем это исправить… вместе.       Чимин замер, он предоставил выбор зверьку самому решать, он не хотел его ловить, насильно вести домой или в клинику. Он очень надеялся, что фенек сам пойдёт к нему. И лисёнок сделал первый маленький шажок навстречу, обнюхал руки и ткнулся носиком в раскрытую ладонь. На лице Чимина расплылась улыбка, искренняя, светлая, а с губ сорвался тихий вздох. Он только сейчас осознал, что затаил дыхание в ожидании.       — Вот так. Хорошо. Пойдём? — неуверенно спросил Чимин и медленно убрал свободную руку. Он аккуратно расстегнул куртку и снова протянул ладонь. — Иди сюда.       Фенек тихо фыркнул и сделал ещё один шажок, а мужчина очень бережно обхватил руками дрожащее от холода тельце и прижал к груди, укутывая курткой, чтобы хоть немного согреть. Рубашка моментально промокла, Чимин кожей ощущал, насколько зверёк продрог. Они дрожали в унисон, пытаясь сохранить хоть капельку тепла.       Мужчина шел быстро, стараясь скорее добраться до дома, ближе прижимал замерзшего зверька, в надежде немного унять дрожь, а горячее дыхание лиса согревало его шею.       Наконец Чимин переступил порог своей квартиры, щелкнул выключателем и по помещению разлился теплый мягкий свет. Мужчина закрыл дверь и глянул в зеркало около входа. С его светлых волос капала вода, одежда промокла насквозь, а из куртки показалась маленькая мордочка лисëнка.       — Я ошибался, — прошептал Чимин, а ушки зверька навострились, прислушиваясь. — Мы не похожи. Ты намного красивее.       Фенек посмотрел на человека и тихо фыркнул, а после чихнул.       — Будь здоров. Ну вот видишь, правду говорю, а ты фырчишь, — тихо засмеялся Чимин. — Постой тут, подожди, пока я разденусь.       Мужчина опустил зверька на пол и начал скидывать мокрую одежду и обувь.       — Ох, надо это всё будет почистить, постирать и высушить, но это потом. Сначала мы тебя покормим. Только позволь я немного тебя вытру. Я аккуратно, обещаю.       Фенек сидел на полу и внимательно следил за каждым движением человека. Чимин добежал до гостиной и схватил брошенную утром впопыхах футболку и вернулся к лису. Он аккуратно обмакнул шерстку, вытер лапки и поднял его на руки.       — А я тут знатно наследил… — Чимин смотрел на мокрые следы, оставленные им на полу. — Ладно, пойдём.       Мужчина зашёл на кухню, включил свет и аккуратно поставил зверька на пол. Быстро вымыв руки, полез в холодильник, думая, чем можно покормить лису. Полки встретили пугающей пустотой, лишь куриный бульон в сотейнике одиноко стоял посередине.       — Блин, как-то я забыл, что хотел зайти в магазин. Надеюсь, это подойдет и тебе понравится. А завтра я тогда схожу и куплю что-нибудь вкусненькое. Что ты любишь? — Чимин на секунду замер, осознавая, что ему никто не ответит. Но фенек сидел, внимательно наблюдая и слушая, и снова фыркнул.       Чимин быстро порезал вареную курицу, насыпал кусочки в миску, залил бульоном и отправил в микроволновку. Для себя сделал тоже самое и ждал сигнала о готовности. Печь громко пискнула в тишине квартиры, а через несколько секунд перед зверьком уже стояла миска с ароматным бульоном.       — Приятного аппетита. Надеюсь, тебе понравится, — проговорил Чимин и смотрел, как фенек недоверчиво принюхивается к предложенной пище. — Он свежий, только вчера приготовил. Хочешь, я первый попробую? — мужчина зачерпнул ложку и отправил в рот. — Айщ… горячо.       Лисёнок коротко фыркнул, словно насмехаясь. А Чимин, пытаясь остудить обожженный язык, маша рукой и активно выдыхая, поднял миску и начал дуть.       — Всё. Теперь должно быть не горячо. И я попробовал, вкусно.       На этот раз фенек более смело принюхался к еде и попробовал её на вкус. Медленно он съел всю миску и довольно облизывался, фырча. Чимин так засмотрелся, что забыл про свою еду, но опомнился и почти разом проглотил содержимое тарелки.       — Наелся? — уточнил Чимин и, решив, что ответ «да», продолжил. — Тогда надо тебя помыть и высушить.       Фенек на эту фразу попятился назад, а мужчина медленно сел на корточки.       — Так тебе станет теплее и комфортнее, я буду очень аккуратным, обещаю. Иди сюда, — Чимин протянул руки, но фенек развернулся и медленно пошёл на выход из кухни. — Ладно, можешь пойти сам. Я покажу дорогу.       Чимин пошёл вперёд и открыл дверь ванной перед зверьком. Тот осторожно зашёл внутрь и осмотрелся.       — Ты почему хромаешь? — не сразу заметил Чимин и присел, чтобы посмотреть поближе. — Позволь мне.       Фенек сначала попятился, но потом сел и позволил к себе прикоснуться. Мужчина аккуратно взял лапку лиса и увидел небольшую ранку.       — Надо обработать, порез неглубокий, но, если попадёт инфекция, будет плохо. Мыться точно придётся, — проговорил Чимин, не обращая внимания на недовольное фырчание зверька. — Фырчик маленький. О точно, буду звать тебя Фырчик. Что? Не нравится? Ладно, я попробую придумать что-то другое, но пока будешь Фырчиком, надо же мне тебя как-то называть.       Фенек фыркнул, а Чимин настроил воду и подготовил чистое полотенце. Взял на руки зверька и опустил в воду, он очень нежно и аккуратно промыл ранку, ласково шепча всякие глупости, отвлекая от боли, потом и всё тельце. Тщательно намыливал шерстку шампунем, смывая всю грязь, осторожно поливал водой, чтобы не попасть в глаза и ушки. Мокрым фенек выглядел совсем крошечным, Чимин укутал этот комочек в полотенце и аккуратно промакивал, убирая лишнюю влагу.       — Вот и всё, теперь ты чистенький. Сейчас обработаю лапку и можно спать.       Чимин отнёс лисёнка на диван и пошёл за аптечкой, а когда вернулся, фенек уже выбрался из полотенца и отряхивал шерстку, забрызгивая подошедшего человека и всё вокруг. Осознав произошедшее, зверёк опустил мордочку и попятился. Мужчина вздохнул и молча присел, чтобы обработать ранку.       — Вот теперь точно всё, — довольный проделанной работой, проговорил Чимин, а фенек весело фыркнул. — Ну что, Фырчик, вот тебе плед. Укладывайся поудобнее, а я пока уберусь и сам приму душ.       Фенек фыркнул и свернулся клубочком на приготовленном пледе.       Когда Чимин вернулся, фенек поднял сонную мордочку и посмотрел на человека, который никак не мог согреться даже после горячего душа и, взяв ещё один плед, кутался в него.       Чимин, улыбнувшись зверьку, сел в мягкое кресло и открыл папку с документами, которую достал из промокшей сумки. Его надежды не оправдались и почти все бумаги промокли. Он с грустью смотрел на местами поплывшие чернила и испорченные листы, эмоции снова нахлынули на него, как во время дороги домой, клубок тревожных мыслей закручивался в голове, вызывая физическую боль, но тут Чимин почувствовал прикосновение к своей ноге, а взглянув вниз, увидел лисёнка, что стоял на задних лапах и как-то взволнованно смотрел на человека. Фенек запрыгнул на колени мужчины, убедился, что его не прогоняют и заглянул в документы. Он тихонько фыркнул и, оперевшись на грудь Чимина, посмотрел ему в глаза так, что мурашки побежали по коже. Казалось, зверёк всё понимает и хочет поддержать человека, чтобы он не расстраивался.       Чимин грустно улыбнулся и осторожно погладил мягкую шерстку.       — Ты прав, ничего страшного. Зато в эти выходные я не буду работать, — проговорил мужчина, откладывая бумаги на журнальный столик.       Он впервые за вечер присмотрелся к лисёнку, его молочная шерстка уже почти высохла и блестела в теплом свете лампы. На больших ушках были почти незаметные маленькие шоколадные кисточки, которые забавно шевелились при каждом движении. Маленький носик-кнопочка был чёрным, но с небольшими розовыми пятнышками. Чимин ласково погладил зверька по мягкой спинке, вызывая довольное фырчание.       Фенек опустился Чимину на грудь и влажным носом уткнулся в шею, ластясь и успокаивая своим фырчанием, посылающим вибрацию по телу. Чимин начал расслабляться, тревожные мысли улетучились, мелодия лисёнка под аккомпанемент дождя, барабанящего по стеклу, убаюкивала, а на лице сама собой расцветала искренняя улыбка.       — Спасибо тебе, Фырчик, что появился в моей жизни. Ты принёс тепло в эту холодную осень, — продолжая поглаживать лисёнка, прошептал Чимин.       Фенек слегка отстранился, посмотрел в глаза и быстро, словно боясь, лизнул Чимина в нос и свернулся клубочком на его коленях. Мужчина тихо рассмеялся и оставил лёгкий поцелуй между ушек, на которых зашевелились кисточки. Он ещё долго сидел в кресле, поглаживая пушистую шерстку, слушая мелодию, созданную природой, и просто наслаждался моментом.       В этот вечер Чимин впервые за долгое время уснул крепким сном, чувствуя тепло свернувшегося комочка и мягкость шерстки его нового друга.