Принц, боявшийся собственной силы

Грустным взглядом смотрела девица на свадебный букет в своих руках. Даже приятная мелодия на фоне не могла придать сию событию менее печальный вид. Жених, стоявший правее, совершенно безразлично глядел на будущую супругу. До церемонии виделись они всего четыре раза, если считать эту встречу. — Если кто знает причину, по которой они не могут вступить в брак, извольте сообщить сейчас или замолкните навсегда! — огласил священник, разводя в стороны руки. Присутствующие смиренно умолкли, внимательно наблюдая за обменом клятвами, а после и кольцами. Невеста натягивает легкую улыбку, оборачиваясь на подданных и гостей, собравшихся на церемонии. Звучат последние слова священника, и он замолкает под восторженные поздравления молодоженам. Спустя годы нескончаемой войны отец принцессы не нашел решения лучше, как предложить выдать свою дочь за принца вражеской страны. Императора Энджи Тодороки интересовало лишь приданое, которое полагалось за принцессу. Таким образом и состоялась помолвка совершенно незнакомых Шото и Наоки. Девица до сих пор помнила, какой была их первая встреча. Принц показался ей хладнокровным и жестоким, когда прямо на её глазах чуть не лишил жизни одного из слуг. Тодороки славились своими способностями, и принцесса была осведомлена об удивительных умениях своего жениха, но предполагала, что жертвой может стать и она. Тот леденящий ужас, что испытала Наоки, глядя на то, как вспыхнула огнем рука принца, нельзя было сравнить ни с чем увиденным в её жизни.   По щеке пробежала одинокая слеза. В голове — туман воспоминаний о родном крае, о знакомых людях и семье. — О, матушка, за что мне это? — взмолилась она от безысходности. Принцесса знала, что её родители женились по любви и никогда прежде не задумывалась, что с ней приключится иначе. Наоки стерла последнюю слезу, скатившуюся по белоснежной коже, и повернулась на звук. В двустворчатую дверь раздался аккуратный, ненавязчивый стук. Разомкнув слипшиеся от слез очи, принцесса встала и отряхнула платье. Она подошла ближе, отворяя незваному гостю дверь. — Прошу прощения, должно быть, я поздно, — холодно извинился принц, глядя на теперешнюю жену, в глазах которой не видел и капли счастья, а лишь мелькавший иногда отблеск печали. — В столь поздний час… — скорее про себя прошептала девица, опустив взгляд в пол, — вам что-то понадобилось? — Не поймите меня неправильно, я не смею требовать от вас… — не стал договаривать Тодороки, — я пришел вручить вам это. Простите за беспокойство. — Он протянул принцессе небольшую коробочку, покрытую синим бархатом. Удивленная излишней вежливостью Наоки не сразу опомнилась и мгновение стояла в прострации, а после приняла подарок супруга. — Благодарю, — улыбнулась она, — доброй ночи, — пожелала принцесса. Тодороки молча кивнул и покинул покои, оставляя супругу в одиночестве. Следующие дни Наоки практически не пересекалась с мужем. Дело было не в занятости принца королевскими делами, а в постоянных тренировках. Всё же большая сила требовала большой ответственности и контроля, которого, как оказалось, у Тодороки было недостаточно. Одним утром принцессе удалось выскользнуть из покоев. Свежий аромат цветущих повсюду цветов сразу привлёк внимание девицы, заставив сорвать парочку. Лёгкий ветер приятно ворошил локоны, будто заигрывая с ними, а лишь только взошедшее солнце слегка грело своими ещё не до конца тёплыми лучами. Выйдя за края тропинки, принцесса каким-то чудом забрела в лес, располагавшийся за дворцом Тодороки. Резкие звуки в чаще вызвали, на удивление, не страх, а неподдельный интерес к происходящему. Невесомыми шагами Наоки всё ближе подходила к месту, нарушавшему умиротворённую тишину утреннего леса. Раздвинув ветки, которые навязчиво лезли в глаза и путали позолоченные локоны, принцесса пригляделась к загадочной тени. Каково же было её удивление, когда вместо рыцаря она обнаружила собственного мужа, отчаянно пытавшегося контролировать силу огня и льда одновременно. Тодороки выругался, и его ладонь вновь загорелась ярким пламенем, в то время как другая покрылась тонкой коркой льда. Девица прекрасно помнила свой страх перед необузданной силой принца, но сейчас, будто заворожённая, молча наблюдала, не в силах оторвать взгляда. Вдруг ветка предательски хрустнула под её ногой, заставив отшатнуться и нечаянно создать ещё больше шума. Через мгновение прямо в её сторону надвигалось пламя, выпущенное с руки Тодороки. Девица ахнула и упала на землю, испугавшись воспламенённого куста. — П-прошу прощения, вы меня напугали, — растерянно, но всё так же холодно произнёс Шото, глядя на упавшую жену. Он хотел было протянуть ей ладонь, но страх, который он увидел в глазах супруги, заставил его замяться и отстраниться. — Я плохо контролирую силу. Моя вина. — Принц дёрнулся назад и покрыл недавно горевшее место глыбой льда. — М-мне тоже стоит извиниться. Я поступила крайне невежественно, подкрадываясь к вам. — Наоки поднялась, отряхивая простенькое платье от пыли. — Не страшно, — безразлично парировал Тодороки. — Понимаю ваше смятение и испуг. — Ваше Высочество? — Сказанное принцем показалось Наоки совершенно неожиданным и странным. — Я был против этого брака. Хуже всего было обрекать вас на эту участь, на брак. — Кажется, загадочный принц был куда более чувственным, чем казалось девице. — Моя матушка тоже вышла замуж не по любви. И обернулось это не лучшими событиями, — Шото приложил ладонь к ожогу на глазу, которые занимал четверть его лица. Принцесса отпрянула, приложив руки к губам в немом шоке. Ранее ожог, как ей думалось, полученный в бою, вызывал лишь отторжение, а теперь к нему на замену пришло сожаление. — Я вовсе не виню вас! — вырвалось у Наоки. Принц удивлённо поднял взгляд на супругу. — Изволите узнать причину? — сама задала вопрос принцесса. — Ведь вы не такой жестокий человек и уж тем более не монстр. — Тодороки, вероятно, был наслышан о том, как за пределами империи проклинают их семью за силу и демонизируют в глазах народа. — Позволите? — Шото незаметно приблизился. Его ладонь оказалась прямо над горящей щекой девицы, уже успевшей покрыться румянцем. Принц убрал выбившуюся из аккуратной причёски прядь за ухо, а после взглянул в изумрудные глаза супруги. — Вам вовсе не мерзко от моих прикосновений? — голос Тодороки прозвучал с ноткой неуверенности. — Вовсе нет! — воскликнула в ответ принцесса, резким движением прислонив ладонь прямо к щеке. Шото еле заметно отпрянул от внезапного действия Наоки, но сдержанно улыбнулся, аккуратно поглаживая фарфоровую кожу. Тодороки, казавшийся пленником собственной силы, сейчас вёл себя уверенно, и даже несмотря на то, что сердце желало вырваться из груди, он не смел навредить ей — девице, принявшей его таким, какой он есть.