Черный Радужный

— Какого хера ты несёшь?! — прищурился Эррор, расплываясь в угрожающем оскале. Свет в лаборатории на секунду пропал, и с тихим щелчком включился запасной генератор, освещая помещение и стоящих в нём монстров. Саенс взглянул на погасший монитор и вздохнул, а после перевёл взгляд на Эррора, что кругами ходил по кабинету и нервно глядел то на Саенса, то на малышку. Раньше Эррор так себя не вёл. Не в открытую. Сейчас он будто и вовсе не замечает, что делает что-то чертовски странное. Настолько, что Саенс порой в открытую хочет предложить Эррору пройти сеанс психотерапии в какой-либо вселенной. Предложи он эту идею раньше, и Эррор бы разрушил его мир и мир, где ему могли бы оказать помощь. Ну или он сведёт с ума психотерапевта. Эррор остановился. И судя по огромному количеству лагов, и вовсе отправился на перезагрузку. Саенс потёр глазницу ладонью, ощущая боль. С приходом Эррора времени на сон становилось всё меньше и меньше. И всё чаще он получал всякого рода мигрени. Надо выпить кофе... А Эррор... пусть думает. Определённо есть над чем. Особенно после недавних новостей. Саенс вернулся к работе. Но сначала перераспределил электричество от ядра в лабораторию. И только после услышал громкий плач. Эррин смотрела на него заплаканными глазами и тянулась руками к зависшему Эррору. — Извини уж, но твой отец вряд ли сможет поддержать тебя, — пробормотал Саенс, беря со столика бутылочку с магией. Малышка посмотрела на него со знаками вопроса, слезливо моргнула, а после перевела глаза-ромбы на бутылочку. Магия Эррора плескалась в бутылке. И это пока было единственным, что можно было дать малышке. Поэтому, дождавшись, пока Эррин спокойно уляжется и перестанет вертеться будто настоящий червяк, он дал ей бутылочку, придерживая голову Эррин и бутылочку. Кормление не было его работой. Но Саенс сам ввязался в историю с Эррором и, впрочем, не жалуется. Интерес давно уже пересилил страх. И если так подумать, то малышка его редко беспокоила. Редко когда, и только когда ей что-то нужно. Чем неимоверно напоминала своего отца. Да и в присутствии Эррора ребёнок плачет куда чаще. Особенно в последние дни, когда её мама и вовсе почти не контактирует с Эррин. Саенс усмехнулся. Назвать Эррора и Эррин семьёй будет довольно трудно, тем более нормальной семьей. И Саенс не решался думать о будущем ребёнка. С её родителями... будет трудно. Один предпочитает жить в белом ничто, разговаривает с голосами, имеет склонность разрушать миры и в принципе живёт так, как только захочется. Другой бездушный, вынужден пить краски и явный социопат. У Саенса порой складывалось мнение, что на роль хранителей и разрушителя существовал строгий отбор, условия которого были примерно таковыми: чем хуже личность, тем выше шанс стать хранителем, ну или просто быть как Эррор. Благо, увидеть печально известного Найтмера пока не удавалось, как и Дрима. Саенс напряжённо улыбнулся. Ситуация... мягко говоря, напряжённая. Даже если не считать Инка за родителя ребёнка вовсе, он всё же когда-либо встретит Эррин. И тогда... Саенсу остаётся только надеяться, что Эррор это понимает. Да и Саенс многократно говорил Эррору, что делать можно с ребенком, а что нет. Можно ли сказать, что Эррор прислушался? Если так подумать, то ребёнок больше не в анти-пустоте, значит... Но всё же вырасти в лаборатории... не самый лучший вариант. И всё же лучше, чем пустота. Видеть пробирки взамен игрушек, провода, что ни в коем случае нельзя трогать. Сдавать медицинские тесты просто чтобы выявить возможные аномалии, что могли достаться от матери или отца... Саенс вздохнул. Звёзды... во что же вырастет этот ребёнок? Ребёнок с красной мишенью в глазах посмотрела на Саенса и хлопнула руками по бутылочке, ногой отпихивая её подальше. А после отвернула от Саенса голову и с яркими фигурами в глазах взглянула на Эррора. Ну... можно догадаться, что из этого вырастет. Саенс помахал перед глазами Эррин соской, привлекая внимание ребёнка. Глаза сменились на ромб и знак вопроса, и Эррин потянулась ручками к соске. Отлично. Теперь можно и поработать. Выдохнул Саенс и подошел к компу, где отображались данные последнего осмотра Эррора. Даже переделанная машина не смогла полностью прочитать душу Эррора. А если и прочитала, то вывела в максимально запутанной форме. Эррор тогда лишь пожал плечами, да усмехнулся, мол, чего Саенс вообще ожидал от буквальной ошибки. Код Эррора был запутанным даже до нападения Найтмера, а теперь... стало хуже. Фрагменты кода Найтмера, будто вирус, наслоились на части кода Эррора. У Эррора всегда показатели были ниже нормы. Да и за здоровьем он не следил, кроме периода беременности, когда Саенс буквально впихивал в руки Эррора необходимые витамины. И пусть Эррор, наверняка, рассчитывал, что на беременности всё закончится. Собственно, последние результаты тестов никого не радовали. Эррору становилось лишь хуже. И самое хреновое во всей этой ситуации то, что... Саенс не сможет помочь. То, что происходит с Эррором, не медицинская проблема. Причина его изменений - код. И Саенс знает только одного, кто может восстанавливать код. Однако... Эррор этот вариант не примет никогда. Не принял бы раньше. А сейчас... А сейчас у него действительно нет выбора. Он потерял собственную ценность, лишившись способности разрушать. И это действительно сильно ударило по самооценке Эррора. Саенс берет две кружки и делает кофе, а после двигает стул к компу и набирает сравнительные данные: то, что было, и то, что стало. И запускает программу для расшифровки страшно запутанного кода Эррора. К сожалению, это было всё, чем он мог помочь Эррору. За спиной раздается радостное вяканье малышки. Саенс оборачивается проверить и находит Эррора, склонившегося над кроваткой и лишь смотревшего, как ребенок корчит лицо в попытке достать до него. — Может, попробуешь перчатки? — предложил Саенс. — Что ты несёшь? Вокруг Эррора лаги пестрели чаще, чем когда-либо. Эррор хмуро посмотрел на Саенса. Разные зрачки вызывали лишь привычную дрожь в позвоночнике. — Ты пойдёшь к Инку? — нервно спросил Саенс. Руки Эррора сжались. — Нет, — гневно пролагал Эррор. Ясно. Прямо сейчас лучше промолчать. — Ебаный слизняк... — пробурчал Эррор и опустился на стул возле стола Саенса. — Разве ты... не убьёшь Найтмера? Саенс пододвинул кружку кофе к Эррору Эррор усмехнулся. — Если я убью слизняка, мультивселенная умрёт следом. Саенса будто холодным ветром обдуло, что дрожью прошлось по костям, заставив задуматься о решении Эррора, которое внезапно приобрело куда больший масштаб. Эррор не забудет... — Тогда... что ты сделаешь с Найтмером? Улыбка Эррора стала походить на улыбку конченого психопата, такого, что самая худшая версия Чары просто не сравнится с этим. Эррор поставил локти на стол и весело посмотрел на Саенса. — А ты, я смотрю, хочешь узнать побольше... Протянул Эррор. В кроватке закопошилась малышка, явно оскорблённая тем, что на неё не обращают внимания. — Нет, если честно. Саенс пожал плечами. — Но, честно говоря, так в открытую игнорировать ребёнка ты сможешь только до тех пор, пока она не научится выплёвывать соску. Эррор только усмехнулся. — Я не образец материнства. Саенс кивнул. Это точно. — Однако хотел спросить... что вообще делает Найтмер? — спросил Саенс. Эррор задумался. Протянул руку к кофе и сделал глоток. — Слизняк обеспечивает кошмарами миры, аккумулирует негативную энергию в себе и перенаправляет в миры, где негатива мало, чтобы выровнять баланс. Эррор сделал паузу. — В идеале так он должен работать. Но Найтмеру глубоко поебать на миры и жителей. Саенс усмехнулся. — Что-то мне подсказывает, что такой не один Найтмер. Эррор поставил кружку на стол и задумчиво уставился в стол. Саенс уж хотел было спросить о внезапной тревожности Эррора, но вовремя прикусил язык. Не стоит такое спрашивать. — Тогда... — начал Саенс — Сколько продержится мультивселенная, если ты не сможешь больше разрушать? Эррор пожал плечами. — Год без разрушений мультивселенная прожила, — Эррор сделал глоток. — Но даже этого оказалось достаточно, чтобы Инк заметил, что... ты нужен, — заметил Саенс. Эррор нахмурился и поставил кружку на стол. И, усмехнувшись своим мыслям, протянул: — Идиоты только так и понимают. Компьютер неожиданно для Саенса громко пиликнул. Саенс вздрогнул. За это тут же получил усмешку в свой адрес. Саенс вздохнул, открыл в программе данные, что наконец удалось расшифровать, и погрузился в чтение. Скрипнул стул. Раздался звук шагов. Эррор остановился в метре от Саенса, тоже глядя в экран. — Эррор... — протянул Саенс. — Очередные хреновые новости... — с лагами в голосе протянул Эррор. — Сколько у тебя моей магии? Саенс поморщился и взглянул на малышку, которая, кажется, и вовсе заснула, пока на неё не обращали внимания. — На кормление хватит, но... могу попробовать смешивать магию, чтобы растянуть... Насколько это будет критично для ребёнка, Саенс не решался думать. — И как же живут дети, у которых нет родителей? — проговорил Эррор. — Неужто просто умирают... Саенс задумчиво посмотрел на Эррора. — Вообще-то да... — протянул он. — В зависимости от вида монстра, магия различается и для таких маленьких детей ощущается чужеродной. А ты и Инк... Саенс потёр глазницу, ощущая назревающую мигрень. Магия этих двоих слишком уникальна, и искусственно воспроизвести её Саенсу не удалось. А магия Эррора теперь и вовсе повреждена и непригодна для кормления малыша. — Да, я понял, что мы оба те ещё твари... — сказал Эррор. — Значит, без замены... — Не совсем... — задумался Саенс и словил взгляд Эррора. — Мне нужна магия Инка.