Ночная гроза

В нашем подсознании, всегда существует некоторое количество жизненно необходимых нам преимуществ. Это помогает нам не сдаваться даже в самые ужасные моменты, происходящие в этой безумной вселенной, под названием: жизнь. У кого-то это друзья и бизнес. У кого - то вторая половинка. Но согласитесь, ещё одним не менее важным местом у нас является семья. Семья верит в нас тогда, когда мы уже сами в себе не уверенны. Но всё же, всё не может быть настолько хорошо. Нет одинакового человека. Так и нет одинаковой семьи. И отношения тоже, всегда разные. Кто-то, бежит домой после тяжёлого дня, зная что его там ждут. Кто - то боится возвращаться домой, пытаясь провести время побольше вне зоны своих страхов. Ну а кто-то, вовсе туда не идёт. Ён Ши Ин сидел рядом с входной дверью. Стемнело уже как несколько часов назад. Холод пробирался под одежду, не оставляя ни одну косточку необглоданной своим леденым дыханием. Дождь лил как из ведра. Быстрые капли беспощадно падали на мокрый асфальт, образовывая огромные лужи. Людей оставалось совсем немного. Птицы тоже куда-то изчезли. Небо захватили масштабного размера тёмные тучи, не оставив ни одного светлого местечка. Хоть фонари и освещали улицу, теплее на душе Ши Ину не становилось. Он кутался в чёрную, с редкими красными полосами куртку, которая была ему слегка велика. Даже она сегодня не спасала. Эту ветровку ему как-то отдал Сон Дже, когда Ён гулял с ним, обосновав это тем, что "оленятам нельзя болеть" От воспоминания в груди тёплым ручьём разливалась ласка и улыбка. Хоть Ён Ши Ин в этом бы никогда не признался, от всех воспоминаний с Гымом внутри происходило что - то странное, жгучее, и одновременно приятное. Но стоит хоть на секунду вернуться в реальность, становилось холоднее. Парень невольно кончиками пальцев дотронулся до огромного синяка под глазом. До красной ссадины у носа, ещё одного синяка, но уже у рта, разодранной кожи с тёмно - алым пятном у переносицы. От одного только прикосновения каждая рана обожгла жгучей болью, будто предупреждающей. Почувствовав тягучую, солёную жидкость медленно затекающую в рот, Ши Ин понял что теперь из носа ещё и текла багряная кровь. Парень запрокинул голову, оперевшись макушкой об холодную стену. Даже салфеток нет. Он взял первое, что попалось под руку. Ведь наш мозг в стрессовых ситуациях от неожиданности всё же даёт слабину. Тело дрожало. От холода, может от страха. Ён и сам не мог уже различить два этих чувства. Трясущемися руками он разблокировал телефон. Хрипло кашлянул, что бы голос не казался настолько жалким. Нашёл в списках контактов того, чьё имя тут же высветилось в разделе "Недавно" Поднёс телефон к уху, стараясь говорить тише, опосаясь, что за дверью могут услышать. Гудки. -Да? Сердце Ши Ина забилось быстрее. Он несколько секунд молчал, просто пытаясь найти нужные слова. -Можно, я у тебя переночую?... Это было тише, чем он ожидал. Голос и вправду дрожал, и это было прекрасно слышно, как бы обладатель не пытался это скрыть. Послышался вздох. -За тобой заехать? -....Не нужно... ,я сам. -Понял. Буду через 10 минут у твоего дома. Трубку сбросили. Ши Ин аккуратно положил телефон обратно в карман куртки, на секунду прислушавшись. Ну конечно. Крики всё ещё продолжались. Кажется, только что упал чайник из сервиза, который Ши Ин подарил им на день свадьбы. Он инстинктно вздрогнул. Слёзы, ругань, угрозы. Всё это смешалось в однообразный шум, жужащий в ушах, засевший прямо в груди. О, что - то новенькое. Стул кинули? Снова дёрганье. Звук просто был громче. Парень давно понял, что не может контролировать движения своего тела при громких звуках и резких движениях. Слишком зашугали. И нет, он не боялся за мать Ведь это разукрашенное лицо ему сделал сегодня не только отец. Матушка была не последней, кто ударил со всей силы. Ши Ин давно перестал разбираться кто виноват. Ведь всё всё равно в итоге скидывалось на сына. Как бы больно это не звучало, он уже привык

***

Идеально чёрный, с чётким блеском и элегантно лёгкой фигурой мотоцикл подъехал ровно через десять минут. Парень на нём в таком же тёмном гладком шлеме не слез с байка. Он просто ждал. Увидев тёмную фигуру внизу, выделяющаюся из общей серой картины, Ши Ин встрепнулся. Парень аккуратно встал, пытаясь быть тише, и зарыв лицо в широком капюшоне куртки, прикрывавший большую часть синяков, двинулся вниз по лестнице. Глупо было надеяться, что Сон Дже не заметит разукрашенного лица, но всё же. Выйдя на улицу, вся одежда моментально промокла, вместе со старыми конверсами, в прибывании которых было теперь ужасно не комфортно. Но голова и волосы всё ещё были сухими. Их защищала его принадлежащая Гыму ветровка Подойдя к мотоциклу, в нос ударил едкий запах вьевшихся в ткань сигарет и дорого мужского адеколона Байкер слез, и не снимая шлема, с которого стекали холодные капли дождя, остановился прямо напротив Ши Ина. Тот слегка съёжился, то ли от холода, то ли от того что хотел изчезнуть. Одним движением пальцев, капюшон, натянутый до конца, снова откинулся назад, обнажая лицо Ёна, покрытое результатом многочисленных побоев. Ши Ин не хотел поднимать на него глаза. Но вдруг, что-то тяжёлое и достоточно массивное накрыло его голову. Сон Дже аккуратно надел точно такой же запасной шлем на младшего, наблюдая за тем, как тот покорно стоит на месте, и даже не поднимает глаза. Конечно, он увидел синяки. От этого в груди что - то ужасно больно сжималось, а в горле пересыхало. И самое отвратительное то, что Сон Дже не мог сделать с этим ничего. Он бы стёр с лица земли каждого, заставил страдать и умолять о смерти, любого , кто посмеет тронуть его Ён Ши Ина. Но это были его родители. Его по сути, самые близкие, и в тоже время самые ненавистные в жизни люди Это было далеко не в первый раз. С радостью смог бы написать заявление в полицию, но младший сам попросил его этого не делать. Умолял. Говорил что так будет только хуже. Любое действие против его родителей приведёт только к худшему исходу для Ёна. И Сон Дже это понимал.

***

Вскоре мотоцикл завернул в знакомую Ши Ину местность.К этому времени ветер успел подняться с такой силой, что деревья сгибало, а листья с другим городским мусором кружили в воздухе. Стало ещё холодней. Капли, будто сильнее начали падать на всех, кто посмел выйти на улицу в такую погоду. Ши Ин невольно вздрогнул. Где то вдалеке прогремел гром. Сон Дже заметил это, но ничего не сказал. На реке Хан поднимались быстрые волны, каждая из которых пыталась сожрать другую, поглотив и всю реку, будто не понимая, что это невозможно. Дом семьи Гым находился на возвышенности, среди таких же зелёных холмов, округляющих участок реки. Его отец хотел жить рядом с городом, но ни в нём. Это не квартира, а полноценный, двухэтажный особняк Припорковав байк, парень снял шлем, и отложив его, более аккуратным движением убрал второй шлем с головы Ши Ина. Младший лишь поднял на него взгляд своих безумно красивых, но таких раненых мокрых глаз. На улице было безумно холодно. Поэтому Сон Дже, не теряя времени схватил его за руку и остановившись у идеально ровного и большого забора с лёгкой голубой подсветкой, одним нажатием открыл дверь пропуская парня первого внутрь двора.

***

Чёрная кафельная плитка и холодная синяя подсветка только отражали леденящую как внешнюю, так и внутреннюю сторону этого дома. Сон Дже не отпускал его руку. От неё исходило тепло, и казалось, уже одного прикосновения к морозной руке Ёна именно Сон Дже достаточно, что бы Ши Ин чувствовал себя в безопасности. Он прислушался. Странно, дома никого не было. Где то на кухне тихо перебирали тёплую мытую посуду, и...всё. У семьи Гым всегда было куча слуг, и хотя бы два члена семьи всегда были дома. Сейчас, кроме повара или судомойки не было никого. Заметив лёгкое замешательство парня,старший хмыкнул -Они в командировке заграницей. А все слуги уже ушли домой. Ши Ин лишь неуверенно кивнул. Открыв широкие, раздвижные двери, Сон Дже пропустил Ёна, а сам остановился. -Подожди здесь. Он удалился, равномерными шагами изчезая из полезрения Ши Ина. Парень медленно подошёл к висящему зеркалу, всё с такой же подсветкой. М - да. Видок мягко говоря был не очень. Мокрая чёлка сосульками прилипла ко лбу. С промокшей до нитки одежды капли холодные капли, прямо на чёрный, идеально гладкий пол. Чёрт. Он остался стоять на месте, что бы не разнести воду по всей комнате. Лицо всё ещё ужасно болело. Но он уже не прятал его в капюшон. Сон Дже вернулся минут через пять. Без объяснений протянул ему полотенце, сменную одежду, и фен. Руки Ши Ина всё ещё дрожали. Ванная Гыма была огромной. И душ, и раковины с множествами разных белых тумбочек и шкафов. Большое зеркало, белоснежная ванна. Отдёрнув всю мокрую одежду Ши Ин включил горячую воду. Она одновременно ужасно жгла кожу, и одновременно помогала снять напряжение, забыть обо всём, что сейчас настолько царапает сердце. После холодных капель дождя и ударов родителей, горячая вода помогала и расслабляла. Делала уязвимым и одновременно безумно защищённым. Теперь находившись в слегка большиватой для Ши Ина одежде и с высушенными волосами, он наконец вышел из ванной комнаты, облегчённо выдохнув. Сон Дже лежал на кровати, тоже сухой. Он видимо, уже успел принять душ. Он приподнял голову, отложив телефон, не отрывая взгляд от младшего. Тот неуверенно присел на край огромной кровати, снова подняв глаза на хозяина этой комнаты. Старший успокаивающе медленно придвинулся ближе, сокращая дистанцию между ними, и одним движением, которое Ши Ин прозевал, заострив внимание на широких плечах старшего, усадил его к себе на колени. После спокойно достал из какой-то аптечки, которую видимо взял когда был в душе, перекись, пластыри, мазь. Для такого человека как Гым Сон Дже такое поведение было крайне странно. Он всегда привык доводить человека до харканья кровью, молитвах о прощении, ползанья на коленях, отключки. Но ни тогда, когда дело касается Ён Ши Ина. Его Ён Ши Ина. Для него он будет другим. Ласковым зверем, который готов рычать и убивать всех днём, а ночью плакать в плечо какого то парня с глазами оленёнка. Защищать, ласкать, прижиматься, целовать, любить Настолько далёкие казались для Сон Дже эти слова, пока он не встретил его. Аккуратно, нежно приклеивает пластырь, обрабатывает перекисью, целует в лоб, сильнее прижимает к себе. А Ши Ин не сопротивляется. Всё его тело будто обмякает в объятиях Гыма, который за казалось, такой незначительный промежуток времени стал и домом, и теплом, и защитой. Нежное поскальзывание пальцев по щеке Ёна, втирание мази в больное место, от которого Ши Ин тихо скулит, на что старший шепчет прямо в ухо "тссссс". Закончив, он обнимает его за талию, а младший, уткнувшись носом в шею Сон Дже, успокаивается, обвалакивая его шею тёплым дыханием. Сильные руки по - хозяйки блуждают по спине Ёна, спокойно вырисывовая круги и иногда останавливаясь. Ши Ин бы отдёрнулся, достал острую ручку и воткнул в плечо, остранился, ушёл, будь это кто - то другой, кроме Сон Дже. Для Гыма он будет другим. Для человека, казавшимся таким жестоким и безжалостным, для человека, способного одним только взглядом успокоить и приласкать Ши Ина, для человека, который не раз спасал его от нервного срыва после очередного домашнего насилия. Для него. В реальность его привёл резкий раскат грома, обрушившись его в сознание как цунами. Чёрные шторы, до того закрывавшие большое окно и балкон, будто встали на дыбы, показав что твориться за окном. Устращающе длинная сверкающая полоса прошлась по небу, изчезнув секунд через пять, но отразившись светлой вспышкой в комнате. Открытое окно впустило в комнату холодный сильный ветер, шторы раздулись ещё сильнее. От молнии последовал громкий оглушающий гром. Ши Ин вздрогнул, неосознанно сильнее прижавшись к Сон Дже, будто пытаясь спрятаться. Он зажмурил глаза, стараясь не слышать этот ужасно громкий звук, от которого тело предательски дрожало. Но гром гремел беспощадно и не думав заканчиваться. Старший медленно встал, слегка отодвинув от себя Ши Ина и закрыл окно, снова плотно зашторив шторы. Звук не прекратился, но стал значительно тише. Сев обратно на кровать, ему даже не пришлось его поднимать, младший сам неуверенно присел к нему на колени, приняв ту же позу, спрятав лицо в его шее, сильнее прижавшись. Так он чувствовал себя в безопасности -Оленёнок, - прозвище мягко обволакиво кожу у самого уха- Ты не Голоден? Парень замешкался. Он не хотел показаться наглым, но и оставаться голодным тоже не очень то хотелось. Последний раз он ел сегодня утром, перед дополнительными занятиями в кафе. Потому что в холодильке как обычно были только бутылки. -Немного.. Это прозвучало ещё тише, чем хотел Ши Ин, но какая впрочем разница? Сон Дже тихо усмехнулся. Какой же его мальчик застенчивый. Судомойка за это время уже успела уйти, оставив кухню идеально чистой. Ши Ин сидел за гладким столом, держа в холодных руках горячую кружку зелёного чая с ромашкой. Перед этим ему дали тёплый и сытный ужин, достаточно, чтобы наесться, но не объесться. Еда была безумно вкусной и свежей, а чай уютный и согревающий. Он давно такое не ел. Парень напротив с самого начала налил себе только чай, обосновав это тем, что ел недавно. Допив, Ши Ин тихо поставил кружку на стол, вытирая оставшиеся капли. Потом поднял глаза на Сон Дже. -Всё? В голосе слышалась нотка сна. Гым явно устал. Ён кивнул Закрыв за ними дверь в комнату, старший зевнул. Раскаты грома всё ещё были отчётливо слышны, но всё же это было теперь не так часто. Ши Ин аккуратно укрылся одеялом, наблюдая как Сон Дже выключил свет, оставив только один маленький ночник, отражающийся тёплым жёлтым светом. Послышалось шуршание. Он лёг рядом, и спокойно обняв младшего за талию, притянул к себе, оставив лежать на груди. Ши Ин слегка поёрзал, и найдя удобную позу, наконец взглянул на Гыма. -Почему ты в очках? Тихо спросил он, заметив блеск стёкл на лице Сон Дже Тот хмыкнул -Не могу не налюбоваться тобой, оленёнок. Ши Ин фыркнул, пальцами ухватившись за мостик очков, и аккуратно сняв их, положил на тумбочку В темноте было не видно, но Гым улыбнулся Они лежали так до самого утра, погружённые в глубокий и спокойный сон. Ши Ин, от того что чувствовал тепло, заботу, ласку и Сон Дже. А Гым из того что рядом с ним лежал его любимый оленёнок.