Абонент временно недоступен, пожалуйста перезвоните позже

Бар переполнен грешными душами а среди них два друга чьи имена, Аластор и, Вокс. Распивая крепкий алкоголь они говорят о том о сем, незначительные проблемы в отеле, значительная проблема в конфликте с ангелами и подобное, что-то серьезное что-то нет. Их взгляды скованы на друг друге, дружная атмосфера которая на самом деле держится на тонкой нити их чувств, задымленная тайна, непознанная ни единому грешнику, вопрос о том какие на самом деле у них отношения не подлежат ответу. Ведь Аластор никогда не признавал чувств но и Вокса отпускать не хотелось, среди Рози, Мимзи и его он был в самом деле слитком золота, Мимзи скорее была знакомой, очень навязчивой знакомой которую хотелось бы не видеть слишком часто а с Рози отношения очень накаленные, бывшая властница его души как никак, обрывание контакта с ней или активное поддержание только подливало масло в огонь из-за чего с Рози они почти не общаются а Вокс... Тот с кем можно было просто общаться по душам. Предложение навязчиво вертелось на языке но сказать его, заставило бы весь его имидж, характер разбиться в дребезги. После долгого пребывания в баре пара друзей в не очень трезвом состоянии уезжает в Отель на ночёвку, а точнее Вокс проводит туда Аластора так как тот был в совсем дурном состоянии в отличии от Вокса. Спотыкаясь о свои же ноги и оперевшись о друга обвивая шею того своими руками начал невнятно болтать из чего расслышалось лишь предложение остаться на ночь в отеле потомучто уже было по адским часам довольно поздно. Вокс любезно отказывается провожая того лишь в его комнату что очень трудно хоть бы лифт в отеле поставили, понимаю что тут все жа ретро и подобное но с отсутствием лифта туда ни единая душа не пойдет. С трудом Вокс добирается на вверх в Офис Ала и усаживает самого клубничного сутенёра в кресло а после быстро уходит пока тот уже засыпает в стуле. Вокс вышел из отеля и направился в здание Вокстека, так как в такое время уже никто не хотел ездить по улицам учитывая что это как бы ад логично и ночью тут бесовство хуже чем когда либо, проходя по темным переулкам Вокс спотыкается, лишь лунный свет(если таковой есть) освещает путь вперед, здание совсем рядом два-три метра и он уже в здании, но на тени появляется огромная тень обволакивающая свет, длинная и худощавая. Оборачиваясь Вокс не верит своим глазам, но стоит что-то сказать как его пинают, тело состоящее из пластика и проводов прокатывается по сырому асфальту, Вокс сгибается пополам в тихом жалком ревя ещё один пинок один за другим пока его бессильное тельце не поднимают и уносят в тени. В мгновения ока Вокс тут, в сыром подвале наполненном в воздухе жалкие слезы и попытки сбежать которые не обвенчались успехом. Поднимая глаза наполненные слезами, он смотрит на фигуру. — Чего ты хочешь?! — грубый голос, словно псовое гавканье, вырывается, в ответ лишь тишина дымка неизбежности перед нескончаемыми мучениям. Безжалостное рвание проводов, выдергивание каждого до последнего, пытки несравнимые ни с чем. И так до самого выхода солнца. А что там насчёт Аластора, он наконец опомнился, вспомнил что он как бы был не один, а каждый раз после такого рода грубо говоря пьянки ему поступал телефонный звонок от Вокса первым но тут ни звуку ни духу, и Аластор сам решает позвонить чтобы спросить, что получается с трудом учитывая что он разбирается только с радио. Звонок принимается, миллион вопросов от Аластора рода "что было вчера?" "все нормально?" "ты здесь?" Оканчиваются лишь дыханием в трубку а после дрожащий измученный голос, умоляющий чтобы он не звонил на этот номер и не искал его, убеждая что все хорошо, по крайней мере для него самого. Аластор невдоумении, "что с тобой?" "что ты имеешь ввиду?" "Вокс аауу? Ты здесь все ещё?", и лишь тишина поглащающая все что было вчера, все веселье оборвалось на тишине, на последнем дыхании Вокс проговаривает лишь одно — Не ищи меня, никогда, пожалуйста, все будет хорошо — и обрывание звонка, Аластор миллионы раз названивал дожидаясь ответа получая лишь одно. "Абонент временно не доступен позвоните позже"... ... — Пожалуйста, Вокс... Я люблю тебя — Говорил он навзрыд. Он никогда не ощущал боли, но это было как разбитие сердца в дребезги, ни единого ответа, где он как он, просто одно предложение повторяющееся в его голове как мантра "Не ищи меня". Никогда в жизни он так не жалел, не жалел что сказал это раньше, не тогда когда было поздно и не тогда когда тот кто был единственным кто его понимал стал тем чьи плакаты весили не как реклама в как розыск о пропавшем. Пропавшем на веки вечные.