Экзамен для восточного принца

Юсоль устало закончил последние дела по подготовке к приёму. Бумаги были разобраны, приказы отданы. Он уже поднялся с кресла, собираясь наконец отдохнуть, как магический шар на столе тихо замерцал. — Джереми?.. — Юсоль, привет. Как ты? — Привет. Я только что закончил со всем и как раз собирался отдохнуть. А ты? Как дела в академии? После этого вопроса Джереми невольно вспомнил неряшливый вид Ма Юсона, который спешил по коридору с целой кипой бумаг к профессору, и усмехнулся. — В последнее время в академии происходят до безумия интересные вещи. — Правда? И что же? — Слышал, ты решил пригласить студентов академии. С чего вдруг? Бэк Юсоль, не задумываясь, ответил: — Ты же знаешь, мне нужно пригласить и представить своих товарищей отцу. — Прекрасно знаю. Но ты ведь понимаешь, что пригласил далеко не обычных людей. Наследный принц обязан представить Императору своих товарищей — тех, кто в будущем будет служить ему и сопровождать на жизненном пути. — Горделивая принцесса Адолебит вряд ли согласится. Айзель Молф хочет восстановить честь своей семьи, и иностранный принц ей в этом не помощник. Флейм слишком гордая. А вот Хэ Вонрян… — Джереми сделал паузу и улыбнулся зловеще. — Он меня интересует. — Я всё это знаю не хуже тебя, — спокойно ответил Юсоль. — Я пригласил их на приём, потому что хочу сам сказать, кто я такой. — Ты никогда не изменишься. Джереми чуть наклонился ближе к шару. — Кстати, Бэк Хэчжин уже прибыл во дворец? — Нашёл время спросить. Он уже как два месяца дома. — Он уйдёт после коронации? И куда потом отправится? — В Северные горы, во владения князя Альтия. — Разве это не слишком далеко? Туда и обратно — год, а то и два. — Сказал, что хочет навестить друга. — Что это за друг такой, ради которого приходится тащиться в такую даль? — Не знаю. Когда я спросил, ему стало плохо, и он ушёл в свою комнату. — В смысле — плохо? — Он покраснел и что-то пробормотал. Для Джереми всё стало ясно. — …Понятно, что за друг. — Отец сказал то же самое. Джереми рассмеялся во весь голос. — Ну, с ним всё ясно. И что ещё происходило во дворце? — Недавно Ма Юсон приходил. «Так и знал», — подумал про себя Джереми. — Ладно, Джереми, мне нужно отдохнуть. До встречи. — До встречи. --- Ма Юсон вошёл в свою комнату в общежитии и сразу почувствовал, как напряжение последних дней навалилось с новой силой. Он был далеко не в лучшем состоянии: уже три дня подряд бегал от профессора к профессору, зарывался в книги, бесконечно выслушивал занудные лекции и практически не спал ночами. Но сейчас всё было закончено. Повернув голову, он наткнулся взглядом на собственное отражение в зеркале. — Такой же вид, как тогда в библиотеке алхимиков… Тусклый взгляд, растрёпанные волосы, упрямо сжатые губы — ничего нового. Собрав остатки сил, Юсон выпрямился, тяжело вздохнул и, почти волоча ноги, направился в ванную. Ма Юсон закрыл за собой дверь ванной и опёрся ладонями о раковину. На мгновение он просто стоял, опустив голову, слушая, как в ушах глухо отдаётся усталость. Тишина здесь была другой — плотной, почти вязкой. Он включил воду. Холодная струя ударила по коже, и Юсон тихо выдохнул, будто только сейчас позволил себе остановиться. Вода стекала по пальцам, смывая чернила, пыль и что-то ещё — неосязаемое, но тяжёлое. — Закончил… — пробормотал он себе под нос, не будучи до конца уверенным, радует его это или пугает. Зеркало снова поймало его взгляд. Пар постепенно затягивал отражение, делая его размытым, почти чужим. Юсону вдруг показалось, что так даже легче — не видеть себя слишком чётко. Мысли, которые он так старательно гнал последние дни, начали возвращаться. Приём. Дворец. Бэк Юсоль. Само это имя всплывало слишком легко, словно давно поселилось где-то глубже, чем он хотел признавать. Юсон отвернулся от зеркала и прислонился спиной к холодной плитке. «Всего лишь приём», — сказал он себе. — «Всего лишь ещё один шаг». Но почему-то именно этот шаг казался самым тяжёлым. Он закрыл глаза, позволяя шуму воды заглушить всё остальное, и впервые за несколько дней позволил себе просто… быть. Не гением века, не звездой академии, не тем, на кого все смотрят слишком внимательно. Просто Ма Юсоном, который устал. Ненадолго. Потому что он знал — покой всегда заканчивается первым. --- Комната встретила его полумраком и тишиной. За окном уже давно стемнело, и лишь редкие огни академии рассыпались по стеклу бледными отражениями. Ма Юсон закрыл дверь, словно отсекая от себя весь день разом. Он опустился на кровать, не раздеваясь сразу. Матрас тихо скрипнул, принимая его вес, и это неожиданно показалось слишком громким звуком. Юсон провёл рукой по лицу, устало выдохнул и только потом начал медленно расстёгивать пуговицы рубашки. Лёжа, он смотрел в потолок, где тени от фонаря за окном лениво двигались, будто отсчитывая время. Сон не приходил. Слишком много мыслей — беспорядочных, цепких, настойчивых. Приём. Дворец. Люди, которые будут смотреть и запоминать. Он закрыл глаза, но образы не исчезли. Высокие залы, холодный свет, спокойный взгляд Бэк Юсоля. Почему-то именно он появлялся первым, словно был точкой, вокруг которой всё начинало вращаться. — Глупость… — тихо прошептал Юсон в пустоту. Он перевернулся на бок, подтянув колени, как делал всегда, когда чувствовал себя уязвимым. Одеяло показалось непривычно тонким. Здесь, в общежитии, всё было простым и понятным. А там — слишком много неизвестного. Постепенно мысли начали путаться. Звуки за окном стихли, дыхание выровнялось. Юсон уже почти провалился в сон, когда одно чувство всё ещё не отпускало — ощущение, что за ним наблюдают. Не сейчас. Не здесь. А вообще. Сон пришёл внезапно и неглубоко. Ему снился свет — слишком яркий, чтобы разобрать лица. Только ощущение чужих взглядов и чьё-то имя, которое он так и не смог расслышать. Проснулся он под утро, с тяжёлым сердцем и странным чувством, будто ночь что-то пообещала. И не с казала — что именно.