Шипящая любовь

Кап…кап и снова кап-кап. Капли медленно стекают со сталактитов и ударяются о водную гладь, нарушая спокойствие воды рябью и разрывая тишину своей монотонностью, словно пытка в древнем Китае. Холодные, сырые и серые камни окружают уставшее и израненное тело Фэн Синя после погони. Сколько же он пробыл в отключке после того, как нашёл эту заброшенную пещеру в глубине леса в низине расщелины, куда изредка попадают теплые лучи весеннего солнца? Достаточно, чтобы рана на боку от лихой стрелы покрылась коркой и моментами покалывала, напоминая о своём существование. Лучник медленно приподнялся на всё еще вялых руках и потряс чугунной головой, дабы вернуть осознание происходящего. Глаза всё ещё были затуманены после сна, но в этой темноте, где только на выходе мог рассмотреть свои пальцы, не сильно это было и необходимо. Осмотревшись вокруг в надежде что-то толковое увидеть привыкшими глазами, Наньян подметил, что хоть тут и темно, но безопасно, ведь потайных ходов не видно, а значит это не могла быть ловушка. Однако осмотреться повнимательнее не повредит. Прижав руку к боку, Цзюйян обнаружил, что его рана была перевязана большим листом, а сама рана слегка покалывала, при этом распространялась небольшая прохлада. Это насторожило генерала, ведь в этой темноте он для обычного человека может быть не заметен, но для профессионалов своего дела — как на ладони. Но кому нужно было его лечить? Почему? И почему именно такие странные методы? Это не давало покоя мужчине, потому поджав к себе ноги, он уместил голову на руке и принялся медленно перебирать в голове всё произошедшее, а заодно понять, что делать ему дальше. Хоть разум и был занят, но янтарные глаза постоянно бегали по гладким стенам в попытках найти зазоры или трещины, возможной для подсказки о нахождения тайных лазов. Не прошло и получаса, как желудок принялся петь, разнося звук по всей площади помещения. Это стало причиной решения выйти из пещеры. Тут хоть и безопасно, но там солнце, еда и дом. Фэн Синь поднялся на ноги, желая гордо пойти наружу, как наружа оказалась ему недоступной, ведь адская боль прошлась по всему телу, заставляя генерала оказаться в близком контакте с холодным полом пещеры. Руки смягчили падение, пожертвовав своей целостностью, но сейчас всё внимание было сосредоточено на источнике резкой боли. Нога была сломана. Благо кость не торчала, но в таком состоянии он вряд ли сможет выбраться отсюда. Грустно посмеявшись про себя, Наньян облокотился на выступающий камень, решив пока вновь придаться сну. Во сне не так хотелось есть, да и раны заживают быстрее. Вот снова неизвестно сколько он спал, но открыв глаза и кинув взор на небольшой выход, где прорезался небольшой лунный свет. Сейчас тем более не стоит высовывать нос наружу, ведь наёмники заменялись дикими зверями, а из-за больного бока и ноги даже защититься не получится, тем более убежать, поэтому придётся временно пожить тут. Потянувшись одной рукой, он положил руку рядом с собой и замер. Что-то мягкое и гладкое лежало рядом с ним. Медленно сжав, он приподнял предмет, который удобно помещался в руке, и приблизил к своим глазам. Это была хурма. Она была свежая, явно недавно сорвана с ветки. Немного усомнившись — не отравлена ли она, желудок напомнил о своих потребностях, потому генералу пришлось надкусить и с упованием расслабиться, делая всё новый и новый укус. И вроде бы она быстро закончилась, но рука нащупала еще несколько плодов, потому пир был на славу. Набив свой желудок вкусным фруктом, Фэн Синь вспомнил о звуке воды. А значит можно утолить свою жажду и обмыть раны. Медленно поднявшись на здоровую ногу, он потихоньку добрался до озера, куда всё падали и падали чистые капли, разрушающие тишину пещеры. Склонившись и напившись воды, лучник присел около источника, начиная снимать с себя броню и чью-то самодельную повязку. Лишь дёрнув бровью, мужчина открыл всё ещё свежую рану и принялся осматривать её. Она не кровоточила и была вся склизкая. Проведя пальцем по слизи, она тут же начала покалывать подушечку, оставляя после себя холодный эффект. Эта мазь была хорошего качества, да и не часто генерал встречал такое средство. Но долго размышлять и вспоминать, где же он видел это лекарство, было некогда. Новая волна боли сломанной ноги выбила все мысли, заняв собой всё освободившееся пространство. Единственное что придумал Фэн Синь, так переместить мазь с раны на боку на ногу, тем самым обезболив этот участок. Так как лекарства осталось не много, все «подморозить» не получилось, а из-за постоянного беспокойства бока — рана вновь открылась: алая струйка медленно потекла, очерчивая выраженные мышцы, попадая в небольшую ложбинку пресса, очерчивая его красной линией и убегая в ткань штанин. Как только сильная боль утихомирилась Цзюйян почувствовал слабость в теле. Еда тоже забирала силы, а раз делать в этой пещере было нечего, то вновь можно улечься на боковую. В этот раз мужчина проснулся уже от странного шума. Он успел только заметить кого-то покидающего пещеру. Это вынудило его подорваться, забыв о больной ноге. Но она напомнила о себе моментально, вынуждая быстро приземлить генеральские полушарии на холодный каменный пол. Одним ушибом больше. одним меньше, какая разница? Потянувшись к своей ягодицы, чтобы потереть её, лучник заметил, что его руки были аккуратно перевязаны. Округленные глаза тут же принялись изучить тело. И не зря. Бок вновь был перебинтован листьями, а нога — заточена между небольшими палками и перевязана конопляной веревкой. Все раны слегка покалывало и небольшой холодок распространялся на их месте. — Да кто этот чудик? — вырвалось у парня, а ответом было лишь его же эхо. Помотав головой, он огляделся вокруг себя, в попытках найти какие-нибудь следы или зацепки для получения любой информации о его таинственном лекаре. Его глаза наткнулись на несколько разнообразных плодов: черимойя, личи и джекфрукт. Белки, жиры, углеводы, кальций, магний. Этот добродетель явно знает, что нужно больному для быстрого восстановления. Но тут так темно даже днём, когда вход освещает солнце, темновато, чтобы обрабатывать раны без достойного источника света, а Фэн Синь не просыпался из-за какого-нибудь ярко объекта перед его глазами, которые уже привыкли к этому месту. Это было очень странно и…интригующе. Не каждый день тебе помогает таинственный незнакомец. Но вот интересно: если ему помогают тут, то значит его кто-то видел, как он упал, или нашёл уже тут. Если первый вариант, то скорее всего видел нападающих, а значит мог, наоборот, не помогать, ведь мало ли раненый был преступником. А мог и рассказать его преследователям, где он. Но их тут нет. Почему не рассказал? Если не этот вариант, то мог увидеть, как тот упал. Тогда с какой целью помогает? Что ему нужно от него? А если нет цели, почему скрывается? Конечно, можно допустить, что первый вариант не подходит, тогда почему этот «гость» ходит сюда? Для чего? В этой пещере нет никаких заметных полезных ископаемых или явных особенностей. Слишком много вопросов и пока что ответов нет. Из-за прохлады в некоторых участках тела Фэн Синь медленно дополз до выхода из пещеры, чтобы погреться немного под лучами солнышка. Сам вход располагался в небольшой яме, край которой почти полностью прятала вход, потому сверху не заметить. Генерал сразу подметил — пойдёт дождь и вход пещеры затопит, а если ливень — то может дойти до озера. Это не самый лучший исход, потому стоит просить бога дождя потерпеть немного до его выздоровления. Усевшись у входа и высунув часть своего тела на солнышко, лучник прикрыл глаза, приступая к поеданию вкусностей, оставленных «лекарем». Это было сытно, а под лучами весеннего солнца всё воспринималось намного лучше, даже бок прекратил болеть, а руки уж подавно. Пролежав так пару часов, стало очень скучно, потому генерал вновь заполз обратно, приступая к изучению стен. Привыкнув вновь к темноте, он медленно обходил сантиметр за сантиметром стены, проверяя пальцами все неровности и стыки. Вот так облазив всё вдоль и поперек с больной ногой, он уселся у озера, приступая к изучению его глади. И вдруг пузырек. Спустя время еще один. Напрягая свои янтарные глаза, Наньян обнаружил, что там водится рыбёшка. Значит можно раздобыть немного мясного пропитания. — А может эта рыба какая-то особенная? Может это вообще храм? Хотя в таком месте кому можно было бы установить? Сюда не каждый здоровый человек доберётся, — заговорил вновь сам с собой мужчина, а ответом ему опять было лишь эхо. Эти мысли вынудили пока повременить с охотой на водных жителей. Ещё кары божьей ему сейчас не хватало. Перебьётся немного без мяса. Тут радоваться надо, что хотя бы фрукты есть. Благодаря лекарствам он сможет скоро выбраться из этого места. Но обязательно надо поблагодарить добродетеля. Но непонятно почему лекарь постоянно исчезает до его пробуждения или не будит его. Ему очень хотелось узнать, кто же это, потому решил не спать перед приходом незнакомца. Ему как генералу не привыкать не спать по несколько суток. Так что один день не будет сильно критичным. Да и в этой пещере только спать и остается, после отоспится. Фэн Синь просидел в пещере до восхода луны: кидал камушки в стену, рисован острым камнем по поверхности всевозможные изображения и слова, но его почерк оставлял желать лучшего, а такими инструментами для письма всё становилось в разы хуже. И вот послышался шум снаружи. Он моментально лёг около озера и притворился спящим. Что-то приближается, но нет шагов совершенно. Только непонятный звук движения. Прохладное прикосновение к его ноге, однако что-то немного царапало его кожу. Постепенно руки перебрались на его бок. Легкий ветерок и повязка освободила его бок. Стоило неизвестному прикоснуться к ране, как лучник молниеносно схватил добродетеля за руку и приподнялся, сталкиваясь лицом к лицу с «человеком», чьи глаза были не с привычными круглыми зрачками, а с острыми, словно у кошки во время нападения. Быстро бросив взгляд ниже, он заметил на ключицах и руках было что-то подобие чешуи, а пальцы заканчивались острыми коготками. Грудь была перевязана небольшим лоскутком ткани, оставляя открытым подтянутый торс и низ живота. Низ живота…там нет ткани…там нет ничего…ни органов, ни ног. Там была темная чешуя, которая закручивалась и продолжалась за незнакомцем.