Анонимный клиент

Валентино удовлетворенно распластался на софе, как только с делом было покончено. Очередные дубли были записаны достаточно успешно, а главное не затратно по времени, и все лишь по одной причине. Энджел. Этот порноактер явно знал толк в своем развратном ремесле и виртуозно умел совладать с требованиями режиссера. Особенно его мастерство выделялось на фоне скучных и фальшивых игр кандидатов на главную роль, коих было немерено в отсутствии паучка. К слову об этом. Хоть масштабный план Вокса и потерпел крах, однако отдельные его детали остались некой моральной компенсацией. В их числе было и отвержение Энджелом Дастом от злосчастного Отеля Хазбин, который некогда посмел отнять у Валентино возможность в полной мере довольствоваться своим лучшим подчиненным. Однако сейчас, после публично произнесенных порноактером слов о том, что он больше ни ногой в ту бредовую «колонию для искупления» не ступит, лучшая игрушка для утех вновь была в строю. Более того, после возвращения паучок беспрекословно выполнял все приказы и вел себя как шелковый. Конечно, ходил всегда понурый и невыспавшийся, но кому какая разница, когда все, что ни скажешь, заставляет послушного паренька вмиг запихивать вглубь себя свои проблемы и начинать искусно актерствовать? А большего от него и не требуется. Валентино щелчком пальцев подозвал к себе продюсера фильма, о чем-то тихо переговорил с робко подбежавшим грешничком и с довольным прищуром кинул взгляд в сторону главной звезды порноконтента. Сигарета простенько взвилась в воздухе, насытив чужой организм ярко-розовым дымом, и все же паучку пришлось выпустить небольшой его остаток вовне в виде пурпурного облака. На новом глубоком вдохе понурый Энджел с закрытыми глазами поднял голову вверх, облокотившись затылком на стену позади себя. Он держался скраю, стараясь не привлекать на себя внимание присутствовавших в студии работников до новых съемок. Однако ощутимый взгляд со стороны не давал расслабиться даже в выдавшийся перерыв между дублями. — Энджел, — приторным голосом протянул Валентино, после ответного гетерохромного взора сделав свою клыкастую улыбку еще шире. — Подойди, пупсик. На приманивание пальцем порноактер отреагировал не сразу. Предварительно он сделал еще одну затяжку табака, рывком оттолкнулся от стены и направился к нужному месту с таким темпом, чтобы успеть скрыть бесячее мотылька-оверлорда усталое выражение лица. Стоит признать, в напускном сладострастии ему не было равных. — Я сегодня был плохим мальчиком? — томным голосом начал было Энджел, позволив себе плавно приблизиться с опорой на руках к боссу для более тесного контакта. — И поэтому папочка хочет наказать меня? Возможно, если бы на месте Валентино был кто-то другой, он бы уже насытился или потерял девственность от одного только вопроса в таком формате. Однако для грешника, уже длительное время заведовавшего порностудией, данный момент был лишь очередным напоминанием о том, как же он хорош в подборе кадров для своих картин. — Наоборот, папочка сегодня доволен твоей работой, дорогуша. Ведь с тобой отсняли материал на месяц вперед, и теперь монтажерам придется вешаться от количества работы для ежедневных выпусков, а мне — думать над новым набором заманчивых сцен, — оверлорд ответно поддразнил паучка, послушно ожидающего продолжения обращения, проведя когтем под светло-розовым подбородком. — Тебе же полагается небольшая награда. Непонятно, каким именно образом он умудрился незаметно подозвать к себе одну из работниц, однако та, оказавшись наготове, учтиво протянула к золотым коготкам маленькую визитку. — Я посчитал, что моя звездочка за свое хорошее поведение заслужила отдохнуть от камеры, и поэтому будет не прочь наведаться к одному анонимному клиенту, — заманчиво произнес Валентино, продолжая поддерживать зрительный контакт с подчиненным. Бумажка с необходимой информацией оказалась всунута в грудной пушок паучка. — Судя по выставленной цене, заказчик заранее обещает тебе бурную и незабываемую ночь. Первым глаза отвел Энджел, опустив голову вниз и вынув визитку, на деле оказавшуюся плотным листочком для записей с рукописным текстом на ней. Клиент действительно не удосужился оставить даже банального номера телефона для связи, как было принято для учета изменившихся планов. Однако начерканный адрес с точным временем, однозначное требование прислать именно паучка с несколькими восклицательными знаками, а также редкая благосклонность похотливого оверлорда к столь щедрой заявке в совокупности указывали на то, что вызов не примет ни отказа, ни отлагательств. — Только сделай макияж получше, — внезапно с затяжкой дымка заявил вновь развалившийся средь подушек Валентино. — Клиент — не камера, от него синяков под глазами так просто не скроешь. Энджел с натянутой улыбкой поднял решительный взгляд от бумажки на моль, кивнул в ответ и оттолкнулся от диванчика, уходя прочь. До назначенной встречи оставался всего час: рассчитывать на фею крестную для моментального преображения не приходилось, а значит надо было именно сейчас заняться соответствующим образом, чтобы успеть к назначенному сроку. Так, паучок заперся в своей гримерке, оставшись наедине с собой, обессиленно пал на пуфик перед туалетным столиком и со вздохом принялся стирать оставшийся макияж для нанесения нового. С каждым мгновением на лице все больше просачивались следы недосыпа и усталости после изнурительной работы сутками напролет. Валентино был прав: клиента навряд ли заведет образ ослабевшего порноактера, и Энджелу предстояло позаботиться о своей репутации. Он привык одновременно маневрировать сразу несколькими косметическими инструментами, ведь съемки часто проходили «в моменте», и времени на сборы было категорически мало. А потому пока две верхние конечности занимались прической и лицом, две другие руки ловко брали новые принадлежности и оставляли на местах уже использованные. Уже через четверть часа Энджел Даст вблизи к зеркалу рассматривал себя со всех сторон, не позволяя ни единому проблеску слабости остаться незамеченным. Когда же вердикт о готовности был вынесен, паучок проскользнул к гардеробу и осознал одну оплошность. Он не знал предпочтений клиента. Не ведал, какой образ будет желанным, а какой — отпугнет и разозлит. И, если макияж позволяет выглядеть обыденно, то с одеждой подобное недопустимо. Однако время уже поджимало, а потому порноактеру пришлось сделать интуитивный выбор в пользу простенького, но эффектного варианта: короткого черного топа с горловиной и вырезом на груди, такого же темного цвета мини-юбки с провокационным разрезом на боку и легкой розовой шубки до талии. По признанию Энджела, если бы клиенты хоть раз увидели его в таком или прочем амплуа, то ему бы не пришлось щеголять везде в наскучившем полосатом пиджаке. Однако Валентино то ли неосознанно, то ли намеренно не давал своему подчиненному появляться в ином виде перед камерами или на публике, и единственным местом, где паучок мог продемонстрировать свой истинный вкус в одежде, стал отель Хазбин. — Черт, — накинув на плечи шубку, выругался Энджел. Он корил себя за мысли, связанные с местом искупления, потому как они по щелчку пальцев могли вывести его из рабочего состояния, чего допускать было никак нельзя. А потому порноактер зажег сигарету, заполонил мысли дымом и предстоящей задачей и взял себя в руки. — Пора на выход. Грешник не особо заметил, как суета в студии сменилась забытыми уличными буднями. В очередной раз вынув листочек из груди, Энджел прикинул примерное местоположение адресанта и решил взять такси. Он бы был не прочь расплатиться за проезд натурой, только вот после месяцев, проведенных «в иной жизни», ненароком перенял некоторые правила совести, и потому ожидавший хоть какого-то кокетства водитель получил в свое распоряжение только небольшую сумму денег с чаевыми. Сам же Энджел, закрыв дверь автомобиля, медленно направился в сторону нужного здания. Почему пока паучок снимался в порностудии, мысли об отеле никак не трогали его, однако стоило лишь раз почувствовать своеобразную «свободу», так вся жизнь в Аду вновь казалась неправильной, медленно разлагающей разум и тело?.. Что своей сделкой с Валентино Энджел перечеркнул любую возможность для себя оказаться спасенным от ужасов прошлого?.. Он выкинул уже вторую сигарету за дорогу, неохотно поднял взгляд на здание перед собой и грустно усмехнулся. Полуразрушенная, изрядно потрепанная и в итоге заброшенная двухэтажка каким-то неведомым образом ассоциировалась с самим Энджелом и его состоянием: ее также, вероятно, давно можно было починить и использовать на благо, однако пока она официально находится в услужении какого-то помешанного владельца, живущего на другом конце Пентаграмм-сити, с ней ничего нельзя сделать. И именно в таком месте решил встретиться анонимный клиент? Какие же странные у него фетиши… Указанная в «визитке» квартирка располагалась чуть левее от центра дома. И то, настигнув двери, порноактер повторно перепроверил данные о месте встречи, так как оказывать свои дорогостоящие услуги на заброшках ему ранее не приходилось. Когда же совпадения адресов прибытия и назначения подтвердились, Энджел подготовил «приветственный» образ с вызывающе спущенной с одного плеча шубкой и, глубоко вздохнув и собравшись с силами, открыл обшарпанную скрипучую дверь. Внутри было темно: проводку и свет явно никто давно не использовал в этом безлюдном районе, а естественный полумрак Ада ситуации никак не помогал. И все-таки хоть какие-то проблески кроваво-красного небесного купола просачивались в чудом уцелевшие окна, что спустя пару минут помогло глазам грешника привыкнуть к такому скудному освещению. Тогда-то и стали различимы очертания шкафа, тумбочки, кровати и… некоего живого существа, сидящего спиной ко входу. Оно достаточно быстро отреагировало на хлопок двери и постороннее присутствие, выдав свое раздражение утробным рычанием. — А как же твое хреново обещание оставить меня в покое?! — резко поднялся и развернулся недовольный, однако моментально оторопел, как только гость оказался в его поле зрения. Тон грубой речи изменил оттенок на более тихий и осторожный. — Энджел?.. Названный не смог заставить себя хоть как-то ответить на поставленные вопросы. Потому он просто продолжал безмолвно угадывать в другом грешнике знакомые черты, пока в голове эхом разносился голос с привычной при недовольствах хрипотцой. По ту сторону от кровати и входа стоял тот самый кот с массивными крыльями за спиной и поблескивающей во тьме утолщенной золотой радужкой глаз. С тем самым поникшим от осознания видом с прижатыми ушками, незаметно покосившимися ногами и неуверенно повисшими в воздухе когтистыми лапами. — Это действительно ты, Энджел? — несколько неверяще и робко продолжил котообразный, стараясь подобрать слова в оправдание. — Но я думал, что встречу Черри… Внутри паучка от этих слов одновременно и отлегло от того, что он оказался не в том месте, не в то время из-за проказ подруги, и заныло от мысли о том, как отель Хазбин вновь решил напомнить о себе, причем таким явным и беспроигрышным вариантом. — Хах, — кое-как выдавил смешок Энджел с хилой подрагивающей улыбкой. — Значит, это просто ошибка… Он заставил свое обмякшее тело развернуться, а руку — взяться за дверную ручку, чтобы открыть проход наружу и пережить остатки оцепенения вдали от чужих глаз. Однако не успел тонкий луч разреженного красного оттенка просочиться в комнату, как выход оказался заблокирована изнутри. И причину тому порноактер обнаружил, покосившись в сторону: чуть ниже уровня его плеча красовалась игральная карта, пронзившая дверь с деревянной рамой и своим пробитием ставшая помехой на пути. На послышавшееся постепенное приближение Энджел вздохнул и закрыл глаза, дабы не встречаться снова с образом, напоминавшем о былых деньках. — Дай мне выйти, — взяв какой-никакой контроль над собой, потребовал порноактер и натянул спавшую вбок шубку на оголенное плечо. — И куда ты пойдешь? — ответно огрызнулся собеседник. — Обратно в студию. Скажу, что адрес оказался некорректен, и заказ аннулируют, вернув вам средства за неустойку, — паучок на взводе вновь попытался отворить дверь, наплевав на зияющую в ней карту, однако в довесок к ней препятствием стала давящая на створку лапа. И это вывело грешника из себя, заставив со злобой повернуться в сторону и рыкнуть на мешающего. — Отпусти, Хаск! Он нарушил собственное табу на повторный взгляд в чужие глаза, и теперь пожалел об этом. Ведь все попытки продолжать строить грозный вид медленно, но верно разбивались вдребезги о черно-золотой взор, пробирающийся к самой душе и все больше расцарапывающий ее оболочку из фальши. — Если твой визит сюда был действительно оплачен и ты не пришел к пустому месту, не значит ли это, что уже поздно сопротивляться случаю? — тихо, но внятно для более мирной обстановки начал Хаск. — В ином случае, я сделаю все, чтобы твои вызовы из студии сюда повторялись до тех пор, пока ты не останешься. — И что же ты от меня ждешь? — язвительно спросил развернувшийся к собеседнику Энджел, с ухмылкой раскинув руки в стороны. — Стриптиз, секс или… — Разговор, — безэмоционально прервал чужие актерствования котообразный грешник. Он наконец отпустил дверь и отправился вглубь комнаты, к кровати, молчаливо потребовав того же от другого участника диалога. Порноактер украдкой глянул на дверную ручку: сейчас у него вновь появилась возможность выдернуть дверь из плена игральной карты и просто уйти, однако отступивший Хаск надавил паучку на совесть. Этот чертов грешник словно изначально был уверен в том, что Энджел точно никуда не ринется после подобного жеста доброй воли и оказанного ему доверия. Во время приближения к обшарпанной одноместной кровати паучок собирался сказать пару ласковых за такое ложное присутствие выбора. Только вот развернувшись он застал кота, вновь сидящим спиной с дальней от входа стороны и удрученно уронившим голову на лапы. И от данного зрелища Энджел решил повременить с громкими словами в адрес собеседника молчаливо принять правила игры, с новой сигаретой и ровной осанкой сев на противоположный край кровати для обзора на заветный выход. — И о чем же разговор? — выдохнув розовый дымок, нарушил возникшую тишину порноактер, с безразличным видом закинул ногу на ногу и окольцевал колено скрещенными в замок пальцами. Боковым зрением он смог заметить по дрогнувшим чужим крыльям влияние собственного вопроса на собеседника. — О тебе, — начал перечисления Хаск, вынырнувший из плена лап и теперь использовавший их для опоры головы при взгляде в окно напротив. — Об отеле. О… — Я уже все сказал, — не без нотки раздражения отрезал Энджел, сделав очередную затяжку. — Я не вернусь. Мне нет там места. — Это твоя собственная или навязанная позиция? — продолжил за его спиной наседать котообразный грешник. — Я все еще принадлежу Валентино. Этим уже многое сказано. — Однако данный факт до недавних пор не мешал тебе проводить время в Хазбине, — Хаск сделал небольшую паузу в тщетном ожидании резкой реакции. — Или хочешь сказать, что твое стремление каждый раз поскорее вернуться в отель было продиктовано не искренним желанием, а чем-то иным? Он примолк, собираясь дождаться хоть какого-нибудь ответа на поставленный вопрос. А в этот момент Энджел с невольно опущенной головой лишь крепче сжал пальцами колени и сигарету. — Так и есть, — еле слышно процедил он. Паучок почувствовал, как его спину задели крылья — судя по всему, другой грешник таким образом развернулся в его сторону. Подтверждением этой догадки стало более направленное звучание голоса. — Я не поверю, пока ты мне не скажешь это в лицо, Энджел. Что ж, Хаск сам напросился и, по мнению названного, лишний раз нажал на курок. А потому порноактер, набрав в грудь побольше дыма, начал свое объяснение. — Ты и сам стал свидетелем того, как легко я поддался контролю и почти прикончил Черри. Так что меня во многом тянуло в отель не за искуплением или спасением, а за новой порцией информации для Вокса, — он жестоко растоптал брошенную на пол сигарету и с решительным поворотом корпуса осадил взглядом собеседника. — Просто прими уже это. Хмурая мордочка напротив не могла как-либо разуверить Энджела в его собственных словах. Однако, казалось, сдаваться Хаск был не намерен. — Ты можешь врать кому угодно, но со мной подобная игра в лжеца изначально проигрышная, — заявил он с недовольно суженными зрачками. — Я ни на йоту не поверил в искренность твоих слов в прямом эфире, зато не раз наблюдал ее от пребывания в отеле. И сейчас ты мне самозабвенно пытаешься доказывать, что это все было по велению какого-то недотелевизора? И поддержка Чарли в ее странных искупительских начинаниях, и мотивация Черри присоединиться к числу постояльцев, и спасение меня из-под гребанного поезда? Слишком добродушно для приказов Вокса, не находишь? Было поздно абстрагироваться эмоционально от сложившейся ситуации, а потому паучку осталось стиснуть зубы и продолжить зрительно удерживать оборону, пока взгляд напротив все рьяннее пытался в розовых глазах отыскать и ухватиться за одолевающие Энджела сомнения. И когда Хаск оказался в неимоверной близости к желаемому, он сам со вздохом закрыл глаза и отстранился, развернувшись торсом обратно к окну и устремив взор на пол под ногами. — Объявляя о собственной безучастности к Хазбину, ты поступаешь очень глупо. Ведь все факты твоего небезразличия к нему были заметны не только для меня, но и для других. А потому никто даже и не подумал в чем-либо обвинять тебя. Наоборот, все пуще прежнего настроены поддержать, стоит тебе лишь вновь пересечь порог отеля, — словно от какого-то болезненного воспоминания кошачьи ушки опечаленно прижались к макушке, зрачки расширились, а голос стал порядком тише и мягче. — А слова «вам со мной опасно» не изменят этого мнения, ведь моменты гипноза представляют опасность в первую очередь для тебя самого. И с нами, по крайней мере, рядом всегда будет кто-то, способный вовремя «пробудить» тебя, пока не найдется способ вовсе устранить нападки на твой разум. Во время этого монолога Энджелу предоставилась возможность рассмотреть Хаска поближе. Усталый, помятый, морально истощенный — сколько еще синонимов еще можно подобрать его состоянию, считываемому по одной лишь мордочке в профиль? Так или иначе, столь наглое разглядывание было прервано внезапно обращенным золотым взором на паучка. — Поверь, это не та проблема, с которой можно справиться в одиночку или на которую можно просто закрыть глаза, — осторожный взгляд мельком опустился на розовые напудренные щеки и вновь одарил порноактера своей черной бездонностью. — Ведь даже из-под тонны дурацкого гримма рано или поздно начинает просачиваться жестокая правда. Энджел неосознанно приложил руку к лицу, полагая, что Хаск неявно намекал на сошедшую пудру или растекшуюся тушь, однако робко оторванные от щек пальцы доказали адекватность и прежнюю устойчивость нанесенной косметики. — А ты все-таки умеешь удивлять, как никто другой, котик, — усмехнулся паучок, сев на коленях посреди кровати и игриво уперев щеку на руку. — Когда я ехал на заказ, никак не мог предположить, что получу сеанс психотерапии без каких-либо постельных подтекстов. Хаск несколько опешил от резкого перехода диалога к более легкомысленному. Однако, с досадой закатив глаз на уход от ответа Энджелом, он все-таки принял чужое пожелание оставить болезненную тему «на подумать». — Единственный постельный подтекст, который тебе сейчас нужен — это сон, — он заметил в чужом взгляде непонимание и нахмурился. — Твои глаза даже без видимых синяков под ними орут о бессонном образе жизни в сочетании с бесконечной работой. Так что ложись и спи, пока есть такая возможность, если не собираешься ничего менять в своей жизни в ближайшее время. — А что будет, если я откажусь от твоего предложения? — с вызовом на лице уточнил порноактер, несмотря на то, что ни один мускул котообразного грешника даже не дрогнул. — Придется оставить о тебе отрицательный отзыв, что ты не был способен исполнить банальную просьбу, — равнодушно объявил Хаск. — Уверен, что хочешь запятнать свою непогрешимую репутацию подобной глупостью? — Ну и сукин же ты сын, Хаск, — выругался Энджел. Названный самодовольно ухмыльнулся на подобную маленькую победу. Только вот, проиграв одну битву, паучок не намеревался принимать поражение в войне, а потому снял свою розовую шубку и неожиданно положил руку на грудь собеседника. — Что ты… — вопрос не успел полностью слететь с языка бывшего оверлорда, как его толкнули спиной на кровать и стали с улыбкой приближаться на четвереньках, перебирая руками по обеим сторонам от крылатого тела. Ошарашенный котообразный грешник же принялся ретироваться назад, пока не настиг изголовья кровати и не зарычал с покраснением мордочки, проступившим от обескураженности. — Я говорил именно про «спать», а не «переспать», Энджел! То ли слова, то ли безвыходное положение Хаска все-таки остановили Энджела практически у самой буро-белой мордочки. И порноактер, пользуясь этой близостью, вкрадчиво зашептал: — Расслабься, котик. А то лежать на вздыбившейся шерсти жестко будет. Пока новый вопрос от собеседника не повис в воздухе, паучок лег рядом с Хаском, расположил голову на его плече, обвил тело руками и подобрал под себя длинные ноги. — И как это понимать? — наконец выдавил из себя Хаск, вытаскивая собственные лапы из чужих объятий. — Ты сам сказал мне спать, — пробурчал паучок, замыкая веки. — Конечно, это немного сложнее, чем среди массы подушек и игрушек, но тоже терпимо. — Удивительно, что Черри не позаботилась о твоем удобстве заранее, зная, какой ты неженка, — проведя взглядом обветшалую комнату, фыркнул котообразный грешник. — А ты на кой черт тогда? — лениво приоткрыл один глаз и глянул на собеседника Энджел и, после убежденности, что тот не испытывал дискомфорт или недовольства от своего положения, вновь приютился зарылся щекой в темную шерсть. — Она не просто же так послала сюда самого мягкого из числа постояльцев. Вот бы еще ты помурлыкал вместо колыбели… — Вообще-то не я из нас двоих шлюшка, которая обязалась выполнять чужие прихоти, — напомнил Хаск. — Так что заткнись и спи уже. Он дальше что-то забубнил в другую от смазливого грешника сторону. И под этот равномерный внутренний гул, разносимый по телу от стороннего ворчания, сон настиг разум быстрее, чем Энджел предполагал. Проснулся он уже в тишине, из-за внезапной вибрации в заднем кармане юбки. И от озноба, пробравшего после нежелательного пробуждения, паучок чуть крепче прижался к источнику тепла в своих руках. А пока температура тела возвращалась к привычной норме, порноактер робко поднял голову вверх. — Видимо, кто-то тоже не спал пару дней, — насмешливо шепнул себе под нос Энджел. Ведь над ним, прислонившись виском к изголовью, дремал Хаск, на выдохе издавая тихие мурлыкающие звуки, о которых паучок пообещал себе тактично умолчать при следующем разговоре с котообразным грешником. Энджел все-таки вынул смартфон и, стараясь не потревожить чужой сон, принялся искать сообщение, которое прервало столь долгожданный отдых. Как оказалось, его ожидала вереница краткострочных текстов: «Энджи, пупсик, со мной связался клиент и сообщил, что тебя нет.» «И ГДЕ ТЕБЯ ЧЕРТИ НОСЯТ, СУКА?» «А, упс. Оказалось, что одна гребанная сучка перепутала две анонимные визитки и дала тебе не тот адрес.» «Не беспокойся, дорогуша, она уже застрелена и уволена.» «А если окажется, что из-за нее тебе пришлось утешать какой-нибудь сброд, то эту долбанную шмару будут поджидать жестокие расправы до конца времен.» «Она пожалеет о том, что померла.» «Энджел, ты как?» Последний вопрос явно ожидал ответа, а потому названный поспешил отписаться: «Со мной все нормально. Другой клиент…» Он задумался над продолжением, взглянув на мирно спящего Хаска. «… оказался тем, что мне было нужно.» Сообщение было отправлено, через пару секунд прочитано и удостоено ответом: «Тогда считай это компенсацией за оплошность расходного материала. Ну и раз ошибочный клиент тебя удовлетворил, то теперь соизволь ответить тем же настоящему. Сейчас скину адресок.» С получением нового текстового облака Энджел аккуратно стал выбираться из плена чужой лапы, устроенной на лопатках порноактера от отсутствия других вариантов ее положения. В течение этих попыток незаметно встать и уйти, бодрствующий грешник подался в отвлеченные размышления: как такие длинные когти никогда не оставляли и следа от прикосновений кота к розовому паучьему тельцу, готовому кровоточить даже после случайного удара о косяк двери, но при этом служили устрашающим и опасным приспособлением против неприятелей? Главная загадка Ада, не иначе. Поднявшись и ощутив холодок, смазливый грешник кое-как подавил в себе желание послать все нахрен и плюхнуться обратно к теплому котику. И все-таки нужно было уходить, а потому паучок предпочел свою шубку, которая хоть и грела не так сильно, но оказалась единственной сносной заменой в ситуации. Когда розовая накидка оказалась на плечах, а Энджел приблизился к двери, он вспомнил об одном незамысловатом факте — дверь все еще была заблокирована игральной картой. И, по признанию порноактера, засела она в древесине достаточно крепко, и даже когда поддалась натиску, чуть не уронила на пол от остаточного импульса своего «вынимателя». Энджел окинул взглядом азартный трофей в руках: бубновый туз с черно-красным силуэтом кота на рубашке. — Куда б тебя деть, чтобы Хаск не потерял? — задумчиво прошептал Энджел, на фоне мыслей помахивая картой, словно веером. И все же одна простая, но гениальная мысль посетила его. Так, паучок развернулся к кровати, достал из розового пушка на груди ручку, по пути что-то быстро черканул на белой стороне с мастью, и, потянувшись к голове Хаска, оставил карту под красной лентой на цилиндре. — Спасибо за незабываемую ночь, котик, — отдал дань традиции после работы проституткой благодарить клиента, Энджел выпрямился и в последний раз направился к выходу. Он вернулся к тому, с чего и начал этот вечер — улица. И потому рука машинально потянулась за пачкой сигарет из заднего кармана. Но, посмотрев на них внимательнее, паучок с неким разочарованием и отвращением отказался от идеи накуриться: он и без того две штуки истратил по пути сюда и одну прям в квартирке, да и после сна как-то вообще не тянуло на табак. — Что ж, — при спуске по лестнице потянувшись для пущего бодровствования, сказал сам себе порноактер. — Час сна сам себя не отработает. Он обернулся на покинутое им здание единожды, с ухмылкой отметив, что все-таки полуразрушенная двухэтажка еще пригодна как минимум для ночевок — ее конструкция была крепче, чем казалась на первый взгляд, и главное, чтобы нашлись жильцы. А они-то уже, может, своими силами незаметно, но отреставрируют данную заброшку и придадут ей более презентабельный вид. — Такси! — поднял руку вверх порноактер, останавливая попутку и садясь в машину, увозящую вдаль. *** Хаск протирал стаканы за стойкой, когда его ушко дернулось от чужого присутствия. — Ну как выходной? Смог наконец выспаться хотя бы за пределами отеля? — простенько спросила Черри, поставив Наггетса на барный стул возле себя и бесцеремонно залезая через стол за кормом для маленького свина. — А то сегодня беконный обжора всецело на тебе. — Как много ты заплатила денег за Энджела? — не отвлекаясь от работы и наливая подошедшему грешнику утренний шот, спросил Хаск. Девушка пару мгновений потупила взгляд о кота с крыльями, после чего неверяще сощурилась. — Он что, реально пришел? И его малярийный комар даже не прознал об этом? — Судя по всему, даже самолично отправил на заказ, — наконец Хаск обратился непосредственно в лицо взрывной грешницы. — Потому я и хочу знать, как много ты заплатила и откуда вообще взяла деньги. — Мы буквально живем с принцессой Ада, которая при любом упоминании благого дела готова отдать все, что имеет сама, — хмыкнула Черри так, будто это была самая очевидная вещь в мире. И сразу же после этих слов ее глаза заискрились интересом. — А тебе для каких целей такие подробности? — Думаю, это не последний раз, когда Энджелу потребуется хоть какая-то отдушина от работы и крепкий сон, — сложив полотенце, которым протирал стаканы, серьезным тоном объяснил ее собеседник. — Иначе его податливость гипнозу окажется меньшим из зол… — Подожди, — в останавливающем жесте рукой девушка безропотно прервала собеседника. — Ты реально предложил самому желанному грешнику в Аду просто поспать? Хаск одарил ее хмурым взглядом: — Он еще жаловался на то, что подушек ему недостаточно. И свалил, забрав мою счастливую карту с собой. — Какую-то такую? — заприметила на шляпе выпирающий белый краешек Черри, забрала головной убор и безынтересно вернула его владельцу, как только игральная принадлежность оказалась у нее в руках. Бегло пробежавшись взглядом по ней, она кокетливо сжала карту двумя пальцами и вновь обратилась к Хаску. — Я полагала, что удивить меня после новости, что проститутку на вызове просто уложили спать, будет невозможно, однако ты тот еще фокусник. Хаск с рычанием забрал у нее карту, до сих пор повернутую к нему рубашкой, и сам посмотрел на написанное содержимое возле обозначения масти: «Я подумаю насчет твоих слов об отеле. Поэтому не спешите расформировывать мою спальню, Усатик~» — То есть, — продолжала разбираться в ситуации одноглазая. — В одной из сотни заброшек, однажды чуть разгромленной моими бомбочками в борьбе за территории, с минимальным шансом появления Энджела Даста из-за его «большого босса» и твоим длительным отказом взять выходной, чтобы наконец отдохнуть от отеля и мыслей о нем, все эти факторы в итоге сошлись в единой точке?! — она схватилась руками за голову. — Да я самая судьбоносная красотка в этом богом забытом месте! Хаск закатил глаза на дальнейшие удивления и восхваления постоялицы отеля и, запрятав исписанный бубновый туз отдельно от остальной боевой колоды, предпочел обратить внимание на телевизор в гостиной зоне, по которому крутили какое-то дешевое шоу. Однако через пару минут показ резко прервался помехами, ознаменовавшими срочный выпуск новостей. Из-за средней громкости и отдаленности динамиков расслышать что-либо было практически невозможно, а потому котообразный бармен звонко обратился к сидящему на диване перед экраном грешнику: — Прибавь звук. А то сейчас опять какую-нибудь глупую войну затеют, а мы нихрена не узнаем об этом. К его словам прислушались, и так стала разборчива речь, произносимая в интервью. — Валентино, расскажите, что же случилось? — задала вопрос ведущая. — Все вы знаете моего лучшего мальчика Энджела Даста, все видели фильмы с ним или даже самолично пользовались его услугами, — с показушной удрученностью начал названный оверлорд, продолжив более озлобленно. — Однако сегодня, после одного из клиентов, он не вернулся в студию и перестал выходить на связь! — Хаск? — протянула Черри, отвлекшаяся от экрана телевизора и посмотревшая в сторону кота. — Я сквозь сон даже не застал, как длинноножка ушел, — меж делом заверил тот, тщетно пытаясь уличить похотливого владыку во лжи и недосказанности. — Как вы думаете, кто мог совершить подобное злодеяние? — подливала масло в огонь ведущая. Тогда Валентино отвлекся от нее и посмотрел четко в камеру с угрожающим оскалом и стрекочущим процеживанием слов через экран: — Если только окажется, что к этому снова причастна принцесса Ада с ее недоискуплениями, то я… Он не успел договорить, как его глаза расширились, а лицо пораженно удлинилось. — Хэй, Валентино? — ведущая попыталась под шумок привести в чувство гостя студии новостей. — Застывания на камеру рейтингов не приносит. — Вырубай показ, — внезапно заявил оверлорд и поспешил удалиться из кадра. Однако то ли из-за неопытности оператора, то ли по велению кого-то заснять эксклюзив, на пустом фоне послышалось продолжение приказов Валентино. — Пробейте этот адрес, соберите все данные о мафиозных группировках города, прочешите каждый закоулок, где эти твари могут скрываться, и уничтожьте каждого, кто хотя бы раз слышал имя «Энтони». Телевизор внезапно выключили, что заставило шокированных и Хаска, и Черри одновременно повернуться к грешнику, раскинувшемуся в одиночестве на диване. — Опять эти пустословы устроили шум из ничего, — заявил он, поднявшись на ноги и мимо бара отправившись в сторону комнат с бурчанием по нос. После его ухода двоих провожающих его взглядами постояльцев посетил единственный вопрос: действительно ли в отеле Хазбин поселился темно-серый сутулый паук или у них одна галлюцинация на двоих от новостей про Энджела Даста?..