Тайна.
25 ноября 2025 г., 19:50
На дворе стояла летняя солнечная погода. Прохладный ветерок аккуратно проскальзывал сквозь повешенные тюли на окне, тем самым открывая проход солнечным лучам, которые, в свою очередь, аккуратно падали прямо на стол. Яркий свет отблескивал от только что написанных и ещё не успевших просохнуть шершавых линий чернил. Тихое, почти неслышное, шуршание скрежета пера об бумагу заставляло на мгновение затаить дыхание. Выводя очередной иероглиф на листе, а после непроизвольно делая цок кончиком пера, девушка неосознанно поставила жирную точку. Уголки губ едва заметно дергались, а на виску выступала маленькая венка, показывая напряжение обладательницы мягкого отлива сиренево-лилового очей. Она бы и дальше находилась в состоянии покоя, если не одно «но». Ее нервировало присутствие посторонних взглядов в кабинете.
Чуть вздрагивая пальцем и переводя дух, истребительница выровняла свое дыхание, следом приподнимая правую руку, она потянулась ей в сторону маленькой баночки чернил. Неспешно набирая на перо новую порцию, Шинобу наклонила взгляд на свои же записи, пытаясь сфокусироваться на написанном и продолжить мысль. Но они были заняты другим, а если быть точнее в этом выражении, в ее мыслях постоянно пролетало присутствие одного человека. И не с проста, прямо сейчас ее напрягал сзади сидящий Томиока Гию, который, как и ожидалось от холодной, на ее взгляд, личности, непоколебимо сидел и мирно выжидал.
Эта тишина рядом с ним напоминала ей моменты после дождя, этот запах сырой земли, приятную лёгкость и чистый, едва сладковатый вкус обновлённого воздуха при открытом небе. Где-то рядом витало бесшумное напоминание каплей, стекающих прямо на почву, что впитывала влагу, прямо как он... Гию выжимал из нее всю жизненную энергию. В его взгляде застыла та самая глубина океанов, прекрасно подчёркивавшийся иссиня-черным оттенком. Сильный, сосредоточенный, но такой упрямый.
— Томиока-сан… — наконец-таки она осмелилась издать звук, чтобы разорвать меж собой и ним эти невидимые оковы, что испускались молодым человеком, — я Вам уже выдала все необходимые снадобья для задания, необходимо что-то ещё? — Шинобу действительно не понимала, почему он не уходит, с каждым днем его присутствие рядом ощущалось все сильнее, ведь он стал задерживаться чаще.
Задерживаться чаще… Просто для того, чтобы молча постоять рядом, понаблюдать за девушкой, ничего не говоря. По началу это ее даже не волновало, изредка Кочо оставляла легкие усмешки в его сторону, но в ответ видела только безликое выражение лица своего напарника. В репертуаре Томиоки, она привыкла. Но его посиделки стали затягиваться, это начало отдавать легким напряжением. С недавних пор такие встречи стали переваливать за часы.
Истребительницу волновал столь внезапный приступ близости, естественно она не раз задавала его столпу воды, но ответа, как и ожидалось, она не получала, лишь этот иногда строгий и серьезный взгляд синих очей, либо же томящий вздох или безмолвное сглатывание, будто он готовился сказать, но не решался.
— Перестаньте меня игнорировать, господин Томиока… — девушке пришлось отложить перо и повернуться к соратнику всем своим телом.
Такая маленькая, изящная и легкая. Эти игривые завивающиеся на кончиках волосы с забавным сиреневым отливом. Эта нежная кожа и приятный розоватый оттенок от помады на губах, что слегка поддергивались на уголках, стараясь не выдать раздражение в улыбке. Легкий аромат глицинии, который тщательно перебивался душистой водицей цветущих растений, признаться было тяжело, что это его манило. Гию видел ее невольное напряжение, и понимал, что стоит разъясниться с этой прекрасной обладательницей причудливых глаз. Но не мог уже долгое время найти подходящих слов.
Гию и сам задавался вопросом, когда он стал так внимательно следить за данной особой. Он нехотя стал переживать за нее, когда впервые ощутил этот рядом стоящий аромат яда. Тут не требовался острый нюх, чтобы уловить эту нотку чего-то нового в своем соратнике, всё-таки, не первый год они бьются рука об руку. Он многого не понимал и хотел разобраться в этом вопросе, но спросить напрямую не решался. Ясное дело, что его это не касается. Хотя в последние месяцы, как запах усиливался, он стал его чаще улавливать, находясь на совместных миссиях. Именно после горы Натагумо он и начал следить за ней тщательнее. В своей привычной манере, тихой и неброской. Просто стоя где-то рядом.
Можно смело сказать, что просьбы передать лекарства это лишь отговорки, чтобы встретиться с ней. Томиоку настораживало, что с каждым днем ее лицо становилось бледнее. Легкая пудра на щеках и мило вздернутом носике не могли на отлично скрыть ее истинный цвет кожи, и он потихоньку начинал догадываться, что пестрый и нарастающий запах глицинии к этому причастен. Наверняка, он пожалеет, что решился влезть во все это. Но его что-то не отпускало, где-то в глубине души.
Демонстративно опустив голову и подставив руку ко лбу, девушка провела пальцами вдоль и прислонила следом ладонь к своей щеке. Ей очень хотелось разговорить эту глыбу непоколебимости, который слишком часто стал преграждать ей путь. Но она не могла уже в который раз что-то из него вытянуть. Ни язвительные подколки, ни вопросы, ни даже обычная беседа о прекрасной летней погоде за окном не могли разговорить этого человека.
Испуская из своих легких последний кислород, опустошая их до нельзя, девушка вновь приподняла свою голову и направила причудливый взгляд в сторону немого собеседника. Медлительно приподнимая пышные реснички и сосредотачиваясь на одном конкретном объекте прямо перед собой, столп насекомого аккуратно натянула на лицо улыбку. Их взгляды встретились, но никто этому не придал должного значения, они лишь пару мгновений смотрели на друг друга прямо, пока молодой человек не соизволил встать со стула.
В ее мыслях пробежала надежда о том, что он, наконец, соизволит оставить ее наедине с собой, как это делал все предыдущие недели. Но в этот раз она ошиблась, Томиока продолжал стоять и смотреть на девушку сверху вниз, будто бы сейчас он скажет причину, которая Кочо жаждет знать уже столько времени.
— Томиока-сан? — поднимая свои глазки вверх, девушка опустила руки на колени и сжала их в некрепкий кулачок, пристально наблюдая за персонажем исподлобья.
Едва шелохнув пальцами правой руки, столп воды тут же пресек это действие, надеясь, что собеседница не успеет уловить его мотив. Пропуская сквозь мысли сотни вариаций дальнейших действий или вопросов, тот заметно стал нервничать перед ней. Отворачивая голову чуть в сторону, охотник глазами искал хоть какую-то зацепку, чтобы начать разговор. И о чудо, он увидел на соседнем столе разложенные аккуратно вещи, которые явно были использованы для создания яда.
— Глициния. — тихо вымолвил тот, продолжая цепляться взглядом за несколько стоящих колб сзади девушки.
— Что? — следуя взгляду парня, Кочо обернулась назад, встретив пред собою недавно отставленный бардак, о котором та благополучно забыла пару часов назад, когда ее собеседник вновь захотел к ней наведаться, — Да, глициния. — тихо хихикнула девушка, продолжая смотреть на стол позади себя.
— Расскажи мне об этом… — неуверенно произнес столп воды.
На удивление, Томиока сам смог начать беседу, что немного позабавило Кочо, но это ей было лишь на руку, ведь теперь-то она сможет разговорить этого упертого парнишку.
— Весьма странные у Вас желания, — бросила та, попутно с этим вставая со стула и продвигаясь ближе к дальнему столу, — неужто решили в медики поддаться? — с насмешкой спросила девушка, попутно с этим беря небольшую колбу с неизвестной для Гию жидкостью в свои маленькие ручки.
— Интересно. — кратко и четко ответил Томиока, подходя ближе к девушке и вставая за ее спиной на допустимом расстоянии.
— Я всегда за основу беру листья глицинии, — с некой грустью произнесла истребительница, попутно с этим аккуратно начав вертеть баночку, чтобы жидкость зашевелилась, — она очень хорошо действует на демонов, что как ни как, кстати для меня. — поворачивая колбу так, чтобы Томиока мог лицезреть ее, она взглянула на него сквозь отражение на стекле баночки.
— А что будет, если такое выпьет человек? — его вопрос был резким, явно дающий намек, о ком конкретно говорил тот, но истребительница не придала такому жесту особого значения.
— Если выпить сильно большое количество за раз, — задумчиво протянула девушка, направляя свои прекрасные очи куда-то в потолок, — то можно сжечь слизистую рта. — на секунду она затаила дыхание, — Но мои дозировки рассчитаны максимум на легкое головокружение или тошноту. — столп насекомого повернула голову к парню, при этом став улыбаться более счастливее обычного. — Яд из глицинии не может быть губительным для человека, нежели для демона, поэтому серьезные последствия наблюдаться не могут.
— А сколько ты уже успела выпить? — Гию сделал шаг навстречу девушке, встав почти плотную сзади нее.
Этот вопрос заставил окаменеть столпа насекомого на месте. Сердце стало биться чаще, от чего та невольно потеряла контроль над дыханием. Взволнованно поднимая свой взгляд, в котором считывалась угроза для нее самой, Шинобу постаралась унять этот наплыв удивления на своем лице. Отворачиваясь от собеседника назад в сторону стола, она аккуратно поставила колбу на место.
— Так вот для чего были все ваши визиты. — с усмешкой прошептала та, не решаясь дальше объясниться перед соратником.
— Ответь.
Охотница чувствовала его напор в голосе, и некий пыл, который исходил от его тела и броско стрелял ей в спину. Он был слишком рядом, прямо сейчас она перед ним чувствовала себя маленькой букашкой, которая жестоко оплошалась. В ее планы не входило то, что Томиока узнает о ее посмертной миссии. Даже не так, она всячески пыталась скрыть это, и просила всех знающих об этом молчать рядом с ним.
В какой-то степени, истребительница понимала, что он сможет ей противостоять в таком решении, толком даже недоумевая почему у нее были подобные мысли. Возможно, она считала его более значимым для себя, что не решалась признаться в таком? С другими столпами такого страха и в помине не было при сообщении своих желаний. Возможно, и он считал ее более значимой для себя.
— Томиока-сан, я не понимаю к чему Вы клоните. — девушка аккуратно пыталась выстроить диалог в другое русло, замять и скрыть действительность, чтобы он не стал ее допрашивать, — Я просто люблю чай с глицинией. — нелепо отмазалась та. — От того Вы и чувствуете этот запах рядом со мной.
— Правда? — в какой-то момент она ощутила его облегченный выдох в свою сторону, а следом расслабила мышцы лица, когда ощутила, что тот отступил назад, — Видимо, я неправильно все понял. — добавил тот.
От услышанного весь гнет испарился с плеч. Она ощутила, что теперь снова может дышать спокойно. Отмазалась…
— Вы переживаете за меня, господин Томиока? — неуверенно решилась уточнить девушка, поворачиваясь полностью всем телом, она вновь взглянула на него своей прежней улыбкой.
— Я просто хочу, чтобы ты не умирала. — тихо вымолвил истребитель, после чего направился к выходу из кабинета.
— Почему? — в ее глазах можно было прочитать некую печаль.
Но ответа не последовало, Гию лишь глухо бросил на нее свой непоколебимый и спокойный взгляд, а после скрылся за пределами двери восвояси, оставив столпа насекомого наедине со своими мыслями в кабинете.
***
По сей день на дворе стояла тихая и спокойная погода, на небе почти не виднелись облака, что было как раз кстати для вечерних сумрак. Они мягким отливом ярко-розового и тепло-оранжевого спускались на веранду поместья бабочки. Дневное небо потихоньку теряло свой отблеск и среднюю температуру, от чего по спине иногда пробегали легкие мурашки от игрового ветерка. Все вокруг начинало замирать, шум деревьев усиливаться, а листья потихоньку шуршать, напоминая о приближающийся ночи. Спокойно усаживаясь на футон и подгибая ноги в коленях под себя, истребительница легким движением рук поправила свое хаори с неповторимым рисунком, в котором читалось напоминание о бабочки. Протягивая руки вглубь помещения, девушка принялась раскладывать приготовленные ингредиенты на столе, попутно этому внимательно проверяя все ли на своих местах. Ставя пред собой маленькую чашу и вливая в нее небольшую часть горячей воды, она отставила фарфоровый чайник белого цвета в сторону. Ее другая рука одновременно с этим потянулась в сторону незначительного свертка, который лежал на небольшом платке, где-то рядом, совсем незаметно он существовал на этом столе уже последние годы. Обхватывая двумя пальцами предмет и аккуратно его разворачивая, Шинобу неспешно всыпала содержимое в горячую воду, следом принявшись ожидать. — «Я просто хочу, чтобы ты не умирала» — эхом слышалось у нее в голове. После того разговора прошло почти три недели, и с того момента истребительница больше не наблюдала рядом с собой сидящую тень. И ведь понятно, почему Томиока впредь перестал к ней приходить, он услышал желаемое и теперь та, о которой он столько времени переживал, перестала быть ему интересна. Кочо боялась признаться себе, что это ее обижало, но все же, она ощущала где-то глубоко в груди печаль, что больше не виделась с ним. Ей было любопытно узнать, почему он не хочет ее смерти, почему так долго не решался этого спросить, и почему так легко перестал быть рядом после ее ответа. Она привыкла, да, действительно привыкла и не хотела вот так внезапно прекращать его видеть, хотя сама же об этом просила, и не раз. Но та беседа была не оконченной, если бы он поступил иначе, хотя бы ответил на ее вопрос... Она бы не переживала о таком стечение обстоятельств. — Почему же… — касаясь края маленькой чаши мягкой подушечкой пальца, вновь задалась этим вопросом столп насекомого. Не хочет, чтобы она умирала, но при этом прекратил ее навещать. Не хочет для нее страданий, но теперь же его отсутствие рядом доставляет больший дискомфорт, нежели был тот, когда он тихо сидел позади. Да почему же она об этом думает, почему вообще ее так дергает лишь об одной мысли о нем? Она хотела услышать ответы на свои вопросы, а не сталкиваться с очередным безмолвным взглядом ее соратника. Ее рука дрогнула. А может это к лучшему? Почти незаметно пробежало в ее голове. Да, и в правду. Девушка прикусила себя за край нижней губы и отвела взгляд от уже давно ей привычного вида приготовленного снадобья. Вдруг он скажет ей то, что затаит сомнения и не даст шанса продолжить начатое? Верно, именно этого она и опасалась. Шинобу не знала всех мотивов ее коллеги, ей и предположить было нечего о таком, ведь Томиока всегда непредсказуем, всегда молчалив и никогда не делится чувствами. — «Чувства?» — задумалась та. А что она испытывает к нему? Переживает ли о нем также сильно, что когда-то решится сказать подобную фразу в ответ? Или же ей на него все равно. Истребительница медленно окутала чашу руками и приподняла маленькое блюдце со столика. Читая в отражении заваренного «чая» свой отчаянный шаг, девушка принялась потихоньку выпивать содержимое. Ее руки вновь дрожали так, как в тот первый день. Она снова начала бояться пойти на такое отважное решение, но ее не могли остановить мысли о другом, о том, что для нее выбора не видно и в помине. Эта тяжелая горечь утраты старшей сестры не отпускала уже долгое время, а этот напиток лишь потихоньку топил все ее страдания. Но душе хотелось познать чего-то нового, как бы глупо это не звучало. Кочо действительно тронули слова молодого человека, и она хотела верить, что он таким жестом лишь аккуратно намекает на свою небезразличную натуру. Тихий глоток заполнил ее мысли безысходностью. На лице промелькнула едва заметная, но до боли живая улыбка. Она ведь ничего не потеряет, если позволит себе спросить о смысле его слов?***
Не сосчитать сколько дней пролетело после всех тех событий, разговор уже давно позабылся, но оставил за собой небольшую горсть семян, которые возродили напряжённость меж двумя столпами. Их встречи стали неловкими, ни одна из сторон не пыталась вновь вернуться к той заветной теме, а глаза боялись даже бросить взгляд на собеседника. Это трепало нервы, иногда заставляло багреть щеки девушки, что не сказать о мужчине. В ее сознании молодой человек был все тем же отстранённым соратником, который вряд-ли сам когда-нибудь заговорит с кем-либо. А она не решалась начать самой. Не могла позволить себе переступить черту, мысленно отговаривала, невольно отворачивалась. Растерянность перед своим напарником набивало на дурные мысли, не давали вновь покоя. Это будоражило ее сердце, и спустя столько безмолвных дней Шинобу смогла признаться себе в этом, это действительно было так. Выходя за пределы поместья Убуяшики, истребительница остановилась возле больших ворот и нехотя посмотрела на столпа воды, что шел чуть отдаленно от нее. Их вызвали двоих для очередного задания, но Кочо не требовалось отправляться в путь, лишь передать со столпом воды некоторые снадобья. Снова этих двоих сталкивают вместе по такому случаю, и с каждым разом всё сдержанное в себе начало копиться неприятным комом в горле, с досадой иногда отдавая в сердце. Ее дыхание ненароком учащалось рядом с Гию, и она уже не могла сдерживать себя в некоторых моментах. И все вновь сводилось к глупым попыткам разбавить молчание легкой беседой. Но этого не хватало, притворяться становилось все труднее, и он начал догадываться, что происходит. Следуя дороге в сторону поместится бабочки, Томиока вслушивался в лёгкие шаги своей соратницы. Он продолжал все так же пристально наблюдать за ее состоянием, потому что уже давно для себя признал свою тягу к ней. Но дистанцию не нарушал, а лишь вернул все восвояси. Перестал грузить своей тенью для ее же блага. «Ей нужен отдых» — каждый раз промелькало в его сознании, когда он собирался к ней по привычке наведаться. Молодой человек не хотел доставлять больших проблем из-за своих чувств, поэтому и отошел в сторону. Привязываться к кому-либо не для него. Он здесь только для исполнения долга. Это тяготило, особенно если учесть тот факт, что их задания стали совпадать чаще. Нервно сглатывая скопившейся ком и медлительно моргая, он крепко сжал свое оружие, что висело сбоку под двояким хаори. Продолжая путь к дому Шинобу, он вновь погрузился в свои мысли, тем самым стараясь отречься от происходящего, отречься от чувства, что она рядом. Уже подходя к поместью, оба повинно склонили голову и не решались вступить за порог дома. Всю длительную дорогу они прошли в тишине. Такре редко наблюдалось за обладательницей столь очаровательных глазок. Он позволил себе вновь на них взглянуть, это отдало легким покалыванием под ребрами, но наяву никак не отразилось. Секунда воссоединения взглядов, уже такое родное и позабытое чувство, по которому скучал истребитель. Ему не хотелось разрывать эту тоненькую нить случайных гляделок друг на друга, ведь Гию так не хватало подобного в последнее время. Но она не дала ему возможности более любоваться ее прекрасными чертами. — Томиока-сан, — неожиданно тихо подала голос девушка, одновременно с этим отвернувшись от товарища, — Вы можете зайти со мной за снадобьями, — в ее голосе читалась неуверенность и некая надежда на продолжение встречи, — либо же... подождите здесь, пока Аой принесет все необходимое. Шинобу и сама не понимала, почему так хочет, чтобы он вновь зашел к ней. Соскучилась по тем спокойным дням, когда он был постоянно рядом? Сердце приятно трепетало от этих мыслей, но разум говорил, что это приведет к ненужным последствиям. Он лишь коротко кивнул. Уголки губ смешливо дёрнули, тем самым натянув на личико истребительницы странное выражение лица. Она неспешно направилась во внутрь поместья, ощущая приятную тягу на плечах, что он идет за ней следом. Кочо было тяжело переварить собственные чувства и принять тот факт, что сейчас ей радостно, ведь Томиока пошел к ней навстречу. Но ее пугало, что она сможет не сдержаться и вновь подымит ту волнительную тему. Доходя до кабинета и дрожащими руками цепляясь за ручки двери, истребительница почти неслышно открыла проход и проникла внутрь. Сейчас в ее мыслях витало стойкое утверждение: «Собрать все необходимое и молча отдать», «Собрать, и молча отдать..»... Подходя к столу и торопливо начиная перебирать снадобья, что требовались молодому человеку, она боялась взглянуть себе за спину. Как же ее это нервировало. Мысли путались, а глаза в беспорядке бегали, тяжелее всего ей давалось то, что весь этот наплыв беспокойства нужно умело скрыть перед Гию. — Кочо. — издался тихий голос где-то позади девушки, а следом послышался скрежет закрывающийся двери. Это заставило ее застыть на месте, но обернуться она не решилась, лишь продолжила с замиранием сердца ждать продолжения его слов. — Ты нервничаешь? — это прозвучало весьма глупо, потому что это было действительно так, и нужно быть полнейшим дураком, чтобы не заметить такого. Ответа не последовало. Он сделал негромкий выдох и подошел поближе к напарнице, следом заметив то, как она сжалась в плечах сильнее. Это его удивило. Томиока остановился в шаге от истребительницы и волнительно поглядывал на нее сверху вниз. Ему хотелось подойти ближе, аккуратно тронуть за плечо и успокоить, ведь смотря на такое состояние девушки, его непоколебимый настрой начинал потихоньку рушиться. Это было так непривычно, и так колко в груди. В кабинете повисла напрягающая тишина. Это длилось несколько минут, но внутренне ощущалось как бесконечность, от чего в горле все пересыхало, необходимо было добавить немного воды. Они вдвоем чувствовали, как неловко находится рядом друг с другом, но никто не смел переступить черту. Каждый ждал хоть какого-то ответа, того самого первого шага, который даст им дальнейшее сближение. И оно было, еще тогда, когда Томиока обеспокоенно спросил, сколько уже успела выпить той дряни его коллега. Естественно, он понял сразу, что она слукавила, это его оттолкнуло и дало понять, что наступать дальше нельзя, поэтому он ушел. Оставил ее наедине, как глупо. Нужно было показать стойкость, которой так не хватало Гию. — Кочо, почему ты не хочешь говорить мне правду? — да к черту все, столп воды устал таить в себе эти сомнения и страх сблизиться, он устал отрекаться от людей, он нуждался в сплочении также, как нуждалась сейчас в этом и она. Глаза ненароком расширились и на лице выстроилась эмоция недопонимания. Он знал, что она врет? Опуская руки на стол и роняя из-за дрожи в пальцах недавно взятые снадобья, девушка не сдержалась. Взгляд начал замыливаться, а дыхание сбилось напрочь. Поднимая запястья к лицу и одновременно с этим быстро моргая, столп насекомого старалась унять нахлынувшие чувства. Да что, черт возьми, это за неприязнь под ребрами? Почему ей так стало больно просто от мысли, что он опять поступает так необдуманно? Все понял сразу, но ушел и не настоял на правде, тогда к чему были те слова о его желании, чтобы она осталась жива? — Томиока-сан, — сквозь нервный смешок начала девушка, вытирая еще не поступившую влагу со своих глаз, — если Вы знали, что я нечестна с Вами, почему же тогда ушли и больше не приходили сюда, как раньше? — она не позволяла себе повернуться к нему. Шинобу уже с трудом держалась, чтобы не выпалить все скопившееся на него. Ей хотелось высказаться и уже определиться со своими эмоциями, со своим личным мнением об этом человеке. Ей хотелось узнать, что же она к нему испытывает, и в ответ услышать тоже самое. Он был в смятении. Ноги нехотя подкосились от голоса девушки, он слышал ее печаль, почувствовал, как она сдерживается и не дает себе право на ошибку. Как он когда-то, но тропа к этому пути уже давно выстроилась перед ними, это нужно было сделать прямо сейчас. Но, истребитель такого попросту не умел, не знал, как стоит поступить, привык просто уходить, замалчивать и не выяснять отношения. На все, что он сейчас горазд, это просто отвести стыдливый взгляд и не давать себе возможности смотреть на нее. — Вот опять. — прервала его сомнения та, — Опять Вы просто молчите и не отвечаете на мой вопрос. — ее переполняла злоба из-за недосказанности, из-за его хладнокровия, — Почему же Вы молчите, когда так необходимо продолжать? — это сводило с ума, она обернулась к нему всем телом и столкнулась с его сожалеющим взглядом, это вновь заставило засомневаться в своих словах. — Это так важно? — издал тот, окончательно поставив в тупик все помыслы Шинобу. — Да, важно. — ей хотелось кричать, но голос продолжал предательски дрожать и не переходил на тон выше шепота. — Если тебе это так важно, почему ты не сказала правду? — сорвался тот, его слова звучали острее клинка, а во взгляде читалась злость на нее. — О какой правде Вы хотите знать? — ее мысли терялись, она его окончательно перестала соображать. — Даже если я скажу правду, что изменится? Удивленно взглянув на девушку и тут же смягчившись во взгляде, он в ступоре продолжал ее слушать. — Почему Вы так не хотите моей смерти? — смогла выкрикнуть та, попутно с этим схватившись за край хаори и натянув его на грудь. — Если я умру, то что изменится для Вас?! Это было больно, его губы дрогнули и он посмотрел на нее с печалью. И вправду, почему он так не хочет ее смерти? Она ему дорога? Нужна? Для чего? Он и сам не знал, просто не хотел ее смерти. До конца побаивался и не признавался в том, что ему действительно нравилось, как она его цепляет язвительными словами, как пытается каждый раз при встрече вывести на разговор. Он привык к ее компании, и, ему просто хотелось, чтобы она была рядом. Сделав шаг в ее сторону, он протянул руку к ней, стараясь как можно нежнее обхватить ее бледные щеки, тем самым успокоить весь пыл, что от нее исходил. Притягивая крохотное тельце к себе и обхватывая ее за талию, он наклонился к ее лицу. Зрачки девушки нервно сузились, а взгляд расширился от его действий. Буквально секунду назад она хотела его выгнать из кабинета куда подальше, лишь бы вновь не сталкиваться с этим осуждённым видом, но прямо сейчас ее губы ощущали приятное тепло, он накрыл их своими. Обнимая девушку крепче, он лишь плотнее прижимал свои губы к ее. Эта шершавая структура его уст столкнулась с нежными очертаниями девушки. Где-то секунду девушка металась в сомнениях, что же ей нужно делать, как стоит правильно отреагировать на такой жест парня. И, она поддалась навстречу. Его руки пылали жаром, а дыхание сводило с ума все тело, пробирая мурашками прямо до костей. От страха хватаясь за хаори на его груди, она крепко сжала тряпье в своем кулаке и закрыла глаза, дав тому возможность действовать дальше. И он понял это сразу, его охватила легкая волна страха, что если сейчас он отстранится, Шинобу просто-напросто исчезнет. Не отдаляя ее тело от себя, лишь крепче впиваясь пальцами в ее спину, он аккуратно поглаживал ее по щеке большим пальцем, попутно этому так слащаво целуя. Ей тоже не хотелось отрываться, она поддавалась этому соблазну и следовала его касаниям. Чуть расслабляя мышцы и наклоняя голову на бок, она будто легла на его руку, попутно с этим потянувшись к его шее. Вздрагивая от ее касаний на своей коже и чувствуя, как она легонько пробирается пальцами в его волосы за шеей, Томиока шагнул к ней ближе. Когда же она полностью обвила его тело руками, он неосознанно уткнул ее в край стола. Шинобу же едва поспевала за его напором. За считанные мгновения его рука соскользнула вниз к ее бедрам, жадно хватаясь за них, он с лёгкостью поднял ту в воздух. Испытав чувство невесомости и неосознанно с этим отстранившись от губ своего соратника, девушка смущённо охнула. Спустя секунду она уже сидела на своем рабочем столе, а Томиока твердо расположился прямо меж ее ног. Эта поза будоражила и в то же мгновение заставляло щеки ярко окрасится. Минуту приходя в сознание и сперто выдыхая друг другу в губы горячий поток воздуха, они не отрывали взгляд друг от друга. Непостижимо пониманию. Она и Томиока? Это даже в мыслях произносить было стыдно, не то, чтобы ощущать наяву. С каких пор он стал таким решительным? До этого и слова вымолвить боялся, а сейчас нависает сверху нее с таким жарким пылом от тела. Шинобу боялась и пальцем дрогнуть, просто смотрела в его глаза, иногда разрывая взгляд морганием. Он же в свою очередь пристально пронзал ее своим взором. Такой настырный вид, вновь непоколебим, и хладнокровен, но уже не с ней. Его рука продолжала все так же крепко сжимать ее правое бедро, а вторая цепко держалась за ее талию. Но это было лишь со стороны истребительницы, Гию же в этот момент взрывался изнутри от своих эмоций, проклинал себя в мыслях и корил за то, что так глупо поступил. Опять. Она издала тихий смех, будто читала его насквозь. Ей действительно понравилась эта глупость, но вот только запутала сильнее. Теперь уж она точно не знала, как себя стоит вести, что нужно говорить, да и как вообще теперь с ним говорить? Не знал никто из них. — Все изменится. — сдался он, и заговорил первым. В груди приятно что-то йокнуло, и эта тяга медленно спустилась вниз по животу, дав девушке ощутить себя живее прежнего. Поддаваясь соблазну, он медлительно приблизился к ее лицу вновь, но только вместо поцелуя одарил ее легким стуком лбом о лоб. Так близко смотрит, дышит прямо на нее, не дает ни секунды покоя, ни единого шанса опомниться после произошедшего. — Я действительно, не желаю тебе смерти. — соизволил продолжить тот, после чего аккуратно спустился к ней на плечо и уткнулся в худощавую шею носом. — Хочу видеть тебя рядом. На душе стало горько. Даже немного тоскливо, ведь девушке не получится ответить тому взаимностью. Точнее, она просто не сможет. Обвивая парня руками крепче и аккуратно касаясь губами его ушка, она прикрывала с грустью глаза. С ее лица пропала улыбка от одного лишь осознания, что происходящее не имеет будущего. — Томиока-сан, — уже хотела признаться та, но он ее опередил. — Я не знаю твоих целей, — тихо прошептал он, — не знаю, для чего ты себя травишь ядом, почему так сильно хочешь лишить себя жизни. — Он до сухости сглотнул. — Я не смогу обещать тебе спасения, ведь многого не понимаю. — на секунду он затих, услышав ее ускоренное сердцебиение. — Просто разреши мне побыть с тобой, пока это возможно. Девушка вздрогнула от его слов, ей стало тягостно от того, что он не стал даже пытаться переубедить ее, но в тот же момент она его понимала. Он бы не смог, ведь их миссия слишком важна, и ее исполнение куда дороже их жизней. Они оба это знали, и оба были согласны отдать все для реализации цели. — Только не смейте умирать сами. — это единственное, что пришло ей в голову, этими словами она хотела поставить точку в этом вопросе. И правильно сделала, ведь тот уже не раз размышлял о том, чтобы отдать свою жизнь во благо спасения других. Даже не так, он хотел спасти ее, отдав предпочтение своей смерти. Но девушка его опередила. Утопила все его сомнения и… запретила? Сложно выразиться правильно, ведь он почему-то не мог противиться ее просьбе, как и с вопросом этого легкого аромата глицинии. Сглотнув скопившиеся слова, что так назойливо крутились на языке и хотели вырваться в знак возражения, куда-то вглубь себя как и те наивные мысли о спасении девушки, Томиока стыдливо приподнял голову с плеч Шинобу. Его рука соскользнула с ее бедер на коленку. Он невольно прикусил себя за губу. Гию хотел попытаться найти выход, он хотел спасти ее и подарить ей беззаботную жизнь. Спокойную, под его защитой, без бед, без демонов. Но он не знал, как это сделать, он был слишком слаб, точнее, он так думал. Его руки задрожали, а во взгляде читался страх. Столп воды действительно был напуган, ведь он снова не может защитить дорогого себе человека. Шире раскрывая взгляд и принимая на своей руке легкое и теплое касание девушка, Томиока повернулся в ее сторону и столкнулся с этой успокаивающей улыбкой Кочо. Она была такой нежной и милой, совсем беззащитной, прям как маленькая хрупкая бабочка. В его голове что-то щелкнуло, перевернуло его сознание и аккуратно направило к ней. Он вновь потянулся за поцелуем, только теперь Гию был более настойчивым в нем. Сминая ее горячие губки, он пытался передать ей мысленно все свои переживания и показать этим соединением то, ради чего стоит пожить еще немного. Он желал хотя бы сейчас дать ей счастливые минутки уединения и тепла, вновь показать любовь, такую же родную, но другую. Сейчас же перед ним стояла новая цель, не спасение от неизбежного, а стремление показать свою искренность. Притягивая девушку к себе за талию, он настороженно углублял поцелуй, иногда ловя ее тихие вздохи от происходящего. Читая в ее теле покорность, Томиока позволял себе продолжать двигаться вперед, может хоть так он сможет затаить в ней сомнения, и она прекратит? Хотя, это уже не так важно, главное, что сейчас она здесь, все еще живая. Все еще имеющая шанс на счастливое будущее. С ним. Проскальзывая рукой под хаори девушки. Гию медленно усиливал напор и наклонял девушку ближе к столу, все еще не разрывая нить их поцелуя. Полностью перекладывая ее тело на свою руку, он придерживал ее в невесомости, когда та лишь с доверием следовала его действиям. Она не могла оторвать своего взгляда от его лица. Он ее смущал, нет, не так, он поглощал ее прямо сейчас. И Кочо была не против, ведь, наконец, ее мысли перестали заполняться страшными представлениями о долге, о своей миссии. Томиока даровал ей момент спокойствия, когда она может забыться и дать себе мгновение, чтобы вдохнуть жизни. Подымая свободную руку, Гию приступил к более открытым действиям, аккуратно касаясь ее хаори и спуская его вниз к столу, он потихоньку освобождал ту от оков. Шинобу с интересом наблюдала за происходящим, и жаждала слащавого продолжения. Отрекаясь от верхней одежки, она потянулась руками к его телу, попутно с этим двинувшись бедрами навстречу его напору. Касаясь его упругой кожи на шее и цепко хватаясь за нее, она притянула того к себе ближе. Уже полностью находясь на столе, Кочо синхронно этому подняла ножки в воздух. Обвивая его талию ими, она крепко прижимала ноги к нему. Внутри нее разгоралось что-то новое, неизвестное ей. С каждым последующим поцелуем это горение так сладко расплавлялось вдоль всего ее тела. И вправду, это было так приторно, что хотелось узнать побольше об этом чувстве. И они оба были этому не против. Касаясь щеки Шинобу, Гию нехотя отстранился от ее уже красноватых губ. Дыхание давненько сбилось, и контролировать его, как во время тренировок, почему-то не получалось. Эта была другая отдышка, такая жаркая и возбуждающая. А ее ножки, что так ехидно обхватывали его за пояс, лишь давали нервное подергивание в области паха. Сопротивляться было сложно, под одежкой уже давно все закипало, хотелось поскорее освободиться от этих стеснений, и он приступил к этому шагу совершенно неосознанно. Томиока двигался рефлекторно, он не знал, что требуется делать и как, но его действия звучали отточено, будто, это не его первый раз. Расстегивая пуговки на бюсте девушки и как можно скорее оголяя ее ключицы, он стремительно спустился к ним, начиная неспешно целовать ее тело. Получая удовлетворительные постанывая от лица Шинобу и мягкие пощипывания на своих плечах, он спускался ниже. Его руки нежно скользили по ее крошечному тельцу, которое уже давно было раскрыто пред ним. Робко цепляясь за язычок ее пряжки, он цепко схватился за ремень двумя пальцами и потянул его вверх, тем самым заставив Кочо прогнуться. Она же не могла перестать извиваться под ним. От его тела исходил такой приятный горячий пар, а меж ее ног уже давненько что-то твердо упиралось. Опрокидывая голову назад, охотница дала себе разрешение пошире раскрыть ротик и простонать, когда Томиока уже игрался с ее грудью. Он действовал робко и не смело целовал ее округлости, иногда задевая опухший сосочек, но этого ей было достаточно для откровенных вздохов. Так непривычно, так смущающее, что она не могла позволить себе взглянуть на него. Ей было стыдно больше не от того, в каком виде она сейчас пред ним показывается, Шинобу сгорала со стыда лишь от одной мысли, что она это делает на своем рабочем столе. Вместе с ним. Уму непостижимо, совсем недавно они вдвоем даже разговор не решались завести, а когда-то вообще проводили вечера за этим столом без каких-либо извращенных мыслей, а теперь... Теперь же она лежит пред ним без верхней одежды, прямо на столе, и ждет, когда же он избавит ее от брюк формы. Томиока и сам уже находился в полураздетом состоянии. Маленькие ручки Кочо постарались на славу, пока тот увлечено стремил свой взгляд на ее грудь. На лицо натянулась ехидная улыбка, а голос поддавался иногда в тихий смех сквозь стоны. Ее глаза горели, а щечки уже давно пылали ярким румянцем, заставляя переживать себя так, будто она словила простуду. И вправду, она заболела. Им. Истребительница хоть и видела своего напарника без одежды и прекрасно знала каждый его изгиб тела, но сейчас же он открылся ей под другим углом. Под этим светом, с этого ракурса, когда он нависал над ней с таким напором, он выглядел очень соблазнительно. Пока она анализировала его тело, совершенно не заметила, как оказалась пред ним в полном неглиже. В ее голове не укладывалось, как такое могло произойти. Ее окутывало это непостижимое чувство, меж ножек все гудело. Как медик, Шинобу прекрасно понимала свое состояние, но опробовать на себе, нежели прочесть это в книжках, совершенно иное. Она рвалась поскорее изучить новое веяние, и неважно, что такое происходит в ее кабинете средь белого дня, и совершенно неважно, что упомянутое произошло так спонтанно. Главное, что на это она решилась из-за него. Тягучим движением спускаясь ладонями с талии девушки на бедра, Томиока сладко облизнул свои губы. Он понимал, точнее, слышал, что для женщин первый опыт бывает болезненным, и ему совершенно не хотелось оставлять такой след на теле Кочо. Непринужденно сглатывая ком в горле, столп воды неуверенно поправил свои волосы, убирая выпавшие пряди с лица на затылок. Приспускаясь попутно этому на колени, он предстал перед соратницей в покорной позе. Удивленно поднимая голову и лицезрея пред собой то, что собирается делать Гию, Шинобу резко вскочила, но только вот крепкая хватка мужчины заставило ее застыть на месте. Он твердым рывком обхватил ее бедра с двух сторон и аккуратно усадил их на своих плечах. Утыкаясь носом в промежность девушки, он прикрыл смущенно глаза и направил свой взор прямиком на девушку. Встречаясь с ее стыдливым видом, тот позволил себе впервые лизнуть нижние губки Кочо. От этого действия последовал яркий и возбуждающий вздох девушки, который лишь подогрел инициативу Томиоки. Поддаваясь дальше и влажными движениями своего языка ублажая девушку меж ног, он покорно слушал ее сладкий голосок. Его действия сводили с ума охотницу, заставляли прогибаться и извиваться на столе, опрокидывая голову куда-то вдаль и истошно постанывать его имя. Он двигался смело, но в тот же момент нежно, от чего та не знала, куда себя деть. Ножки поддергивались от полученного блаженства, а внизу живота так с горечью тянуло. Истребительница ощущала каждую частичку своих органов снизу живота, как они горели изнутри, и так она приятно сжималась там мышцами. Совладав с собой и на секунду получив контроль при полученной усладе, она потянулась правой рукой к макушке Гию. Хватаясь за его волосы и стараясь делать это не грубо, она иногда все же пропускала резкие движения после очередного выпада Томиоки. Прорываясь вглубь волос парня, Шинобу покорно сглатывала слюнки, ей нравилось, но в то же время она хотела немедленно прекратить происходящее, но не решалась его просить об этом. — Т-т.. Томиока… -сан... — лишь истошно удавалось вымолвить той. Она таяла от его действий, он делал это нежно, но в то же время так умело. Это заставляло теряться на месте, вызывало чувство ревности, где же тот так научился хорошо владеть языком. Такой молчаливый человек, но с таким способным ртом, это ее даже смешило. Она поддалась этому, поддалась своему чувству собственности. Нет, он ведь не мог это делать с какой-то другой, ведь последние месяца Томиока проводил все время исключительно с ней. Сильнее сжимая его волосы на затылке, она схватилась второй рукой за край стола и приподнялась под истошный стон. Да, только с ней ему можно быть таким. Неосознанно она подтолкнула его вперед. Он уловил этот толчок мгновенно и поддался ее просьбе в ту же секунду. Раскрывая рот чуть шире и напрягая язык, он проник им внутрь нее. Эти соки, что выделяла девица, сводили его с ума. Она была такой вкусной, что тот не мог перестать наслаждаться этим изобилием. Такая ядовитая, но в тот же момент сладкая. Напрягая мышцы рук и грубее сжимая бедра охотницы, он притягивал ее ближе, углубляя свои рывки, получая на это неестественно приторные стоны. Если сейчас она так игриво вздыхает, что же будет, когда он даст волю себе? Вновь этот щелчок прозвучал остро в его голове, Гию больше не мог сдерживать свои порывы. Ее голос так ласково звучал, выводил из себя, срывал все рамки и, теперь уже, устаревшие ограничения меж ними. Расслабляя хватку и приподнимаясь вновь на ноги, столп воды жарко дышал. Его взгляд устремился прямиком на лежавшую пред ним девушку. Ее ножки небрежно сползли с его плеч обратно на стол. Шинобу скромно прикрывала кистями рук свою грудь, пытаясь унять весь только что полученный опыт. И как он только посмел довести ее до такого состояния. Даже прямо сейчас он пожирает ее взглядом, таким же непоколебимым, но в нем читалась страсть, и нотка желания продолжать. Уняв дрожь в пальцах, Томиока в слепую принялся расстегивать ремень на своих брюках. Ему так не хотелось прерывать этот взаимный взор друг на друга. Только теперь он чувствовался не в спокойном ключе, как раньше, а наоборот, заставлял сердце стучать еще громче. За считанные секунды ремень уже давно не держал брюки, они висели лишь на добром слове, готовясь упасть в любой момент. В его руках уже давно располагался колом стоящий член, который наконец-таки получил свободу от одежки. Неуверенно сглатывая и опуская стыдливый взгляд с лица девушки на объект в руках, Гию робко схватился за правую ножку Шинобу. Он не хотел показаться перед ней неуверенным, но его неопытность в этом вопросе дала о себе знать. «Лишь бы не заметила» — пронеслось в сознании столпа в момент, когда он направил своего дружка в сторону промежности напарницы. Ему повезло, она и правду не заметила весь его новообретенный страх, потому что сама не знала, что последует дальше. Прикрывая руками лицо и неосознанно притягивая ножки друг к другу, она отвела взгляд в сторону и перевела дыхание. — Будьте нежным со мной, Томиока-сан... — подала голос девушка, пытаясь разрядить обстановку меж ними. Сердце бешено билось, хотелось убежать, но в тот же момент остаться и переступить грань, дать себе волю, ощутить это на себе. Гию лишь тихо кивнул. И следом приступил. Вбирая больше воздуха в грудь и цепко хватаясь за бедра девушки, Томиока аккуратным движением головки нащупал вход в запретную зону. Из-за недавних ублажений, тельце Шинобу поддалось навстречу. От неожиданности истребительница начала интуитивно прогибаться в спинке, попутно с этим издавая протяжный горячий выдох. — А-ай.. — тихо прошептала Кочо, вновь прерываясь на жаркие вздохи, она потянулась рукой к Гию и крепко схватилась за его локтевую часть. Увидев беспокойство на лице девушки, молодой человек остановился на пол пути. Перехватывая второй рукой другую ножку истребительницы, он с горечью взглянул на милую особу. Ему самому с трудом далось это, он сквозь все свои желания прекратил движение, как бы не хотелось опробовать ее полностью. Все тело сводило до дрожи, таз сам поддавался навстречу продолжению, но он не смел. — Мне остановиться? — на полу выдохе спросил тот, прикрыв один глаз от смущения, он старался с серьезностью взглянуть на нее. — Н-нет! — со страхом в голове ответила Шинобу, поняв, что своим неосознанным охом прервала все его старания. Потянувшись дальше рукой к телу парня, девушка поерзала бедрами по столу тому навстречу, попутно этому обхватывая его за шею и наклоняя к себе, — Продолжайте, пожалуйста, еще... — замолила та. Мгновенно раскрыв глаза и в тот же момент с облегчением взглянув на соратницу, Томиока едва заметно улыбнулся. Хватая Кочо плотнее за бедра, он уверенным настроем продолжил начатое, полностью входя в нее. Не сдержавшись, он страстно выдохнул прямо ей в губы, подмечая для себя, как начало трепетать ее тело, он несмело поднял одну руку к ней и сквозь собственное дрожание тела, что происходило из-за ее пульсаций внутри, притянул к себе и нежно поцеловал в лоб. — Скажи, — закрывая глаза и принимая все переживания на себя, он отдавал ей все назад в виде защиты, с трудом сдерживаясь из-за ее влажных сжиманий мышц изнутри. — как будешь готова. И вновь этот спокойный взгляд предстал перед ней, тот самый, от которого она сходила с ума последние несколько недель, только теперь она не хотела избежать его, ей хотелось утонуть в этих синих очах, таких глубоких, хоть холодных, но согревающих в душе. Шинобу смущенно обняла своего соратника за шею и взглядом дала понять, что готова, совместно с этим превращая всю свою неуверенность и страх в страстный поцелуй, полный любви. Движения происходили не быстрыми, по началу. Они оба прощупывали друг друга изнутри, давая жаром полностью овладеть собой. С любым его шагом, Кочо неожиданно для себя издавала все более громкие вздохи прямо в губы Томиоки. Он же, в свою очередь, лишь утопал в ней все глубже с каждым новым толчком. Ее руки игрались с волосами Гию, когда тот наоборот, лишь усерднее отдавался ей в импульсивных рывках. Шинобу нехотя от происходящего выпускала раз за разом все игривее и громче стоны, он же шел им навстречу и следовал ее голосу туда, где она становилась открытие. Рука на ее тельце уже перешла в характерную грубость, ведь он не мог себя контролировать, отдаваясь по максимуму для нее. — Еще... — сладко прощебетала она прямо ему в губы, не разрывая нить их сосредоточенного взгляда, она плыла под ним, начиная двигаться уже в такт, раскрываясь и поддаваясь соблазну, притягивала его бедра своими ножками, что заключила в замок за спиной истребителя. Вновь этот короткий кивок в знак ответа и резкий толчок, от чего та прогнулась в спинке от неожиданности. Прикрывая ее рот руками и глазами показывая на дверь, Томиока продолжал горячо темп. Он хотел бы двигаться быстрее, но от каждого его рывка стол в ответ громко отбивался об стенку. Это раздражало, ведь ему было мало, он хотел погрузиться в нее глубже. Ответить на нее требования, показать то, что он может. Перехватывая тельце девушки и сквозь ее длительный стон покидая теплое и укромное местечко истребительницы, Гию обхватил истребительницу за талию, опустив ножками на пол. На ее удивление и недовольное хмыканье в ответ на то, что тот прервался, он лишь молча, в своей любимой манере, повернул ее обратно к столу. Все произошло слишком быстро, охотница не успела даже охнуть, как вновь оказалась на столе, только уже спиной к напарнику. Вновь внезапный стук, и он уже в ней, а она лишь тихо пропищала что-то в ответ. Подымаясь на носочки, а пальчиками хватаясь за лежащий на столе хаори, Шинобу опрокинула голову назад, пытаясь сквозь плавучее наслаждение поймать взгляд столпа воды. Тот же в это время опирался рукой об стол возле нее, а другой натягивал ее кожицу крепкой хваткой на уровне таза. Двигаясь вперед-назад, он помогал себе этой рукой и направлял ее тело на себя. Дыхание срывалось на хриплый кашель, когда он полностью окунался в нее. Она так смело его затягивала и поглощала в области паха, что он терялся в моменте, разум покидал его, а тело пылало от желания получить еще. Ощутить Кочо по полной. Но каждый его рывок был слишком громкий в лице этой особы, Томиока не хотел, чтобы их кто-то услышал, поэтому действовал инстинктивно. Перехватывая хаори девушки из ее рук, он притянул тряпье к ее лицу, попутно с этим сам наклонился к той. Жаром пропитывая ее, он всем весом давил на крохотное тельце, показывая тем самым всю власть над ситуацией. Он не останавливался в рывках, но выглядел так, будто ничего не происходит, слишком серьезно и хладнокровно, ее же это заводило еще сильнее. — Закуси этим, ты слишком громкая. — приказным тоном озвучил Гию, пропихивая в ротик девушки ткань хаори. Она не могла совладать с этим, неосознанно поддалась такому жесту, и это лишь больше возбудило в нем страсти. Когда та закусила хаори, последовал характерный толчок, который пробрал истребительницу до дрожи в теле с головы до пяток. Мужчине нравилось то, как она поддавалась ему на уступки и тихо мычала в ответ, когда тот полностью владел ситуацией и давал ей минуты наслаждения. Именно этого хотела Шинобу, она тряслась и сжималась сильнее с каждым новым ударом внутри себя, он так грозно, но при этом нежно, нависал над ней. Хрипел сквозь тихие вздохи прямо ей на ушко, пока она лишь могла только приподниматься выше на носочки и прогибаться сильнее, чтобы он мог себе позволить творить что хочет. Подавать голосочек и что-то говорить было сложно, ведь Кочо понимала, что ей нужно быть тише, чтобы их не услышали. Если бы не его просьба заткнуть ротик, она бы уже давно не сдержалась и выкрикнула его имя. Это длилось так хорошо, что девушка терялась в моменте и иногда забывалась от происходящего, но прекращать ни в коем случае нельзя. Это мгновение настолько обаятельно для них двоих, они оба о нем мечтали, но не знали, как это правильно выразить, и настоящее, где они сейчас наедине друг с другом, настолько вблизи к каждому, давало покой. Переплетая пальцы с рукой Шинобу, Гию уткнулся в ее плечо своим подбородком, старательно пытаясь наблюдать за тем, как та все ещё продолжает покусывать хаори и пускать на него слюнки. Это его добило, ведь выражение истребительницы до нельзя выглядело пошло, настолько пылко, что манило к себе. Протягивая руку к шее девушки, Томиока резко перехватил ее одним движением, но он сделал это ласково, от чего та опустила ткань изо рта, дав волю голосу. Встречаясь губами вновь, он закрыл глаза и окончил их воссоединение до конца. Движения бедер становились все резче, глубже, прямо навстречу такту девушки, которая едва поспевала за происходящим. Переплетая языки вместе, молодой человек перевел свою руку на щеки девушки и приподнял ту. Вновь и вновь ударяясь об бедра истребительницы, Томиока чувствовал, как внутри него все сжимается, а ее всасывания лишь довели его до края. Все произошло так внезапно, и закончилось с легким трепетом в сознании. Испуская горячий вздох, он оторвался от губ охотницы, нехотя начиная отстраняться от нее. Кочо же продолжала наблюдать за ним и ехидно улыбаться. Ее изводило всю изнутри, ножки едва держались стоя, хотелось рухнуть на месте. — Томиока-сан... — сквозь смех прощебетала Шинобу, игриво смотря за тем, как он отводит стыдливый взгляд, она обернулась к нему. Не сказать, что ему было стыдно, но взглянуть на нее после произошедшего он не решался, лишь молча опустил руку к своим брюкам и чуть их подтянул. — Где у тебя лежат салфетки? — бросая косой взгляд на бедра девушки, он пытался восстановить дыхание. Приподнимаясь со стола и заливаясь дивным смехом, Шинобу пыталась не делать резких движений, ощущая что-то горячее на своей коже в области поясницы. Она быстренько указала пальчиком на полку, попутно с этим второй опираясь на локоть и подставляя к подбородку. Быстро приводя нижнюю часть своей формы в прилежный вид, Гию тихо хмыкнул, следуя к шкафу, на который указала напарница. Возвращаясь назад к ней уже с стопкой салфеток, он принялся убирать с ее бедер оставшиеся последствия их горячих утех. Он все еще не решался посмотреть на нее, когда та сквозь самодовольную улыбку продолжала прожигать его взглядом. Ее забавляла его забота. — Спасибо. — вымолвила та, уже полностью встав на свои ножки, она принялась застегивать пуговки на своем пиджаке. Коротко кивнув, Томиока подошел к Кочо поближе и нежно поцеловал ее в лоб, а после принялся помогать застегивать форму. — Томиока-сан? — игриво смотрела та. — Что? — Давайте постараемся. — в ее взгляде читалась усталость и в тоже время благодарность, смысл слов был понятен без продолжения фразы, и он ответил ей тем же, таким же умиротворенным взглядом и тихим согласием стараться вместе.
