sweet deams asmr

Объемные наушники невесомо давили, отрывая сознание от окружающего мира и погружая его в подобие нирваны. Мягкое постукивание коротких ногтей по деревянному брусочку перемещалось с правой стороны от головы в левую, вслед за движением пробежали мурашки на шее. – Как прошел ваш день? – мягкий шепот успокаивал мозг. Низкий голос тянулся плавно, был похож на сгущенное молоко и сливковую шапочку на кофе. Послышалось шуршание. Совсем не тихое, откуда-то “извне” маленького акустического мира. Матрас рядом прогнулся под весом чужого тела, нос уловил запах клубничного геля для душа. Хенджин приоткрыл глаза, слегка щурясь от света прикроватной лампы. Чанбин рядом с ним взбивал подушку в руках. Шумный. Его было слышно даже через броню наушников. Хенджин поставил видео на телефоне на паузу, аккуратно раскладывая гаджеты на тумбочке, готовясь ко сну. – Все? Ты уже почесал мозг? – устало поинтересовался Чанбин, наконец-то укладываясь на бок и подтягивая одеяло к груди. Парень напротив закатил глаза, повторяя действия. Хенджин подложил руки под щеку, чтобы спать было слаще. Одеяло на его оголенном плече поправили. – Это успокаивает, – надул губы Хенджин, – Мозг расслабляется, и спится лучше. И у Феликса голос приятный. – Вот так вот значит, – в ответ надулся Чанбин, дразнясь, – Что такого особенного он делает, шуршит да шепчет. Чужих парней уводит. Хенджин тихо хохотнул, когда в нос аккуратно ткнули. Чанбин снова зашуршал, придвигаясь к парню ближе. Он заправил черную прядь волос Хенджина за ухо, нежно поглаживая мочку следом. Хван блаженно прикрыл глаза, ластясь к теплой ладони. – Я сегодня после тренажерного зала проходил мимо кондитерской, – Чанбин понизил свой по-обычному звонкий голос, продолжая перебирать чужие волосы, – Там очень вкусно пахло из приоткрытой двери. Можем сходить завтра, тебе там обязательно понравится… Голос лился плавной медово-молочной речкой прямо в уши Хенджина, убаюкивая. От тембра мурашки пробегались по позвоночнику маленькими стадами, возвращаясь к шее, где чужие пальцы ласково, совсем любовно, поглаживали шелковую кожу. В этом не было ничего невероятного. Чанбину не нужен был ни дорогой микрофон, ни подручные предметы, ни шумы, чтобы вмиг превзойти любого асмртиста в глазах любимого парня. Хенджин пока не собирался рассказывать своему бойфренду, что специально напрашивался на его “почесывание мозга”, чтобы заполучить побольше внимания к себе после долгого дня. В этом было что-то особенное. Любовь, с которой Чанбин касался чужой кожи и черных растрепанных по подушке волос. Нежность, с которой он изо всех сил старался шептать намного тише, чтобы не тревожить покой Хенджина, рассказывая о своем дне. – А потом он… – Чанбин прервался, разглядывая в темноте очертания лица своего парня. – Ты уже спишь, – в голосе промелькнула улыбка, которую Хенджин уже не мог заметить, видя сон. Легкий поцелуй-бабочка опустился на открытый лоб. – Спи сладко, Хенджин-а.