Случайность

Следующие несколько дней прошли в каком-то странном, гипнотическом ритме. Каждое утро Хонджун просыпался от аромата завтрака - овсянки с ягодами, омлета и тостов. Сонхва, казалось, обладал бесконечным терпением и кулинарными навыками. Он не давил на Хонджуна, не настаивал на разговорах. Он просто был рядом, как тихая, но надёжная тень, следующая за ним. Однажды утром Хонджун проснулся раньше обычного. Солнце только начинало вставать, окрашивая комнату в розовые оттенки. Он лежал и наблюдал, как пылинки танцуют в луче света, проникающем через окно. Тишину нарушал лишь звук спокойного дыхания Сонхва, который спал на раскладном матрасе на полу. Сонхва настоял, чтобы Хонджун спал на кровати, объясняя это тем, что у него «особое положение». Хонджун повернулся набок, наблюдая за спящим альфой. Сонхва лежал на спине, закинув одну руку за голову. Обычно его волосы были аккуратно уложены, но сейчас они растрепались, а длинные ресницы отбрасывали тени на щеки. В таком расслабленном состоянии его лицо казалось ещё моложе, почти беззащитным. Он действительно очень красив, внезапно подумал Хонджун и сразу же нахмурился, словно пытаясь избавиться от этой мысли. Однако он не мог отвести от него взгляд. Внезапно Сонхва пошевелился. Его нос сморщился, и он, не открывая глаз, повернулся на бок, лицом к Хонджуну. Его рука, словно в полусне, бессознательно потянулась вперёд, нащупывая что-то. Пальцы коснулись края матраса Хонджуна и сжали его. - Хонджун... - прошептал он, его голос был низким и хриплым от сна. - ...все в порядке... Сердце Хонджуна забилось быстрее. Он замер, не в силах пошевелиться. Сонхва не проснулся, его дыхание вновь стало ровным, но его рука продолжала крепко сжимать край матраса, словно якорь. Хонджун поджал губы и слегка поерзал. Услышать, как этот сдержанный альфа обращается к нему так нежно, просто «Хонджун», было удивительно. Хонджун, медленно и осторожно, опустил руку и нежно коснулся тыльной стороны ладони Сонхва. Кожа оказалась тёплой. Он задержал свою руку на этом месте, чувствуя под пальцами ровный ритм пульса. Его собственный сладкий запах, обычно такой резкий, смягчился, смешиваясь с ароматом латте, исходящим от спящего альфы. Он лежал так, пока солнце не поднялось выше, и комната не наполнилась ярким светом. Хонджун наблюдал за альфой, на его губах играла легкая улыбка. — Днём Сонхва внезапно решил сделать покупки для Хонджуна. Так сказать разбавить их скучную повседневную жизнь. - Тебе нужно обновить гардероб, - произнёс он, не отрываясь от экрана своего планшета, на котором были открыты интернет-магазины. - Что-то более свободное и удобное. - Я не собираюсь носить эти мешки для картошки, - резко ответил Хонджун, крепко сжимая свой привычный кожаный браслет и начиная капризничать. - Это не мешки, - сказал Сонхва, показывая ему фото мягких джоггеров и свободных свитеров oversize. - Это одежда, которая обеспечивает комфорт. А ты заслуживаешь только самого лучшего. В итоге Хонджун уступил и позволил Сонхва заказать множество вещей. Когда посылки прибыли, Сонхва попросил его примерить каждую из них по очереди. - Ну как? - Хонджун стоял посреди гостиной, одетый в мягкие штаны и просторный темно-синий свитер. Ткань приятно обволакивала его тело, словно пуховое одеяло. - Доволен? Я похож на большого, толстого кролика, как и ты. Сонхва смотрел на него с такой теплотой, что Хонджун почувствовал, как по его щекам разливается румянец. - Ты выглядишь... уютно, - наконец произнес Сонхва, и на его губах появилась легкая улыбка. - И очень мило. - Замолчи, - пробормотал Хонджун, снимая свитер. Однако он не спешил облачаться в узкие джинсы, предпочитая оставаться в удобных штанах. — Вечером разразилась первая настоящая буря. Хонджун сидел на диване, пытаясь сосредоточиться на конспектах, как вдруг почувствовал внезапный приступ тошноты. Он был настолько сильным и неожиданным, что ему едва удалось добежать до ванной комнаты. Он стоял на коленях на холодном кафельном полу, его тело сотрясали судороги. Слезы непроизвольно катились из глаз. Он ощущал себя слабым и униженным. Внезапно он ощутил тепло за своей спиной. Сильные руки осторожно убрали его волосы с лица, и на шею легла прохладная влажная ткань. - Всё хорошо, - успокаивал Сонхва, сидя рядом с ним на полу и поглаживая спину. Его голос звучал уверенно, как утешение. - Я здесь. Дыши ровно, Хорджун-а. Когда спазмы наконец прекратились, Хонджун без сил прислонился к стене. Его тело дрожало, а во рту ощущался неприятный привкус. Сонхва не произнёс ни слова. Он помог ему встать, подвёл к раковине, чтобы тот прополоскал рот, а затем, словно тот весил не больше пушинки, отнёс его обратно на диван. - Я ненавижу это, - тихо произнес Хонджун, закрывая глаза. Его голос дрожал от отчаяния. - Я ненавижу быть таким слабым. - Сонхва нежно улыбнулся на такую плаксивость омеги. - Ты не слабый, - произнёс Сонхва, заботливо укрывая его мягким пледом. - Ты создаёшь жизнь. Это самая тяжёлая работа в мире. Он принёс ему стакан воды с долькой лимона и сел на пол рядом с диваном, удобно прислонившись спиной к сиденью. - Спи, я буду рядом. И Хонджун, прижавшись щекой к мягкой ткани пледа, который хранил запах их обоих, вдруг осознал, что, возможно, больше не хочет никуда уходить и хочет остаться в этом теплом и ютном доме. >>>>>> Будущее 🔮 [Первое УЗИ, где видно пол ребенка.] Врач: (проводя датчиком по животу Хонджуна) А вот и наш малыш! Смотрите, вот ручки, ножки... И... Кажется, кто-то не стесняется! Поздравляю, у вас будет девочка. Хонджун:(лежит на кушетке, его глаза широко раскрыты) Д-девочка? Черт... (Он смотрит на Сонхва с паникой) Сонхва, она будет хрупкой! А я... я не знаю, как быть с хрупкими вещами! Я их ломаю! Сонхва:(стоит рядом, сияя как новогодняя елка, и сжимает руку Хонджуна) Не волнуйся. Она будет самой сильной девочкой на свете. У нее есть ты в качестве отца. Она научится драться, прежде чем ходить. Хонджун:(хмурится, но его губы дрожат в попытке сдержать улыбку) Черт... Ладно. Но если кто-то посмотрит на нее косо, я сломаю ему ноги. Врач:(немного нервно смеется) Поздравляю... снова.