Прелюдия
25 ноября 2025 г., 18:04
В 1878 году я мог бы окончить Лондонский университет, если бы «не один изъян», как говорили мне репетиторы, нанятые отцом. Впрочем, это чудо, что я получил хоть какое-то, но образование. За это, может быть, мне и стоит поблагодарить свою семью. Но хотел бы я их снова увидеть? Ради всего святого, я боюсь их как огня.
Но вот он я - представляющий из себя один большой недостаток, смог добиться того, что мне поручили важное дело. Лечить людей. Для всех война в Афганистане это ужасы бойни, но для меня это было шансом. Шансом начать всё с чистого листа.
Но, должно быть, все были правы - я и правда лишь изъян, ведь, пока многим эта кампания принесла почести и повышения, мне, как наверняка и было уготовлено судьбой, не досталось ничего, кроме неудач и несчастья. В конце концов, мои шансы на новую жизнь были раздавлены. Я снова вернулся туда, откуда начал, и всё из-за этой глупой раны в ноге. Теперь я снова должен озираться по сторонам, чувствовать себя загнанным зверем. Я снова в Англии. В Лондоне.
Я Джон Хеймитч Ватсон. И я один сплошной изъян.
***
Лондон, 1878 год Это был обычный бар, где множество мужчин сидело сгорбившись над стаканами со своим пойлом, пытаясь утопить в них свои проблемы. Но одна фигура была здесь словно лишней - молодой парень, за 20 с небольшим лет, низкий и худой. Он выглядел слишком маленьким на фоне остальных мужчин, и куда более утонченным. Каштановые локоны до плеч были собраны в конский хвост, черты его лица были острыми, с аккуратным носиком. Он выглядел недостаточно мускульино, по сравнению с другими мужчинами здесь, но, будто чтобы сравняться с другими представителями своего пола, этот юноша носил тонкие усы, которые неестественно выделялись на его лице и совершенно ему не шли. Погруженный в свои мысли, юноша вертел в руках пустой стакан из-под виски. Вдруг его хлопнули по плечу, и он вздрогнул, как ошпаренный. — Ватсон? Джон Ватсон? —переспросил его пухловатый брюнет. — Стэмфорд? Вот это встреча. —парень постарался улыбнуться, будто это не он до этого чуть не упал со стула от внезапного приветствия. Мужчины пожали друг другу руки, и Стэмфорд присел рядом. — Вы всё еще учитесь, верно? —уголок губ Джона немного нервно взметнулся вверх. — Да, кое-кто из нас продолжил обучение, а не умчал в Афганистан, не проучившись и года. —ехидно подметил мужчина. Ватсон обезоружено поднял руки. — Я просто не мог сидеть без дела, когда мог помочь людям на передовой уже здесь и сейчас. —оправдывался он. На самом деле это была лишь часть правды. Продолжать учиться для него было слишком рискованно - так был больше риск того, что его найдет семья. Уехать за сотни футов от родины было куда безопасней, но судьба зла. И вот он снова здесь. — Да-да, ты всегда не отличался усидчивостью. Значится, тебя ранили? —Стэмфорд с сочувствием поджал губы, смотря на трость Джона, зная, что тот не из тех, кто стал бы носить её для красоты. Ватсон коснулся своего бедра. То и дело оно ныло в дождливую и слякотную погоду, а раз он в Лондоне, то это было почти всегда. — Ты в Лондоне ж совсем недавно? Где ты остановился? —не получив ответа, Стэмфорд попытал удачу во второй раз. — Эм…знаешь, вообще-то мне некуда идти. —признался Джон, неловко улыбнувшись, и потупив взгляд. Хотелось сжать тонкими пальцами край своей белой мешковатой рубашки, торчавшей из-под серого твидового жилета, но Джон притупил это детское желание. — Так. Погоди. То есть, ты ищешь жилье? И, наверняка соседа, денег-то у тебя не много?—интонация Стэмфорда вдруг изменилась, он придвинулся ближе, пытливо всматриваясь в Джона. — Ну…да. —Как странно. Ты уже второй, от кого я слышу это за сегодня. —Стэмфорд задумчиво опустил взгляд. — И кто же второй? —Джон скептично изогнул бровь. — Кажется, я нашел тебе соседа! О, да, вы уживетесь. —Стэмфорд вдруг взял его за плечи, глаза его бодро блестели. Джон же не испытывал такого же энтузиазма. Он понимал, другу будет приятно, если он сумеет помочь ему, но в реальности все было куда сложнее. Ему подойдет не каждый сосед. Он был…привередлив. — Ты ведь тоже бета, как и я, так что у тебя не должно возникнуть проблем с тем, чтобы ужиться с альфой, верно? —Стэмфорд подтолкнул Джона локтем. Улыбка Ватсона стала натянутой, тот теперь нервничал еще больше. — Эм…вообще-то, я бы не хотел соседствовать с альфой. Вы же знаете, они громкие, нахальные, думают, что им все должны. Да и он будет водить к себе омег, а это мне очень помешает. —Джон брезгливо изогнул губы, из-за чего его усы будто разлетелись в стороны. — Тут ты неправ. —вдруг серьезно сказал Стэмфорд, подперев подбородок рукой.— Этот альфа…скажем так, он довольно…нетипичен. Как он сам заявляет, его не интересует ни один из полов. И я знаю, что он не лукавит. Он даже не был замечен ни в каких интрижках! Джон тяжело вздохнул, и потер лицо руками. Он сейчас явно не в том положении, чтобы привередничать. Он жил в общежитии, жил в палаточном лагере среди жарких пустошей. Жить в одной квартире с альфой не должно стать для него таким уж испытанием. Но ради всего святого, почему именно альфа? — Ладно…где я могу найти этого вашего знакомого? —голос Джона был вялым от отсутствия надежды. — В морге.***
Всю дорогу до больницы Святого Варфоломея я пребывал в плохом расположении духа, нервно сжимая в руке рукоять трости. Действительно, что могло пойти не так в морге ночью? Конечно же, я не боялся идти в морг в темное время суток. Призраки мне были не страшны, куда больше его пугали обычные улицы Лондона. Здесь могут не только ограбить, но и чего похуже. Стуча своей тростью по мощенному тротуару, я почти не обращал внимания на болтовню Стэмфорда, скучающим взглядом провожая парочки альф и омег, спешащих к себе домой, или проезжающих мимо в кэбах. Вот юноша омега - в длинной неудобной юбке, об которую он либо запнется, если отпустит локоть своего кавалера, либо застрянет ею где-нибудь. В эту осеннюю слякоть казалось несправедливым, что альфам и мужчинам-бетам дозволено ходить в удобных костюмах, а омегам и женщинам-бетам приходится морозиться в юбках и тратить время на стирку подола после каждой прогулки…От этого в груди все клокотало, хотелось просто… — Ты уж не злись, что он свободен только вечером. Такой уж у этого мужчины режим. —Стэмфорд будто заметил, как съехались брови его друга, что решил разрядить обстановку. — Ах. Да. Понимаю. —невпопад ответил я. Корпус был обрамлен огненными листьями деревьев, растущих вокруг. Это здание выглядело мрачно само по себе, в сумерках его мраморный цвет окрасился в тусклый каменный серый, из-за чего фасад выглядел пошарпанным. Из-за крыш домов можно было увидеть шпиль Собора святого Павла, и почему-то этот вид обнадеживал меня. — Ты веришь в нечистые силы? —вдруг спросил Стэмфорд, когда мы пересекли порог. Я с непониманием повернул на него голову. — Почему вы спрашиваете? — Ну, мы идем в ночь в довольно жуткое место. — Порой я читаю различные жуткие истории, и нахожу их скорее любопытными. Увидев приведение, я бы скорее помчался к нему на встречу, чтобы узнать, чем отличается это существо от нас… — Хах! Я всегда знал, что ты не из робкого десятка. Ты что ли из тех, кому нравится, когда кровь стынет в жилах? Я беспечно пожал плечами, на его губах даже заиграла легкая улыбка. — Вроде того. Наверное, я всегда искал острых ощущений. Даже не знаю, чем теперь после армии заниматься… — Может, мой знакомый поможет найти тебе работу…Уверен, вы поладите. Он не такой как все альфы. Я удержал себя от того, чтобы закатить глаза. Не такой как все. О, боги, как меня выбешивала сама это фраза. Все альфы сначала не такие. А потом они распускают руки, запрещают тебе заниматься тем, что ты любишь, ломают твою волю и свободу, даже твое тело перестает принадлежать тебе и… — Пришли. —Стэмфорд неловко улыбнулся и отворил дверь. Могильный холод обдал кожу, когда мы вошли в комнату, где препарировали трупы. Один из них лежал на столе, судя по только проступающим лиловым пятнам, довольно "свежий". Я не отвел взгляда от бледного лица покойника, смерив его безэмоциональным взглядом. — Любопытно…А если…—над трупом стоял, склонившись, высокий мужчина в черном пальто. Он был погружен в свою работу, и, видимо, даже не замечал гостей, что-то выписывая в свой блокнот. На нем были кожаные перчатки, из-под верхней одежды виднелась рубашка и черная жилетка, вдоль которой шла ниточка золотой цепочки часов, спрятанных в кармане. Его шея была закрыта стоячим воротником рубашки, вокруг которого было обернуто кружевное жабо. Мужчина создавал впечатление ворона-падальщика, склонявшегося над трупом - его орлиный нос с горбинкой напоминал клюв, острые скулы придавали чертам лица некоторую опасность. Черные пышные ресницы обрамляли темные глаза, изучавшие разложенные перед ним реактивы и склянки с алой жидкостью. Джон был уверен, что эти глаза выглядели почти алыми, и этот мужчина с жадностью смотрел на развернувшийся перед ним эксперимент. Весь вид этого альфы вызывал тревожное жжение под кожей. Я не мог сказать, почему, но что-то заставляло опасаться этого мужчины. Вдруг альфа хлопнул в ладоши и, громко вобрав воздух через горло, радостно заявил: — Наконец, нашел! Реактив, который осаждается только гемоглобином. — Прошу прощения? —я подал звук, похлопав пышными ресницами. Лишь сейчас мужчина повернулся на них, и Джон понял, что выглядел тот весьма молодо, возможно, даже моложе него.— Чем это полезно? Когда незнакомец повернулся на него, я почувствовал себя глупо, что задал такой вопрос. — Это же очевидно. Для раскрытия преступлений это ключевое открытие за последний…десяток лет! Только представьте - возможность найти кровь где бы она ни была. —он взмахнул руками, растопырив свои длинные пальцы в кожаных перчатках. — Эм…рад за вас? Я Джон Ватсон. —не найдя что и сказать на столь воодушевленную речь, я протянул руку вперед для рукопожатия. Альфа на секунду колебался, но, сняв перчатку, взял мою ладонь. — Шерлок Холмс. Частный детектив. —отчеканил он. Его ладонь была необычайно холодной, настолько, что я подавил желание отдернуть руку - холод был практически обжигающим, но я списал всё это на температуру в морге. — Как давно вы вернулись из Афганистана? —будничным тоном спросил альфа, взгляд его был похожим на скучающего кота. — 5 дней наза…погодите, что. —я осекся, отдернув руку, и, с широко раскрытыми глазами, поднял взгляд на Шерлока, который был на две головы выше меня. Холмс смотрел на него с самодовольной ухмылкой, которая медленно расплывалась по его лицу, как только он впитывал всю мою ошарашенность.— Откуда? Я ведь ничего вам не сказал! — Мне не нужны ваши слова, чтобы всё увидеть. Ранение на вашей ноге свежее, оно доставляет вам тупую боль, но самое очевидное - загар. Я осведомлен о военных кампаниях Великобритании, как и многие другие, поэтому, понять всё было проще простого. —он скучающе пожал плечами. Я был в некотором ступоре, ощущая себя словно под прицелом ружья. Этот мужчина смотрел на меня так странно и пристально, будто своим взглядом мог залезть мне под кожу, и я невольно чувствовал копошащиеся по телу мурашки. — Если вы не возражаете, почему бы нам не прогуляться до съемной квартиры? Обсудим все нюансы нашего сожительства по пути. —Шерлок странно сощурился, окинув мння очередным изучающим взглядом, и я подавил в себе желание съежиться. — Что ж, пойдемте. Друг мой, спасибо, что познакомили нас. —кивнул Джон Стэмфорду, который с чувством выполненного долга, стоял в сторонке. Дорога назад выдалась менее приятной - холодный ветер зарывался под слои одежды, и мне пришлось вжать голову в плечи, чтобы хоть как-то сохранить тепло. Шерлок же, напротив, не испытывал никаких проблем с температурой, и мне было даже завидно смотреть на то, как он идет с гордо поднятой головой. Этот мужчина казался мне куда красивее меня самого - острые черты лица, нос с горбинкой, благородный черный цвет волос, что вились скорее не волнами, как у меня, а скорее кудрями, и были более насыщенными, чем мой блеклый каштановый цвет. Но в сущности, мне было всё равно, как он выглядел - я не был уверен, сложиться ли их сожительство. — Итак. Я курю, беспристрастен к алкоголю, играю на скрипке, активен только ночью. Я категорически не люблю дневной свет и ценю личное пространство, поэтому если вы меня побеспокоите когда дверь в мои покои закрыта - я приму это как личное оскорбление. —отчеканил Шерлок, говоря так быстро и уверено, что мне оставалось лишь слушать его с приоткрытым ртом. — Ну, если игра хорошая… —протянул я. Я был не конфликтным человеком, а то, что они едва ли будут пересекаться, было только плюсом. К собственному удивлению, я обнаружил, что этот мужчина становится все более подходящей кандидатурой для сожительства, хотя по началу меня смутила эта заносчивая натура. — По моему скромному мнению - да. — Хорошо…А…Позвольте спросить, что насчет…посторонних людей? —я осторожно посмотрел на Шерлока. — Вы хотите спросить, не буду ли я водить домой омег? —прямолинейно спросил альфа скучающим тоном. Я покраснел, всплеснув руками. — Что вы! Я не только про это… — Но и про это тоже. Развею ваше беспокойство - меня не интересуют такие низменные, животные вещи, как секс. Это пустая трата времени. Инстинкт размножения у альфы для меня не более чем обременение, которое раз в три месяца отнимает у меня драгоценные 168 часов. —Шерлок поморщился, будто его слова оставляли неприятный вкус на языке.— Вам, полагаю, требуется столько же времени? —взгляд его глаз цвета бордо стрельнул в сторону меня. — Простите? —я растерянно похлопал ресницами. — Прощаю. —Шерлок не стал пояснять, что имел в виду, а лишь раздраженно закатил глаза. — Смею заметить, что вы весьма легко высказываетесь о некоторых темах…. — Мы должны называть вещи своими именами. Я не хочу, чтобы вы ошибочно полагали, что я коротаю время с пышногубым юношей или пухлощекой женщиной, а не сижу над очередным реактивом. Право, это оскорбляет меня. —покачал головой Шерлок. Взгляд мой устремился на неровную кладку мощеной улицы, а брови задумчиво съехались к переносице. То, что сказал Шерлок, было довольно важно для меня. Это даже значило, что, возможно, я смогу чувствовать себя безопасно рядом с ним. Если он конечно не притворяется, что не повеса. — Что насчет вас? —Шерлок сощурил глаза, заметив, что я решил отмолчаться. — О…Ну, я военный врач, веду довольно скромный образ жизни, и, как и вы, в романтических связях особо не заинтересован…Я бета, поэтому у меня отсутствует цикл, за которым нужно следить. Иногда курю, люблю долго спать, и, не имея сейчас работы, скорее всего буду проводить день за книгами. —я пожал плечами.— Днем я буду тихим, как мышка. — Не сомневаюсь. —ухмыльнулся Шерлок.— Мы пришли. Увидев пентхаус из четырех этажей с кладкой цвета слоновой кости, я понял, что они дошли до согласия. Место было уединенным, по соседству была пекарня и паб - что еще может быть нужно? Шерлок постучал в дверь, и им открыла низенькая кудрявая женщина в возрасте. — Миссис Хадсон, можем ли мы войти? —ровным тоном спросил альфа, не спеша переступать порог. — О, ты привел соседа? Да, конечно, входите. —женщина отошла вглубь узкого коридора, пропуская их. Я осмотрелся по сторонам. Почему-то от этого места веяло теплом и уютом. — Пойдемте, я покажу вам квартиру, о которой речь. —Хадсон отвела их на второй этаж, и показала им квартиру 221-b, которая оказалась намного лучше всех ожиданий. Уютная гостиная с камином, двумя креслами, и диваном, с двумя окнами, выходившими на улицу, и, что удачно, с двумя спальнями. Кухня была маленькой, с деревянным гарнитуром, и небольшим обеденным столом. Отсутствие окон в комнатах не сильно беспокоило меня, когда я услышал цену за эту квартиру. — Квартира чудесная. Я согласен. —я протянул руку Шерлоку, и тот повторил свой ритуал, сняв перчатку. Его рука всё еще была холодной.***
На следующий день Джон перенес малочисленные вещи в новый дом - Шерлок переехал раньше, поэтому когда Ватсон подошел с коробками к вечеру, альфа уже почти разложился, и сидел курил трубку в одном из кресел. — Позвольте узнать, почему вы предпочитаете день ночи? —Джон поставил коробку на стол. — Ночью мне лучше думается. Мир тише, и мысли становятся громче. Днем же мне дурно от солнечного света, мои глаза очень чувствительны к нему. —лениво протянул Шерлок, выдувая колечко дыма, медленно ускользающее и рассеивающееся вверху. — Что ж…удачных вам размышлений, а я пойду спать. Спокойной ночи. — этот ответ вполне устраивал Джона. Разбираться(как с Шерлоком, так и с вещами), сейчас не хотелось, поэтому он перенес коробку к себе в комнату и захлопнул дверь. Повернувшись к двери спиной, тонкие пальцы его рук обхватили пуговицы жилета, который Джон аккуратно сложил на письменный стол. Руки медленно высвобождали пуговицы рубашки из петель, и плоский живот парня поджался от легкого осеннего холода, застывшего в необжитой квартире. Белая ткань рубашки заскользила по его плечам, оголяя бледную кожу с мелкой россыпью родинок. Выпутавшись из рукавов рубашки, Джон взял одежду, и, развернулся к двери, чтобы убрать все в шкаф, как та внезапно распахнулась. Руки Джона разжались от удивления и он подскочил, замерев в ступоре, когда Шерлок зашел в его комнату, как к себе домой(хотя, технически, дом был тот же), и его взгляд заметался по сторонам. — Пока вас не было, я немного раскидал свои вещи, и забыл здесь эксикатор. —ровным тоном сообщил он, мазнув взглядом по клмнате, но озадаченно замер, как только увидел, в каком виде стоит Джон. Джон же был в ужасе. Его глаза широко смотрели на Шерлока, впившись взглядом зеленых радужек в его непроницаемое лицо. Холмс же смотрел на него в ответ, не отводя взгляд ни на миллиметр от его лица. Хотя внизу было на что посмотреть. У Джона была изящная талия, и, несмотря на его общую худобу, его руки казались довольно сильными, а под тонкой кожей вырисовывались очертания пресса, но живот его был не плоским, а слегка выпуклым, и казался мягким. Его маленькая грудь часто вздымалась, а соски затвердели на холоде, выпирая как бусинки. Грудь его была слегка выпуклой, но такой же аккуратной и нежной, как и всё остальное. Руки Джона дернулись, но он подавил в себе желание прикрыть соски, и выпрямил плечи, делая вид, что всё в порядке. Но получалось у него это плохо - губы были сжаты в плотную линию, а тело подрагивало то ли от холода, то ли от нервов. — Мы ведь говорили о личном пространстве. Впредь стучитесь. —отчитал его Джон, стараясь, чтобы голос не дрожал. Взгляд Шерлоке впился в его лицо, не отрываясь смотря на него - он не смел опустить взгляд ниже, не поддался любопытству оглядеть другого мужчину. — Конечно. Я быстро. —Шерлок опустил взгляд, и, прошмыгнув мимо, забрал со стола что-то напоминающее кастрюльку, и захлопнул за собой дверь. Джон присел на край стола, рвано выдыхая, и обнимая себя руками. Этот мужчина его в могилу сведет.
***
Всю ночь Шерлок, как и обещал, был тихим, и не потревожил мой покой, хотя после того, как тот ворвался в покои, мне было тяжело заснуть. Когда я проснулся, альфа уже спал, и остаток дня, вплоть до захода солнца, я провел за выкладкой своих вещей и наведением уюта в квартире. Шерлок появился к ужину. — Я приготовил тушеное мясо с овощами, можете взять порцию. —предложил я в знак дружелюбия, оперевшись на кухонный гарнитур бедром. — Нет, спасибо. Я не голоден. Впредь не готовьте для меня, я сам занимаюсь вопросом приготовления пищи. —неожиданно сухо протянул Шерлок. Что-то в его поведении показалось мне иным. Сосуды на его глазах покраснели, взгляд изучал меня, и сверлил меня куда-то в плечо или шею. — Вам нездоровится? — Не обращайте внимания. На самом деле…наверное, вы ждете извинений. За вчерашнее. Мне не стоило это видеть, если руководствоваться вашими понятиями об этикете. —покачал головой Шерлок, но поморщился, будто от движения у него зазвенело в ушах. Мой уголок губ нервно дернулся, и я выдавил из себя улыбку. — Нет ничего такого в том, чтобы мужчина альфа смотрел на мужчину бету. —нервно засмеялся я. Шерлок напротив меня помрачнел, а затем разочаровано вздохнул. — Джон, сколько в вас будет еще сил притворяться? Вы - омега. Его слова прозвучали для меня как приговор, отсекая здравый смысл и я почувствовал, как меня охватила волна паники. — Что? Что вы такое говорите? Я бета! —мой голос дрожал, и мне было жалко слышать его таким. Шерлок цокнул. — Да-да, а я - королева Виктория. —саркастично ответил Холмс,— Право, это было очевидно, как только вы зашли в морг. Эти нелепые накладные усы, этот рост и телосложение. Да и ни один бета не станет постоянно всем напоминать, что он - бета. Может других вам и удалось обмануть, но не меня. Вы ведь не просто так ведете эту игру? Несколько лет назад, помниться мне, в окрестностях Лондона ходили слухи о сбежавшей из-под венца невесте. О его местонахождении давно ничего не слышно, и все решили, что он умер. Не так ли, Джоан? Моё старое имя было для меня словно удар по лицу. Я встретился с пытливым прищуром алых глаз, чувствуя, как глотаю воздух ртом от страха за свою собственную тайну. Может Шерлок и не желал мне зла, снимая с меня маску, но я был зол и напуган, и это были два моих состояния, в которых со мной лучше не иметь дело. — Не смейте называть меня этим именем! Этот человек мертв! —повысил я голос. Омег-мужчин называли феминными, мягкими версиями мужских имен, будь то Викторис вместо Виктора, Арти вместо Артура, Саймоан вместо Саймона, и прочие синтаксические и лингвистические унижения, чтобы показать, что перед вами омега. Я не слышал это имя уже много лет, и хотел, чтобы так было и дальше. Резким движением руки я содрал накладные усы со своего лица, ощутив жгучую боль, и бросил их на пол. — Это - то, чего вы добивались? —я с вызовом вздернул подбородок, но вопреки моему боевому настрою, ноги унесли меня к себе в спальню, заперев дверь на замок. Я рухнул на кровать, прижимаясь лицом к подушке. Такого отчаяния и растерянности я не чувствовал даже на поле боя. Умереть на войне было не так страшно, как вернуться к жизни омеги, вернуться к семье, стать винтиком этой унизительной системы. Я не знал почему, но мне казалось, узнай об этом кто угодно, даже мой новый сосед - меня обязательно сдадут. Моя семья предлагала вознаграждение, если меня приведут домой целым, хоть я и не знаю, в силе ли всё еще это предложение. Я не знаю, сколько пролежал так, игнорируя собственные слезы на щеках, как заснул.***
Мне снился кошмар. Я бежал по серым колючим зарослям от неведомого мне зверя, ведомый страхом погони. Едва различая зловещие силуэты деревьев во тьме, я слышал, как жалко быстро бьется мое сердце в собственных ушах, не сколько от бега, сколько от испуга. Вдруг зверь навалился на меня, прижимая к земле, и прежде, чем я успел попытаться вырваться, в мою шею вонзились острые зубы, и глотку пронзило болью. Я распахнул глаза, понимая, что это происходило не во сне, а наяву. Мое горло раскрылось в бесшумном крике - вся сила ускользала от меня, я чувствовал, как немеет мое тело, становясь безвольной куклой под весом нападавшего. Но я был военной закалки. Я не мог сдастся без боя. Дрожащей рукой я нащупал в полутьме трость, и, сжав её, со всей силы ударил зверя по голове, что позволило мне хотя бы прервать эту пытку. Пинаясь и извиваясь, я откинул назад негодяя, и позволил себе отдышаться. По моей тонкой шее стекало две алых струйки на месте укуса. Я позволил себе взглянуть на нападавшего. Черные кудри были растрепанны и спадали на лицо - сквозь них я видел горящие алым глаза. Сквозь приоткрытый рот я видел два острых клыка, запачканных кровью и слюной, как и подбородок. Передо мной был Шерлок. Я вжался в изголовье кресла, словно загнанный зверь, держа перед собой трость как импровизированное орудие. — Шерлок?! Вы…вы…вы - вампир?!
