Цена любопытства 2

У Меркурия появилась новая привычка. Он не лез к Земле с вопросами. Он просто находился рядом. Сидел в той же комнате, что-то читал, возился с паяльником, собирая какую-то непонятную схему. Его присутствие было ненавязчивым. Раньше он был заметным, теперь стал тихим фоном. Луна заметила это первой. Она нашла его на кухне, где он ковырялся в разобранном тостере. — Ты чего? — спросила она, прислонившись к косяку. — Ничего. Настроить хочу, — ответил он, не поднимая головы. — Он греет неровно. С одной стороны гонит, с другой — сырое. — И что? — Неэффективно. Тратит энергию зря. Она поняла. Это был его способ. Не пытаться «вернуть» Землю. Устранять неэффективности вокруг него, чинить то, что можно починить, создавать упорядоченный, предсказуемый мир. Возможно, в надежде, что это как-то поможет. — Он тебя не узнаёт, — тихо сказала Луна. Не в упрёк. Просто факт. Меркурий на секунду замер, потом кивнул, всё так же глядя на контакты. — Знаю. Но я-то его узнаю. Пока я помню, кто он был, есть шанс, что он это как-то... уловит. Контекст. Я — часть контекста. Она подошла, положила руку ему на плечо. Он вздрогнул, но не отстранился. — Ты устал. — Все устали, — ответил он. — Просто у всех это выглядит по-разному. Ты пытаешься его «разбудить». Марс — построить вокруг него крепость. Я... пытаюсь сделать так, чтобы мир вокруг него работал правильно. Мало ли. Он был прав. Их реакции стали отражением их отношений с Землёй до катастрофы. Луна — эмоциональная близость. Марс — защита и стратегия. Меркурий — практическая поддержка, общее дело. Они неосознанно воспроизводили эти паттерны, надеясь, что одна из ниточек потянет за собой остальные.

***

Марс больше не патрулировал. Он стал тенью. Не в смысле незаметности, а в смысле постоянного присутствия на периферии. Если Земля шёл в другую комнату, через пару минут там появлялся Марс. Он не заговаривал. Он просто был: стоял у окна, сидел в кресле, чистил несуществующую пыль с полки. Земля регистрировал это. Сначала как факт: «Марс в зоне видимости. Расстояние 4,2 метра. Деятельность: минимальная». Потом начал замечать детали. Напряжение в плечах Марса. Слишком прямой взгляд, который на самом деле был расфокусированным. Сжатые челюсти. Однажды, когда Земля сидел на кухне, изучая состав водопроводной воды (жёсткость повышена, содержание солей кальция выше нормы), Марс зашёл, чтобы налить себе воды. Он сделал это молча, выпил залпом, поставил стакан в раковину. И Земля, не отрываясь, спросил: — Ты всё ещё считаешь себя виноватым? Марс замёр, схватившись за край раковины так, что костяшки побелели. — Это не субъективная оценка, — сказал он, глядя в слив. — Это факт. Я нанёс удар. Причинил повреждения. — Да. Но без этого удара Ирис добился бы своего. — Возможно. Но это не отменяет факта. Земля поднял на него взгляд. В архиве не было данных о том, как справляться с виной. Были только логические цепочки. — Ты причинил повреждения. Солнце удалило последствия этих повреждений, попутно удалив сопутствующие данные. Сейчас ты продолжаешь наносить ущерб. Марс резко обернулся. — Что? — Себе. Ты не спишь. Плохо ешь. Находишься в состоянии хронического стресса. Это снижает твою эффективность как стратега и защитника. Эмоционально обусловленное поведение. Нерационально. Марс смотрел на него, и на его лице боролись гнев, растерянность и что-то похожее на горькую усмешку. — Ты... советуешь мне забыть? Как ты? — Нет. Я констатирую. Ты пытаешься компенсировать один ущерб, нанося другой. Это неэффективно. Логичнее было бы использовать энергию на поиск решения текущей проблемы. На меня. Марс рассмеялся. Коротко, сухо. — Боже. Ты и правда как машина. «Логичнее». — Он подошёл ближе, и его тень упала на Землю. — А что, по-твоему, я сейчас делаю? Я стою здесь. Я смотрю. Я ищу слабые места. Только теперь не у врага. У тебя. В надежде, что найду ту самую трещину, куда можно что-то влить. Или вытащить. Понимаешь? Это и есть моя «логика» сейчас. Бесполезная, иррациональная, но единственно возможная. Он ушёл, оставив Землю на кухне. Земля проанализировал его слова. «Искать трещину». У него уже были трещины. Те самые вспышки. Но это были не слабые места системы. Это были её остатки. Сбой №23: Присутствие субъекта «Марс» в непосредственной близости (менее 2 м). Речевое взаимодействие на тему вины. Ответная реплика субъекта содержит эмоциональную нагрузку (гнев/горечь). Последующая саморефлексия: возникла потребность добавить запись в данный файл. Необходимость анализа причины потребности. Причина была неизвестна. Но потребность — факт. Он хотел это записать. Не для архива. Для себя. Для того тайного, растущего внутри процесса, которому пока не было названия.