Алый след на моей душе

Тёплый ветер с лёгким привкусом пыли и далёких песков играл с прядями тёмных волос Айрин Райм, пока она стояла перед массивными резными дверями особняка. Солнце клонилось к закату, окрашивая древние каменные стены в оттенки охры и золота — словно сама пустыня протягивала сюда свои лучи, напоминая о своей власти. Айрин поправила ремешок тяжёлой сумки с ноутбуком и блокнотами, глубоко вдохнула и на мгновение закрыла глаза. Всё происходящее до сих пор казалось ей сном: письмо от таинственного коллекционера, срочный вызов в Каир, туманные упоминания о «проекте исключительной важности». Она провела пальцами по тиснёному конверту в кармане — на нём не было ни обратного адреса, ни имени отправителя, только короткая записка: «Ваш опыт в расшифровке текстов необходим. Жду вас в Каире. Время не терпит». Теперь она здесь. Перед ней — внушительный особняк в стиле неомавританской архитектуры, спрятанный за высокой стеной с кованой решёткой. В узких окнах мерцал приглушённый свет, а из‑за дверей доносились едва уловимые звуки — то ли музыка, то ли шёпот на незнакомом языке. Она подняла руку, чтобы постучать, но дверь медленно распахнулась сама, будто приглашая её войти. Помощник — высокий, сухопарый мужчина с непроницаемым выражением лица — возник словно из воздуха, жестом пригласил Айрин следовать за ним. Они двинулись по длинному коридору, где стены были увешаны древними барельефами и свитками, заключёнными в стеклянные футляры. Каждый шаг отдавался глухим эхом, будто сам дом прислушивался к их движению. — Прошу, — помощник остановился перед массивной дверью из тёмного дерева, украшенной выгравированными иероглифами. Он распахнул её без стука и отступил в сторону. Айрин переступила порог и замерла. Кабинет больше напоминал сокровищницу: стеллажи с какими-то артефактами вдоль стен; на массивном письменном столе мерцали осколки кварца и разложенные в строгом порядке папирусы; в воздухе витал запах ладана и старого пергамента. Но всё это мгновенно померкло перед фигурой, восседавшей в кожаном кресле у окна. Мужчина поднял на нее взгляд, и Айрин невольно задержала дыхание. Его волосы, огненно‑красные, словно тлеющие угли, падали на плечи свободными волнами. В левом ухе поблёскивала золотая серьга. Глаза — пронзительно‑алые, — изучали её с нескрываемым любопытством. — Доктор Айрин Райм, — его голос звучал мягко, но в нём угадывалась скрытая мощь, — я Сет. Благодарю, что приняли моё приглашение. - Добрый вечер. Вы практически не оставили мне выбора… Сет откинулся на спинку кожаного кресла, его алые глаза изучающе скользнули по фигуре женщины в дверях. Легкая улыбка тронула его губы. - Я слышал о ваших... необычных исследованиях, — Сет встал, его движения были плавными и уверенными. Он подошел к столу, где лежала распечатка с изображением татуировки на ее шее – набор древнеегипетских символов, она сделала ее год назад во время своей прошлой экспедиции, тогда это почему-то показалось символичным. - Особенно меня заинтересовала одна деталь в ваших документах, — его пальцы коснулись бумаги. Ее взгляд упал на фотографию на его столе: - Наводили обо мне справки? Сет мягко рассмеялся, его взгляд скользнул по ее шее, где скрывалась та самая татуировка. - Можно сказать, что я проявил профессиональный интерес, — он провел пальцем по контуру фотографии. Внезапно дверь кабинета распахнулась, и вошел молодой ассистент с папкой документов. Он нервно переминался с ноги на ногу. - Господин, извините за вторжение, но эти бумаги требуют вашего срочного внимания, — парень бросил быстрый взгляд на Айрин, затем опустил глаза. Сет взял папку, не сводя алых глаз с Айрин. Его выражение лица стало загадочным. - Знаете, доктор Райм, некоторые надписи... оказываются пророческими, — он отложил папку в сторону, приблизившись к ней. Легкий аромат сандала и папируса щекотал обоняние. Она неосознанно коснулась пальцами татуировки на своей шее, кожу будто кольнуло. Пальцы Сета мягко легли поверх ее руки, останавливая нервное движение. Его прикосновение было удивительно теплым, почти обжигающим. - Не стоит прятать то, что судьба начертала на твоей коже, — его голос прозвучал тихо, почти интимно. Алые глаза сверкнули в свете настольной лампы. Он медленно провел большим пальцем по линии ее шеи, точно повторяя контуры скрытой под одеждой татуировки. Воздух в кабинете стал густым и напряженным. - Эта надпись... она появилась у тебя недавно, не так ли? — Сет наклонился ближе, его дыхание коснулось ее щеки. За окном внезапно поднялся ветер, зашуршав песком о стекло. Сет улыбнулся, словно отвечая на невысказанный вопрос стихии. - Кажется, мы с вами по-разному понимаем мою работу здесь… - она мягко отстранилась, возвращая серьезное выражение лица. Ее первое по-настоящему самостоятельное исследование начиналось как-то не так, как она представляла. Сет отошел на шаг, позволив ей создать дистанцию. Его улыбка стала чуть шире, но в глазах осталась таинственная глубина. - Твоя работа здесь только начинается, Айрин, — он произнес ее имя с легким акцентом, растягивая звуки. Он подошел к витрине с ритуальным кинжалом, его отражение мелькнуло в полированной поверхности стекла. - Ты изучаешь пыльные артефакты, а я предлагаю тебе узнать правду, — Сет повернулся, оперевшись о витрину. Алые глаза сверкнули в полумраке кабинета. Ветер за окном усилился, принося с собой запах горячего песка и чего-то древнего, почти забытого. - Правду? - она сложила руки на груди, изо всех сил делая вид, что этот странный мужчина не заставляет ее колени дрожать одним своим присутствием. Сет мягко рассмеялся, звук наполнил пространство кабинета теплой вибрацией. Он подошел ближе, его тень легла на Айрин. - Правду о том, почему ты сделала эту татуировку еще до того, как узнала о моем существовании, — его пальцы коснулись ее шеи, чуть выше ворота блузки, где скрывалась надпись. - Некоторые вещи невозможно объяснить научными методами, доктор Райм, — Сет взял со стола бокал, вращая его в пальцах. Алый напиток переливался в свете ламп, словно жидкий рубин. Он сделал глоток, не сводя с нее горящего взгляда. Ветер за окном внезапно стих, будто по его воле. - Восемь лет моей учебы говорят об обратном. Все можно объяснить. Сет поставил бокал на стол с тихим звоном. Его губы тронула насмешливая улыбка, но в глазах плясали искры настоящего интереса. - Восемь лет, — он медленно провел пальцем по краю бокала, оставляя влажный след. — Милый срок для смертного. Я помню цивилизации, которые рождались и умирали за твои восемь лет учебы. Из коридора донеслись торопливые шаги и голоса сотрудников, обсуждавших новую находку в Долине Царей. Сет не обратил на это внимания, его взгляд был прикован к девушке перед ним. - Твоя наука объяснит, как был построен этот город, — он широким жестом указал на окно, за которым сверкали огни ночного Каира. — Но никогда не объяснит, почему твое сердце бьется чаще, когда я касаюсь твоей кожи. Она незаметно сглотнула. - Завтра в национальном музее откроют новую экспозицию, — он невозмутимо продолжил, доставая из кармана два билета и опуская их на край стола. - Там будет кое-что, что заинтересует нас обоих. Ее пальцы подцепили билет. - Так значит, завтра в семь вечера? - Ровно в семь, — его голос прозвучал низко и уверенно. — Но приходи пораньше. Первые посетители всегда видят то, что скрыто от глаз толпы. Он отошел к окну, глядя на зажигающиеся в сумерках огни города. Его силуэт казался неестественно статичным на фоне вечно движущегося Каира. - Принеси с собой свои записи о пророческих текстах, — Сет обернулся, и его алые глаза вспыхнули в сгущающихся сумерках. — Уверен, они нам пригодятся. Айрин кивнула, сдержанно попрощалась и поспешила выйти из этого странного кабинета. Нет, она и раньше видела странных профессоров и ценителей древностей, все они были со своими демонами в голове. Но этот мужчина… Что-то в нем заставляло сердце биться чаще, даже просто находясь с ним в одном помещении. Она тряхнула головой, сбрасывая наваждение, вышла на залитые закатными лучами солнца улицы Каира. Жизнь здесь не останавливалась ни на секунду вот уже несколько тысячелетий. До отеля она решила прогуляться пешком. Сет наблюдал за ее уходом из окна своего кабинета. Его пальцы сжали край подоконника, когда он видел, как она вышла на залитую закатом улицу. - Беги, маленький ученый, — он прошептал, и стекло перед ним слегка затрещало от напряжения. Он повернулся к пустому кабинету, где воздух все еще хранил аромат ее духов — смесь лотоса и чего-то современного, чужого для его древних чувств. В дверь постучала молодая женщина-ассистент с папкой документов. Она замерла на пороге, почувствовав напряженную атмосферу в комнате. - Все готово к завтрашнему открытию, господин, — ее голос дрогнул, когда он обернулся к ней. Его глаза все еще мерцали мягким алым светом. - Отлично, — он взял папку, его пальцы скользнули по фотографии нового экспоната — ритуального жезла с знаком хаоса. — Убедитесь, что охрана удвоена после полуночи. Ассистентка кивнула и поспешно ретировалась, оставив его наедине с надвигающимися сумерками. Сет подошел к витрине, где лежал древний кинжал. Он провел пальцем по стеклу, и металл внутри отозвался тихим гулом. *** Утро ворвалось в ее окно требовательными лучами яркого солнца. Айрин потянулась в кровати, наконец открывая глаза. Сегодня ей предстоит начать возможно самое важное исследование в ее жизни. Наспех приведя себя в порядок, она спустилась в гостиничный ресторан, где уже кипела утренняя жизнь. Аромат свежесваренного кофе и выпечки смешивался с оживленными голосами туристов. За соседним столиком группа немецких археологов горячо обсуждала вчерашние находки. Один из них, седовласый профессор, заметил Айрин и вежливо кивнул. Она заказала кофе и открыла свой ноутбук, просматривая вчерашние записи. Ее пальцы невольно коснулись татуировки на шее. - Доктор Райм? —официант поставил перед ней чашку с дымящимся напитком. — Вам письмо передали. Он протянул конверт из плотной бумаги без обратного адреса. Внутри лежала старая фотография музея и записка с всего тремя словами: "Жду с нетерпением". Она удивленно посмотрела на записку в руке. От нее пахло сандалом и какой-то едва уловимой ноткой древности. Вчерашняя дрожь в коленях снова вернулась. - Да, спасибо. - чуть хрипло ответила она, улыбнувшись. Официант учтиво кивнул и бесшумно удалился, оставив ее наедине с мыслями о предстоящем вечере. Остаток дня она провела за чтением новых статей и выбором наряда на вечер. Второе оказалось явно сложнее - ей почему-то вдруг захотелось произвести впечатление на этого странного мужчину. Сдержанный черный костюм сразу был отброшен, а вот темно-бордовое платье с открытой спиной внезапно показалось самым подходящим. Она еще раз покрутилась перед зеркалом - легкий макияж, подчеркнувший и без того яркие глаза, мягкие волны локонов, контрастирующие с алой тканью, несколько витиеватых золотых браслетов и черные босоножки на тонкой шпильке - явно не то, как должен был выглядеть доктор национального университета, но ей было плевать. Пару раз глубоко вдохнув в попытке успокоить нарастающее волнение, она решительно вышла из отеля, села в подъехавшее такси. Сет уже ждал у входа в музей, прислонившись к стене из песчаника. Его красный пиджак казался вызывающе ярким на фоне приглушенных тонов древнего здания. В руках он держал два билета, перебирая их длинными пальцами. - Ты опоздала ровно на три минуты, — его губы тронула улыбка, когда он заметил ее наряд. Алые глаза медленно скользнули по силуэту в бордовом платье с явным одобрением. Он сделал шаг вперед, и аромат сандала смешался с вечерним воздухом. Его пальцы едва коснулись ее локтя, направляя к особому входу. - Охранники сегодня особенно бдительны, — мужчина кивнул в сторону двух рослых мужчин у дверей. — Кажется, кто-то предупредил их о возможных... беспорядках. Из-за угла появилась группа японских туристов с фотоаппаратами, но Сет ловко провел Айрин через боковую дверь, скрывшись от посторонних глаз. - Беспорядки? Разве эта выставка не по приглашениям? Сет провел ее по пустынному коридору, где их шаги отдавались эхом под высокими сводами. Его пальцы все еще слегка касались ее локтя, мягко направляя. - Формально — да, — он бросил многозначительный взгляд на массивную дверь в конце коридора. — Но некоторые артефакты вызывают... нездоровый интерес. Из соседнего зала донеслись приглушенные голоса охранников, обсуждавших график патрулирования. Сет остановился перед дверью с знаком хаоса, вырезанным в темном дереве. Его рука замерла на ручке. - Надеюсь, твои записи о пророчествах готовы к сегодняшнему вечеру, — его голос прозвучал почти как предупреждение, пока он открывал дверь в полумрак зала. - Да, я выделила главное… - она почти не узнала собственный хрипловатый голос. Прокашлявшись, она достала телефон, открывая заметки - краткую выжимку последних недель ее работы над древним циклом легенд о пустынном божестве. Сет мягко взял ее телефон, его пальцы ненадолго коснулись ее ладони. Алые глаза скользнули по экрану, задерживаясь на определенных строках. - Интересный выбор цитат, — он протянул устройство обратно, его взгляд стал пристальным. — Особенно та часть о возрождении через жертву. Из глубины зала донесся звук шагов — пожилой смотритель музея медленно шел между витринами, поправляя белые перчатки. Сет незаметно отодвинул Айрин глубже в тень колонны. Его дыхание коснулось ее уха, когда он наклонился ближе. - Эти пророчества... они ближе к истине, чем ты думаешь. Внезапно в дальнем конце зала замигал красный сигнал тревоги. Голоса охранников стали громче и тревожнее. Она уже было открыла рот, но Сет резко поднял руку, заставляя ее замолчать. Его взгляд стал острым, как у хищника, уловившего опасность. Он прислушался к нарастающему гулу за дверью. - Не сейчас, — прошептал он, отводя ее за массивный саркофаг. Его пальцы сжали ее запястье — не больно, но достаточно твердо. Из-за двери послышались торопливые шаги и приглушенные возгласы на арабском. Кто-то явно пытался прорваться через охрану. Сет прижал ее к холодному камню, его тело стало живым щитом. - Кажется, наш вечер становится интереснее, чем планировалось, — его губы искривились в опасной улыбке. - Что происходит?.. - испуганно прошептала она, ощущая всем телом жар, исходящий от мужчины. Сет прикрыл ей рот ладонью, его дыхание стало тихим и ровным. Алые глаза сверкнули в полумраке, следя за движением теней за дверью. - Кто-то очень настойчиво хочет получить доступ к этим артефактам, — его шепот был едва слышен над нарастающим шумом снаружи. Дверь в зал с грохотом распахнулась, и двое охранников ворвались внутрь, освещая фонариками темные углы. Один из них что-то кричал в рацию, пока другой обыскивал помещение. Сет прижался ближе, его красный пиджак мягко касался ее плеча. - Не двигайся, — прошептал он, когда луч фонаря скользнул в нескольких сантиметрах от них. Из-за саркофага послышался звук разбитого стекла, и охранники бросились к дальнему углу зала. Сет воспользовался моментом, чтобы отвести ее к скрытой нише в стене. Она затаила дыхание, следя взглядом за происходящим из-за его плеча. Сердце бешено стучало в висках, однако, это был не только страх, но и какое-то странное возбуждение. Ее широко распахнутые глаза скользнули по профилю мужчины в полумраке. Сет почувствовал, как ее тело напряглось за его спиной, и обернулся достаточно, чтобы уловить блеск в ее глазах. Его губы растянулись в медленной, понимающей улыбке. - Опасность заставляет кровь бежать быстрее, не так ли? — его шепот был низким и бархатистым, смешиваясь с отдаленными криками. Он не отпускал ее, одной рукой все еще прижимая к стене, а другой опираясь о камень рядом с ее головой. Запах его кожи — сандал и жар пустыни — стал отчетливее в тесном пространстве ниши. В зале погас свет, и их окутала почти полная тьма. Слышно было только учащенное дыхание Айрин и его собственное, ровное и спокойное. - Похоже, представление начинается, — он наклонился ближе, его губы почти коснулись ее виска. В ее сознании пронеслась мысль о том, что ее первое собственное исследование, к которому она шла долгие годы, закончится, даже не начавшись - где-то в отделении полиции. Сет почувствовал, как дрожь пробежала по ее телу, и его пальцы мягко сжали ее плечо. - Твоё исследование только начинается, Айрин, — прошептал он, пока в зале снова замигал аварийный свет. Из темноты донесся звук борьбы — глухой удар, затем чей-то стон. Охранники, кажется, нашли нарушителя. — Настоящие открытия всегда требуют риска. — его губы невесомо коснулись ее волос. Внезапно дверь в их зал с силой распахнулась, и высокий мужчина в черном бросился к витрине с амулетами. Сет резко оттянул Айрин глубже в нишу, его тело полностью закрыло ее от посторонних глаз. - Смотри и запоминай, — его дыхание стало горячим у ее уха. — Это то, ради чего ты приехала. Она не моргая следила за фигурой в черном. Тот вскрыл стеклянную крышку, вытащил несколько вещиц, бегло осмотрел их и, видимо, не посчитав интересными, отбросил в сторону. Айрин точно увидела, как дрогнули его пальцы, когда он прикоснулся к небольшому потертому амулету - круглый золотой диск с изображением глаза. Сет замер, его тело напряглось как у охотника, увидевшего долгожданную добычу. - Вот он, — прошептал он так тихо, что слова смешались с биением ее сердца. Мужчина в черном замер с амулетом в руке, его пальцы сомкнулись вокруг золотого диска с неестественной жадностью. В воздухе запахло озоном, словно перед грозой. - Он нашел то, что искал, — дыхание Сета стало горячим у ее виска. Его рука невольно сжала ее талию. Внезапно амулет вспыхнул тусклым красным светом, и грабитель отшатнулся с подавленным криком. Из-под его пальцев пополз дымок. - Неподготовленные умы не должны касаться божественных артефактов, — в голосе Сета прозвучало темное удовлетворение. Охранники бросились к грабителю, но тот, роняя амулет, вырвался и побежал к запасному выходу. Золотой диск с изображением глаза упал на каменный пол с глухим звоном. Сет не сводил с него взгляда, его алые зрачки сузились. - А теперь настала наша очередь, — он медленно выпустил Айрин из объятий. Она потеряла дар речи от увиденного и если бы Сет не потянул ее за руку за собой, так и осталась бы стоять в тени зала. Но мужчина уверенно вел ее к упавшему амулету, его пальцы крепко сжимали ее запястье. В зале мигал аварийный свет, отбрасывая причудливые тени на стены с иероглифами. - Не время замирать, дорогая, — его голос прозвучал твердо, пока они пробирались между разбросанными витринами. Он наклонился и поднял золотой диск, который все еще излучал слабое тепло. В его ладони амулет будто ожил, изображение глаза словно следило за ними. Айрин почувствовала странное покалывание в татуировке на шее, когда Сет протянул ей артефакт. - Возьми. Он должен принадлежать тебе, — в его глазах вспыхнули красные искры. Она очень надеялась, что это были лишь отблески аварийных ламп. Из коридора донеслись торопливые шаги и голоса охранников. Сет резко обернулся. - Нам пора, — он снова взял ее за руку и потянул к потайной двери в дальней части зала. Дверь бесшумно открылась, впуская влажный ночной воздух. Сет пропустил ее вперед, на мгновение задержав взгляд на золотом диске в ее руке. Только оказавшись на улице она наконец поняла, что только что произошло. - Мы что, только что украли древний экспонат?! - почти прошипела она, метнув в мужчину испепеляющий взгляд. Сет рассмеялся, мягко прижимая ее к стене рядом с потайной дверью. Его пальцы нежно провели по ее щеке, пока он смотрел на золотой диск в ее дрожащей руке. - Мы не украли его, мы вернули законному владельцу, — его голос звучал как бархатный шепот пустынного ветра. Айрин почувствовала, как амулет в ее ладони начал излучать странное тепло, совпадающее с ритмом ее сердца. Изображение глаза будто подмигнуло ей в лунном свете. - Этот артефакт был моим задолго до того, как эти люди назвали его своим, — Сет взял ее руку с амулетом и поднес к своим губам. Его дыхание обожгло ее кожу. Вдали послышались сирены полицейских машин, приближающихся к музею. Сет бросил взгляд через плечо, его алые глаза сузились. - Но сейчас действительно не лучшее время для дискуссий, — он снова взял ее за руку и повел к аллее, где ждал красный Corvette с работающим двигателем. Дверь автомобиля бесшумно открылась. - Садись, — его голос прозвучал как приказ, но в нем слышалась забота. — Я отвезу тебя туда, где мы сможем спокойно поговорить. Она приоткрыла рот в немом вопросе, но его спокойная уверенность будто убаюкивала. Она позволила усадить себя в машину, ее рука все еще сжимала странный медальон. Дорога прошла в молчании. Сет иногда улыбался, бросая на нее взгляд, уверенно вел машину по узким каирским улочкам, с какой-то неестественной грацией лавируя в плотном движении. Спустя минут двадцать, автомобиль свернул в темный переулок за старым рынком, где свет фонарей едва достигал земли и остановился перед неприметной дверью с выцветшим символом солнца. - Вот мы и дома, — он выключил двигатель, и внезапная тишина оглушила ее. Его пальцы мягко коснулись ее руки, все еще сжимавшей амулет. Золотой диск пульсировал теплом, словно живое существо. - Не бойся, — Сет вышел из машины и открыл ей дверь. Его красный пиджак выделялся в полумраке как предупреждающий знак. Только вот предупреждать ее, кажется, уже было поздно. Он провел ее к двери, которая бесшумно отворилась перед ними. Внутри пахло сандалом и древней пылью, воздух был густым и теплым. - Мое скромное убежище, — он провел ее через затемненный коридор в просторную комнату со сводчатым потолком. На стенах висели свитки и странные карты, а в центре стоял низкий диван, заваленный шелковыми подушками. Сет подошел к жаровне и бросил в нее щепотку благовоний. - Теперь мы можем поговорить без посторонних глаз, — он повернулся к ней, его алые глаза блеснули в полумраке. Она зашла следом, оглядела помещение. - А я-то думала, ты живешь на какой-нибудь роскошной вилле на берегу Нила… - Айрин попыталась скрыть волнение. Она и правда представляла владельца обширной коллекции древностей, стоимостью в целое состояние (а то и не одно, судя по вещицам в его кабинете), явно не в такой обстановке. Сет рассмеялся, развалившись на шелковых подушках. Его пальцы лениво провели по древней карте на низком столике. - Роскошные виллы привлекают ненужное внимание, — он жестом пригласил ее сесть рядом. — А здесь я могу хранить свои самые ценные коллекции без лишних вопросов. Его взгляд скользнул по стенам, увешанным свитками, которые явно не значились ни в одном музейном каталоге. В воздухе витали ароматы сандала и чего-то неуловимого, древнего. - Кроме того, — он наклонился вперед, и в его глазах вспыхнули уже привычные красные искры, — подлинная роскошь редко лежит на поверхности. Айрин почувствовала, как амулет в ее руке снова излучает тепло, будто отзываясь на его слова. Сет заметил это и улыбнулся еще шире. - Твои записи о пророчествах были близки к истине, доктор, — его голос стал тише, интимнее. — Но ни один ученый не мог предположить, насколько буквально следует понимать 'возрождение через жертву'. Он взял с полки небольшой сосуд из черного обсидиана и поставил между ними. Изнутри доносилось едва слышное жужжание, словно там был заключен песчаный вихрь. Она тихо опустилась на край дивана. Брови ее снова поползли вверх - который раз за сегодняшний вечер. Сет наблюдал за ее выражением лица с явным удовольствием. Он налил в две узкие серебряные чаши темно-красную жидкость из кувшина, стоявшего в тени. - Твоё удивление — лучший комплимент моему умению хранить секреты, — он протянул ей одну из чаш. Аромат граната и специй окутал её. Айрин взяла чашу, её пальцы слегка дрожали. - Ты задаёшь себе правильные вопросы, Айрин, — его голос прозвучал как ласковое воркование. — Но боюсь, твоя наука не даст на них ответов. Он отпил из своей чаши, его алые глаза не отрывались от неё. В сосуде из обсидиана жужжание усилилось, и песок закрутился быстрее. Она тряхнула головой, будто это могло помочь избавиться от наваждения. - Так, я не понимаю… - начала она, хмуря брови. Сет мягко положил свою руку поверх её дрожащих пальцев, всё ещё сжимавших чашу. Его прикосновение было удивительно тёплым, почти обжигающим. - Понимание придёт, — его губы изогнулись в загадочной улыбке. — Но не через логику учёного. Он провёл пальцем по краю её чаши, и жидкость внутри на мгновение вспыхнула тёплым золотистым светом. Аромат граната стал почти осязаемым. - Ты носила мою отметку задолго до нашей встречи, — его взгляд скользнул по татуировке на её шее. — Разве это не говорит тебе о чём-то важнее научных фактов? Из обсидианового сосуда вырвался маленький вихрь золотого песка, который закружился в воздухе между ними прежде чем исчезнуть. Она хотела было привычно съязвить что-то про значение ее татуировки, но зрелище миниатюрной песчаной бури на столе заставило ее снова открыть рот от удивления. В который раз за сегодня. В голове пронеслась мысль, что, возможно, она все-таки сошла с ума и сейчас спит где-то в библиотеке, пуская слюнку на древние трактаты. Сет рассмеялся, наблюдая за её растерянным выражением. Он лениво щёлкнул пальцами, и песчаный вихрь исчез так же внезапно, как и появился. - Безумие — это всего лишь иное восприятие реальности, — он отпил из своей чаши, не сводя с неё алых глаз. Его пальцы мягко коснулись татуировки на её шее, и кожа под ними словно загорелась. Надпись на мгновение светилась тёплым золотым светом. - Твоё сознание пытается отрицать то, что твоя душа уже давно приняла, — его голос звучал как шепот пустынного ветра. Он взял амулет из её ослабевших пальцев и поднёс к свету. Золотой глаз на нём медленно открылся, излучая мягкое пульсирующее свечение. - Так… - она попыталась сделать то, что привыкла - думать логически. Ни одна из логических цепочек не приводила ее к какому-либо вразумительному объяснению происходящего. - Это какие-то фокусы? Проверка для нового сотрудника или вроде того?.. Сет откинулся на подушки, его смех прозвучал низко и бархатисто. Он провёл рукой по своим красным волосам, заставляя сережку в ухе поблёскивать в полумраке. - Фокусы? — он покачал головой, амулет в его руке засиял ярче. — Дорогая, я пережил тысячелетия. Мне не нужно впечатлять кого-то дешёвыми трюками. Он приблизил амулет к её лицу, и золотой глаз словно уставился прямо на неё. Воздух вокруг наполнился электрическим напряжением, запах сандала стал почти удушающим. - Твоя логика — это клетка, которую ты построила сама, — его шёпот был полон иронии и чего-то древнего, первобытного. — Но некоторые истины существуют вне всякой логики. Она не отрываясь смотрела прямо в золотистый глаз амулета, пока сознание упрямо пыталось объяснить новую реальность, но, в конце концов, потерпев неудачу, просто отключилось, погружая ее в спасительную темноту. Сет поймал её в тот самый момент, когда её тело обмякло и начало падать. Его пальцы мягко сжали её плечо, не давая соскользнуть с дивана. Он убрал чашу из её ослабевшей руки, прежде чем она успела её уронить. - Слишком много истины за один вечер, — прошептал он, его голос звучал почти с сожалением, но в уголках губ играла улыбка. Он аккуратно уложил её на мягкие подушки, его пальцы на мгновение задержались на её щеке. Амулет в его другой руке всё ещё мерцал тёплым светом, отбрасывая золотистые блики на её бледное лицо. - Отдыхай, моя отмеченная, — его шёпот смешался с тихим гулом, доносившимся с улицы. — Завтра тебе понадобятся силы. Он набросил на неё лёгкий шёлковый плед, укрывая от ночного сквозняка. Его алые глаза изучали её черты в полумраке, в них читалась смесь одержимости и странной нежности.