Стеклянный Астрал\Тот, кто поет для Камня

PG-13
В процессе
0
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Мини, написано 2 страницы, 493 слова, 2 части
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика

Глава 1

Настройки
Он появился из ниоткуда. С начала как тень, потом как призрачное сияние, и наконец, обрел плоть. Молодой парень, в одежде, не соответствующей ни одной из эпох, рухнул на колени на еще не успевший прогреться уличный камень. Он глянул на руки, их била мелкая дрожь. На протяжение некоторого времени в его голове не было ни одной связной мысли, за которую он мог бы ухватиться. Наконец, вперед выбились три вопроса: кто он такой? Почему он здесь? Где здесь? Юноша позволил себе осмотреться. Рядом не было ни души, а повисшую в воздухе тишину можно было резать на кусочки и лакомиться ей как желе. Он протянул левую руку вперед, словно пытался проверить действительно ли такое возможно, и внезапно его взгляд соскользнул вниз на то место, где он стоял. То, что он было принял за мостовую, вовсе ей не являлось, более того, его появление нанесло некоторый урон этому. Парень попробовал встать, облокотившись ладонью на испещрённую неизвестными ему символами поверхность жертвенника. Как только он оторвался от камня, трещины на древнем алтаре под его пальцами и ногами начали затягиваться, а мох вспыхнул коротким изумрудным сиянием. Магия. Древняя, как сама земля, и знакомая, как собственное дыхание. Она жила в нем, но он не знал, как ею пользоваться. Через мгновение, тянувшееся словно вечность, хаос воспоминаний, казавшихся не его собственными, ворвался в его бедный разум: чудовищный рев ликантропов, аджаа, рушащиеся города, смеющийся лик могущественной богини, чье имя стерлось из памяти Мира. "Нет! Хватит с меня, - бледный, словно мел, юноша медленно закрыл глаза и полной грудью вдохнул тягучий воздух. - То, что я стою здесь и цепенею от нахлынувшего на меня потока чего бы то ни было, никак не поможет найти ответы на те самые вопросы. Остальное, наверняка, откроется мне после." Наконец, он распахнул глаза; в них не было ни капли смятения, боли и даже тени печали. В их янтарной гуще плескалась лишь решимость во что бы то ни стало вернуть себя.