Глава 7: Первый ход.
21 декабря 2025 г., 14:27
Дом Айтора.
Несколько дней спустя.
С момента приезда в этот город прошло несколько дней. Обстановка не поменялась. Лололошка и Джон занимаются обычными делами, и на удивление… выполняют мои просьбы. А я работаю. И ещё раз работаю. Но из моей головы не выходит одна мысль. Та, которую мне не хочется произносить. Я направил пистолет на Лололошку. Не на кого-то другого, а именно на него. Я сижу за столом и смотрю в свои записи. Но букв не вижу. Ручка в руке сжалась сильнее, чем нужно. Сломалась прямо в моей руке. Уже четвёртая. А перед глазами — только его лицо в тот момент. Страх, ненависть, обида. И это всё я видел за секунду до того, как отпустил пистолет. Он смотрит на меня так, будто я чудовище. А может… я и есть чудовище? Я встал. Прошёлся по кабинету и остановился у окна. За стеклом — чужой город, чужая жизнь, чужая улица. В которую я их втянул. — Поговорить с ним? — сам себе. Голос звучит глухо. И сразу понимаю: бесполезно. Лололошка не заговорит первым. А если заговорю я? Тогда что скажу? «Прости, что приставил пистолет к твоей голове. Давай забудем?» Я усмехнулся. Усмешка вышла кривой и неестественно жалкой для меня. Нет. Мне нужно мыслить иначе. Не как влюблённый идиот. А как учёный. Аналитик. Сев обратно за стол, я достал чистый лист. Написал сверху: «Лололошка. Анализ текущего состояния». И замер. Потому что раскладывать его страхи по полочкам — мерзко даже для меня. Я сминаю лист и отбрасываю его в сторону. Не глядя попадаю в мусорное ведро. Встаю, делаю несколько шагов и прислоняюсь лбом к стене. К холодным обоям. — Что со мной происходит? — спросил я тихо, в стену. Ответ не пришёл. Только тишина. Она давит на плечи сильнее любого груза. Закрыл глаза. И снова увидел его руки. Лицо. Голос. И то самое прикосновение утром, за которое я отдал бы всё, чтобы повторить. — Чёрт, — выдохнул я и открыл глаза. С этими мыслями я выхожу из кабинета и выключаю свет. Нужно лечь. Просто попытаться уснуть.***
Кровать встретила меня холодной простынёй. Я лёг на спину и смотрел в потолок. В темноте он казался почти недосягаемым. Закрою глаза — снова вижу его. Открою — стена, которая ничем не лучше. Перевернулся на бок. Потом на живот. На спину. Снова на бок. Одеяло то сбрасываю, то натягиваю до подбородка. В комнате тихо. Слишком тихо. Обычно мне нравится тишина. Но сейчас она душит. Мысли лезут одна за другой: «Почему я не выстрелил? Зачем я вообще достал этот грёбаный пистолет? Что он теперь обо мне думает?» — Заткнись, — шепчу я себе сквозь зубы. Но голос в голове не слушается. Он всё говорит одно и то же: «Ты всё испортил, Айтор. И ты не знаешь, как это исправить». Сажусь на кровать. Руки не дрожат, но и не слушаются. Я не могу уснуть. И не уверен, что вообще когда-нибудь смогу.***
Утро наступило слишком быстро. Я открыл глаза и посмотрел в потолок. Серый, чужой, не мой. Как и эта квартира. Тело было слишком тяжёлым. После вчерашнего. После пистолета и взгляда Айтора, когда он опустил оружие. — Но… почему он не выстрелил? — вопрос, который до сих пор не выходит из головы. Сев на кровать, я опустил ноги на пол. Он был тёплым. Не таким, как в моей комнате. Там он всегда был холодным. Потёр лицо ладонями — кожа казалась чужой. — Вставай, — промычал я хрипло. Не хотелось ничего. Ни есть, ни говорить, ни видеть Айтора. Но если остаться в кровати — ничего не изменится. А сидеть и ждать я не собираюсь. Встал. Нашёл на стуле джинсы и какую-то футболку. Надел. Автоматически, без мыслей. Перед выходом из комнаты я остановился у двери. Глянул на свои руки — не дрожат. Вчера дрожали. Сегодня нет. Прогресс. — Ты сможешь, — сказал я себе и вышел.***
На кухне пахло маслом и холодом. Я включил плиту и поставил сковородку. Движения были механическими. Без мыслей. Яйца, масло, соль. Ничего необычного. Для Айтора — жидкий желток. Для меня и Джона — чуть более прожаренный. На запах пришёл Джон. Сонный, лохматый, пытающийся улыбаться. — Привет, красавчик! Это чем у тебя так вкусно пахнет? — плюхнулся на стул, даже не спросив разрешения. — Яичница, — ответил я коротко и протянул ему порцию. — Держи. Джон откусил и блаженно застонал. Я невольно усмехнулся. Джон и в Африке Джон. — Это ты себе, надеюсь? — посмотрел на отдельную тарелку. — Нет, Джон. Айтору. Джон перестал жевать. Посмотрел на меня так, будто я сказал, что собираюсь убить человека. — Красавчик… ты сейчас серьёзно? — А что ещё по-твоему делать? Сидеть и ждать? — я взял тарелку. — Я просто отнесу ему завтрак. Ничего страшного не произойдёт. — Лололошка… он направил на тебя пистолет. — его голос стал тише и жёстче. — Похитил. Запер в этом доме. А ты… — А что ты предлагаешь? — я тоже стал тише, чтобы Айтор не услышал. — У нас нет выбора, Джон. Мы здесь. И если я не начну с ним говорить — то кто? А, Джон? Он замолчал. Отвёл взгляд. — Ладно, ты прав, — сказал он наконец. — Но прошу тебя, будь осторожен. Я не намерен хоронить лучшего друга. Я кивнул и вышел с кухни. Тарелка в руках чуть подрагивала. Не от страха, а от злости. На Айтора, на себя, на всю эту ситуацию.***
Коридор был тихим, длинным и безликим. Я шёл по нему и старался совсем не думать о том, что скажу. Тарелка в моих руках была почти горячей. Дверь в кабинет Айтора была приоткрыта. Я постучал костяшками. — Войдите, — устало и знакомо. Я толкнул дверь и вошёл. Айтор сидел за столом, заваленным бумагами, и даже не обернулся. — Я завтрак принёс, — сказал я и поставил тарелку на единственное свободное место. — Спасибо, — ответил, даже не посмотрев. Я очень хотел уйти. Правда. Но заметил его руку. На тыльной стороне ладони был фиолетово-жёлтый синяк. Свежий. С отёком. Айтор посмотрел на свою руку, будто увидел её впервые. — Ударил. — Обо что ударил? — Неважно. Моя челюсть сжалась. Он не хотел говорить, и я не собирался вытягивать. Но лёд всё равно был у меня в кармане. Взял его с кухни, сам не пойму для чего. — Держи, — положил я пакет со льдом рядом с его тарелкой. — Приложи. Айтор посмотрел на лёд. Потом на меня. В его взгляде мелькнуло что-то похожее на удивление или благодарность. Я решил не разбираться. Развернулся и вышел, закрыв за собой дверь. Прислонился к стене и выдохнул. — И зачем я это сделал?***
Я вернулся в комнату. Джон сидел на кровати, поджав губы. Ждал. Я закрыл дверь и прислонился к ней спиной. — Ну? — спросил он нетерпеливо. — Отдал завтрак, — я не смотрел на него. — И лёд. — Лёд? — У него синяк был. Джон покачал головой. Медленно. Будто переваривал услышанное. — Ты слишком добр для этого мира, красавчик. — без злости. Скорее как утверждение. — Может, я просто пытаюсь выжить? — я поднял голову и посмотрел на него. — Если мы будем врагами с Айтором — нам конец. У нас нет ни оружия, ни связей. Только он, Джон. Джон молчал. Я видел, что он понимает, но соглашаться не хочет. — Я не доверяю ему, красавчик, — сказал он наконец. — Я и не прошу доверять. Я просто прошу не мешать. Он усмехнулся. Криво и без радости. — Ладно, будет что будет. Но без глупостей. И без геройства. — Договорились. Я сел на кровать рядом с ним. Мы промолчали долгих несколько секунд. Потом он толкнул меня в плечо. — Ты идиот, красавчик. — Я знаю, Джон. Ещё несколько секунд Джон смотрел в стену, а я смотрел в пол. — Вместе, Джон? — спросил я, протянув руку. Джон перевёл взгляд на меня. Потом на мою руку. — Вместе, красавчик, — с усталой улыбкой он пожал мою руку. Сильно и надолго.
