Руководство к действию: как приручить Хан Джисона

      Джисон привычно сидит на покосившейся табуретке и болтает беспокойными ногами. Мама всегда говорила, что это черти на них качаются. Видимо, не так уж и не права она была. Потому что Джисон — тот ещё чёрт.       — Ну, Минхо, ну, не молчи. Ты обиделся что ли? – растягивает гласные Хан, заискивающе подбираясь ближе.       Крепкие руки обвивают талию поверх мантии и легонько сжимают. Не сильно, но ощутимо. Вот же выебонщик.       Ли продолжает упрямо натирать пузырьки с неудавшимися зельями студентов. Да — Минхо собирается его игнорировать. Это не совсем по-взрослому, он знает, но у Минхо уже весь язык в мозолях, пока он пытается вбить что-то в эту своенравную голову.       Серьёзно, если перед Минхо появится Боггарт, он тут же превратится в Джисона, взрывающего все возможные и невозможные ёмкости, сбегающего с уроков в Хогсмид, чтобы купить чёртов ягуар (на кой Мерлин он ему вообще понадобился, когда в Большом зале столько всего?). Ну, и сверчок на бисквите — он стал прогуливать занятия профессора Ли, то есть самого Минхо, в Выручай комнате. И не просто прогуливать — курить там!       Минхо очень устал.       В следующий раз он просто отведёт Хана к Омуту памяти и окунёт его в каждое из своих воспоминаний, где отчитывает этого неугомонного засранца. Или попросит у профессора Стебль парочку мандрагор, чтобы те как следует на него накричали. Для профилактики, разумеется.       Правда в том, что Минхо волнуется и очень. Если бы не волновался, то и не злился бы — зачем ему это? Сколько таких учеников ещё было, есть и будет? Ничего с этим не поделать — он по себе знает. Но на Джисона ему не всё равно, поэтому и злится. От бессилия. Может даже на самого себя больше, чем на него.       Джисон ведь раньше был в топе лучших учеников на своём потоке. Ну, по зельеварению так точно. Да – просыпал частенько, но на отработках всегда показывал отличный результат. А сейчас, что сейчас? Неудача за неудачей. И это не потому что Джисон добавляет неправильные пропорции или криво произносит заклинание – нет. Минхо лично проверял, и с этим у парня стабильно всё в порядке. Что не в порядке так это его голова. А точнее – её внутренности. Если отбросить все шутки – Ли уверен: внутри этой маленькой суетливой черепной коробки творится чёрти что. А Джисон молчит. И чем дольше он молчит и отшучивается, тем страшнее становится. Что-то происходит у него перед носом, а он этого даже не замечает. Какой он профессор? Какой он друг? Какой он парень в конце концов, если не заслуживает доверия своего любимого человека?       Минхо понимает, что Джисон сам его выбрал и сейчас сам выбирает молчать. Но легче от этого, если честно, совсем не становится. Ли хочет как-то помочь, что-то сделать, но он понятия не имеет, что именно и как.       Что же с ним происходит в последний месяц и почему Минхо не думал об этом раньше в таком ключе? А если бы он совсем не заметил?       Он обмяк в плечах, закрыл кран и опёрся об ржавую раковину.       — Эй, Минхо… Всё хорошо? – голос стал мягче, а интонация тревожнее.       Ли выдыхает, устало разворачиваясь в чужих руках. Собственные мягкие ладони обнимают пухлые щёки.       — Ты мне скажи. Я волнуюсь, Сони, – большой палец нежно поглаживает тёплую кожу. Хан ластится и прикрывает глаза.       — Если я скажу – обещаешь, что не будешь смеяться? – глаза всё ещё закрыты, мягкое дыхание касается пальцев.       — Обещаю.       Джисон какое-то время молчит. Минхо уже начинает думать, что ответа так и не дождётся.       — Мне страшно.       Пальцы ненадолго замирают, после чего осторожно прижимая его голову к груди. Ладонь ерошит пушистые волосы.       — Почему тебе страшно, Сони? — вторая рука аккуратно поглаживает выпирающие лопатки.       — Я не знаю… Я вроде всё понимаю, но объяснить не могу даже самому себе. Как будто всё и сразу навалилось. Это глупо, я понимаю, но сейчас почему-то всё страшно. Ты не подумай, я не трус, просто… Сейчас ощущаю… по-другому. Может, осознал, что это мой последний год здесь, дальше не будет привычной жизни, не будет забавных уроков у профессора Трелони, не будет вечного шума портретов, привидений и их же ворчаний по ночам. Не будет дурацких переломов с квиддича, хотя этому я, наверное, даже рад, – Джисон посмеивается, сжимая кольцо из рук плотнее, — Никаких ворчаний Сынмина под ухом и визгливого смеха Чанбина. Не будет споров о том, на каком же факультете учился профессор Ли: когтевран или всё-таки слизерин? И никто не будет смеяться над моим предположениями, что "вообще-то гриффиндор". Даже если я прав, они это вряд ли узнают. А ещё, возможно, там не будет и тебя. И это сводит меня с ума больше всего. Поэтому я прошу тебя. Не смейся, пожалуйста.       Минхо чувствует, как сердце болезненно сжимается. Как этот мальчишка с такими озорными и наивными глазами может столько чувствовать?       И как Минхо может понимать его? А он понимает – сам через это проходил всего года полтора назад. Только вот Джисона у него тогда не было. Как хорошо, что сейчас он у Джисона есть. Как хорошо, что Хану не придётся справляться с этим одному.       Руки мягко, но уверенно отрывают отяжелённую думами голову от своей груди. Глаза нежно смотрят, а губы ласково и продолжительно целуют в лоб.       — Джисони… Я бы ни за что не стал смеяться. И ты совсем не глупый, – поцелуй в макушку, – И вовсе не трус, — губы мягко касаются родинки на щеке, — Я понимаю, как может пугать непредсказуемость. Правда, понимаю. А ещё я понимаю, как в такие моменты раздражают подобные слова и нравоучения, – Минхо добродушно улыбается ему. Джисон отражает эту улыбку. — Я не могу убрать все страхи из твоей головы или заставить тебя перестать чувствовать это, но могу быть рядом с тобой до тех пор, пока буду нужен. Я буду рядом, ты мне веришь? Вдруг ты снова случайно взорвёшь лабораторию, как мне тебя одного оставлять?       — Это было не случайно… – тихий смех Минхо резко обрывается.       Молчание снова разрезает пространство между ними.       — Знаешь, я подумал… Я пока не готов заводить с тобой дракона. Давай начнём с обычного фикуса. Кажется, в мире магглов их куча.       Минхо ни за что не скажет вслух, что на самом деле он готов. На что угодно готов, если Джисон того хочет. Но ему этого знать точно не нужно.       Ли покажет ему всё, что чувствует и думает действиями. Может даже картинками, если сможет пробраться к нему в сны. Ну, а если не получится – купит ему ящик этого проклятого ягуара.       Присутствием. Даже если где-то это излишне, глупо или опасно – Джисон робко улыбнётся и назовёт его дураком, а потом сделает ещё большую глупость. И это всё, что нужно Минхо. Ну, и, может быть, чтобы Джисон прекратил нарочно в который раз взрывать его лабораторию.       Было бы здорово, наверное.