Палач

      Темный вечер опустился над старым городом. На площади, в тени заброшенной церкви, стоял палач, держа в руках тяжелый топор. Его сердце разрывалось от боли и ярости, а разум боролся с неизбежностью. Внутри кипела агония - страх потерять свою дочь, ответственность за разрушение ее жизни стояла тяжелей всякой казни.       Вдоль тротуара медленно приближалась его дочь - девочка лет пятнадцати, с заплаканными глазами и дрожащими губами.       Палач внутренне корил себя. Как так вышло? Как его собственная кровь могла стать обвинителем? Он знал о её невиновности, знал, что всё - ложь, - и всё же не мог освободиться от жгучего чувства вины. Его рыжие волосы, темперамент и страсти - теперь казались его проклятием. Он постоянно боялся: а вдруг именно эти черты могут привести к трагедии? Так и произошло. Он видел, как в её глазах мелькает сходство с собой, и это только усиливает мучение.       - Верь, - шепчет она, - Бог любит меня. Всё будет хорошо... Но эти слова лишь острыми ножами ранят его сердце.        Девочка смотрела на маску, скрывающую лицо её отца. Она сама сшила её из старой ткани и ниток, надеясь спрятать ту суровость и безжизненность, словно окаменевшее под тяжестью грехов. Но в его глазах, которые были скрыты за маской, ярко светилась тень горя - горя утраты, предательства собственной крови, предательства самой судьбы.       Палач вздохнул, пытаясь собрать силы для последнего акта. Он понимал, что каждое его действие - это убийство части своей души. Боль внутри него нарастала: он видел, как она закрывает глаза, предчувствуя ужас.       - Прощай, моя родная, - прошептал он, и голос треснул от страданий. - Пусть твоя чистота спасет тебя от этого мира...       Голову девочке склоняют под тяжестью топора. В этот миг в сердце палача взрывается шрам отчаяния, и внутри заиграли картины жизни, которая теперь разрушена. Он - отец и убийца одновременно, разрываемый на части собственным долгом и безумной любовь. Он обвиняет себя за гены, которые передались ей - его рыжий цвет волос, его горячий темперамент, его тень, которая теперь поглотила её.       Когда последняя искра жизни исчезает в её глазах, в воздухе остается лишь холодное молчание. В тени заброшенной церкви звучит эхом его разбитое сердце - голос трагедии, которая навсегда оставила след в его душе. Он уничтожил часть своей любви, свою кровь, и в этом убийстве он навсегда потерял самого себя.