Крыша

      Собрания в последнее время стали слишком частыми. Лукас вздохнул и посмотрел на часы. Без десяти. Что он, чёрт возьми, скажет верхушке управления? Конкретных идей не было. Наркотик уже наводнил город сильнее, чем в прошлый подобный случай, а убийства, которые можно было привязать к банде, происходили всё чаще. Сейчас, наверное, уже из каждого уголка города слышно о страшном новом веществе “Оберег”. Вдобавок новых сообщений с новой информацией, которой он мог поделиться, от этой чокнутой так и не приходило.       – Здравствуйте, – голос вывел его из раздумий, и в лифт зашла девушка, которая явно не работала в его отделе. На другой этаж она также не нажала. – Вы, должно быть, Лукас Хоук, – она протянула руку и явно не сомневалась в правоте своих слов.       – Верно. А Вы?       – Кейтлин Джонс из отдела, – поняв, что пожимать руку ее собеседник не собирается, она пожала плечами и заправила кудри за ухо.       – Вот как? Не слишком ли вы молоды для работы там? – блондин оценивающе осмотрел ее с ног до головы. Ну уж не похожа она была на типаж человека из отдела по борьбе с организованной преступностью и тем более на человека с каким-либо опытом в принципе. Тёмные волосы, на укладку которых явно было потрачено много времени с утра, макияж, дорогой костюм. Явно дочка богатых родителей, которые пропихнули её туда, куда она захотела.       – Можно было бы и повежливее. Нам с вами ещё вместе работать над делом.       – Помощь? - Лукас фыркнул. – мне она не нужна.       – А это не вам решать.       Лифт остановился на этаже с кабинетами для переговоров, и девушка быстро выскользнула, направившись, как и следовало ожидать, к тому же кабинету, что и он. Путь по светлому коридору прервал пиликающий в кармане телефон: «Новой информации пока нет. Ты, кстати, очень некрасиво поступил. Мог бы хотя бы попрощаться». Чёрт. Мужчина двинулся дальше, впопыхах сочиняя, что же всё-таки сказать на этом никому не нужном, но очень важном совещании.       Как бы безумно это ни было, он был уверен, что портреты со стен смотрели на него укоризненно, особенно его брат — Джек Хоук. Вот уж точно тот, кто уже всего добился. Сидит сейчас где-то в удобном кресле в министерстве внутренних дел и, наверное, даже не вспоминает, что его младший брат занимается всей работой на улицах города и ловит преступников. Все говорили, что они похожи, но если старший был вылитый отец — такие же рыжие волосы и веснушки, — то Лукас больше напоминал мать. Если подумать, если бы не зелёные глаза, они бы вообще не были похожи.       – Вы идете? – голова брюнетки выглянула из кабинета и выжидающе посмотрела на него.       Ощущение было, будто он шел на расстрел, и кабинет явно не помогал избавиться от этого чувства. Непонятно почему, но Виктор Гросс, начальник отдела по борьбе с организованной преступностью, очень любил сидеть в полумраке и смотреть на каждого входящего своим ястребиным взглядом. Ей-богу, он будто охотился и был готов накинуться на собеседника за каждое лишнее слово или движение.       – Как вы знаете, наркотик уже сильно распространился за пределы вашего района, – ни доброго утра, ни «как дела». – Насколько вы держите все под контролем?       – Нами уже было арестовано достаточное количество дилеров, – стулья тоже не помогали расслабиться; сидя в них, Лукас чувствовал, будто находился на скамье подсудимых. К тому же они противно скрипели при каждом движении. – К сожалению, пока выйти на более крупную рыбу у нас не получилось. Мы планируем… – Рука начальника остановила его на полуслове.       – Значит, никакой новой информации? Что ж, тогда мы объединим вашу инициативную группу с нашей командой. Вам было дано достаточно времени, чтобы самим во всём разобраться. Мы не можем больше сидеть сложа руки.       – При всём уважении, мы не сидели сложа руки. Как я говорил недавно, нам нужно ещё немного времени. Мой информатор…       – Решение уже принято, – выходило, этот диалог в принципе был не нужен. Всё уже решили, но просто захотели сказать это Лукасу лично. Гросс перевёл взгляд на всё это время тихо сидевшую рядом Кейтлин. – Вы ведь уже познакомились, верно? Она будет помогать вести это дело.       – И всё же…       – Я остановлю вас прямо здесь. Решение уже принято. Вы должны радоваться, что мы не полностью забираем ваше дело, а лишь предоставляем помощь и надзор. Мисс Джонс – многообещающий и талантливый сотрудник. Я уверен, что вы сработаетесь. На этом можете быть свободны. – Это звучало как ультиматум. Впрочем, так оно и было.       – Я вас понял, сэр. До свидания. – В целом это был расстрел, хоть жертвой оказалось не его тело, а его эго.       

      

***

      – То есть полиция закрыла дело? – девушка подняла взгляд с бумаг, лежавших на столе. – Вы, кстати, могли бы мне это всё по почте отправить.       – Я не хотел оставлять цифровой след. Вы же знаете, в какие времена мы живём, – парень поерзал на стуле, явно торопясь закончить разговор.       Девушка поправила табличку на столе, где гордо красовалось: «Детектив Скворцова». Она сложила бумаги в стопку и поднялась. Нужно было подумать. Она и так уже находилась на прицеле и у полиции, и у организованной преступности. Ещё один лишний шаг — и можно было попасть либо в тюрьму, либо того хуже. Ей едва удалось подавить смешок в присутствии клиента. Впрочем, она не в первый раз оказывалась в подобном положении, и до сих пор ей удавалось выкручиваться, хоть и с переменным успехом.       В принципе, дельце было пустяковое: полиция уверена, что брат этого бедолаги совершил самоубийство, а он — что его убили. Но кто и почему — непонятно. Её взгляд скользнул по верхнему листу. Наркотики и деньги. Тут уж очевидно, в чём дело: он либо слишком много знал, либо и вправду мог свести счёты с жизнью.       – Так вы поможете? – ну, он точно уже хотел уйти, причем с положительным ответом.       В своё время это дело прогремело в новостях, особенно на волне ситуации с “Оберегом”. Заголовки создавали ажиотаж. Молодого парня, Сэма Варрона, нашли в собственной квартире повешенным. Говорили даже, что на теле студента-химика были следы борьбы, но как только полиция опубликовала заключение, новости запестрели версией о самоубийстве, а вскоре об истории и вовсе забыли. И, видимо, только его брат, Тревор, всё ещё помнил.       – Два вопроса. Сколько вы готовы заплатить? И почему вы так уверены, что это не самоубийство? Просто по данным это исключать нельзя, – Анна открыла окно и достала сигареты. – Надеюсь, вы не против?       Парень сделал знак рукой, показывая, что не против, и после паузы ответил:       – Я понимаю, как это выглядит. Молодой парень, торгующий наркотиками, повесился, в крови – следы этих же наркотиков… Но я клянусь вам, он не употреблял! И ему незачем было убивать себя, у него были планы на будущее! – Он нервно потёр ладони и посмотрел на часы, затем опустил глаза в пол. — За пару дней до смерти он звонил мне… Он был напуган. Собирался идти в полицию.       – В документах этой информации нет, – листы бумаги, будто в ответ на её слова, зашуршали от прохладного осеннего ветра. – Вы давали показания?       – Конечно, чёрт возьми! Они просто не восприняли мои слова всерьёз… А насчет цены – я готов заплатить сколько угодно!       – Аха-ха-ха, – девушка не удержалась и чуть не подавилась сигаретным дымом, вызвав недоуменный взгляд собеседника. – Вы все так говорите, но у всего есть своя цена, – она задумчиво посмотрела на машины и пешеходов, спешащих по улице. – Ну ладно, хорошо. Предлагаю так: я поищу, что смогу, за неделю, и если дело стоящее – обсудим цену. Вас такой вариант устраивает?       – Да… – Тревор неуверенно взглянул на детектива и поднялся. – Тогда будем на связи. – Он направился к двери и уже на выходе обернулся, будто хотел что-то сказать, но, так и не произнеся ни слова, покинул кабинет.       Бросив окурок в кружку - к остальным последствиям своей вредной привычки, - Анна снова посмотрела на бумаги. Говорить ему сейчас или нет? Наверное, нет. Она достала телефон и перечитала последнее сообщение: «Какая новая информация?» Ну, он явно издевался. Прошлой ночью он ушел часов в пять, не позже - она была уверена, потому что сама проснулась в полшестого, и Лукас об этом знал. Впрочем, чего она ожидала? Они уже несколько лет пребывали в этих странных отношениях. Когда-то они были прекрасной парой, а сейчас он приходил обсудить работу и иногда оставался на ночь - наверное, просто из какой-то странной вежливости.       Ладно, это потом. А пока она набрала ответ: «Новой информации пока нет. Ты, кстати, очень некрасиво поступил. Мог бы хотя бы попрощаться». Наверное, он даже из написанного прямым текстом не поймёт, что она разочарована.              

***

      

      – Где найти материалы по делу? – Кейтлин раздражённо встала перед главным детективом, выжидающе глядя на него. Они приехали в отделение около полутора часов назад, и с тех пор он старательно игнорировал все её просьбы. – Я понимаю, что вам претит сама идея работать с кем-то, но документов нет в архиве – значит, они у вас. Я хотела бы с ними ознакомиться.       – Слушай, у вас же есть вся та же информация, – он на секунду поднял на неё взгляд и тут же вернулся к бумагам. – Могла бы ознакомиться, прежде чем покупать себе это место.       – Покупать?! Впрочем, ладно, сейчас не до этого, – она придвинула стул от соседнего стола и села рядом. – Не смеши меня. Я прекрасно понимаю, что у нас есть не вся информация. Как минимум, о твоих информаторах, – она достала из сумки документы и швырнула ему на стол. – Тут нет ни слова ни об одном, но как минимум один должен быть - ты его сегодня упоминал.       Ладно, хорошо. Он наконец оторвался от бумаг и посмотрел на неё. Лукас отлично помнил, что именно он писал в отчетах и что умалчивал - и до сих пор всех всё устраивало. Его информаторы - его личное дело, и уж тем более он не собирался называть имена и делиться контактами.       – Как только появится новая информация, я тебе сообщу. А пока, пожалуйста, не мешай. Я пытаюсь по горячим следам найти убийцу местного банкира, – он тряхнул перед её лицом фотографиями с места преступления. – Думаю, ты прекрасно знаешь, что пропавшие данные с его ноутбуков могли бы нам очень пригодиться.       – Нам? – девушка сдержала усмешку и забрала папку, так и оставшуюся нетронутой на столе. – Тогда я буду заниматься всем сама, раз ты хочешь работать в одиночку. Надеюсь, ты понимаешь, насколько это глупо.