Учитель, это наш шанс!

Это была довольно тёмная комната без окон, без большого количества мебели. Пол из чёрной каменной плитки, на котором был расстелен большой тёмный и мягкий ковёр, чёрный потолок с огромным количеством звёзд: яркими и уже почти погасшими, находившимися прямо в плоскости самого потолка и свисающими на тонких золотых нитях. Девять мягких чёрных кресел с золотыми вставками и таким же золотым обрамлением, стоящие полукругом перед большим чёрным экраном на том самом ковре. Пара напольных, расшитых золотом ламп стояли по краям и декоративный столик перед креслами, на котором стоял стеклянный кувшин с водой и девять таких же стеклянных стаканов. В комнате вспыхнул ослепляющий свет и появились девять человек. — М? Учитель! — Крикнул молодой человек лет двадцати в синих одеждах и побежал к мужчине в белых. — Сюэ Мэн?... — не успел Чу Ваньнин договорить, как его резко перебил громкий голос. — Юйхен, Жань-эр, где вы пропадали? Мы с женой так переволновались, да и Мэн-эр вас заждался, — говорил второпях глава Пика Сышэн, Сюэ Чжэнъюн. — Нам с учителем пришлось задержаться на острове Фейхуа, чтобы перевести дыхание, накопить силы и вернуться, — сухо сказал Мо Жань, потому что он уже вот-вот собирался признаться учителю в своих чувствах, а сейчас оказался в таком странном месте. — Что важнее, так это определить, где мы сейчас находимся. — Мо Жань прав, — произнёс простую фразу Чу Ваньнин, уже взявший себя в руки, после полёта на мече, а сердце названного забилось лишь сильнее. Вот он ещё не взял себя в руки. После чего взгляд Чу Ваньнина упал на Сюэ Мэна, уже успокоившегося после долгожданной встречи, потом на Ши Мэя, который тут же поздоровался с ним и под выжидающим взглядом сказал, что он в порядке. Следующей его острый взгляд зацепила пара сидящая на полу, точнее один человек сидел, и видимо у него была какая-то рана, а другой только недавно вздохнул с облегчением (это было видно), стоя на одном колене, спиной к сидящему. — Наньгун Сы?! — Чу Ваньнин, в голосе которого звучало еле заметное беспокойство, быстрыми шагами подошёл к ним, уже поняв, что человек сидящий на полу не кто иной, как барышня Е, Е Ванси. — Вы как? — Образцовый наставник... Я в порядке, а Е Ванси получила ранение, мы только что находились на горе Вэйшань, а теперь здесь... — устало вещал недавно потерявший всё ребёнок, помогая подруге подняться. — Образцов... — не успела девушка договорить, как Чу Ваньнин перебил её: — Не утруждайся, там есть кресла, — он указал в сторону мебели рукой, продолжая говорить. — Пойдём, лучше присядяшь там. К этому моменту Сюэ Чжэнъюн уже заметил старейшину Таньлана и Цзян Си и переговорил с ними, но никто из них так и не смог даже предположить, где они сейчас все находятся. Когда остальные подошли ближе, Цзян Си, увидев состояние Наньгун Сы и Е Ванси, мужчина обработал раны девушки и дал каждому по три пилюли: залечивае ран, восстановление и для профилактики. После чего осмотел всех в комнате и заговорил: — Предлагаю всё-таки и правда сесть на кресла, может что и произойдёт, — говорил Цзян Си, и с последующей фразой направился к месту напротив чёрного полотна. — Просто тупо стоять смысла нет. После его слов все, согласившись с ним, побрели к сидячим местам, Сюэ Мэн при этом что-то неразборчиво и явно грубо пробубнил себе под нос. Чу Ваньнин и Мо Жань переглянулись и, вспомнив из какой ситуации их только что вытащили, быстро отвернулись друг от друга. Чу Ваньнин из-за сильного смущения, которое явно демонстрировали его уши, Мо Жань, потому что боялся напугать свою любовь своим напором, но и смущения ему тоже не удалось избежать. В итоге все расселись перед экраном в таком порядке: на самое левое кресло сел Ши Мэй, рядом с ним Сюэ Мэн, он занял место рядом для учителя, туда Чу Ваньнин и сел, Мо Жань примостился на соседнее, слева от него села Е Ванси, за ней - Наньгун Сы, на следующем кресле уже сидел Сюэ Чженъюн, за ним Таньлан, а на самом правом раньше всех уселся глава ордена Гуюэе. — Дорогие гости, приветствую вас в своей скромной обители, — раздался по всей комнате красивый, мелодичный голос, но все только больше насторожились, услышав его. — Прошу прощения, молодая барышня, — начал Сюэ Чжэнъюн.— Но не могли бы вы поведать нам: кто вы и где мы сейчас находимся? — Не сочтите за грубость, но, — вся эта ситуация уже выводила Цзян Си из себя, а тут ещё и какая-то молоденькая, ничего не мыслящая девчонка нарисовалась. — Мы все занятые люди, особенно в следствии последних событий, я, к примеру, не хочу тратить своё время впустую и очень надеюсь, что вы сейчас скажете что-то по-настоящему стоящее. Не больше минуты в комнате стояла звенящая в ушах тишина. — Как грубо, господин бессмертный, — сейчас раздался старческий с хрипотцой голос, от чего недоумение отразилось на лице каждого, просто в разной степени. — Я могу сделать себе любой голос, — теперь это был бас, каким обычно говорят в деревнях трудящиеся с раннего утра до позднего вечера мужики. — Вам ли не знать об этом заклинании, господа бессмертные. Ши Мей был напряжён. Сюэ Мэну, Чу Ваньнину, Мо Жаню, Сюэ Чжэнъюну, Таньлану и Цзян Си тоже это всё не нравилось, но они были насторожены больше из-за того, что оказались не по собственной воле в неизвестном месте. Наньгун Сы и Е Ванси были очень уставшими как физически, так и морально, но тоже были в боевой готовности. После голос вернулся в первоначальное состояние и прекрасной мелодией разлился по тёмной комнате: — С вашего позволения, я всё-таки продолжу. Я не хочу и не буду как-либо вам вредить, только если морально, но это не моя вина, — никому из сидящих эта фраза не понравилась, заставляя всё больше хмуриться. — Я покажу вам то, чего вы не знаете, то, что никогда бы не узнали, то, что уже знаете, я покажу вам вас, ваши выборы и их последствия, покажу ваши истинные желания и самые потаённые секреты, те, что в любом бы случае открылись и те, которые были бы погребены с вами в могилах. Я покажу вам ваше прошлое, настоящее и будущее. В этот раз тишина продлилась по меньшей мере минуты три: все пытались переварить услышанное. Ши Мэй после слов этого существа только больше напрягся, он сидел как на иголках, его вся эта ситуация, мягко говоря, не устраивала, Хуа Бинань ему об этом вообще не говорил и ни о чём подобном не предупреждал, от этого становилось как-то не по себе. Сюэ Мэну нечего было скрывать, а возможность увидеть будущее была очень привлекательна. Чу Ваньнин побледнел до невозможности, благо все были заняты своими мыслями. "Самые потаённые секреты"?! Да вы издеваетесь! Его пробила мелкая дрожь, если здесь и правда раскроются его самые потаённые секреты, как он будет смотреть в глаза своим ученикам? А старейшине Таньлану и Сюэ Чжэнъюну? А ведь есть ещё Наньгун Сы и глава ордена Гуюэе. Это будет полный провал! У Мо Жаня ситуация была не лучше. Прошлое? Его прошлое? Как на него будут смотреть Сюэ Мэн, дядя, Ши Мэй, а главное - Учитель? Неужели благосклонность Небес в его сторону закончилась? Неужели это конец? Может это всё просто какая-то дурацкая шутка...? Сюэ Чжэнъюн не знал, что думать по этому поводу. Вроде звучит интересно, но в этом всём явно есть какой-то подвох. И разве возможно видеть будущее, да даже если и возможно, то разве это не плохо скажется на судьбе? Наньгун Сы и Е Ванси думали почти об одном и том же: "Секреты? Все секреты их школы уже валяются грязным бельём на засохшей траве, демонстрируя себя всему миру. Желания? Оно у них сейчас самое простое: выжить. Будущее? Оно у них разве есть?" Таньлан думал, что это довольно занимательное дело, но точно не сейчас. Он был согласен с главой ордена целителей, что время сейчас не простое. Цзян Си был в негодовании и его разъедал праведный гнев, но всё равно размышлял о возможности такого исхода, и совсем не понимал как это возможно провернуть, и пока он перебирал, в комнате раздался слегка напряжённый, но всё такой же строгий голос. В тишине он прозвучал даже громче, чем обычно: — Вы хотите использовать одну из запретных техник? Но это не имеет смысла. Нас кто-нибудь да заметит, а это точно повлечёт за собой ненужные последствия. И это нам однозначно навредит. — Я согласен с учителем, надеюсь, вы постарайтесь высказаться более корректно. — Образцовый наставник Мо, конечно, я сейчас всё объясню более понятным языком и отвечу на все ваши вопросы, — уже собираясь слушать сидящих, неизвестная сущность что-то вспомнила и поспешила добавить. — Опережая некоторые очевидные вопросы и отвечая на уже заданный, спешу сказать, что нет. Я не использую «Врата времени, пространства, жизни и смерти». Также время в вашем мире остановилось или, если вам так удобнее будет воспринимать, здесь оно идёт быстрее, в разы быстрее. Здесь вы пробудете довольно долгий промежуток времени, там же не пройдёт и полминуты. Вы не можете в этой комнате навредить друг другу или убить, это сделано для вашей же защиты, – почему-то для Мо Жаня эти слова прозвучали как лязг топора в руках палача. А мелодичный голос всё продолжал. – Насчёт еды и воды не беспокойтесь, всё это будет вам предоставлено. Чтож, теперь можете задавать вопросы. — Какую технику вы используете? — В чём смысл ваших действий? В комнате сразу раздалось два вопроса. Чу Ваньнин и Цзян Си встретились взглядами, после чего старейшина Пика Сышэн всем видом показал, что может уступить первый вопрос главе ордена Гуюэе. — Насчёт смысла моих действий, — прозвучал прекрасный голос, но тут же замолк, как бы подбирая правильные слова. — Я хочу помочь? — Это прозвучало максимально неуверенно, что заметил даже наивный юный феникс: — Что-то мне подсказывает, ты сама неуверена в своих словах... — Кхм, На самом деле я правда хочу помочь, просто то, что я действительно это делаю не совсем только моих рук дело. — Ха, — прозвучал ехидный смешок, и Сюэ Чжэнъюн, сохраняющий пока молчание, повернул голову в сторону говорившего Таньлана. — Я полагаю, вы нам не скажете, с кем сотрудничаете. — Вы абсолютно правы, — в голосе не слышалось ни капли раскаяния или неловкости, он был холодно твёрд, но так же прекрасно мелодичен. — Отвечая на вопрос, по поводу техники, скажу лишь то, что она мне не принадлежит, я не знаю её название, просто могу её использовать. Ещё вопросы? Тишина. — Чтож, если вопросов нет, тогда идём дальше. Видите, пред вами чёрная стена? — за вопросом последовал дружный кивок, после чего неизвестная сущность продолжила говорить. — Это "экран", на нём вы всё и увидите. — Это как тогда, в духовной школе Жуфэн? — задал вопрос Цзян Си, из-за чего получил два не самых приятных взгляда. Голос, тем временем, продолжал литься прохладным родниковый потоком: — Почти, только здесь фрагменты будут иметь более высокую чёткость. — Ладно, мы поняли, — заговорил Чу Ваньнин, когда голос затих. — Меня всё-таки интересует ещё один вопрос: Вы хотите, чтобы мы увидели что-то с другого угла, сделали другие выводы, тем самым изменив будущее? Я прав? — Как обычно, образцовый наставник Чу. — Тогда не вижу причин затягивать, предлаю начать. Быстрее начнём - быстрее закончим. — Я согласен с Юйхеном, не хочется задерживаться здесь надолго. После слов Сюэ Чжэнъюна на чёрной стене появилась горящая золотом фраза, выведенная красивым каллиграфическим почерком: Глава 1. Этот достопочтенный умер. — Глава? — Достопочтенный? — Кхм, — не убирая расшитую ярким золотом надпись, начала неизвестная сущность. — Молодой господин, "главы" для вашего же удобства, — Сюэ Мэн на этот ответ лишь понятливо кивнул. — Старейшина Таньлан, вы всё узнаете в дальнейшем, — мужчина на это лишь благодарно кивнул. А Мо Жань... Он весь покрылся гусиной кожей. Это конец...