Танцуй, Полумесяц

Веночек и платье в ажур

Я сердцем клянусь, никому не скажу

Что ты ночью под тени спустилась с Луны

Позабыв о Богах — танцевала с людьми

И вихрем запляшет Селена

И в свете огней заблестит Диадема

Реальная, можно дотронуться пальцем

Богиня Луны, утонувшая в вальсе

Наконец-то сессия закончилась! Неужели Рождество уже через пару дней? Солнце через окна освящало высокий, прямой силуэт. Уставший, но такой довольный Илья Садакян, наконец сдавший все экзамены и защитив курсовую, шел к в комнату, дабы выпить горячего шоколада и выспаться впервые за месяц. Темно-каштановые (скорее почти чёрные волосы) ниспадали на чуть сгорбленные плечи, уставший взгляд упал на дверной замок. Как же все-таки юноша устал...Еле дойдя до кровати, вместо приготовления пряного Рождественского напитка - он уснул, даже не раздевшись. Так прошло несколько часов, давно стемнело. Проснулся Илья от звуков напевания рождественских песен на кухне, запах горячего шоколада, смешанного с запахом пунша и печенья обволакивали и манили поскорее пойти на кухню. - Ой, какая красота! - восхитился Илья - Какой божественный запах! - Спасибо огромное! Я постарался! - довольный сосед Садакяна, накрывавший на стол заулыбался во всё лицо.Ты выглядишь…уставшим. Илья, все ок? – Жак (так звали нашего уютного и домашнего соседа) - Да-да…Все в норме.- зевнул Илья и присел , ожидая горячий напиток. Но что-то давно уже было явно не так и Жак это уже давно заметил. К сожалению, случилось так, что Илья воспитывался в довольно суровой, жесткой, с огромным количеством рамок и правил русско-армянской семье. Это дало свои плоды уже в более старшем возрасте, юноша слишком сильно стремился оправдать желания и ожидания родителей, дабы те любили его, хотя бы за «А» на экзамене. Даже участь в США уже три года Садакян стремился к одобрению родителей. За время тяжелого обучения юноша очень сильно устал, было ощущение, будто бы все силы, эмоции, желания, стремления покинули его. С недавнего времени Илья стал слышать не то шум, не то голоса в голове, в особенности сразу после сна. Не то, что бы это его сильно беспокоило, однако вызывало некоторую тревогу. Жак же заметил в друге некую заторможенность, отрешенность…И стеклянный взгляд. Холодный, словно мертвый стеклянный взгляд… - Илья…Ты не хочешь ничего мне рассказать? - Дюбуа налил дорогому другу шоколада в кружку, и положил туда палочку корицы. Илья уже пять минут молча смотрел этим жутким взглядом в одну точку. - Ой…Прости. Брат, я просто устал сильно. Спасибо, что волнуешься за мою голову. - А как иначе? - француз потрепал друга по голове, пытаясь смотреть на того максимально мягко, словно своими карими (как тот шоколад в кружке) глазами он хотел оказать дополнительную поддержку. - Я очень устал… - прошептал себе под нос Илья, опять засыпая прямо за столом. Гирлянды, висевшие на кухне, растворялись в его глазах. Жак осторожно помог встать и довел друга до кровати. Сердце его было очень не спокойно. Дюбуа сам убравшись на кухне, включив рождественские песни в наушниках убрал посуду вытер стол, затем одел вишневого цвета рождественскую пижаму, выключил свет и отправился погружаться в Морфеево Царство. Посреди ночи Илья проснулся и увидев странное мерцание на балконе, направился посмотреть…Что это могло быть? Балкон был очень просторным, с большим количеством подушек, где мальчики часто проводили время, так как в Джорджии почти всегда тепло даже по ночам. Выйдя, юноша увидел нечто прекрасное. От Луны шла блестящая, серебряно-голубая дорожка, а по этой дорожке спускалась неземной красоты девушка, чьи черные, будто Вороново крыло волосы доставали до пят. На голове её красовалась диадема с полумесяцем, холодные голубые глаза внимательно рассматривали юношу, прибывавшего в состоянии шока. В первые мгновения Илья просто потерял дар речи, не зная, как начать разговор с неземной, невероятно красивой настоящей Богиней. - Не бойся, я ни в коем случае тебя не обижу - её холодные глаза смотрели прямо в душу. - Прости за то, что прервала твой покой. - Не извиняйся, я не знаю, кто ты и откуда, но уже рад просто любоваться твоей красотой… - взгляд юноши отражался в её зрачках. - Я богиня луны и звезд! Зовут меня Кассиопея! Я совсем-совсем юна…Мне всего три тысячи лет. И мой отец Сириус не пускает меня к людям…Но я не могу просто наблюдать за невероятной планетой Земля со стороны… Ты…Позволишь? -Д-Да, конечно, спускайся! - Садакян расплылся в улыбке - «Три тысячи лет. Молодая богиня Луны. Я спятил.» - Так вот. Я каждый день вижу, насколько Земля прекрасна! Реки, океаны, горы, моря! А отец запрещает мне даже смотреть в эту сторону! И каждую ночь я сбегаю. Папочка никогда меня не поймет и даже не постарается. Ладно об моем отце. Я никогда не общалась…с живыми людьми… - Ее холодные, белые-белые щёки порозовели. Илья, посмотрев на звездное небо увидел, что созвездия Кассиопеи нет. Что за…Как такое вообще возможно?… - И все же я сплю… - прошептал юноша. - Ведь сплю?… - Насколько мне известно… - осторожно засомневалась Кассиопея - Люди спят с закрытыми глазами, не так ли?