talk like that (and split my heart into two)

[I]

      За два года работы с Чишией доктор Хаяши узнала о нём ровно три вещи: он был гениален, невыносим и совершенно ничего не рассказывал о своей личной жизни. Это была не обычная сдержанность в духе «О, я не делюсь личной информацией на работе» и не попытка сохранить профессиональные границы. Скорее, этот человек относился к информации о своей личной жизни как к настоящему контролируемому веществу, с которым нужно обращаться осторожно, хранить в ограниченном доступе и желательно за тремя дверями и в несгораемом шкафу.       Вот почему шарф так её удивил: единственным предметом в его кабинете, который можно было хоть как-то назвать сентиментальным, был суккулент на его столе — и тот умер через неделю, как будто назло. И вот он стоит в сером шарфе ручной вязки, который плотно облегает его шею. Что ещё важнее, шарф явно связал тот, кому он нравился, что казалось статистически маловероятным. — Милый шарф, — Сказала она как бы невзначай, когда они оба потянулись за своими историями болезни на стойке медсестёр, потому что, конечно же, не смогла упустить редкую возможность поболтать. — Кто-то связал его для тебя? – Мм. – О, типа от … друга? – Партнёр, — Сухо поправил Чишия, продолжая изучать свои графики, как будто это был самый обыденный разговор на свете.       Этот ответ вызвал у Хаяши любопытство, потому что за всё это время она ни разу не слышала, чтобы её коллега упоминал о отношениях с кем-то. Чёрт возьми, она даже убедила себя (в шутку), что он либо женат на своей работе, либо, возможно, является каким-то высокофункциональным андроидом.       Но иногда, судя по всему, может произойти волшебство. — О! Твоя девушка сделала это для тебя? — Рядом с ними появилась медсестра Сато, которая явно подслушивала с самого начала. — Как мило! Вы давно вместе? — Партнёр, — Сказал Чишия, разматывая шарф и накидывая его на руку, прежде чем убрать в шкафчик. — И мы уже давно встречаемся. – Давно, — Медленно повторила Хаяши, обменявшись взглядом с Сато. – Это… впечатляюще расплывчато. – Я стремлюсь к последовательности, – Он с тихим щелчком закрыл свой шкафчик и вернулся к таблицам, явно считая разговор оконченным.       Сато, напротив, не разделяла его мнения по поводу этой пикантной темы. – Она работает поблизости? Чем она занимается? – Они работают из дома.       Хаяши оживилась, услышав они, хотя и не была уверена, было ли это сделано намеренно или просто из-за обычного отношения Чишии к местоимениям. В любом случае это не помешало медсестре расспросить его подробнее. – Это здорово! — Сказала Сато, не сбавляя темпа. — Значит, график будет более гибким. В какой сфере? – Разработка игр. – О, видеоигры? – Медсестра в волнении всплеснула руками. – Это так круто! Она— они работают над чем-то, о чём мы знаем?       Чишия наконец оторвал взгляд от своей таблицы, и выражение его лица было таким же спокойным, как всегда. – Возможно. Я не расспрашиваю их о работе, – Он сделал паузу, а затем добавил с едва заметной усмешкой в голосе: – В отличие от некоторых присутствующих, которых, похоже, странным образом интересуют мои… личные отношения.       Хаяши фыркнула. – Ты не можешь просто сказать: «У меня есть партнёр, который вяжет мне шарфы и создаёт видеоигры», и ожидать, что у нас не возникнет вопросов. — Вообще-то, могу, – Парень слегка ухмыльнулся и ушёл, забрав с собой таблицу, оставив после себя лишь шлейф прохладного воздуха, который с шипением рассеялся по кабинету. – Эх, с ним не повеселишься... – Сато фыркнула себе под нос и, дождавшись, пока он отойдёт подальше, заговорщически наклонилась к ней. – Как думаешь, она знает, что он такой... вот такой? – Если они сшили ему шарф, то они точно знают, — Сказала Хаяши, с усмешкой качая головой. — И они, судя по всему, всё ещё здесь, так что они либо святые, либо такие же странные, как он. – Я ставлю на странности, — Рассудительно сказала Сато. — Нормальные люди не вяжут шарфы для доктора Чишии. – Нормальные люди не встречаются с доктором Чишией, Сато. – … Логично.

─── ⋅ ∙ ∘ ☽ ༓ ☾ ∘ ⋅ ⋅ ───

[II]

      Будучи старшим врачом педиатрического отделения университетской больницы Сакурадзава, доктор Мацуда был уверен, что научился хорошо разбираться в людях, будь то пациенты, родители или коллеги, с которыми он тесно сотрудничал. Это был навык, помогавший выживать в отделении, где эмоции зашкаливали, а на кону стояли жизнь и смерть.       Однако Чишия оставался загадкой.       Конечно, этот человек был компетентным — даже блестящим — специалистом, но теплоты в нём было не больше, чем в хирургическом столе. Мацуда видел, как он утешал плачущего ребёнка, и это заключалось в том, что он давал ему леденец и говорил что-то вроде: «Плач не изменит результат, но это может немного его улучшить».       Как ни странно, это сработало.       Поэтому, когда однажды днём он вошёл в комнату отдыха и увидел, что Чишия сидит за столом, лениво щёлкая игрушкой в форме кошки и просматривая на планшете результаты лабораторных исследований, Мацуда решил, что у него галлюцинации. – … Что это? — Спросил он, осторожно ставя на стол чашку с кофе.       Чишия не отрывал взгляда от экрана. — Кликер. — Я вижу. Зачем он тебе? — Потому что он издает щелкающий звук, – Ещë один щелчок завершил его предложение.       Мацуда мог только в недоумении смотреть на него. – И тебе это нужно, потому что ...? – Я нахожу это полезным. – Для чего? – Для щелчка, – Чишия, наконец, поднял взгляд, выглядя несколько утомленным своими вопросами. – Разве это не было ясно из контекста?       Услышав этот ответ, старший врач не смог сдержать лёгкого раздражения, потому что разговаривать с этим человеком было всё равно что пытаться вступить в беседу с особенно самодовольным сфинксом. – …Понятно. Где ты это взял? – Мой партнер.       Конечно же, таинственный напарник нанесёт новый удар. Мацуда узнал о них из больничных сплетен — судя по всему, они занимались разработкой игр и связали для Чишии шарф ручной работы, что было проявлением большей привязанности, чем можно было ожидать от этого человека. — Твоя девушка подарила тебе игрушку в форме кошки, — Медленно произнёс Мацуда, когда эта мысль пришла ему в голову. Он пытался сопоставить эту информацию с тем, что знал о характере своего коллеги. – Партнёр, — Поправил Чишия, не поднимая глаз и продолжая печатать. – И да. – Это… помогает справиться со стрессом? – Немного, – Клац-клац. – Хотя в основном это делается для того, чтобы раздражать людей, которые задают слишком много вопросов.       Мацуда решил проигнорировать этот выпад. – Это мило. Усы и монокль — приятный штрих. – Они думали, я оценю абсурдность, – На долю секунды на лице Чишии мелькнуло что-то похожее на нежность, но тут же исчезло. – Они были правы.       Этого мягкого признания было достаточно, чтобы уговорить его сесть. – Сколько времени у них ушло на то, чтобы это сделать? – Они его не сделали. Они выиграли его в торговом автомате, – Чишия снова уткнулся в свой планшет, явно не желая продолжать разговор. – Судя по всему, потребовалось сорок семь попыток и примерно три тысячи йен. – ТРИ ТЫСЯЧИ—! – Мацуда чуть не подавился своим кофе. – За кликер? – За этот конкретный кликер, – Клик. – Они готовы на всё ради бессмысленных начинаний. – Это… – Он сделал паузу, подбирая нужное слово. – Это даже немного романтично?       Услышав это, Чишия нахмурился, как будто съел что-то кислое. – … Если ты считаешь упорное нежелание признавать поражение романтичным, то конечно. – Я имею в виду, что они потратили три тысячи йен и… сколько там, час или два, пытаясь выиграть для тебя дурацкую игрушку для кошек, – Мацуда указал на кликер. – Вот это преданность делу. – Это ошибка невозвратных издержек, — Поправил его коллега, продолжая нажимать на игрушку почти машинально. – Хотя, полагаю, конечный результат… приемлем. – Просто приемлем? – Я пользуюсь им уже три недели, – Щелчок. – Я бы сказал, что по моим меркам это более чем приемлемо.       Мацуда некоторое время наблюдал за ним, отмечая, как смягчается выражение лица собеседника, когда речь заходит о его партнёре. – Похоже, у него много терпения. — Должно быть, так и есть, — Чишия убрал игрушку в карман и снова взял в руки планшет, явно давая понять, что разговор окончен. — Хотя я подозреваю, что дело скорее в недостатке терпения и в соответствующем упрямстве. – Тебя это привлекает? Упрямство?       Его коллега ответил ему равнодушным взглядом. – Меня привлекают люди, которые понимают, когда разговор подходит к концу, Мацуда-сан. — Верно, верно, – Мацуда поднял руки в знак капитуляции, но не смог сдержать улыбку. — Как бы то ни было, твоя девушка — ах, прости, партнëр — похоже, действительно заботится о тебе. – Я в курсе, – Чишия встал, засунув планшет подмышку. – Хотя я регулярно сомневаюсь в их суждениях. – Это, наверное, самое разумное, что ты когда-либо говорил об отношениях. — Не привыкай к этому, — Он направился к двери, но на пороге остановился и обернулся. — О, и ещё, Мацуда-сан. Если я узнаю об этом от кого-то другого, а не от тебя, я позабочусь о том, чтобы в течение следующего месяца ты участвовал во всех родительских собраниях, включая дело Ямамото.       Мацуда побледнел. Родители Ямамото были известны своими трёхчасовыми консультациями, которые почему-то никогда ни к чему не приводили. И хотя он понимал, что они просто беспокоятся о своём ребёнке, общение с ними порой было утомительным. — ...Ты бы не стал. – Проверь меня, — Улыбка Чишии была одновременно приятной и пугающей. – У меня отличные навыки ведения документации. Я уверен, что администрация оценит мои подробные отчёты об оптимальном распределении персонала. – ...Этого разговора не было. – Разумный выбор, – Затем он убрал руки в карманы и вышел, оставив Мацуду размышлять о том, как кто-то мог добровольно встречаться с этим опасным человеком.

─── ⋅ ∙ ∘ ☽ ༓ ☾ ∘ ⋅ ⋅ ───

[III]

      Физиотерапевт Сузуки повидала немало необычного за время работы в больнице.       Она видела, как ребёнок пронёс в палату целое семейство хомяков. Она видела, как родители пытались подкупить врачей чем угодно — от домашних солений до билетов на концерт. Она даже видела, как доктор Хаяши случайно зашла в кладовку и сделала вид, что так и было задумано, просто чтобы проверить, не спят ли её коллеги после ночной смены.       Но за все эти годы она ни разу не ожидала увидеть доктора Чишию стоящим в коридоре возле комнаты отдыха для персонала и отвечающим на личный телефонный звонок — и уж тем более не ожидала, что он будет выглядеть… радостным из-за этого. — Да? — Его голос звучал мягче, когда он говорил по телефону. — Нет, я не занят. Что случилось?       Сузуки не пыталась подслушивать. Она просто раскладывала оборудование в кабинете для терапии, где в коридоре была отличная слышимость, а её коллега выбрал именно это место, чтобы ответить на звонок. Она ни в чём не виновата, по крайней мере, так она себе говорила.       Она осторожно положила на место резиновую ленту, стараясь не шуметь. — Ты проверил синюю папку на моём столе? — Донёсся из дверного проёма голос Чишии, всё ещё такой же непривычно мягкий. — … Нет, на другом столе. На том, который ты объявил своим два месяца назад, хотя у тебя есть вполне функциональное рабочее место в гостиной.       Пауза. — Потому что ты сказал, цитирую: «Освещение лучше подходит для моего монитора», что, как мы оба знаем, было предлогом для того, чтобы сесть поближе к кухне, – Ещё одна пауза, и Сузуки услышала в его голосе нотки веселья. — Да, я тебя раскусил. Что ты собираешься с этим делать?       Она рискнула выглянуть в дверной проём и увидела, что Чишия прислонился к стене, засунув одну руку в карман, и выглядел совершенно расслабленным, чего она никогда раньше не видела. Спокойное, отстранённое выражение его лица сменилось чем-то почти… нежным, и это было на удивление приятно. – Запасной ключ должен быть в керамической миске, — Продолжил он. — В той, что в форме кошки. Я тоже не знаю, зачем она нам — ты однажды принёс её домой и отказался объяснять.       Затем он пошевелился, поправляя на запястье, как ему показалось, очень красивые часы. Это было что-то новенькое. Сузуки никогда раньше не видела, чтобы он носил что-то, кроме стандартных больничных часов. – … Нет, сегодня я не могу уйти пораньше. В четыре у меня консультация, – Он сделал паузу, прислушиваясь. – Я знаю, ты хотел попробовать новый рамен. Мы можем сходить туда завтра.       То, как он это сказал — терпеливо, с готовностью пойти навстречу, совершенно не похоже на его обычное пренебрежительное отношение — заставило Сузуки задуматься о том, какой человек может вызывать такое уважение у столь замкнутого человека, как доктор Чишия. – Рё, всё в порядке. Я не разочарован, – Ещё одна пауза. – Да, я уверен. Перестань так много думать.       Рё. Значит, у его партнëра теперь есть имя, пусть и прозвище. — Ты принял лекарство сегодня утром? — Спросил Чишия более строгим тоном, хотя в его голосе по-прежнему слышалась нежность, которая не угасала, несмотря на то, что мужчина отчитывал своего партнёра через динамик телефона. — Я так и думал. Иди прими его сейчас. Я подожду.       В трубке послышался слабый звук движения, затем шум воды, а потом — смешок еë коллеги.        – Так гораздо лучше, — Сказал Чишия через мгновение. — Нет, я не перестану спрашивать. Кто-то должен следить за тем, чтобы ты сохранял базовую функциональность.       Когда парень поднял руку, чтобы посмотреть на часы, они снова заиграли в лучах света. Часы были явно новыми — изящные, серебристые, с чёрным циферблатом и минималистичным дизайном. Это был дорогой подарок, но не слишком экстравагантный или броский, как и сам Чишия.       Тот, кто сделал ему этот подарок, явно хорошо его знал. — Мне пора идти, — Сказал он, но не стал сразу завершать разговор. — Мой перерыв заканчивается через пять минут, и я бы не хотел давать Мацуде ещё больше поводов для его теории о том, что я втайне человек.       Снова послышался шорох, и выражение лица Чишии смягчилось, когда на другом конце провода раздался приглушённый смех. – Да, в этом-то и дело. Ты невыносим, когда гордишься собой.       Сузуки поймала себя на том, что улыбается, вопреки здравому смыслу. Это так контрастировало с образом её холодного коллеги, которого она знала — того, кто однажды сказал пациенту, что «адекватный» — это самый высокий комплимент, который он может получить, и что не стоит ожидать словесной похвалы в качестве компенсации за некомпетентность.       Это было... тоже приятно, если быть честной с самой собой. – Я знаю, – Хмыкнул Чишия. – Хм, я тоже тебя люблю. До встречи.       От неожиданности Сузуки чуть не выронила эластичную ленту, но вовремя спохватилась, пока никто не заметил, что она подслушивает телефонный разговор коллеги. Это было бы нехорошо... – Сузуки-сан.       О нет... — О! Чишия-сэнсэй, – Она смущённо хихикнула и обернулась, увидев Чишию, стоявшего в дверях с невозмутимым выражением лица. – Я просто… наводила здесь порядок. – Я вижу, – Он бросил взгляд на мячи для терапии, которые, как она поняла, были расставлены по цвету, а не по размеру. — Это очень… интересная система. – Я... эм... пробовала кое-что новое. — Мм, — Он прошёл мимо неё, чтобы взять со стола папку с документами пациента. — Как изобретательно. Уверен, все оценят твои усилия по поддержанию порядка в этом месте, пока я был занят личным разговором.       Сузуки почувствовала, как от его комментария у неё вспыхнуло лицо. – Я не— я не хотела— – В этом коридоре отличная акустика, так что я всё понял, — Мягко сказал Чишия, не отрываясь от папки. — Я тебя не виню. – Верно, – Она помолчала, а потом не удержалась и всё-таки спросила. – Эти часы новые, да?       Чишия взглянул на своё запястье, и на мгновение на его лице мелькнуло что-то похожее на улыбку, но недостаточно явное, чтобы удивить её. – Это подарок на день рождения, который я получил три недели назад. – От вашей девушки? — Партнёр, — Автоматически поправил он, а затем добавил с едва заметной усмешкой: — У них отвратительный вкус в том, что касается ресторанов, но безупречный вкус в том, что касается часов. Я всё ещё решаю, какое качество важнее. – Это ... очень мило? – Сузуки осторожно прокомментировала. – Это практично. Мне нужны были новые часы, – Он закрыл папку и убрал её под мышку. – Хотя на них есть гравировка, что было излишне сентиментально. — Что там написано?       Чишия бросил на неё взгляд, но через мгновение слегка повернул запястье, чтобы она могла увидеть. Судзуки наклонилась и разглядела крошечные буквы, выгравированные на обратной стороне циферблата: Не забудь вернуться домой.       От этих слов у неё в груди что-то потеплело. – Это на самом деле очень мило. – Это напоминание, замаскированное под проявление чувств, — Сухо сказал Чишия. — Они знают, что я теряю счёт времени во время долгих смен. – Всё равно мило. – Если ты так считаешь, – Он направился к двери, но остановился. – Сузуки-сан, я надеюсь, этот разговор останется между нами? — Конечно, — Быстро ответила Сузуки, хотя уже мысленно прикидывала, как позже перескажет эту историю Хаяши. (В еë защиту скажу, что формально она собиралась рассказать об этом только одному человеку, что всё равно считалось сохранением тайны. В основном.) – Я сохраню ваш секрет, Чишия-сэнсэй. — Хорошо, — Хмыкнул Чишия. — И, Сузуки-сан, в следующий раз, возможно, вам стоит использовать более логичную систему. Разделение терапевтических мячей по цветам — это креативно, но контрпродуктивно, когда кому-то в экстренной ситуации нужен определённый вес.       Сузуки была готова прямо сейчас вырыть себе яму. – … Ах, да, я всё исправлю. – Я в этом не сомневаюсь, – Он ухмыльнулся в ответ и ушёл, его шаги медленно стихали в коридоре.

─── ⋅ ∙ ∘ ☽ ༓ ☾ ∘ ⋅ ⋅ ───

[IV]

      Административный координатор Омура гордилась тем, что знала обо всём, что происходило в университетской больнице Сакурадзава.       Она знала, кто из врачей с кем спит (три пары, возможно – четыре, если слухи об анестезиологах правдивы), кто из медсестёр ищет работу (две в педиатрии, одна в кардиологии) и, конечно же, знала, кто в прошлом месяце случайно включил пожарную сигнализацию, разогревая рыбу в микроволновке в комнате отдыха для персонала (однако она унесёт этот секрет с собой в могилу, потому что доктор Сайто принёс ей в качестве извинения дорогую выпечку, которой она питалась целую неделю).       Чего она не знала – и это беспокоило её больше, чем она хотела бы признать – так это подробностей личной жизни доктора Чишии.       Этот человек был призраком. Он появлялся, выполнял свою работу с пугающей компетентностью и уходил. Он не сплетничал. Он не жаловался. Он почти не поддерживал светскую беседу. За всю свою карьеру в администрации больницы она не встречала никого настолько замкнутого.       Вот почему она чуть не упала со стула, когда доктор Чишия вошёл в её кабинет с брошюрой, рекламирующей романтический отдых. – Омура-сан, – Поздоровался он своим обычным бесстрастным тоном, кладя на её стол заявление на отпуск. – Мне нужно подать его на следующий месяц.       Как обычно, она взяла бланк и просмотрела его, чтобы понять, о чём идёт речь в этом запросе на отпуск: две недели на Окинаве, даты отъезда... – Это довольно неожиданно, – Осторожно сказала она, глядя на него. – Ты просишь отпуск на три недели. – Я знаю, как работают календари.       Омура сдержала вздох. — Доктор Чишия, заявление на отпуск нужно подавать как минимум за шесть недель, особенно если речь идёт о длительном отпуске. — Я тоже об этом знаю, — Он постучал по брошюре. — Однако мой партнёр нашёл выгодное предложение на проживание, которое истекает через 72 часа, поэтому я отправляю его сейчас, чтобы они могли забронировать номер как можно скорее. — Твой партнëр, — Повторила Омура, потому что, конечно же, таинственный напарник был причастен к этому заданию. Она и раньше слышала разговоры об этом человеке — шарф, кликер, часы — но впервые услышала, как Чишия сам упоминает о нём. – Да. Они изучают пляжные курорты уже около двух месяцев, – Он сказал это спокойно, как будто речь шла о плане лечения пациента. – Я согласился пойти им навстречу. – Пойти им навстречу, — Повторила она, потому что мысль о том, что доктор Чишия добровольно проведёт две недели на пляже с другим человеком, была настолько странной, что её мозг действительно с трудом мог это переварить. — Ты собираешься… расслабиться? На пляже? – Да, обычно так и поступают на пляжном курорте. – Я просто... — Она неопределённо махнула рукой в его сторону, указывая на идеально выглаженный белый халат и на то, что он вообще не выглядит человеком, который хоть день в своей жизни провёл без напряжения. — Ты не похож на любителя пляжного отдыха. – Я не... – Чишия достал телефон, несколько раз нажал на экран и повернул его к ней. – Но мой партнëр прислал мне это в два часа ночи, добавив примерно пятнадцать восклицательных знаков, так что я исхожу из того, что для него это важно.       Омура посмотрела на фотографию. На ней был запечатлён закат над прозрачной голубой водой, пальмы, покачивающиеся на ветру, и что-то похожее на очень красивое бунгало на берегу. Кто-то нарисовал вокруг изображения маленькие сердечки и звёздочки, а также написал агрессивным жизнерадостным шрифтом: «ШУН, ПОСМОТРИ, КАК КРАСИВО!!!»       Это было… на самом деле невероятно мило. – Кажется, твой партнёр в восторге, – Дипломатично заметила она. – У него эмоциональная регуляция как у золотистого ретривера, — Сухо сказал Чишия, убирая телефон в карман. — Это одновременно утомительно и необъяснимо мило.       Омура моргнула. Возможно, это было самое личное, что она когда-либо от него слышала, и она не знала, как реагировать на эту информацию. – Понятно… Так сколько вы уже вместе? — Достаточно долго, чтобы я научился выбирать, с кем сражаться, – Он снова постучал по бланку, на этот раз с чуть большим нетерпением — что было редкостью, потому что этот человек и «нетерпение» — несовместимые понятия. – Это приемлемо или нет?       Она хмыкнула, посмотрела на расписание сотрудников на своём компьютере и слегка нахмурилась. – … Будет непросто. Мацуда-сан уже записался на конференцию на этой неделе, и … – Хаяши-сан может взять на себя мои дела. Она всё равно охотится за более сложными пациентами, – Судя по тону Чишии, это было предрешено. – Я уже обсудил это с ней. – Ты обсудил это с ней перед тем, как подать заявление? – Я верю в эффективное управление временем, Омура-сан.       Конечно, он это сделал. Омура открыла расписание и мысленно поменял местами смены. – А как же твоя дежурная смена? – Я поменяюсь с Кимурой-саном. Он должен мне за то, что я подменил его во время выступления его дочери в прошлом месяце. – А если у одного из твоих постоянных пациентов случится что-то серьёзное? – Тогда Хаяши-сан займётся этим, а я буду доступен для удалённой консультации, если это будет абсолютно необходимо, – Он сделал паузу. – Хотя я бы предпочёл этого не делать, ведь для этого и нужен выходной.       Услышав этот комментарий, Омура ненадолго замолчала, изучая коллегу. За все годы работы здесь доктор Чишия ни разу не брал больше трёх выходных подряд (и даже в этом случае её долго уговаривало руководство). Он работал в выходные, брал дополнительные смены и в целом вёл себя так, будто за пределами этих стен у него не было никакой жизни. Поэтому тот факт, что он попросил двухнедельный отпуск, чтобы поехать на Окинаву со своим партнёром, который в два часа ночи присылал ему восторженные сообщения о красивых закатах, казался маленьким чудом. – Хм, если дело в этом... – Она поймала себя на том, что улыбается, несмотря на здравый смысл. – Думаю, мы можем это сделать. – Отлично, – Чишия кивнул, похоже, довольный тем, как складывается разговор. – Вам нужно что-то ещё? — Если не считать нескольких подписей от руководителей отделов, то нет, – Омура сделала пометку в бланке. — Должно быть, твой партнёр очень убедителен, раз ты просишь отгул. – «Настойчивый» – более точное слово, – Он вздохнул и сунул брошюру под мышку. – Они расклеили по всей квартире стикеры с разными фактами о пляжах. А вы знали, что в Окинаве более 160 островов? – Нет. – Я тоже не знал, пока в шесть утра не обнаружил эту информацию на своей кофеварке, – Его тон был совершенно невозмутимым, но Омура могла поклясться, что уловила в нём едва заметную нежность. – А ещё там была нарисованная от руки карта и список ресторанов, которые мы «обязательно должны посетить». – Звучит заманчиво. – В этом что-то есть, – Сказал Чишия, что не было ни подтверждением, ни отрицанием. – Спасибо, что согласились так быстро, Омура-сан. – Конечно. Хорошего тебе отпуска, Чишия-сан. – Я постараюсь, — Сухо ответил он.

─── ⋅ ∙ ∘ ☽ ༓ ☾ ∘ ⋅ ⋅ ───

[+1]

      За всю свою жизнь Арису побывал в трёх больницах: один раз, когда в семь лет сломал руку, упав с качелей, второй раз, когда его мать боролась с болезнью, которую он был слишком мал, чтобы понять, и третий раз, когда он очнулся после Пограничья, не помня, как туда попал.       Он мог с уверенностью сказать, что ненавидит их всех одинаково.       Но сегодня утром Чишия написал ему, что забыл свою карту доступа и, судя по всему, не сможет попасть в хранилище лекарств без неё. Конечно, Арису мог бы просто сказать ему, чтобы он взял чью-нибудь карту, как нормальный человек, но его парень добавил: «Полагаю, мне просто придётся объяснять фармацевтам, почему я не могу попасть в запертый кабинет» — с таким театральным мученичеством, что в конце концов Арису сдался.       Так он оказался в вестибюле университетской больницы Сакурадзава с картой Чишии в руках и задавался вопросом, почему во всех больницах пахнет одинаково, независимо от того, в какой из них ты находишься. – Э-э, извините... – Арису подошёл к стойке регистрации с робкой, почти застенчивой улыбкой, держа в руках карту, как будто это был пропуск, который мог спасти ему жизнь. – Мне нужно передать это доктору Чишии? Кажется, он работает в педиатрическом отделении? – Конечно! Давайте я позвоню в отдел, – Весело ответила женщина за стойкой, протягивая руку к телефону. — Вы его родственник? – Э-э... – Арису замялся, потому что как именно можно объяснить что Я его парень, но он так тщательно скрывает свою личную жизнь, что его коллеги, наверное, думают, что он встречается с разумной таблицей Эксель? – Я его... партнёр? – О! – В её глазах вспыхнуло что-то похожее на радость, и это почему-то встревожило его больше, чем если бы она просто сказала «нет». – Боже мой, ты его партнёр! Тот, кто связал шарф! – Я… Эм… Да? – Осторожно ответил он, потому что прошлой зимой действительно связал Чишии шарф, хотя сильно недооценил, насколько сложным на самом деле может быть вязание, и в итоге получил не «уютный зимний аксессуар», а скорее «текстильное место преступления». Его парень всё равно надел этот шарф, мерзавец, вероятно, просто чтобы заставить его почувствовать себя виноватым из-за неровных стежков. – Не говоря уже о кликере или часах, – Женщина у стойки чуть ли не вибрировала от волнения. – Всем было так любопытно! Доктор Чишия никогда о вас не рассказывает! – Это на него похоже, – Пробормотал Арису. – Пожалуйста, позвольте мне попросить кого-нибудь проводить вас наверх! Я уверена, что все были бы рады познакомиться с вами! – Она уже снова брала трубку. – Доктор Хаяши? Да, здравствуйте! Партнер доктора Чишии здесь, в вестибюле, с его картой. Не могли бы вы ...? О, прекрасно! Да, я сейчас пришлю их наверх!       Арису едва успел осмыслить фразу «все будут рады с вами познакомиться», как в вестибюле появилась врач с добрыми глазами и понимающей улыбкой. – Вы, должно быть, партнëр Чишии-сана! – Доктор – Хаяши, как было написано на её бейдже – протянула руку с энтузиазмом, который обычно приберегают для встречи с малоизвестными знаменитостями. – Я доктор Хаяши. Очень рада с вами познакомиться!       Арису пожал ей руку, чувствуя себя так, словно попал в альтернативное измерение, где он каким-то образом стал знаменитым. – Э-э, и мне приятно познакомиться? Я здесь только для того, чтобы отдать карту Чишии... – Ах да, я провожу вас в педиатрическое отделение! — Доктор Хаяши взволнованно указала на лифт, и Арису задумался, не так ли чувствуют себя животные в зоопарке, когда люди толпятся у их вольеров. – Должна сказать, мы все умираем от желания узнать о вас побольше. Чишия-сан очень скрытен в том, что касается его личной жизни. — Да, он... такой, — Слабо возразил Арису, следуя за ней в лифт и быстро бросая взгляд на контакт своего парня, напечатав: твои коллеги просто ужасны, а я с большинством из них ещё даже не знаком.       Ответ пришёл почти сразу после того, как он отправил это сообщение. Шун: Ты сам согласился доставить моё удостоверение личности лично, а не через курьерскую службу. Рё: ты сказал, что оно тебе НУЖНО как можно скорее. Шун: Я сказал, что мне придётся объяснять, почему я не могу получить доступ к аптечке. Это не одно и то же. Рё: Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ Шун: Нет, не ненавидишь. Шун: Ты просто легко поддаёшься чувству вины. Рё: я сейчас развернусь Шун: Нет, не развернёшься. Шун: Ты ведь уже в лифте, не так ли?       Арису посмотрел на мелькающие цифры этажей и почувствовал себя преданным из-за того, как хорошо Чишия его знает. – И так! – Весёлый голос доктора Хаяши вернул его к реальности. – Ты ведь работаешь в сфере разработки игр, верно? Это, наверное, здорово! – О, да. Я в основном работаю из дома, – Он убрал телефон в карман, стараясь не обращать внимания на то, что лифт, казалось, двигался невероятно медленно. – Довольно гибкий график, и это здорово. – И ты вяжешь! Это такое милое хобби. – Я… бы не назвал это вязанием, скорее, это было похоже на «агрессивное скручивание пряжи до тех пор, пока она не стала отдаленно напоминать одежду», – Признался Арису, потому что не было смысла притворяться, что у него есть какие-то навыки, ведь Чишия как минимум трижды жаловался на структурную целостность шарфа. – Честно говоря, шарф, который я ему связал – это просто катастрофа. – Но он всё равно его носит! – Женщина хихикнула, как будто только что узнала что-то очень полезное для своих медицинских исследований. – Он носил его постоянно в течение двух месяцев и всегда обращался с ним бережно. Мы были очень впечатлены.       … Хм, так вот что на самом деле чувствовал его парень по поводу его шарфа. Понятно.       Прежде чем он успел ответить на этот комментарий, лифт издал сигнал, означающий, что они достигли пункта назначения, и Арису вышел в коридор, где его ждала засада.       В коридоре ждали как минимум три человека, и все они пытались (безуспешно) сделать вид, что оказались здесь по совершенно законным рабочим причинам. Медсестра притворялась, что изучает планшет, другой врач очень внимательно изучал плакат о гигиене рук, который явно висел на этой стене уже много лет, а физиотерапевт пытался изобразить самое неубедительное в мире «простое совпадение». – О, – Слабо произнёс он, борясь с желанием развернуться и убежать. – Привет?.. – ЭТО ПАРЕНЬ, — Громко выпалила медсестра Сато, судя по бейджу, и указала на него, как на экзотическое существо, которое только что появилось в их комнате отдыха. – ПАРТНЕР ЧИШИИ-САН — МУЖЧИНА! – Сато-сан! – Прошипела физиотерапевт Сузуки, с такой силой толкнув коллегу локтем, что та тихо вскрикнула. – Ты не можешь просто так... – Я ЗНАЮ, Я ЗНАЮ, НО... – Сато отчаянно жестикулировала, указывая на Арису, и всерьёз обдумывала каждый свой жизненный выбор, который привёл еë к этому моменту. — ОН ВСЕГДА ГОВОРИЛ «ПАРТНЕР», ДА, НО МЫ ПОЛАГАЛИ... – Вы предположили, – Мягко поправил коллегу врач-мужчина по фамилии Мацуда, хотя выглядел таким же удивлённым, как и она. – Некоторые из нас были настроены скептически. – Ты буквально поставил пять тысяч иен на то, что его партнёр — девушка, — Со вздохом добавила Хаяши. – Это было до того, как я учел все переменные, – Оправдался Мацуда.       Арису стоял, сжимая карту Чишии, как щит, и думал, можно ли умереть от смущения, которое испытываешь за кого-то другого. – Эм. Я просто пришëл, чтобы отдать... – ТЫ ТАКЖЕ ВЫИГРАЛ КЛИКЕР В ТОРГОВОМ АВТОМАТЕ, — Снова перебила его Сато, явно неспособная воспринимать информацию в нормальном темпе. – ЗА ТРИ ТЫСЯЧИ ЙЕН, ПРАВДА? – ... Да, сорок семь попыток, – Арису подтвердил, потому что в данный момент было бессмысленно это отрицать. – Хотя, в свою защиту, скажу, что машина точно была подстроена. – Как романтично, – Мечтательно вздохнула Сузуки, сложив руки, и в тот же момент Мацуда прокомментировал: – Это ошибка невозвратных издержек.       Арису не смог сдержать смешок, несмотря на всю абсурдность ситуации. – Чишия сказал то же самое. – Конечно, сказал, — Тихо пробормотала Хаяши, но всё равно весело улыбнулась. — Это так похоже на него. — И ты связал ему шарф! — Добавила Сато, когда полностью оправилась от первоначального шока и сосредоточился на допросе. — И это несмотря на то, что ты мужчина! – ... Думаю, мужчины тоже могут вязать, — Осторожно заметил он, гадая, не попал ли он случайно в эпоху, когда это считалось чем-то постыдным. – Это ведь не... гендерное занятие, верно? — Нет-нет, нет нет! — Медсестра отчаянно замахала руками, чтобы убедиться, что он её правильно понял. — Я имела в виду... он всё время говорил «они» и «партнёр» и так и не дал нам однозначного ответа, когда мы спросили про девушку... – Это… тоже на него похоже, к сожалению… – Арису вздохнул, потому что Чишия, конечно же, позволил своим коллегам строить любые предположения, вместо того чтобы просто объяснить, что его партнёр — мужчина. Именно такой пассивный хаос мог бы позабавить его парня. – Хорошо, теперь, когда Сато-сан немного успокоилась, не могли бы вы рассказать нам, как вы познакомились? — Спросила Сузуки, подавшись вперёд с неподдельным любопытством. — Это было романтично? – Э-э… – Он замялся, пытаясь придумать, как объяснить всë, что мы оба участвовали в смертельной игре, и он был тем ещё придурком, но при этом несколько раз спасал мне жизнь, а потом мы постоянно сталкивались друг с другом после возвращения и в конце концов начали спать вместе, что переросло в настоящие чувства ситуацию так, чтобы это не звучало совсем уж безумно. – Мы познакомились через общих друзей. Поначалу всё было довольно непринуждённо. – Общие друзья, – Медленно повторила Хаяши, и у Арису сложилось чёткое впечатление, что она запоминает это для будущих расспросов. – Это… расплывчато. – Я стремлюсь к последовательности, – Автоматически ответил он и тут же поморщился, потому что сам того не желая процитировал Чишию. Речевые обороты этого ублюдка, очевидно, очень заразительны. – Эм, в общем, думаю, мне нужно отдать ему эту карту, пока он не начал присылать мне пассивно-агрессивные сообщения... – Слишком поздно, – Раздался позади него голос Чишии, и Арису обернулся. Его парень стоял, скрестив руки на груди, с выражением лица, в котором читались одновременно веселье и раздражение. – Я начал примерно пять минут назад. – За последние пять минут мне никто не писал, – Возразил он и достал телефон, чтобы проверить. – Я сочинял их в уме. Главное — это мысль, – Блондин шагнул вперёд, выхватил карту из его рук с ловкостью человека, обезвреживающего бомбу, и прикрепил его к своему белому халату. – Спасибо за доставку. Теперь можешь идти. – Ого, – Саркастически прокомментировал Арису, потому что грубость его парня всегда поражала. – Это так романтично. Я действительно чувствую любовь. – Ты выживешь, – Чишия ухмыльнулся и повернулся к своим коллегам, которые наблюдали за происходящим так, словно это было самое интересное событие за всю неделю. – Разве у вас нет работы? – У нас перерыв, — Сразу же сказала Сато. – У всех вас одновременно? – Теперь его тон был более ровным. – Как удобно. – Очень удобно, – Согласился Мацуда, даже не пытаясь скрыть улыбку. – Мы как раз знакомились с твоим парнем. – Партнëром, – Автоматически поправил Чишия, а затем, похоже, понял, что только что сделал, и со вздохом ненадолго закрыл глаза. — ... Парень. Ладно. Да. Это Арису Рёхэй, мой парень. Вот. Тайна раскрыта. Теперь вы все можете вернуться к работе. – АРИСУ РЁХЭЙ? – Голос Сато почему-то стал ещё громче. – КАК РАЗРАБОТЧИК ИГРЫ, КОТОРЫЙ РАБОТАЛ НАД ИГРОЙ-ГОЛОВОЛОМКОЙ, ПОЛУЧИВШЕЙ ВСЕ ЭТИ НАГРАДЫ В ПРОШЛОМ ГОДУ?       Арису моргнул, явно удивлённый. – Вы знаете об этом? – МОЙ СЫН ОБОЖАЕТ ЭТУ ИГРУ! ОН ВСЁ ВРЕМЯ В НЕЁ ИГРАЕТ! – Медсестра буквально дрожала от волнения. – Это ты её создал? – Я... да? – Арису взглянул на своего парня, который, казалось, уже смирился с этой ситуацией. – Это была командная работа, но бóльшую часть основной механики и дизайна головоломок сделал я. – Это так круто! Можно мне взять у вас автограф? Мой сын бы... – Сато-сан, – Спокойно перебил еë Чишия. – Разве у вас нет пациента в палате 304, которому нужно измерить давление? – Это может подождать пять минут... – Нет, не может, – Он повернулся к Мацуде. – А разве у вас не консультация через десять минут? – Вообще-то пятнадцать, так что у меня есть время... – СЕМЬ МИНУТ, – Внезапно сказал Арису, доставая телефон и поворачивая экран к Чишии. – Семь минут назад ты прислал мне три сообщения, в которых использовал медицинские термины. Лжец. – … Я округлял в меньшую сторону, чтобы ещё немного пощадить твои чувства. – Ты НЕ… – Это потрясающе, – Прошептала Сато Сузуки. – Они препираются, как пожилая супружеская пара. – МЫ НЕ В БРАКЕ, – Одновременно съязвили они, и это заставило девушек улыбнуться ещё шире. – Пока что, – Услужливо добавил Мацуда. – ... не помогает, – Пробормотал Арису, чувствуя, как краснеет, в то время как его парень просто потёр переносицу и пробормотал что-то о вступительном взносе в этот цирк. – О, пожалуйста, ему нравится внимание, – Поддразнила Хаяши. – Он уже несколько месяцев хвастается всем, что ты ему даришь. – Я не хвастался... – Шарф, — Сато загибала пальцы. — Кликер. Часы. Брелок с комично нарисованным котом... – Этот кот милый, – Невозмутимо ответил Чишия, и то, что он его защищал, почему-то показалось ещё смешнее.       Арису в замешательстве уставился на него. – … Ты сказал, что кот выглядит так, будто попал в аварию. – Так и есть. Вот почему он такой милый, – Его парень пожал плечами. – Асимметрия говорит о развитии персонажа. – Это самая нелепая вещь, которую ты мне когда-либо говорил. – Значит, ты невнимательно слушал.       Сузуки рассмеялась, явно довольная этим разговором. – Хорошо, нам, наверное, стоит оставить вас наедине. Но, Арису-сан… — она повернулась к нему с тёплой улыбкой. – Было очень приятно познакомиться с вами. Вы всегда желанный гость здесь. – Спасибо, — Смущённо ответил он. — И простите за путаницу с… гендерной принадлежностью. – Это была полностью вина Чишии-сана, — Весело сказал Мацуда. — Он мог бы прояснить ситуацию в любой момент. – И что в этом интересного? — Спросил Чишия, уже поворачиваясь, чтобы идти обратно по коридору. — Рё, ты идёшь или собираешься стоять здесь и позволять им допрашивать тебя дальше? — Я... Подожди, ты хочешь, чтобы я остался?       Его парень остановился и оглянулся через плечо с почти нежным выражением лица. – Ты проделал такой путь, так что давай не будем терять время. У меня перерыв через двадцать минут. – Это твой способ пригласить меня на обед? – Это мой способ констатировать факт. То, как ты это интерпретируешь — твоё дело.       Несмотря ни на что, Арису всё равно не смог сдержать улыбку. – Ты просто невыносим. – И всё же ты остаёшься, – Ухмылка Чишии была до бешенства самодовольной. – Можно даже назвать это закономерностью. – Можно также назвать это Стокгольмским синдромом. – Только если бы я похитил тебя первым, что было бы неправдой, поскольку ты охотно преследовал меня. – В своей жизни я принял столько сомнительных решений, — Вздохнул Арису, но уже шёл за Чишией по коридору, прекрасно понимая, что за их спинами все обмениваются понимающими взглядами. – Да, — Мягко согласился его парень. — Свидания со мной определённо были в тройке лучших. – А какие были ещё два? – Сорок семь попыток, которые ты предпринял, чтобы достать для меня мистера Нуара, и тот раз, когда ты пытался собрать полку Икеи без инструкции. – Инструкции были на шведском! – Там были картинки, Рё.       Позади них Арису услышал, как Сато с излишним энтузиазмом прошептала-прокричала: «Они такие милые!» — и решил, что, возможно, больницы не так уж и ужасны.       (А если бы Чишия позже написал ему, чтобы сообщить, что Сузуки удалось сделать их совместное фото или даже два… что ж, это была бы проблема, которую ему предстояло решить в будущем.)