Свободен

-Стреляй-кричу я, потому-что только смерть станет свободой. Твоей и моей... Я на нетвердых ногах, с затуманенными от ударов глазами смотрю на тебя, ощущая во рту противный металлический вкус крови. Курт, ты то холодный, то горячий. Я всегда пытался успеть за тобой и быть таким же как ты. Но за всю жизнь так и не смог догнать тебя. Когда отец выпивал и избивал нас, ты успокаивал меня и обнимал, я засыпал только тогда в твоих объятиях. Когда мы повзрослели, особо ничего не изменилось. Ты примкнул к нацистам, я поступил также, хоть и не особо задумывался об этом, главное для меня в тот момент было-быть рядом с тобой. Глубокими темными ночами, когда навязчивые мысли в голове, не дают заснуть. Я вспоминаю нашу юность, как мы трахались днями и ночами, как только приспускали одежду, потому-что в нацистском логове, нас мог кто угодно заметить. Как нежно касались друг друга, как ты целовал меня собственнически, проникая языком не только в рот, но и в душу. Затем я вспоминаю как ты потом бросил меня, решив идти дальше. Ты наносил тогда одну татуировку за другой, покрывая почти все свое тело черными и синими чернилами. Но самую первую я помню очень хорошо и отчётливо. Как забыть то как я проводил языком по твоей груди, касался пальцами, сжимал сквозь одежду, стимулируя соски. Как забыть то, что именно эту татуировку я насильно выжег пока ты кричал от боли... Ты же видимо решил отомстить и забрал мою жену, сына и то что уже давным давно забрал-мою жизнь. Когда я узнал что ты стал полицейским, я посмеялся, потому-что это звучало как анекдот. "Бывший нацист который вместе со всеми избивал черных и узкоглазых, решил попасть в рай и сменить цели". Но я тогда только захотел чтобы ты арестовал меня и применил наручники. Я кончил два раза подряд только на эту фантазию, пока мои собратья сидели в другой комнате и думали что я нормальный. У нас с Мэгги почти не было секса. Было только два варианта соития: 1) Я мерно в миссионерской позе нежно трахал её, как в ненавистных романтических фильмах. 2) Я грубо без слов брал её сзади, совершая глубокие, резкие толчки, насаживая её на себя как дешёвую шлюху. Но ей второй вариант не нравился... Я сейчас иду к тебе, Курт, ты уже нацелил пистолет на меня а сзади стоит перепуганная Мэгги. А я думаю только о том, что тебе бы второй вариант понравился. Ты делаешь выстрел один за другим. И с каждой пулей попавшей в мое тело, мне становится легче, я наконец свободен. От нездоровой любви к собственному брату...