We Band of Buggered/Мы банда придурков

Баффи и Уиллоу были измотаны. Они тихо вошли в дом, ожидая, что Ксандер спит на диване, а Дон – в своей комнате. Пройдя половину прихожей, девушки были удивлены внезапно зажжённой настольной лампой. Ксандер сидел на диване. Он выглядел уставшим. Они вошли в гостиную. — Почему ты не спишь? — тихо спросила Уиллоу. — Просто задумался. И немного волнуюсь — Ксандер провёл рукой по волосам и выпрямился — Вы, ребята, опоздали. — Ночью? — поинтересовалась Розенберг. — Извини. События в ночь патрулирования, — Баффи предложила общее, хотя и правдивое оправдание. — Ты в порядке? — Харрис обратился к Уиллоу, которая внезапно проснулась и внимательно высматривала любые признаки травм. — Да, Ксандер, я в порядке, — Рыжеволосая попыталась говорить как можно более ободряюще. Ему стало не по себе, когда Уиллоу не смотрела ему в глаза, когда говорила это. Присмотревшись, он заметил, что что-то изменилось, произошло. Баффи и Уиллоу стояли в гостиной напротив него за журнальным столиком, вместо того чтобы сесть или просто подняться в свои комнаты. Они держались близко друг к другу, постоянно почти или ненадолго соприкасаясь. Это напомнило ему, как они вели себя в старшей школе, и это вызвало бы у него улыбку, если бы в последнее время они всегда держались на безопасной дистанции друг от друга. Знакомое чувство тоски охватило его, и он вгляделся глубже. — Ты укушена! — Ксандер тут же встал и ткнул пальцем в Уиллоу. — Нет, не я, — Розенберг сначала растерялась, но потом, поняв, что он видит, прикрыла шею рукой, прежде чем парень смог разглядеть больше. — Нет, не была! — возразила Баффи, прежде чем осознала свои слова. — Да, тебя укусили. Я знал, что тебе не стоит выходить на патрулирование, — Ксандер стоял на месте, глядя подруге в глаза. — Я не могу просто сидеть здесь всю ночь и ничего не делать, — защищалась Уиллоу. — Как и я? — Ксандер подчеркнул свою мысль, снова усевшись на диван и раскинув руки. — Ты тоже можешь пойти патрулировать. Это твой выбор, ты же знаешь, — напомнила ему Уиллоу. — Нет, пока он не перестанет судить меня за мою работу, — возразила Баффи. Ей это надоело. Устала от вопросов Ксандера о том, как она живёт и справляется со своей жизнью. — То, как ты сейчас охотишься, чуть не привело к гибели Уиллоу, — обвинил ее Харрис. Он был в ужасе от того, что стало с Баффи с тех пор, как она вернулась к ним. Сначала он пытался продолжать ходить с ней в патрули. Теперь "патруль" оказалось неподходящим словом для описания ее ночных вылазок. Ему надоело вяло смотреть, как Баффи в одиночку отправляется на поиски и заманивание вампиров к себе. Ему было плохо, холодно, когда та возвращалась. Пустой, тяжелый взгляд оставался на ее лице после убийства. Как будто ничто из того, что произошло ночью, не трогало ее. Как будто ничто и никто не мог ее коснуться. Он боялся за подругу, когда она выходила, думая, что, возможно, ей все равно, будет она жить или умрет. Он и сам немного боялся ее, видя взгляд в ее глазах, когда это было сделано. Поэтому он остался с Дон. Убеждал себя, что защищает ее, и беспокоился в темноте. — Не Баффи чуть не убила меня, — поправила Уиллоу — Восемь вампиров, которые на нас напали, чуть не убили меня. Дон услышала нарастающие голоса и встала с постели. Она тихо села на верхнюю ступеньку в тени и прислушалась. — Восемь вампиров? Ты использовала магию, да? — Ксандер скрестил руки на груди и закрыл глаза, чтобы не видеть правды. Уиллоу не должна была использовать магию без крайней необходимости, и если бы она не пошла сегодня на патрулирование, в этом не было бы возможности. Он переживал за Уиллоу даже больше, чем за Баффи. Словно какое-то щупальце Адской Пасти протянулось и овладело его другом детства. Он чувствовал, что теряет её так же, как потерял Джесси. Ей просто нужно было бороться с этим, не подпускать. Разве что им придётся сражаться с каким-нибудь великим злом. Но даже тогда он не хотел, чтобы она это сделала. — Ксандер, мне пришлось использовать магию. Ну, знаешь, чтобы спасти свою жизнь и всё такое — Уиллоу опустила руку с шеи. Она глубоко вздохнула и решила быть честной и открытой, надеясь, что он в конце концов справится. — Магия — это не зло. Проблема даже не в этом. Как я справилась с небольшой толикой силы? Вот в чём проблема. Просто сама энергия в этом уголке мира немного темнее. Мне нужно быть осторожнее. С собой, а не с магией. Ксандер… — Уиллоу замолчала, пока он не поднял взгляд и не посмотрел ей в глаза — Я боролась. Я спасла свою жизнь. И с небольшой помощью друга я справилась. Мне нужно было это сделать. Это нужно было сделать. — Почему? — спросил Ксандер — Почему ты не могла не патрулировать, не использовать магию, пока... — До чего? — голос Уиллоу повысился, когда она бросила ему вызов — Пока не случится что-нибудь серьёзное и мне не придётся внезапно применить какое-нибудь серьёзное колдовство? В этом есть огромный смысл. — Тебя укусил вампир! — Ксандер выдал то, что считал победным аргументом. — Вампир этого не делал! — Розенберг указала на свою шею. — Точно — Ксандер уставился на настоящую, твёрдую поверхность журнального столика — Теперь мы играем в "Угадай демона". Так что же тебя укусило, Уиллоу? — Я, — Баффи ошеломила всех в комнате. Уиллоу села в ближайшее кресло, обхватила голову руками и стала ждать. — Ты это сделала?! Что ты имеешь в виду, ты это сделала? — Ксандер поднялся на ноги, взглянул на входную дверь, затем на лестницу и проверил, где Баффи, заметив, что она загородила дверь и путь наверх, к Дон. Оглядевшись, он попытался придумать, как пробраться мимо неё. — Ксандер, пожалуйста, сядь обратно. Я не злодей. Клянусь, в доме нет ни одного монстра. Но я ценю твоё явное намерение защитить Дон — Баффи слегка улыбнулась и провела рукой по волосам, пытаясь придумать, как всё это объяснить. — Что? Ты укусила Уиллоу по-хорошему? Это любовный укус? — Ксандер остался стоять, обвиняя, но заставляя себя выслушать блондинку. — Это было довольно хорошо, — Уиллоу подрезала сарказм Ксандера своим. Баффи рассмеялась. — Извини, истеричка — Она глубоко вздохнула и попыталась продолжить — Ксандер, когда я наконец добралась до Уиллоу, она уже использовала магию. Она была… — Темная–я вернулась, — честно вставила Уиллоу. — Ага, — подтвердила Баффи, слегка ободряюще улыбнувшись рыжеволосой, прежде чем снова обратить внимание на Ксандера — Ты не понимаешь. Каково это сейчас. А потом просто накатывает эта холодная пустота. Она хотела объяснить, но не верила, что Ксандер поймёт её. У неё всё равно не было нужных слов. — Ты чертовски права, я не понимаю, — признался Ксандер. Он почувствовал, что уже не может больше беспокоиться: о том, что происходит с его друзьями, о том, что может случиться с ним, если он будет слишком на них давить. Нужно было что-то с этим сделать. Или хотя бы сказать об этом. — Я не понимаю, почему ты живёшь, словно нежить, — затем он повернулся к Уиллоу, — и не понимаю, почему ты просто не можешь оставить всё как есть. — Ксандер — Уиллоу прервала его, прежде чем он успел разразиться своей тирадой. Спокойствие в её голосе заставило всех замолчать. Увидев знакомый гнев и разочарование в его глазах, она закрыла глаза и откинулась на спинку стула. Глубоко вздохнув, чтобы собраться с мыслями, рыжеволосая открыла глаза и с заботой и пониманием посмотрела на подругу. Она увидела, как Ксандер расслабился, его взгляд смягчился. Когда он снова заговорил, она подняла руку, останавливая его. — Подожди. Дай мне объяснить. Я хочу, чтобы ты понял. Потому что мне теперь приходится жить с этим. И Баффи тоже пытается жить с этим уже какое-то время. Ксандер скрестил руки, борясь с ощущением, что снова оказался лишним. Он снова заметил, как женщины обменялись мимолетными, успокаивающими взглядами. Это его совсем не успокоило. Уиллоу продолжила: — Возвращаясь из того, кем я была раньше, из Англии, в это место: что-то во мне осталось открытым. Магия теперь часть меня, но когда я её использую, что-то другое проникает внутрь. Это просто холодная, пустая, ничем не примечательная вещь. И есть эта потребность, желание заполнить её. Я могла бы наполнить её ещё больше магией, но мы все знаем, что это не к добру. — То же самое было и со мной, – наконец призналась Баффи — С тех пор… с тех пор, как я вернулась, есть что-то, чего мне не хватает. Она видела, как друзья слегка отшатнулись, вспомнив, что они вернули её из мёртвых, с небес. — Может быть, у меня наконец-то появилась рана, которая никак не заживает. Но теперь, когда я убиваю, она открывается — Саммерс посмотрела другу в глаза, почти умоляя его понять — Нужно с чем-то соприкоснуться; с жизнью, больше, чем просто жизнь; иначе она просто высосет всю твою кровь. Нужно с кем-то соприкоснуться. — Даже если это немертвая жизнь? — Ксандер уловил намёк и бросил ей в лицо. — Давай оставим Спайка в покое, хорошо? — ответила Баффи, удивив даже себя своим спокойствием — Хотя бы раз мы с тобой всё выясним, не впутывая моих бывших парней. — Бойфренд — не совсем подходящее слово, да? — вмешалась Уиллоу, пожалуй, слишком откровенно. Часть её была благодарна за то, что произошло сегодня вечером, но большая часть всё ещё не могла прийти в себя от того, во что всё это вылилось. — Отлично! — Баффи всплеснула руками и села на другой стул. Её юбка задралась, когда она села, и она очень неловко попыталась поправить её, внезапно осознав, что на ней нет трусиков. Она с сарказмом подумала про себя, сколько раз за последний год возвращалась домой вот так. Заметив, что он один ещё стоит, Ксандер смягчился и сел обратно на диван. Между ними повисла тишина. Уиллоу одними губами прошептала Баффи "извини" и решила попытаться вернуться в строй. — Дело в том, что Баффи помогла мне оттянуться от края пропасти. — И как именно она это сделала? — спросил Ксандер. Баффи подняла брови и решила ему в этом признаться. — Тебе действительно нужны визуальные эффекты? Постановка пьесы? Потому что сначала... — Нет! — перебил её Ксандер и сдался — Нет, я не хочу этого слышать. Розенберг рассмеялась. — Ты уверен? Я бы отдала кучу денег, чтобы послушать, как Баффи попытается это описать. — Уиллоу! — Саммерс сердито посмотрела на нее. — Я не смогу с этим справиться — Ксандер почувствовал, что отключается. Разочарование переполняло его, блокируя все эмоции, кроме гнева. Он почти ослеп от него и закрыл глаза, отчаянно пытаясь сохранить контроль. — Тебе придётся с этим разобраться», — осторожно сообщила ему Уиллоу — Нам всем придётся с этим разобраться. — Я не могу. Я не могу просто позволить этому случиться — Харрис открыл глаза, глядя на метку на шее Уиллоу. — Пусть что-то случится, Ксандер? — Уиллоу спокойно и решительно бросила ему вызов, глядя ему в глаза — Позволить магии подействовать на меня? Позволить другу помочь мне снова почувствовать что-то, когда нет ничего, кроме холодной нужды? Позволить тому, что уже случилось, случиться? Что? — А как насчёт того, чтобы Адская Пасть поглотила тебя целиком? — возразил Ксандер. — Ксандер, это не так — Взгляд Уиллоу смягчился. Она наклонилась вперёд, опершись руками на колени, и попыталась дотянуться до него сквозь его гнев — Я в порядке. Мы оба в порядке. — Но ты не такая, — поправил Ксандер — Ничто не сравнится с тем, что было. И всё, с чем мы боролись, осталось в прошлом. — Мы не обращаемся ко злу, — заявила Баффи. — Просто нельзя ввязаться в драку, не получив зло на себя. Или в себя. — Но ты же есть, — настаивал Ксандер — Я сейчас проверяю подъездную дорожку на наличие корзинок. — Прекрати! — встала Баффи — Так что мы уже не такие, как в школе. Как же иначе? Ты же был рядом последние несколько лет. Ты же знаешь всё, что случилось. Лично я не знаю, сколько ещё раз смогу умереть, не получив серьёзного срыва. — Нет! — Ксандер тоже поднялся — У меня, может, и нет большой силы, но я выскажу своё мнение. Вы не можете просто так продолжать. Мы должны что-то сделать. Я должен что-то сделать. Я не могу просто стоять в стороне и позволить злу поглотить вас обоих. — Ксандер, — вмешалась Уиллоу, — Мы люди. Мы не демоны. Ад нас не засасывает. То есть, да, души, тронутые тьмой. Но мы с этим справляемся. Мы выживаем, — заметила она, оставаясь сидеть и пытаясь сохранять спокойствие. — Я хотела участвовать в битве. Это хорошая битва, и я не жалею, что согласилась. Но теперь я в ней и не могу просто так взять и уйти. И это не твоя вина, — Уиллоу обратилась к Баффи. Возвращаясь к Ксандеру, — Мы всё ещё хорошие люди. Мы всё ещё боремся, и зло не может просто так нас затянуть. — Но это возможно, Уилл, — возразил Ксандер — Есть много зла, и оно может добраться и до нас: поглотить целиком. Я видел этот взгляд раньше. Ты забываешь, я вырос с этим. Сколько себя помню, глаза моего отца становились пустыми, а потом он меня бил. На самом деле, это моё самое раннее воспоминание. Я не могу позволить этому случиться с тобой. У Баффи перехватило дыхание от этих слов, и весь её гнев застыл. Розенберг вскочила и подошла к нему, прежде чем он успел заметить, что его обнимают. Уиллоу отпустила свою хватку и потянула парня к себе на диван. — Этого не будет, Ксандер. Видишь, мы разговариваем, мы разбираемся. Всё уже настолько зашло, что этому уже не суждено случиться — заверила рыжеволосая. Баффи услышала вздох Дон с верхней площадки лестницы и поняла, что та всё слышала. Она сосредоточилась на Уиллоу и Ксандере, сплетённых вместе на диване, и снова вспомнила то, в чём он только что признался, чего он боялся. Она подошла к дивану и села рядом с Ксандером. — Ксандер, прости меня. Я… я не знаю, что сказать. Но это другое. Мы не можем просто не ссориться. Поэтому нам придётся найти способ справиться с тем, что происходит. Но я больше не могу притворяться, что это меня не касается, или что тьма не является частью меня — девушка на не отрывала от друга взгляда, признаваясь ему в своей тайне. Ксандер закрыл глаза, склонил голову и, глубоко вздохнув, попытался объяснить: — Знаю. И я действительно это знаю. Но именно это меня и беспокоит. Я сижу здесь в темноте и волнуюсь. И не могу остановить то, что происходит. И не могу об этом говорить. — Почему ты не можешь об этом говорить? — спросила Уиллоу. — Потому что, я не знаю — улыбнулся Ксандер — Потому что мы поссоримся? Баффи рассмеялась. — Он боялся, что мы надерём ему задницу. Пожалуйста, Ксандер, знай, что я никогда не причиню тебе серьёзной боли. — Я знаю, Баффи, — подтвердил и успокоил её Ксандер. — Я тоже пыталась, но не смогла, — отметила Уиллоу. — Больше всего, думаю, я беспокоился не только о том, что происходит с тобой, но и о том, что это происходит со мной — Харрис почувствовал, как его разочарование уходит, когда он наконец озвучил эти спутанные мысли. Парень почувствовал, как узел в животе ослаб, и он снова смог дышать. И всё же он еле сдержал подступившие слёзы. — Что ты имеешь в виду? Ты здесь единственный здравомыслящий. Ты как тот солдат, который уходит на войну и возвращается, чтобы вести нормальную жизнь, — возразила Баффи. — Но я не могу, Баффи. И это ненормально. Никогда не будет нормой. Помнишь, как я оставил бывшего демона мести у алтаря? — заметил Ксандер. — Повторяю, ты в здравом уме, — Баффи указала назад. — Нет, — продолжал Ксандер. Они должны были понять. Он должен был попытаться объяснить им, что с ним происходит. — И знаешь? Я всё ещё люблю её. Просто я видел только то, во что боялся превратиться. Как долго, как сильно я мог бы любить её? Насколько больше я мог бы увидеть, прежде чем гнев превратится в горечь, и я тупо увижу в зеркале демона? И я вижу, как вы оба погружаетесь в пучину, и часть меня хочет утонуть вместе с вами — Харрис повернулся к Уиллоу, его взгляд смягчился, когда он протянул руку и заправил ей волосы за ухо — В глубине души я надеялся, что ты возьмёшь меня с собой в тот день. — А всё, что произошло, — это то, что ты притянул меня обратно, — Розенберг улыбнулась и взяла руку юноши в свою. Баффи не могла усидеть на месте, поэтому встала и начала медленно ходить по комнате. — У него такая привычка. — Поэтому я пытаюсь бороться с тем, что с тобой происходит, потому что я всё ещё боюсь — Ксандер печально улыбнулся — Но в итоге я просто борюсь с тобой. Баффи, ты же знаешь, я люблю тебя. Я люблю вас обеих. Я устал. Я устал бороться со всем этим злом. Его и так слишком много — Парень глубоко вздохнул и принял решение — Я помогу тебе бороться с демонами. Я всё ещё там, на самом краю Адской Пасти. И я даже помогу тебе бороться с твоими, если ты позволишь. Но я больше не буду с тобой бороться. Увидев ответную ухмылку Баффи, он продолжил: — Я буду рядом. И я прикрою вас, вас обеих. Но, пожалуйста, просто смотрите, куда идете? Баффи с облегчением улыбнулась. Казалось, он снова её спасает. — Спасибо. Я ведь ещё ни разу тебя не благодарила, правда? — Она ухмыльнулась — И, эй, если мы всё-таки попадём в ад, ты можешь последовать за мной. Ксандер и сам слегка рассмеялся с облегчением. — Нет. Я сделаю что угодно, но только не это. Кто-то должен быть рядом, чтобы помнить. И напоминать вам обоим в неподходящие моменты о том, что, по-видимому, произошло сегодня вечером — Ксандер ухмыльнулся и медленно покачал головой, уже не веря своим глазам. Баффи покраснела и закрыла лицо руками, посмеиваясь про себя. Уиллоу открыто рассмеялась. — Я буду наблюдать и останусь с вами обоими, что бы ни случилось. Просто воспринимайте меня как наблюдателя, только без надоедливых исследований, — мягко поклялся Харрис. У него здесь было своё место. И он понял, что ему, пожалуй, досталась самая тяжёлая работа. — Джайлз был бы так горд, — шутливо заметила Уиллоу, зная, что это правда. — Ага, ну, только не забудь в следующий раз дать мне посмотреть, — намекнул Ксандер, услышав возражения двух женщин — Видите, один нормальный, здравомыслящий парень есть. Баффи села в кресло и закрыла глаза, измученная ночью и чувствуя себя более расслабленной, чем когда-либо за последние годы. Уиллоу сжала руку Ксандера и закрыла глаза, чуть глубже устраиваясь на диване рядом с ним. — Знаешь, мы с Тарой просто смотрели на звёзды. И я втайне благодарила их. Удача и всё такое. А в последнее время я всё думаю, что должна их проклясть. Но мне всё равно повезло, что вы есть, что вы вместе со мной. Ксандер снова чувствовал себя здесь своим, в этой разношёрстной компании воинов. Прошло так много времени с тех пор, как он чувствовал себя частью их жизни, и последние остатки разочарования улетучились, хотя немного тревоги всё ещё оставалось. И всё же он не мог вспомнить, когда Баффи в последний раз позволяла себе закрыть глаза в его присутствии. Он сидел неподвижно, держа Уиллоу за руку и наблюдая, как Саммерс почти засыпает в кресле. Когда Уиллоу наконец уснула, парень почувствовал, как её рука выскользнула из его, когда она свернулась калачиком на диване. Прежде чем он успел пропустить этот контакт, её нога коснулась его ноги. Баффи проснулась от этого движения, и, услышав её взгляд, Ксандер пожал плечами, прошептав, зная, что блондинка услышит: — Нам всегда приходилось соприкасаться пальцами — Он откинулся назад, размышляя, не уснёт ли и он. Баффи какое-то время наблюдала за ними. Она, как всегда, чувствовала себя немного отстранённой, но в то же время как никогда связанной. Они действительно были вместе. Каждый из них не мог отпустить другого. Должно было быть чувство вины, но она чувствовала любовь в этой серой зоне между добром и злом. — Больше не буду их защищать, – поняла Саммерс и пообещала. Вспомнив Дон наверху лестницы, блондинка встала, чтобы проверить, как она. Дон уснула на верхней ступеньке, и Баффи осторожно разбудила ее, помогла ей добраться до комнаты и уложила спать. — Знаешь, — пробормотала Дон, всё ещё полусонная, — сначала мне так хотелось быть как Уиллоу. Иметь всю эту силу. Иногда мне даже хотелось быть как ты. Судьба, цель и всё такое. Теперь я думаю, что хочу быть Ксандером, когда вырасту. Дон ещё плотнее зарылась в одеяло, даже не осознавая, что говорит вслух. Баффи поцеловала её в голову и гладила по волосам, пока сестра не погрузилась в глубокий сон. — Умница. Будь как Ксандер, который не закончил колледж — саркастически заметила блондинка. Оставив Дон в её мечтах и зная, что даже после услышанного сегодня вечером с ней всё будет в порядке, Баффи вернулась в гостиную. Ксандер спал посередине дивана, а Уиллоу свернулась калачиком между ним и его боковиной. Она подумала о том, чтобы просто подняться к себе в комнату, одной, но эта мысль показалась ей одинокой. Истребительница направилась к креслу, но в итоге оказалась на другой стороне дивана. Почувствовав, как рука Ксандера обнимает её, она положила голову другу на плечо и позволила сну снова связать её с дневным миром. Конец