Искра

- Засада, все, подъем! - в темноте рука пыталась нащупать рукоять оружия. Звуки команды, в спешке пытающихся собрать остатки снаряжения. Грохот и шаги, тяжелые и легкие, разного вида. Звон брони и вскрики. Четверо поднялись и в темноте пытались разглядеть врага, но лес хорошо прятал угрозу. Было слышно лишь рык и тихий смех из кустов. Среди деревьев мелькали силуэты, пока заблудшие души сбивались поближе друг к другу, прижимаясь спинами и пытаясь поскорее глазами привыкнуть к темноте. Один из них бросился к костру, давно затухшему с тлеющими углями. Он взял в руки пистоль и попытался кремнем выбить искры. Капли дождя с шипением падали на горячие камни, выкладывающие костровище. Его руки дрожали. Горло пересохло, а в голове был туман. Позади себя он слышал металлический звон и рвущуюся плоть. С каждым ударом, в его ушах проходило эхо, от которого он вздрагивал. Развести огонь было тяжело, сосредоточиться еще тяжелее. - Аин, свет! Быстрее, разжигай! - голос мужчины был сдавленным. Он пытался удержать удар щитом, но в темноте было тяжело понять, откуда тварь выпрыгнет в следующую секунду. - Пытаюсь, не торопи! - ветки намокали все сильнее, кремень не поддавался на движения рук, а надежда угасала также быстро, как и остатки углей. Его терпение подходило к концу и, не выдержав, он схватился за пистоль и кинжал и бросился к остальным. В голове крутились мысли о том, что пламя может подождать, но это было критической ошибкой. Подойдя к команде, он похлопал мужчину по плечу, дав знать, что он рядом. - Вермунд, все отсырело, огня не будет. - в ответ лишь неодобрительный взгляд и последующие вскрики. Он держал щит близко к телу и размахивал топором в надежде напугать тварей и разогнать их, но их уже окружили, а единственное преимущество, которым они пользовались в бою теперь не имеет веса. В один миг, из тьмы показались сверкающие глаза и вслед за ними два лезвия, поочередно ударяющие его по щиту с грозовым отзвуком. От такой силы, он сгорбился, но смог выстоять. Аин выхватил пистоль и навелся. Выстрел в тело и вот тварь склоняется. Топор вонзается ей в шею и груда проклятой плоти в броне падет с глухим ударом, обрызгивая их кровью. Вслед за ней из тьмы на двух оставшихся членов команды бросились, будто бы вывернутые наизнанку гончие. Они не имели кожи и лишь свисающие куски мяса и щелкающие челюсти давали понять, что раньше это были обычные волки. От их резкого броска мужчине удалось уклониться, но на деле их целью были позади стоящие члены команды, еле удерживающие оборону. Одного из них они смогли повалить, второго лишь ранить. Во мраке их крики и удары были слышны громче обычного. Треск костей, словно ветвей отдавался в кругу и в конце концов, скулеж и очередной глухой удар. Стрелок обернулся к темноте и попытался разглядеть там хоть что-то. К его ногам медленно растекалась лужа крови и он крикнул, обращаясь к лесу. - Серафим? Серафим! Вы здесь? Отзовитесь! - на оклик из темноты, ковыляя и опираясь на секиру. Он был серьезно ранен и еле держал баланс. Тяжелое дыхание прерывалось хриплыми вздохами и кашлем. Он ничего не сказал и лишь махнул рукой, давая понять, что все еще может стоять и идти дальше. Однако, когда он подошел ближе, можно было разглядеть след от укуса на его лице, переходящий в рваную рану от щеки и до самой шеи. Он обильно кровоточил и потянулся в сумку за бинтами. Накладывал их быстро и неосторожно, не имея времени основательно заняться ранами. Они быстро напитывались кровью. Их было мало чтобы спасти его, но достаточно, чтобы продлить их сопротивление смерти. Очередное существо бросилось на них, щупальцами хватая самого невезучего и утаскивая его в темноту, оставляя троицу вместе. Они все в спешке собрали вещи и попытались бежать, но лес словно сам препятствовал им и не желал отпускать, заманивая вглубь все сильнее и сильнее. В конце концов, бега не окончились успехом и Серафим упал на землю, роняя свою секиру. Он предпринял попытку подняться, но все было без результата. Его сильно лихорадило, он побледнел, а капилляры в глазах лопались, наливая их красным. Вермунд подбежал к нему и постарался уложить его и дать лекарство, хоть какое-нибудь из имеющихся. Их единственного врачевателя утащили, а сами они без него с трудом могли бы что-то сделать с ранами товарища, кроме перевязок. - Аин, разводи огонь, быстрее! - Дождь усиливался, приглушая отдаленный вой и вопли. Они до нитки измокли устали, но все еще пытаются бороться. - Не получится! Я уже говорил, все промокло, огня не будет, факел не зажечь! Оставь его, пошли! Он уже труп! - Разжигай! Мы его тут не оставим, слышишь меня!? - Мужчина уложил щит и топор, после чего попытался осмотреть товарища, однако с его скудными знаниями, он вряд ли бы что-то мог сделать, да и времени у них почти не осталось. Серафим начинал беспорядочно бредить и биться в ужасе. Его разум был разрушен. Глаза заплыли, а сам он уже не имел сил чтобы что-то сказать. В конце концов, он сорвал с себя повязки и кровоточащими устами закричал во весь лес. Истерию услышали и на зов жертвы уже сбегались все с округи. Аин все пытался и в конце концов высек искру, за ней еще одну. Небольшой тлеющий кусочек ткани он поднес к факелу и наконец, пламя осветило тьму перед ним. - Да-да! Получилось! Вермунд, факел! Я, Я смог! - Он обернулся к остаткам команды и осветил небольшую область перед ними. Огонь факела горел ярко, не поддаваясь на беспощадный дождь и подавая надежду. Однако, они мешкали слишком долго... Как только мужчина развернулся к источнику пламени, его плечо больно кольнуло. Щупальце твари, что утащила их товарища пробила его броню словно лист и плотно ухватилось за него. Он почувствовал натяжение и вскоре его с усилием потянуло во тьму, не давая и шанса на сопротивление. Крик мужчины эхом разнесся по лесной чаще, оставляя Аина и обезумевшего Серафима одних. Аин размахивал факелом стараясь отогнать чудищ, но все было без толку. Следующим выцепили истерически кричащего Серафима. Он смеялся и даже когда в темноте было слышно хлюпанье и чавканье над его плотью, он продолжал кричать вслед, заманивая сюда все больше тварей. Аин остался один. Он держал в дрожащей руке пистоль, а перед собой факелом отгонял плотный черный туман, скрывающий выродков. В конце концов, к нему начали медленно приближаться те самые светящиеся глаза. Сверкание лезвий монстра на свету от факела и окровавленный доспех. Щупальца, медленно ползущие за ним, заставляя Аина испытывать первобытный страх. Он взвел пистоль и направил его на монстра. Его уже не страшила смерть, ведь он успеет забрать одного или двух с собой на тот свет. Однако никакая смелость и бесстрашие не изменят одного факта.

'Щелчок'...порох промок.

Вдалеке, в лесу, погас факел.