Механическое сердце.

Нежно-белые волосы, витиевато спускались от макушки до элегантных женских оголенных ключиц. Улыбка, на первый взгляд была ласковой, выражала материнскую любовь, но была с дерзкой перчинкой, присущей женщинам проживающим за счёт развлечений для незнакомых мужчин. Розалина не спрашивала разрешения, она уверенно села рядом на лавку, закинула ногу на ногу, выхватила прямо из под носа Пулонии сигарету и закурила пышными клубами. Её дерзкий взор устремился на затянутое тучами ночное небо. Затем, она перевела взгляд на своего знакомого: — А ты всё так-же продолжаешь жить здесь. — говорила Роза. — Двадцать лет, ничего не поменялось. — А ты, всё так-же прекрасна. — Пулония смотрел на неё сверху до низу. И правда, тело всё так-же отличалось фигурой песочные часы, кожа гладкая и светлая. — Отрадно, однако слышать. Пару затяжек взлетели на морозный воздух. Глаза у неё были такие же как и дымка. — Но, знаешь, что ещё у нас с тобой не поменялось? — задала риторический вопрос девушка. — Наше с тобой одиночество после потери возлюбленных. — Поражаюсь как ты легко об этом говоришь. — Пулония всё так-же рассматривал свою старую подругу, видимо после опыта с Сандроне он привык всегда осматривать всех девушек не пошлым взглядом. — Ну, столько времени прошло... Их разговор заставил задуматься техника. Его прошлое было не без душевных травм. В тридцать девять от него ушла жена, и забрала его единственную дочь которой на тот момент было три. Она наверняка плохо помнит своего неудачника отца, что забивал на семью и посвещал всё своё время на работу, за это от него и мечтала уйти Миллер, так её звали. Зачем её дочери такой отец что по факту есть, а ощущение что нет? Да и она сама чувствовала себя одинока возвращаясь домой. Задавалась бесконечным вопросом... Сейчас, Пулония жалеет что так поступал с тем что осталось от его семьи, все его родители давно умерли, а братьев с сёстрами и вовсе не было. Поэтому, он и дал Сандроне такую фамилию. Он не хочет с ней растоваться, ведь останется в полном одиночестве, так ещё и с неприятным клеймом. От этих мыслей, сердце болезненно застучало, он посыпал старую рану солью. История Розалины тоже не отличалась счастливым финалом. В институте, она познакомилась с молодым человеком и стала встречаться. Они горели пламенной любовью друг к другу, закончив обучение, возлюбленный сделал предложение. Их свадьба была просто чудесной, в браке они тоже замечательно жили. Никаких проблем или ссор, кроме мелких бытовых. Они жили душа в душу, и их семейный очаг разгорался ещё сильнее с каждым днём. Но в один день, всё поменялось. Смерть настигла мужа внезапно. Жена долго утопала в боли. Она не знала как продолжать жить. Были мысли о самоубийстве. Время лечит. Её знакомые всячески поддерживали молодую вдову. Как морально, так и финансово. Она отправилась на море, что и позволило ей не спиться. Розалина больше никогда не смогла полюбить. Её огонь горел в гордом одиночестве. Она отличалась красотой, и выйти повторно замуж не составило бы особого труда. Но мужчины могли, разве что, кидать пошлые взгляды, и гадать какая она за закрытыми дверьми спальни. — И всё же, я не верю что ты ничуть не поменялся, мой дорогой. — высказалась Розалина. — Если ты не спился и не самоубился, значит, у тебя на то появился повод. — Можно и так сказать — Так я и знала! — вдова засияла радостной улыбкой за своего друга. Она была одной из тех, кто в то время когда ушла жена поддерживала его. — Ну и, хоть расскажи как зовут эту обольстительницу! Отдав пару секунд на размышления, начал Пулония. — Это, что-то типо моего эксперимента. Даже не знаю как рассказать. — Расскажи как есть, — сияла Роза, — может, я и не получила высшее техническое образование, но думаю разобраться смогу кое-как. Техник отсчитал ещё несколько секунд. Несколько раз минутная стрелка поменяла своё местоположение. Вопрос хоть и казался лёгким, Пулонию он поставил в тупик. Говорить ли ей всё как есть? С одной стороны — она его подруга, она выслушивала его пьяные крехтения, помогала тащить его спящего до квартиры. А с другой, загадочное слово — женская солидарность. Он много о ней наслушался от Миллер, но так и не смог понять что именно она означает. И то, это слово тоже не подходит. — Ты и без меня знаешь какой это не благополучный район. — решил он — Примерно неделю назад я нашёл почти мёртвую юную студентку. Мне стало её жаль, и я забрал её. В ходе экспериментов, мне получилось сделать из неё эдакую Марионетку. Она совершенно ничего не помнит о прошлой жизни. Я дал ей новое имя. — Ого! — искренне удивилась Розалина. — Это ведь очень трудно, так взять, и сделать из человека, так ещё и на божьем слове дышащим робота. Плохо что она не знает своего прошлого. Пулония лишь кивнул на её константирование фактов. Но на самом деле, он ничуть не желел что Мари-Анн потеряла свои воспоминания. И только сейчас до него дошло осознание — он видит в Сандроне, Миллер.