Вздохов больше нет

— Ну? Что думаешь? Тони вздрагивает, отрывая взгляд от озера и поворачиваясь к Пеппер. Она стоит всего в паре шагов от него с сияющей улыбкой на лице. Они на краю причала. Он даже не слышал, как она отошла от берега. Тони ухмыляется ей и обнимает её за спину, ладонь ложится на ее выпирающий живот. — Думаю, это идеально. Пеппер поднимает брови. — Уверен? Это полная противоположность городу, и здесь будем только мы втроём. Я просто… не хочу, чтобы ты почувствовал себя слишком одиноко. Тони снова смотрит на озеро. Поздний осенний закат отбрасывает оранжевое сияние на спокойную воду. Где-то вдали кричит гагара, и ей отвечает другая. Тони закрывает глаза, представляя, как смех его маленькой девочки разносится по большой поляне позади них. Он звучит так реалистично — словно можно протянуть руку и коснуться его — и на мгновение он позволяет себе помечтать, как бы он звучал, если бы к нему присоединился старший брат. — Тони? Он открывает глаза. Пеппер всё ещё смотрит на него с грустной улыбкой, словно она тоже слышит детей. — Пеп, я думаю, что немного времени, проведённого только с семьей — это именно то, что мне нужно.

***

Они переезжают во вторую неделю апреля, когда Морган почти четыре месяца. Их земля, включая озеро, составляет сорок акров и тянется от дома до главной дороги в миле отсюда. При первоначальном изучении объекта Пеппер выяснила, что в списке изначально было 45 акров, включая небольшой холм с охотничьим домиком к западу. — Этот участок продали около восьми месяцев назад пожилому джентльмену, вдовцу, если я не ошибаюсь, — объяснил риелтор, пока Тони сидел в своем кабинете, подписывая одну форму за другой. — Он Ваш ближайший сосед, но сомневаюсь, что Вы будете часто его видеть. Я встречал его несколько раз во время продажи. Он любит уединение. По крайней мере, за это Тони был благодарен. Он надеялся найти место, где на много миль вокруг ни души, где они смогут по-настоящему насладиться покоем своего нового дома, не беспокоясь о случайных прохожих. С другой стороны, он подумал, что для соседей старик, который не хочет, чтобы его беспокоили, звучит как лучшее, что можно пожелать. С этой мыслью Тони отложил эту информацию в чертоги разума и тут же забыл о ней.

***

— Блять, — в четвёртый раз бормочет Тони, с презрением глядя на сгущающиеся облака, виднеющиеся над верхушками деревьев. Когда сегодня утром он сказал Пеппер, что собирается исследовать их владения, он, конечно, не планировал заблудиться в лесу. — Даже Пятницу с собой не берёшь? — спросила Пеппер, пока он надевал пару никогда не ношенных походных ботинок. — Мы здесь всего месяц, Тони. Ты не можешь сказать мне, что знаешь, что делаешь. — Пеп, со мной всё будет в порядке, — заверил он её, доставая компас, но, встретив скептический взгляд, снова сунул его в карман и поцеловал её в щеку. — Там уже есть тропа. Серьёзно, мне нужно быть полным идиотом, чтобы заблудиться. Человек предполагает, а Бог располагает, — мрачно думает он теперь, бредя по тропе. Потому что, конечно, он вышел на неотмеченную развилку, выбрал один путь, только чтобы встретить другой, а вскоре и ещё один. Возвращаясь назад, он был уверен, что пошёл правильно. Но после часа ходьбы ему пришлось признать, что он не знает, где находится относительно озера, и находится ли он вообще ещё на своей чёртовой земле. — Дерьмо, — ругается Тони, чуть не споткнувшись о корень. — Мистер Старк, Вы в порядке? Голова Тони резко поднимается. Метрах в трёх по тропе стоит мужчина и смотрит на Тони с лёгким беспокойством. На нём клетчатая рубашка на пуговицах и рабочие брюки цвета хаки, а из-под кепки с полями Тони видит пряди седых волос, завитые на лбу от высохшего пота. Тони выпаливает первую мысль: — Откуда Вы знаете моё имя? Мужчина, кажется, ни капли не смущен грубым тоном Тони, он лишь слегка улыбается и подходит ближе, пока между ними не остается пары шагов. — Все знают Железного человека. Хотя, признаю, мне немного любопытно, что он делает в глуши на севере штата Нью-Йорк. Прежде чем Тони успевает ответить, мужчина протягивает руку, сморщенную от возраста. — Ричард Джонс. У меня есть небольшая хижина как раз вон… — старший мужчина поднимает другую руку и указывает мимо головы Тони, — в той стороне. Тони пожимает его руку, отмечая крепкое рукопожатие. — Тони Старк, но Вы это уже знали. Мы с женой только что купили дом у озера, который… Тони отпускает руку мужчины, оглядывается, потом поворачивается и пожимает плечами. — Если честно, мистер Джонс, я блять, понятия не имею, где он. Старик смеётся, хотя и не злорадно. — Не волнуйтесь, я покажу Вам дорогу. И, пожалуйста, зовите меня Ричард.

***

— Так откуда Вы? — спрашивает Тони, пока они идут по узкой тропе плечом к плечу. Тони не сводит глаз с земли, высматривая камни и корни, но не может не заметить, что Ричард смотрит только вперёд, даже не опуская взгляд. — Нью-Йорк, родился и вырос, — отвечает старик. — Прожил там всю жизнь, если не считать нескольких лет в колледже. Появился здесь где-то чуть меньше года назад и так и не уехал. Тони посмеивается над странной формулировкой. — И что, Вы просто однажды остановились и сказали: «Похоже, это хорошее место, чтобы обосноваться»? Ричард ухмыляется, наконец опуская взгляд. — Что-то в этом роде. Под вопросительным взглядом Тони он продолжает: — Моя жена умерла, и после этого город перестал быть для меня домом. Слишком тихо, слишком одиноко. Улыбка Тони гаснет, и он снова опускает взгляд. Он не спрашивает, умерла ли жена Ричарда во время Щелчка, не считает, что это важно. Дело в том, что жена этого человека мертва, и всё уже не так, как было. Тони понимает, вспоминая, как вломился в квартиру в Квинсе и не нашёл ничего, кроме кучки пепла на диване рядом с полной корзиной белья с разложенной одеждой, а телевизор всё ещё транслировал новости. — Мне знакомо это чувство. Ричард не отвечает, и они быстро погружаются в дружеское молчание, продолжая идти. На третьей развилке Ричард останавливается и поворачивается к Тони. — Вот эта тропа справа приведет вас обратно домой. Не больше полумили. Тони протягивает руку, и пожилой мужчина с готовностью пожимает её ещё раз. — Спасибо, Ричард. Заходите как-нибудь. Знаю, Пеппер была бы рада встретиться с Вами, особенно услышав, как Вы спасли мою задницу от корма для медведей. Ответная улыбка Ричарда доходит до его глаз, и Тони не может не ухмыльнуться в ответ. Хотя он только что познакомился с этим человеком, Тони чувствует себя с ним необычайно комфортно. — Обязательно зайду, мистер Старк. Берегите себя.

***

Меньше чем через неделю Ричард выходит на поляну, откуда начинается грунтовая тропа. Тони занят строительством скворечника, но откладывает инструменты, как только замечает старшего мужчины, и машет ему. — Похоже, у Вас получается неплохо, мистер Старк, — приветствует Ричард. — Лучше бы так и было, — отвечает Тони. — Я построил первый костюм Железного человека из коробки с обрезками. Если у меня не получится это, что ж… Ричард пристально смотрит на него несколько мгновений, а затем снова переводит взгляд на скворечник. — Не могу себе представить, чтобы Вы потерпели неудачу в чём-либо, за что бы ни взялись, мистер Старк, — убеждённо говорит он, по-прежнему не глядя на Тони. Тони не знает, как реагировать на такую искренность. Он не слышал её по-настоящему с тех пор, как потерял Питера. Честно говоря, он и не думал, что когда-нибудь снова услышит. Но он не может сказать это незнакомому человеку, поэтому через несколько секунд он просто пожимает плечами, а затем спрашивает: — И что же привело Вас сюда? — О, я просто подумал, что воспользуюсь Вашим предложением зайти, вот и всё. Тони указывает на дом: — Следуйте за мной. Я знаю, Пеппер давно хотела с Вами познакомиться. Они поднимаются по ступенькам дома и входят внутрь. Пеппер на кухне готовит обед — куриный салат цезарь и хлебные палочки, а Морган спит в кресле-качалке в соседней гостиной. — Привет, Пеп, у нас гости! Это наш сосед, о котором я тебе рассказывал, Ричард. Ричард подходит и протягивает руку. — Очень приятно познакомиться с Вами, миссис Поттс-Старк. Пеппер вытирает руки полотенцем, прежде чем взять руку Ричарда и пожать ее. — Пеппер, просто Пеппер. Мне тоже очень приятно познакомиться, Ричард. Не хотите остаться на обед? Ричард бросает взгляд на Тони, затем снова поворачивается к Пеппер и кивает. — Конечно, мне будет очень приятно.

***

— Ричард, Тони сказал мне, что Вы выросли в городе, — говорит Пеппер, откусывая кусочек салата. — Да, я вырос в Квинсе, но на самом деле весь этот город был для меня домом, — отвечает Ричард, хватая ещё две хлебные палочки и кладя их на свою пустую тарелку. Тони приподнимает бровь. Для старика, думает он, этот человек, конечно, хорошенько уплетает еду. — И до недавнего времени Вы ещё жили там? — Ага, — говорит Ричард, откусывая большой кусок. — Хотя и не всегда в Квинсе. Когда я женился, мы с женой переехали на Манхэттен и жили там до её смерти. — Мне очень жаль, что Вы потеряли её, — говорит Пеппер, а затем добавляет тише: — Это из-за Щелчка? Ричард качает головой. — Нет, боюсь, что-то гораздо более обыденное. Рак желудка. Хотя, если бы Вы спросили её, она бы сказала, что ей просто надоело пялиться на мою старую рожу. Тони тихонько усмехается, а Пеппер смотрит на него с нежностью. — У Вас были дети? Ричард снова качает головой, выглядя почти грустным, но не комментирует. Пеппер продолжает: — Есть ли поблизости родственники? Ричард поворачивает голову, чтобы взглянуть на озеро через большие эркерные окна. — Давным-давно у меня была очень большая семья. Боюсь, большинство из них уже умерли. Он поворачивается обратно к Тони и Пеппер, его взгляд смягчается, а затем он бросает взгляд на кресло-качалку, где Морган продолжает мирно дремать. — У меня есть младшая сестра, но сейчас она живёт, мягко говоря, довольно далеко. Повисает неловкое молчание, пока Тони смотрит на Пеппер, которая смотрит на Ричарда так, словно тот — бездомный щенок, которого они нашли на обочине дороги. Он прочищает горло. — И чем Вы занимались до выхода на пенсию? Ричард одаривает Тони одобрительной улыбкой. — Я работал в сфере исследований и разработок, в основном в области возобновляемой энергетики и робототехники, хотя занимался всем понемногу. Тони оживляется: — О? Я, может, знаю Вашу работу? — О нет, конечно, нет, — говорит Ричард со смехом. — Даже в лучшие дни я никогда не был и близко к Вашему уровню, мистер Старк. — Давайте проверим.

***

Как оказалось, Ричард сильно недооценивал себя. Вскоре после еды Морган расплакалась. Пеппер отвела её наверх, пока Тони и Ричард убирались после обеда. Первоначальный вызов Тони вскоре перерос в спор о возможных проектах, связанных с инициативами Фонда помощи Старка по реструктуризации цепочки поставок после Щелчка. После того как мужчины перебрались на крыльцо и Тони заговорил о технологии дуговых реакторов и её применении в секторе возобновляемой энергетики, Ричард вставлял вопросы и идеи по мере их появления. Подобные разговоры с Ричардом напоминают Тони о тех нескольких годах, когда он работал бок о бок с Брюсом в башне, когда они подшучивали друг над другом, пока Тони, наконец, не говорил с ухмылкой: «Хочешь проверить?» — и они принимались за работу. И если честно, это напоминает ему и о Питере. Этот парень был неиссякаемым источником идей, и Тони всегда старался дать ему понять, что они здесь более чем желанны. Как минимум пять из этих идей сейчас хранились в блокнотах, упакованных где-то в дюжине пластиковых контейнеров — все с пометкой «ПП» — которые сейчас были сложены в углу импровизированной лаборатории Тони в небольшом гараже. Они пылились, ожидая, когда Тони наберется смелости вернуться к ним, но уже самостоятельно. Или, как он думал до сегодняшнего дня. Удивительно, но эта мысль почти не причиняет боли.

***

После этого они видятся с Ричардом почти каждую неделю, и он быстро становится желанным членом их новой жизни. Они с Тони время от времени возятся в гараже, в основном над простыми проектами, но иногда возвращаются к более масштабным идеям, таким как истинная природа тёмной материи или теории путешествий во времени. В конечном счете Тони считает последнее несбыточной мечтой, которую лучше оставить для научно-фантастических фильмов и фэнтези, но Ричард не так в этом уверен. После того как Пеппер признаётся, что не способна выращивать растения, Ричард помогает ей разбить огород за домом. Он даже дарит ей книгу о компостировании, «на всякий случай, если огород приживётся лучше, чем Вы ожидаете». Одним днём он помогает Тони заменить старые доски на причале. Для своего возраста Ричард обладает поразительной силой: он без труда поспевает за Тони, когда они до позднего вечера таскают доски туда-сюда из грузовика. Но что действительно привязывает Тони и Пеппер к Ричарду, так это его отношение к Морган. Ричард любит держать её на руках, с радостью берет её, даже когда она кричит. Морган, похоже, тоже к нему благосклонна: она почти всегда успокаивается всего через несколько минут его тихих уговоров. То, как она загорается каждый раз, когда видит Ричарда, лишь усиливает безоговорочное доверие Тони к нему. Лёгкое доверие — это то, что Тони, по его собственному признанию, не может объяснить, потому что всякий раз, когда он спрашивает Ричарда о его собственной жизни и прошлом, тот отвечает лишь короткими, расплывчатыми, почти загадочными ответами. Это немного беспокоит Тони, и он невольно задается вопросом, не скрывает ли мужчина что-то намеренно. Прежняя его версия заставила бы «Пятницу» скачать всю доступную информацию о Ричарде Джонсе, какую только сможет найти ИИ. Но нынешний Тони уважает право каждого на личную жизнь — на своё уединённое горе — и решает отпустить эту мысль. Может быть, иметь соседа не так уж и плохо, думает Тони по мере приближения лета. По крайней мере, если этот сосед — Ричард.

***

Тони один в своей лаборатории в боковом гараже. Он сидит перед компьютером, глаза сосредоточены, но покрасневшие. Уже несколько часов он ничего не делает, только с изумлением смотрит на экран, пока Пятница проигрывает каждую из последних оставшихся записей живого, дышащего Питера Паркера. — Привет, Мэй. Какого цвета у тебя халатик? Надеюсь, прозрачный? Питер строит почти комичную гримасу, поворачиваясь к Тони, который похлопывает его по плечу, после чего Питер неловко улыбается. — Питер, это была шутка. Давай сначала, потом вырежешь. Он уже дважды просмотрел все домашние видеозаписи визитов Питера в штаб-квартиру и теперь смотрел то, что Пятница сочла стоящим из оставшегося. Включая, похоже, и собственные видео Питера из Германии, которое Тони никогда не видел. Новые кадры поначалу стали драгоценной находкой, но теперь, видя себя в них и свое небрежное отношение к парнишке, он не может испытывать ничего, кроме ужасного стыда. — Три, два, один, — продолжает Тони. — Привет, Мэй. Боже мой, я хотел рассказать Вам, какую классную работу проделал Ваш племянник во время стажировки в Старк Индастриз. Все в восторге. Питер улыбается в камеру, не открывая рта, и изо всех сил старается сыграть свою роль. — Пятница, пауза. Тони смотрит ещё несколько мгновений, прежде чем опустить голову на руки, сделав несколько медленных, прерывистых вдохов, а затем безрадостно рассмеяться. В своей попытке солгать Питер выглядел кем угодно, только не невинным, но все же сумел сохранить обаяние. Глядя на него с этого ракурса в тот момент, Тони не может не испытывать бесконечной любви к этому парню, который так старался, который ловил каждое слово Тони. Только чтобы Тони игнорировал его в течение нескольких месяцев после этого. Тони хочет протянуть руку сквозь экран, схватить себя прошлого за пиджак и встряхнуть за то, что он был таким чёртовым идиотом. За то, что не понимал, что у него есть Питер Паркер. За то, что не прижал его к себе и не отпустил. За то, что не использовал каждое мгновение между тем днем в машине и проклятыми последними мгновениями ребенка на Титане, чтобы дать Питеру понять, что именно он, а не Тони, заслуживает благоговения и восхищения. Тони качает головой, все еще держа ее в ладонях. В дверь тихонько постучали, и Тони поднял взгляд. — Да, Пеп, просто дай мне… — Мистер Старк? Это Ричард. Тони встает, лихорадочно вытирая глаза рукавом, прежде чем подойти к двери и приоткрыть ее наполовину. Ричард стоит там, держа в руках большую металлическую банку. — Привет, Рик, — говорит он со всем возможным энтузиазмом, которого, впрочем, почти нет. — Чем могу помочь? — У меня осталось немного теста для противня, поэтому я сделал второй и подумал поделиться им с Вами, моими дорогими, — говорит Ричард с мягкой улыбкой, слегка встряхивая контейнер. Он заглядывает мимо Тони в лабораторию, его взгляд замирает на застывшем мониторе компьютера. Тони не понимает, почему ему сейчас так неловко, но это так. Пытаясь скрыть — ну, Тони не уверен, что именно, но что-то — он довольно грубо выходит из дверного проема и вторгается в пространство пожилого мужчины, закрывая за собой дверь. Он протягивает руку, надеясь, что Ричард не заметит, как она дрожит. — Спасибо. Я, э-э, могу отнести его внутрь. Ричард не отдает банку сразу, и Тони, подняв взгляд, замечает, как на лице мужчины появляется выражение раскаяния. — Я правда не хотел вторгаться… — Всё в порядке, — перебивает Тони и вытирает лицо рукой. — Извините, извините. Просто сегодня… тяжелый день для меня. Ричард кивает, затем медленно передает банку и кладет руку на плечо Тони. — Я понимаю, мистер Старк. Если Вам когда-нибудь понадобится кто-то, кто выслушает, я рядом. Обычно Тони вздрогнул бы от такого прикосновения со стороны человека, с которым он только что познакомился, но с Ричардом все как-то по-другому. Как будто они знакомы гораздо дольше, чем несколько месяцев. — Спасибо, Рик. — Слушайте, я вернусь завтра, ладно? Тогда мы снова займемся сборкой шкафа для Пеппер. — Вам действительно не обязательно… — Да ладно, я так решил, — вставляет Ричард добрым, но решительным голосом. — Сегодня был не лучший день для визита, теперь я это понимаю. Тони медленно кивает. Ричард с лёгкой улыбкой идет через поляну, слегка машет рукой и вскоре исчезает из виду. Примерно через минуту Тони возвращается в гараж, ставит форму с тортом на верстак, а затем снова садится за экран компьютера. Мягкая улыбка Питера по-прежнему приветствует его. Тони протягивает руку и осторожно проводит по экрану, скользя по изгибу щек и подбородка Питера. — С восемнадцатым днем рождения, Пит, — шепчет он, прежде чем убрать руку и откинуться на спинку стула с влажным вздохом. — Я скучаю по тебе, ребёнок.

***

С выпадением снега Старки видят Ричарда гораздо реже. Тропинки между их домами часто становятся практически непроходимыми, а с расстоянием в несколько миль расчистить путь просто нереально. Старик специально заехал к ним за несколько дней до Рождества с вырезанной вручную деревянной лошадкой для Морган, только чтобы вытащить еще и куклу «в честь дня рождения маленькой мисс», но больше они его не видят. В середине февраля Тони наконец покупает снегоход специально для того, чтобы проведать этого человека. Ричард встречает его у дверей охотничьего домика, закутанного в три слоя толстой клетчатой ткани, несмотря на то, что Тони видит, как внутри горит огонь. За чашкой чая Тони предлагает купить Ричарду второй снегоход, но тот отмахивается, заверяя Тони, что тот прекрасно справляется и со своими двумя ногами. — Кроме того, зима всегда была моим самым нелюбимым временем года, — добавляет Ричард, отпивая из кружки. — Я предпочитаю просто оставаться дома, если могу. Никогда не переносил холод. Прошлый Тони в любом случае пошёл бы и купил еще один, но теперь он просто кивает и не настаивает. В конце концов, он и сам пришел сюда в поисках уединения. И все же приятно снова провести время с другом.

***

Тони и Ричард в гараже пытаются починить мотор газонокосилки Тони. Прекрасный день поздней весны. Пеппер тоже не дома, она сажает летние культуры в саду, а Морган играет неподалёку на одеяле. Морган только несколько недель назад начала серьезно ходить и оказалась довольно трудным ребенком. — Эй, Рик, принесите мне пожалуйста тот гаечный ключ у двери? — спрашивает Тони, склонившись над двигателем газонокосилки. — Тот, что с красной ручкой? Ричард садится и подходит к гаечному ключу, одному из сотен инструментов, которые Тони систематически разложил на стене. Рука тянется к нему, но тут же замирает, и рука вместо этого тянется к затылку. Тони наблюдает за ним несколько секунд, а затем тихо окликает: — Рик? Ричард отпускает шею, качает головой, хватает гаечный ключ и возвращается. На вопросительный взгляд Тони он лишь пожимает плечами. — Показалось, что почувствовал жука. Тони странно на него смотрит, но ничего не говорит, а возвращается к машине. Он несколько раз поворачивает ручку. — Ладно, теперь заведём его и посмотрим… — Вы слышали, как играет Морган? Тони поднимает взгляд на этот странный вопрос, и на языке вертится растерянное «что?», но тут же от ужаса в глазах Ричарда у него отвисает челюсть. Мужчина не дожидается ответа, разворачивается и выбегает из гаража. Тони выбегает за дверь, ожидая увидеть, как пожилой мужчина мчится к задней части дома, в сад. Вместо этого он мчится в противоположном направлении, к передней части. В этот момент Пеппер заворачивает за угол дома и быстро замечает мужа. — Тони, я не могу найти Морган. Я отвернулась всего на мгновение, и она пропала! Голова Тони резко поворачивается в сторону, куда убежал Ричард — не просто к входу из дома. К озеру. — О, Боже мой. Он срывается с места, не успев как следует осознать решение, и бежит быстрее, чем когда-либо прежде. Пеппер следует за ним по пятам, когда они обходят дом как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ричард поднимает Морган, которая склонилась над краем причала, протягивая руку к воде. Она хихикает от удовольствия, когда Ричард целует ее в висок, шепча что-то, чего Тони не может разобрать, пока они с Пеппер бегут к ним навстречу на берег. Ричард тут же передал Морган Пеппер, которая крепко обнимает свою дочь, уже со слезами на глазах, когда она целует Морган в лицо и голову. — О, Господи, милая. Ты так напугала маму. О, слава Богу, малышка. Тони нежно проводит рукой по голове Морган, убеждаясь, что она в безопасности и невредима, а затем нежно целует висок Пеппер. Он со слезами на глазах поворачивается к Ричарду и, не задумываясь, крепко обнимает его. Несмотря на то, что они знакомы почти год, они ни разу не обнимались, но он считает, что спасение жизни своей дочери — веская причина сделать это, если таковая когда-либо существовала. — Спасибо. Просто спасибо. Ричард не отвечает, но его подбородок ещё сильнее впивается в шею Тони, когда он наклоняется в объятия, и Тони понимает, что ему искренне рады.

***

— До Морган был Питер. Ричард резко поворачивает голову, чтобы взглянуть на Тони, который всматривается в темноту леса. Уже поздний вечер, и двое мужчин сидят на качелях на крыльце, распивая по пиву. После ужина Пеппер поднялась наверх, чтобы уложить Морган спать, и больше не спускалась. Тони знал, что она, вероятно, решила остаться с дочерью после того ужасного испуга, который они пережили ранее в тот день. — Питер, — повторяет Ричард, а затем тихо спрашивает: — Он был Вашим сыном? Тони качает головой: — Нет. Он делает глоток пива, чувствуя на себе вопросительный взгляд Ричарда. — Давайте, всё в порядке. — Так если он не был Вашим сыном, то кем же он был? Тони наконец поворачивается, чтобы встретиться взглядом с мужчиной. — Всем.

***

Пятидесятилетие Тони — скромное мероприятие. Роуди приезжает из Вашингтона, Хэппи — из Нью-Йорка, но, кроме Ричарда, никого больше не приглашают. Все пятеро приятно ужинают вместе, и Тони очень рад снова собрать (почти) всю свою семью в одном месте. Ричард почти не двигается с места, пока к нему не обращаются, и, по-видимому, просто слушает, как Роуди, Хэппи и Пеппер рассказывают одну историю за другой о подвигах Тони за эти годы. Тони делает ему скидку, зная, что тот, вероятно, уже много лет, если не дольше, не общался с таким количеством людей одновременно. Около девяти Пеппер ложится спать, а Роуди и Хэппи вскоре поднимаются наверх. Только когда остаются только Ричард и Тони, Ричард достает из кармана небольшую коробочку и протягивает её Тони. — Ах, Рик, зря Вы это сделали, — говорит Тони, но все равно берет. Он развязывает небольшой кусочек бечевки, загнутый вверху, и снимает верхнюю часть, обнаруживая под ней нечто, похожее на браслет. Он металлический, с овальным узором посередине, где, вероятно, когда-то был какой-то драгоценный камень, а теперь просто пустая вставка. Подняв его, Тони понимает, что эта форма не предназначена для запястья, а скорее для того, чтобы скользить по пальцам и опираться на тыльную сторону ладони. Не имеющий никакой функциональности и имеющий пустое отверстие вместо драгоценного камня или другого эстетичного предмета, это, возможно, самый странный подарок, который когда-либо получал Тони. — Рик, я… Ричард одобрительно рассмеялся. — Всё в порядке, мистер Старк. Знаю, Вам, должно быть, кажется странным дарить кому-то такой подарок. Но я всё равно хотел, чтобы он был у Вас. Тони поднимает брови и жестом предлагает мужчине продолжать. Ричард глубоко вздыхает, его взгляд смягчается. — Он принадлежал величайшему человеку, которого я когда-либо знал. Он был мне как отец, во многих отношениях, но, к сожалению, он умер прежде, чем я успел сказать ему об этом. Как и Вы, он был очень умён, но в то же время оставался эмоциональной загадкой даже для себя самого. Годы после его смерти я гадал, знал ли он, что я его люблю, и что для меня не имело никакого значения, что он не был моей плотью и кровью, потому что он все еще был всем тем хорошим, что должно быть у кого-то, удостоившегося такой чести — быть чьим-то отцом. Ричард опускает взгляд на свои руки, а затем снова смотрит на Тони. — Этот кусочек металла — все, что у меня от него осталось. И, наверное… я подумал… раз уж Вы так и не рассказал своему Питеру о своих чувствах к нему, а я так и не рассказал этому человеку, возможно, этот дар каким-то образом… — Ричард снова замолкает, отводя взгляд. — Ну, я подумал, что, наверное, это поможет нам обоим немного успокоиться. Тони снова смотрит на подарок. Через несколько мгновений он делает глубокий вдох и собирается заговорить, но Ричард не дает ему возможности продолжить. — Прошу прощения за то, в каком он состоянии. Я его сломал, когда использовал в последний раз, и не мог отдать его Вам в таком состоянии, поэтому вынул то, что было внутри. В любом случае, я понимаю, что человеку с таким положением, как Вы, это может показаться глупым, но… — Спасибо, — Тони поднимает покрасневшие глаза и встречается взглядом с Ричардом. — Это идеально, Рик. Спасибо. Ричард выглядит удивленным, но его лицо быстро смягчается. — Пожалуйста, мистер Старк. И, если уж на то пошло, я искренне верю, что Ваш Питер знал, даже если Вы этого не говорили. А если нет, то теперь он точно знает.

***

На девятнадцатый день рождения Питера Тони не смотрит никакие видео. Зато он роется в пластиковых контейнерах в гараже, скользя пальцами и глазами по всем вещам, составлявшим драгоценную, бережно хранимую жизнь его первого ребенка. Закончив, он аккуратно расставляет все на свои места, за исключением одной фотографии в рамке, которую Питер хранил на столе в спальне. Он заносит ее в дом, осматривает несколько минут, прежде чем поставить где-нибудь в стороне, но не слишком далеко. На следующее утро Пеппер находит его после того, как заканчивает мыть посуду. Она не произносит ни слова, но ее долгие объятия запоминаются на всю жизнь.

***

Их вторая зима на озере, когда она наступает, оказывается одной из самых холодных в этом районе за последние десятилетия. Как и в предыдущий год, Ричард почти не навещает их, лишь на один день в ноябре, обещая вернуться за неделю до Рождества, чтобы отпраздновать второй день рождения Морган. Тони ездит к нему на снегоходе дважды в неделю, и они всегда вместе пьют чай или кофе, прежде чем Тони снова уезжает. Но день рождения Морган клонится к вечеру, а Ричард все еще не появляется, и Тони с тревогой смотрит в окно, надеясь увидеть темно-красный и синий знакомые шерстяные пальто Ричарда на фоне жесткого белого снега. Наконец, около четырех, Пеппер сжимает его руку, на ее лице тревога и хмурое выражение. — Иди, пока не стемнело. Тони рад, что на уже знакомой тропе, направляясь к дому Ричарда, не встретил ни одного лежащего человека. Однако его тревога снова нарастает, когда по прибытии он видит темную, холодную хижину. Тони дергает ручку входной двери, но она не заперта. — Рик? Вы здесь? Он идет через пустую кухню, замечает две коробки с двойными бантиками из бечевки, несомненно, подарки Морган на день рождения и Рождество, стоящие на столе, и направляется к одинокой спальне в задней части комнаты. — Рик? Это Тони, а Вы… О, нет. Ричард лежит на спине в постели с закрытыми глазами. Кто-то мог бы принять его за спящего, но Тони с первой секунды, как увидел его, понял, что он умер. Быстрая проверка пульса подтверждает это, и сердце Тони падает. Он сползает на пол, опираясь спиной на край кровати. Не глядя, он поднимает руку над плечом и хватает холодную руку Ричарда. Там он сидит до тех пор, пока не стемнеет, держа за руку своего друга — своего друга, который был таким добрым, сильным и хорошим — и плачет.

***

Ричард Джонс оставил Старкам все, объясняет анонимный адвокат по наследству, связавшийся с ними через неделю. Это не так уж много — всего пять акров земли, на которых стоит охотничий домик, и немногочисленные пожитки — но этот жест сам по себе бесценен, по крайней мере, для Тони и Пеппер. Они откладывают похороны, пока адвокат пытается разыскать сестру, о которой упоминал Ричард. Однако, когда даже Пятница не может найти никаких записей о ней, Тони не может сдержаться и наконец начинает копать сам. Тони не удалось найти никаких записей о Ричарде до 2018 года. Ни свидетельства о рождении, ни работы, ни школьных табелей, буквально ни одного упоминания о Ричарде Джонсе, которое Тони мог бы связать с Риком. Когда дальнейшее расследование выявило, что водительские права и другие документы, предоставленные Ричардом для покупки недвижимости, были поддельными, Тони откинулся на спинку кресла в гараже, потирая глаза. Конечно, Ричард был скрытным, но Тони ни за что бы не догадался, что этот человек — фальшивка. Неужели он все это сделал только для того, чтобы подобраться к Тони Старку, сломленному человеку и одному из неудавшихся Мстителей? Но нет, он купил собственную недвижимость за несколько месяцев до Тони и Пеппер, так что это не могло быть так. Но тогда почему? Он был хорошим человеком или казался таковым. Ричард вообще его настоящее имя? Это просто не имело смысла. Тони не может найти ответов. В конечном счете, Тони знает наверняка только одно. Единственный настоящий друг, которого он обрел с тех пор, как половина его мира исчезла у него на руках, мертв, и Тони даже не знал его.

***

Они хоронят Ричарда в марте, как только оттает земля и Пеппер почувствует, что прошло достаточно времени, чтобы обоснованно заявить, что его младшую сестру никогда не найдут. Могила находится на вершине холма, рядом с охотничьим домиком, но недостаточно близко, чтобы они могли видеть друг друга. Тони выбирает это место, потому что оно тихое и уединенное, но при этом с великолепным видом на озеро — именно поэтому, как он думает, Ричард изначально выбрал именно это место. Роуди и Хэппи приезжают на несколько дней, чтобы побыть там, несмотря на то, что они встречались с этим человеком всего несколько раз. Никто не произносит речи, и похороны проходят быстро. Тони сохранял хладнокровие, и он не мог остановить появление в себе прошлого себя. Но что-то вспыхивает в сердце Тони при виде Морган, бросающей в могилу хрустящую алую розу. Он решает, что есть еще кое-что, что он знает наверняка, проводя пальцем по прохладному металлическому браслету на ладони. Остальное — все, о чем он никогда не узнает правду — не имеет значения. Потому что Ричард Джонс был хорошим человеком. В этом Тони уверен.

***

Три года спустя Но сможешь ли ты спокойно жить? Слова Пеппер эхом отдаются в голове Тони, сидящего в гараже, куда он отправился после того, как она легла спать. Он все еще не может поверить, что разгадал загадку путешествий во времени, все еще не может осознать, что это теперь больше, чем просто теория. Эта мысль заставляет его вспомнить Ричарда, о том, как тот всегда верил, а Тони был скептиком. С улыбкой он открывает боковой ящик и достает подарок, который ему подарил мужчина. Это все еще странное устройство, думает Тони, надевая его и сжимая кулаки для пробы. В нем нет никакой логики или смысла, Тони не видит в нем никакой необходимости. Но, присмотревшись повнимательнее, Тони понимает… что размер вставки идеально подходит для схемы GPS-навигатора, разработанной им с Пятницей. Более того, он достает рулетку, чтобы ещё раз проверить, но знает, что прав — идеальный размер. Мысли Тони лихорадочно бродят. Он пытается вспомнить, что сказал Ричард той ночью, после того как Тони открыл коробку. Я его сломал, когда носил в последний раз, и не мог отдать его Вам в таком виде, поэтому вынул то, что было внутри. Погоди, нет. Это было неправильно, думает Тони. Он закрывает глаза, пытается представить себе эту сцену и думает… Я его сломал, когда использовал в последний раз, и не мог отдать его Вам в таком виде, поэтому вынул то, что было внутри. Тони открывает глаза. Вот и всё. Ричард не сказал «носил», он сказал «использовал». Он вспоминает все, что знал о Ричарде — действительно знал. Он знал, что этот человек силен и умен, и что он ненавидит холод. Он знал, что он добр и сдержан. И он спас Морган, так что он, безусловно, был героем… Тони поворачивает голову и смотрит на дверь, словно Ричард все еще стоит там, словно застыв во времени. Он ахает и хватается за затылок, когда воспоминания накатывают на него. Боже, всего-то и нужно было… всего-то и нужно было попросить Пятницу сделать тест на радужную оболочку глаза. Если радужки совпадут, Ричард уже не был бы Ричардом. Он был бы Питером Паркером, тем парнем, которого Тони считал потерянным навсегда. И если Ричард — это Питер, это значит… это значит… Питер вернулся. Тони сгорбился над столом, обхватив голову руками. Если Ричард — это Питер, то это значит, что они выиграют… Он принадлежал величайшему человеку, которого я когда-либо знал. Он был мне как отец, во многих отношениях, но, к сожалению, он умер прежде, чем я успел ему об этом сказать. …и это также означает, что есть большая вероятность, что Тони не проживет долго. И вдруг Тони с шокирующей ясностью осознает, что никогда не сможет этого узнать. Он никогда не сможет узнать наверняка, Ричард ли это Питер. Потому что, если это так, в этой временной линии уже слишком многое может измениться. Одного лишь присутствия Питера здесь может быть достаточно, чтобы разрушить все шансы на успех. Тони молит Бога, чтобы это было не так, и у него нет другого выбора, кроме как верить, что у них есть шанс. Однако если Тони узнает наверняка, что Ричард и Питер — один человек, это может стать переломным моментом в судьбе, и они могут проиграть. Они должны победить. Тони снова смотрит на подарок Ричарда. Он думает о любимом мальчике, которого потерял, о добром старике, которого едва знал. Дает себе всего несколько минут, чтобы представить, что это один и тот же человек. А затем он отпускает его навсегда. — Пятница, покажи схемы. Нам нужно вернуть ребёнка домой.