Tu es mon âme

— Здравствуйте еще раз, Казекаге-сама, — кивнула Ханая. — Привет, Сакура, и Мы кажется обсуждали этот вопрос когда вы спасли Канкуро и меня, что вы обращаетесь ко мне на ты, и по имени, — спокойно напомнил юноша. — Да… прости, обычная привычная формальность, — подмигнула Сакура. — Куда пойдем? — смотря в сторону спросил Собаку но. — Ммм, дай подумать, ты голоден? — смотря прямо в глаза говорила Цуё-химэ. — Сейчас не особо, — стараясь скрыть смущение от такого прямого взгляда, ответил Гаара. — Тогда идем просто прогуляемся по городу, заодно может прикупишь сувениры для Баки-сана, — проговорила Ханаму и пошла вперед. «И все же она стала еще красивее, и смена образа ей очень к лицу» — смутился Казекаге. Сакура выглядела удивительно спокойно и уверенно — словно человек, который давно нашёл свой баланс между силой и мягкостью. Её длинные розовые волосы были заплетены в плотную, ровную косу, спадающую далеко ниже ягодиц. При каждом движении она неторопливо перекатывалась из стороны в сторону, мягко мерцая в свете. Пара тонких выбившихся прядей у лица придавала образу живости и естественности, не нарушая общей собранности. Она была одета в короткий чёрный топ, который подчёркивал тонкую талию и рельеф живота — вполне достаточно, чтобы без слов показать, насколько дисциплинированным было её тело. Белые шорты, зафиксированные широким ремнём, сидели удобно и уверенно, не стесняя движений. Это была одежда, рассчитанная и на прогулку по деревне, и на внезапную необходимость вступить в бой. На бедре крепилась кобура — компактная, но вместительная. В ней лежали всё те мелочи, что могли пригодиться Сакуре в любой момент: перчатки, запечатанные лекарства, хирургические иглы, небольшие инструменты для экстренной помощи. На руках — лёгкие тактические перчатки, привычно облегающие пальцы, словно вторая кожа. Невидимая глазу, но отчётливо ощущаемая теми, кто хоть раз соприкасался с чакрой, вокруг Сакуры пульсировала многослойная, хищно-живая аура. Она была не статична — словно дышала. Временами спокойная, ровная, как гладь озера, но стоило эмоциям вспыхнуть — внутри неё поднималась буря, шелест когтей и рык древних сил. Аура призывных зверей и хвостатого переплеталась вокруг неё подобно стае, что охраняет хозяйку. Они не проявлялись полностью — лишь силуэты, ощущение присутствия, тяжелое, как дыхание зверя за спиной. Казалось, что в пространстве позади неё могут материализоваться огромные лапы, хвосты. И Гаару восхищало все это. Ведь он ощущал всю эту силу и мощь исходящую от нее. — Ты изменилась, — начал красноволосый. — А? Да, возможно изменилась. Но это стоило того, чтобы сейчас быть уверенной в себе и в своей силе, а главное не быть балластом в команде, коим раньше я себя считала… — спокойно проговорила Харуно. — Скажи честно, это тяжело? Ты правда можешь контролировать такую мощь? — решился спросил Казекаге, он хотел понять ее, понемногу, шаг за шагом, не торопя события. — Честно, не всегда, все же наверное тут еще играет роль, что я бесклановая, я часто теряю контроль, мне еще нужно тренироваться и тренироваться, чтобы создать полную связь с ними, и не дать силе поглотить меня, я и они стараемся выстроить баланс, связь на доверии и понимании, а не страхе и внушении, — отвечала Сакура. — Вот как, я слышал пару раз от Шукаку, когда еще был джинчурики, о других хвостатых, значит он имел ввиду Мияби и схожих ему… — задумался Гаара. — Думаю, что да, Курама тоже о них знает, ведь они все одной природы, просто мощь и сила тех что за гранью, гораздо больше, и в отличии от других хвостатых, они могут спокойно отделиться от тела хозяйна, и сражаться вместе, бок о бок, — улыбнулась девушка. — Тебе интересно что-то еще по поводу них? Или обсудим более насущные темы? — добавила она. — А… может тогда ты начнешь? Для меня все еще сложно начинать диалоги не связанные с заданиями, техниками и прочим… — смотря в глаза девушки проговорил Гаара. — Ну хорошо, давай, какая твоя любимая еда? Такой вопрос подойдет? — слегка прищуриваясь проговорила Кайю. — Да, но у меня нет прям любимых блюд, я ем все, разве что если и правда голоден, я редко ем, даже после того, как я перестал быть джинчурики, проблемы со сном и аппетитом остались, — честно ответил юноша. — А у тебя, какая еда? — добавил он. — Ох, жаль, хочешь позже могу попробовать помочь хоть на время убрать бессоницу? Так, ладно, ответ на твой вопрос, моя любимая еда: пельмени анко, умэбоси и анмицу, — проговорила зеленоглазая. — Смотрю ты любительница сладкого, — усмехнулся Казекаге. — Да, есть такое, люблю сладкие перекусы, правда не на заданиях, на заданиях лучше всего подойдут пельмени, более сытные и быстро готовятся, — пожала плечами Харуно. — А так я бы не отказался от помощи столь прекрасного медика и прекрасной куноичи, — сам не замечая мягко проговорил Гаара. «Он только что попытался пофлиртовать? Не думала, что так сходу…» — смутилась Сакура. — Сакура! Гаара! — послышался голос Наруто. — Привет, Наруто, одновременно проговорили двое. — Уже вернулся с задания? — рассматривая друга на визуальные повреждения говорила Сакура, и поняв что он цел и не вредим, только после этого позволила другу обнять себя. — Да, я скучал, Сакура-чан, — ярко улыбаясь и весело проговорил Наруто крепко обнимая девушку. — И я скучала, тебя не было месяц, как прошло ваше задание? — говорила Харуно отпуская друга. — Прекрасно, Шикамару уладил дела политические, я же уладил дела боевые, — улыбнулся Узумаки. — Это хорошо, я в вас и не сомневалась, — тепло улыбнулась Сакура. — А ты сегодня в хорошем расположении духа, — понял блондин. — Да, мама, папа и Руми отлично подняли настроение, — смутилась розовласка. — Мама? Папа? Первый раз слышу чтобы ты так называла Кизаши-сана и Мебуки-сан, — опешил Наруто. — А я и не о них, — хитро улыбнулась Ханая. — А? Изана-сан? Мичи-сан? Я то думаю еще причем здесь Руми-чан, ты наконец-то смогла принять их как родителей? Я рад, я знал, что они заменять тебе Кизаши-сана и Мебуки-сан, — заулыбался Лис, и вспомнив что так-то и Гаара здесь вдруг начал недоумевать. — Стойте! А почему… почему вы вместе гуляете? — прокричал Наруто. — Так тебе Цунаде-сама не рассказала? Ну о укреплении союза Конохи и Суны. И то что этим укреплением союза будет наш с Гаарой брак, — выпалила Кайю. — Что? Брак? Вы должны будете пожениться? Ты переедешь в Суну? А… как же мы все? Как же я… — начал Узумаки. — Наруто, мы будем так же общаться, приходить друг к другу и гулять, я же не умираю все-таки, а всего лишь перееду в другую деревню, никто же не запрещает тебе туда приезжать, — пыталась успокоить его, наша Мастер Призывов. — Но… почему именно вы? Можно же было Темари и Шикамару… — стараясь скрыть грусть говорил голубоглазый. — Это решение старейшин, не наше, и не Каге, — выдохнула девушка. — Наруто, двери Суны всегда будут открыты для тебя и шиноби Конохи, — проговорил Гаара. «Я уже и забыл, как сильно Наруто ее любит… совершенно забыл, и не подумал… эгоистично согласился с их решением, из-за своих чувств… забыв про чувства друга… прости Наруто…» — мысленно хмурился Казекаге. — И скоро вы отправитесь в Суну? И… а как же Саске? Он ведь вернулся, — все допрашивал их Узумаки. — Еще как минимум через месяц, у нас тут еще задание есть, — пожал плечами красноволосый. — Наруто, Саске меня отверг, так что в плане чувств я уже ничего не теряю, ведь Саске не нужна я, ему нужна более сильная девушка, — хмурилась Харуно. «Она все еще считает себя слабой? Являясь джинчурики двадцатихвостого и мастером призывов?» — опешили оба. — Сакура-чан, ты сильная, думаю Мияби и остальные это подтвердят, — проговорил блондин. — И да, Гаара, если ты ее обидишь, я приду и заберу ее, — уже серьезно сказал Наруто. — Я не обижу ее, — так же серьезно ответил Гаара. «Наруто… ты так и не смог отпустить чувства ко мне? Хотя если быть честной, я бы дала тебе шанс, не будь этой свадьбы… или как минимум сбежала бы сама, с мамой, папой и Руми в Скрытый Камень, я не желаю видеть Саске, так что сейчас, теперь я уже не против уйти, даже если в Суну, даже если по договору, даже если и из-за брака по расчету… и даже если спасением будет Гаара и его семья…» — думалось Сакуре. — Сакура-чан, тогда за месяц что вы будете здесь, мы должны гулять каждый день! Ведь потом неизвестно сколько мы не увидимся, — снова с улыбкой проговорил Наруто. — Хорошо, не каждый день конечно, но уж точно больше, чем раньше. Да и с ребятами было бы хорошо за это время встретиться, посидеть и заодно попрощаться, — кивала Харуно. — Вы встретитесь через полгода после того как мы будем в суне, на нашей свадьбе, нам дают полгода, чтобы мы могли узнать друг друга по лучше, чтобы брак был хоть немного, но менее формальным и договорным, — проговорил Казекаге, скрывая за этими словами, что это шанс больше для Сакуры, полюбить Гаару, ведь он и так ее любит, да и в целом это была его единственная просьба связанная с браком, более ему и не хотелось просить, да и пусть будет тайной его решение отпустить ее, если за полгода он так и не сможет стать важной частью ее жизни, и не сможет занять важное место в ее сердце, а с старейшинами он сам разберется, если будет скандал. Но надежда в его сердце, что все же у них что-то получится, продолжала греть его душу, хоть и изредка, наступали холода, когда он вспоминал о ее чувствах к Учихе, в такие времена в его душе была песчаная буря, а он сам мрачнее тучи. Но каждый раз думая о том, что сможет добиться ее любви, искренней заботой, доверием, пониманием и поддержкой, расцветала и его душа и он сам. — Тогда отлично, а до вашего отбытия, будем проводить время вместе, если конечно бабуля Цунаде не будет постоянно давать задания, — посмеялся Наруто. «Значит даже сейчас у меня нет шанса быть с Сакурой-чан… а я надеялся, что смогу завоевать ее любовь, как она пыталась завоевать любовь Саске… тогда, я продолжу поддерживать и защищать ее как друг, я слишком ценю и дорожу всем что связано с ней…» — смотря на Сакуру и Гаару думал Наруто.