Утерянная истина

— Хелена, вставай! — послышался голос моей старшей сестры. С меня стащили одеяло, и тело тут же пробрал пронизывающий холод. Я инстинктивно согнулась калачиком, пытаясь сохранить остатки тепла. «Отстаньте. Я полночь делала уроки, дайте поспать хоть немного», — промелькнуло в голове, а на лице само собой нарисовалась недовольная гримаса. — Вставай! — Хилари повысила голос и выдернула из-под головы подушку. — Зачем? — мой голос прозвучал хрипло и сонно. Я повернулась на другой бок, пытаясь игнорировать её. — Тебе в школу надо, вставай! — И тут же она ухватилась за мою ногу, пытаясь стащить с кровати. Я резко дёрнулась, вырвала ногу из её цепких пальцев и шлёпнулась обратно на матрас. В следующую секунду я уже стояла на ногах, и, должно быть, взгляд у меня был поистине убийственный, потому что Хилари испуганно ахнула и вылетела из комнаты. Она знала, что меня лучше не злить с утра. От резкого подъёма в висках застучало, а перед глазами поплыли чёрные пятна. Сделав глубокий вдох, я подошла к зеркалу. «Вот не надо было допоздна сидеть, теперь на уроках буду клевать носом». Мои волосы, золотистые с вкраплениями коричневого, в лучах утреннего солнца отливали чистым мёдом. Глаза — янтарные, с чёрной подводкой вокруг радужки — многие принимали мои глаза за линзы. На солнце они тоже светились ярче. Зрачки почти всегда были расширены, что придавало взгляду немного отстранённое выражение. Черты лица мягкие, что вместе с небольшим ростом создавало образ «милой девочки». Стройная, но не худая. Умывшись, я вышла в гостиную. Тишина. Значит, все на кухне. Интерьер кухни был выдержан в спокойных голубых и белых тонах. Рядом с обеденной зоной располагалась уютная терраса с диванчиком и кофейным столиком. За большим столом сидели отец, младший брат Итан и моя мучительница Хилари, на которую я бросила негодующий взгляд. Мама стояла у плиты, помешивая что-то в сковороде. Я молча подошла и обняла её сбоку, прижавшись щекой к плечу. — Доброе утро, мам. Она была на иголках, тяжело быть беременной, так ещё и заниматься бытовыми делами. Скоро у нас родится братик, мы уже выбрали для него имя — Айден. Потом я обняла отца и устроилась на свободном стуле рядом с ним. Взгляд скользнул по террасе и зацепился за серую термосумку на маленьком столике. Мы использовали её для долгих поездок. Последние полгода родители брали её с собой в регулярные командировки за границу. Мы жили в четырёх-пяти часах езды от границы, так что они предпочитали машину. «Опять куда-то собираются», — мелькнула невесёлая мысль. Каждый раз когда они уезжали, на душе было неспокойно, но что поделать, таковы дела. — Пап, вы снова уезжаете? — повернулась я к отцу. Они и так часто отсутствовали из-за работы, так что новость не стала неожиданностью. Он, не отрываясь от завтрака, кивнул: —Да, но ненадолго. — «Ненадолго» — означало на день или два. «Блин, забыла сахар», — спохватилась я, уже поднося чашку ко рту. — Мы вас отвезём в школу и сразу поедем, — голос мамы прозвучал спокойно. — После уроков за вами заедут Стефано и Милания. — Хорошо, — ответили мы в унисон. Мы давно привыкли, что в отсутствие родителей за нами присматривают то бабушка с дедушкой, то дяди с тётями. Это вошло в рутину. Завтрак прошёл в тишине. Все хотели спать, особенно родители, а я шла следом. Лишь Итан, вечный непоседа, излучал энергию, хотя и зевал порой. Он всегда был таким. — До выхода тридцать минут, быстрее одеваться! — скомандовала мама. Нам пришлось встать, оставив на столе недоеденные блюда, и разойтись по комнатам.

***

Белая рубашка с длинными рукавами, чёрная юбка в пол и чёрно-белый платок — так выглядела наша с Хилари школьная форма, закрытая, но удобная и по религии, ведь мы носим хиджаб. Итан щеголял в обычных чёрных брюках и голубой рубашке. В прихожей я надела чёрный плащ, белые кроссовки и перекинула через плечо сумку. Хилари и мама уже были готовы. Мы втроём вышли во двор. За воротами нас ждал белый «Лексус», за рулём которого сидел отец. Открыв заднюю дверь, я увидела Итана, устроившегося у противоположного окна. Едва мы пристегнулись, машина тронулась. Мы жили в небольшом городе — Иаллен, в котором мы так же и учимся. Наша семья, Робинсоны, была известна на всю республику Эльдайм и даже за её пределами. Улица, на которой мы жили, носила нашу фамилию. Мне пятнадцать, я учусь в девятом классе, и скоро мне предстоят экзамены, после которых я могу покинуть школу. Хилари шестнадцать, она в десятом классе, уже сдала экзамены, но решила остаться ещё на год. Итану двенадцать, он шестиклассник. Выйдя из машины, я лишь тогда заметила, что нас высадили через дорогу от школы. В последнее время со мной такое часто бывало. Я так погружалась в свои мысли, что даже на уроках с трудом могла сосредоточиться. Поправив сумку на плече, я перешла через дорогу и направилась к школьным воротам. Войдя в школьный двор, я сразу заметила трёх своих подруг-одноклассниц: Кристи, Лори и Абелию. Они стояли в сторонке, о чём-то оживлённо болтая. — Привет, — помахала я им, приближаясь. — О, Хелена! —Приветик! Мы обменялись быстрыми объятиями. — До звонка ещё семь минут, погуляем немного и зайдём, — предложила Кристи. Я лишь кивнула в ответ. — Ладно, я тогда пойду, — сказала я и направилась в здание.

***

В классе уже собралась часть наших: Эдисон, Джулиан, Инди, Кай. Я молча помахала им, снимая плащ. — О, Хени! — оживился Джулиан. Это прозвище он дал мне ещё в пятом классе. Мы дружим с детского сада и оказывались в одном классе. Кай тоже когда-то был моим лучшим другом, мы были не разлей вода. Но потом что-то изменилось, и мы отдалились друг от друга. Вешая плащ на крючок, я с улыбкой посмотрела на Джулиана. Он ответил тем же. Поправив платок и перекинув сумку через плечо, я достала телефон, чтобы проверить расписание. «Так... Первым уроком... математика. Вот тебе и доброе утро», — с обречённым вздохом я вышла из кабинета. Наш класс был на третьем этаже, а кабинет математики — на первом.

***

Войдя в кабинет, я заметила Джессику Бартел. Мы учились в одном классе, но близко подружились лишь недавно. — Хелена, ты пришла! Садись со мной, — она тут же обняла меня. «Наверное, её лучшая подруга сегодня отсутствует, раз она зовёт меня», — мелькнула догадка. Но я всё равно согласилась и села рядом, чему Джессика искренне обрадовалась. К концу урока я чувствовала себя выжатой, как обычно после математики. — Что у нас дальше? — спросила Джессика, засовывая учебник в сумку. — Ммм... — я напрягла память. — Физкультура, — ответила я, собирая свои вещи. — А давай прогуляем? — неожиданно предложила она. — В парк, на детскую площадку. Парк был через дорогу от школы, в это время там почти безлюдно. — Ну... ладно? — неуверенно согласилась я. — Тогда пошли! — Джессика радостно подхватила меня под руку и потащила за собой.

***

Вернувшись в класс за вещами, мы застали там Джулиана, Инди и Кая, которые как раз натягивали куртки. Было очевидно, что они тоже не горят желанием идти на физру. — Вы что, тоже прогуливаете? — с удивлением спросила я, оглядывая каждого. Кай лишь молча кивнул, пока Инди застёгивал молнию. — А вы? — парировал Джулиан. Я надела плащ, а Джессика — куртку. — Мы идём. Если вы тоже, тогда пойдёмте вместе, — предложила я, глядя на Джулиана. — Хени дело говорит, — обратился он к остальным, а потом повернулся ко мне: — Погнали! Я не смогла сдержать улыбку. Портфели мы оставили в классе и гурьбой вышли в коридор. На первом этаже к нам присоединились Кристи, Лори и Абелия, чему я была только рада. Нам повезло — никто из учителей, а тем более директор, нас не заметил.

***

Мы прекрасно провели время, гуляя в парке и дыша свежим воздухом. Вернувшись, отсидели оставшиеся уроки и наконец-то смогли отправиться домой. Я едва волочила ноги от усталости. На школьной парковке нас ждала чёрная «Камри» дяди Стефано. Пересекая школьный двор, я поймала себя на мысли: «Наверное, родители попросили их, и мы купим что-нибудь вкусненькое». От этой мысли на душе стало теплее. У нас была маленькая традиция — каждую пятницу, мы заказывали что-то вкусное. Так как дядя с тётей тоже исповедовали ислам, и тётя Милания носила хиджаб, я поздоровалась соответствующе: — Ассаляму алейкум. — Уа алейкум ассалям, — одновременно ответили они. На заднем сиденье уже сидели Хилари и Итан, безучастно смотревшие в окна. Сегодня, к моему удивлению, я оказалась последней — такое случалось редко.

***

Дома мы разошлись по комнатам, чтобы переодеться. Родительская спальня теперь временно принадлежала Стефано и Милании, и они сразу удалились туда. Я надела футболку с мягкими белыми штанами и собралась было доделать эскиз платья, который всё никак не могла закончить. Казалось бы, дело на пару минут. Хилари устроилась на кровати с телефоном, и никто ей не мешал. — Девочки, ужинать! — позвала нас Милания. — Идём! — крикнула я за себя и за сестру и направилась на кухню. Хилари потянулась следом. Мой эскиз бело-золотого платья так и остался лежать на столе недорисованным. Ужин прошёл спокойно, мы обсуждали всякие мелочи. После Стефано устроился в гостиной с телевизором, а мы с Хилари помыли посуду. Закончив, мы присоединились к остальным в гостиной. Семья собралась вся, хоть и временным составом. Внезапно зазвонил телефон Стефано. Он выключил звук у телевизора и, ответив, как это часто делал, перевёл звонок на громкую связь. Его взгляд всё так же был прикован к экрану. — Добрый вечер... — раздался из трубки низкий мужской голос. — Простите, вы не Стэфан Робинсон, брат Оливера Робинсона? При упоминании имени отца в воздухе повисло напряжение. Стефано перевёл нахмуренный взгляд на телефон. — Да, я вас слушаю, — его голос оставался спокойным, но в нём проскальзывала сталь. — Мне нужно сообщить вам новость... — Стефано замер. — Ваш брат Оливер Робинсон и его жена Каролина Робинсон попали в ДТП. Мы все в ужасе уставились на телефон, отказываясь верить услышанному. Но кошмар на этом не закончился. Незнакомец продолжил: — В самой машине мы их не нашли... Обыскали всю округу, но следов нет. Они пропали без вести. Моё дыхание перехватило. Глаза расширились, пытаясь осознать реальность происходящего. Этого не может быть.