Я фантазирую так...
7 марта 2026 г., 09:24
Очередной тяжелый день подошёл к концу. Тонны отчетов позади, болтовня с министрами по не особо важным делам тоже и теперь, единственное, чего так ждал замученный бумажной волокитой юдекс, свершилось. Наконец-то можно отдохнуть.
Время близилось к ночи. Дракон залез в свое гнездо, накинув сверху простыню, и готовился погрузиться в царствие Морфея, пока его ненаглядная уже больше получаса намывалась в душе. Фурина всегда тратила уйму времени на сборы, любила наводить марафет, пока весь мир ее подождет, а перед тем, как улечься в постель, ритуал был особый. Честно говоря, Невиллет уже привык к такому, и несмотря на типичное для него брюзжание, по-своему ценил этот момент. От девушки всегда вкусно пахло, а ее бархатную белоснежную кожу, казалось, можно гладить бесконечно. Шелковистые кучеряшки, легкий розоватый румянец и нежные руки, которые можно было простить за неспешность, лишь бы они почесали за ушком.
Но сегодня дама задержалась особенно и судья, проигрывая битву между ожиданием и усталостью, все же, начал потихоньку сдаваться. Веки тяжелели, мышцы расслаблялись и, уткнувшись лицом в подушку, мужчина задремал, сам того и не заметив.
Его серебристые локоны разлились блестящими ручейками платины по темно-синему постельному шелку. Лазурные рожки, что всегда по стойке смирно очерчивали идеальную линию осанки, нелепо расползлись по обе стороны, будто лапки придавленной мушки. Бледные плечи, слегка покрытые полупрозрачными чешуйками-бриллиантами, наконец-то спустили дневное напряжение и обмякли. Он уснул, впав в самое уязвимое состояние, парализованный усталостью.
Ничего не предвещало беды. Тишина в роскошном дворцовом ложе, судья на койке, а Фурины все нет и нет. Но вдруг, дверь приоткрылась. Послышались шлепки босых ног по деревянным половицам. Тихие, невесомые, почти что бесшумные. Они направлялись в сторону большой кровати в центре палаты, где лежал вымотанный, ничего не подозревающий дракон.
Девушка, закутанная в легкий шелковый халатик, остановилась у самого края постели и осторожно, медленно склонилась к юдексу, оперевшись на матрас одним коленом. Она посмотрела на мужчину, пыталась понять спит ли он или просто прикрыл глаза, но реакции на ее присутствие не последовало, а значит, действительно в отключке.
Приблизившись к его уху, она тихим ласковым шёпотом позвала его по имени, чтобы его разбудить:
— Неви, я пришла.
И тишина. Потом задёргались рожки. Плечи потянулись, он тяжело вздохнул и приподнял голову, обратив на кучеряжку сонный расплывчатый взгляд.
— Фурина?.. — сонно пробормотал Невиллет. — Прости, что не дождался, день был тяжёлый…
Дама тихонько усмехнулась, и провела рукой ему по волосам.
— Все хорошо, милый, ничего страшного. — ответила она, ложась рядом на живот. — Знаешь, я тут как-то одно инадзумское кино смотрела, и мне так понравился один момент из него, что я бы хотела попробовать также…
— Ты о чем? — спросил судья недоумевая.
— Ну, я даже не знаю как бы тебе это объяснить… — замялась Фурина, что-то поправляя внизу. — Обычно же мужчина сверху, а женщина как полешка лежит, наслаждается. В фильме том вот, по-другому было. Девушка доминировала, а парень исполнял роль принимающего… Понимаешь о чем я?..
Невиллет потупился куда-то в пустоту, пытаясь собрать в кучу красные зенки, помолчал в потугах переварить ее намеки, а как пазл более менее сложился, промямлил что-то невнятное, переворачиваясь набок:
— Ты хочешь быть сверху?
— Да, именно! — полушёпотом воскликнула дама, садясь на колени. — Ты только представь: я, в ажурном белье, ласкаю тебя везде, где только можно, довожу до пика. А потом ты переворачиваешься на живот, я пристраиваюсь сзади, прижимая тебя к матрасу и ты балдеешь от ощущений, которые никогда не испытывал в своей жизни. Ну, как тебе идея?..
Мужчина выдержал небольшую паузу, а потом сказал, спокойно и непоколебимо:
— Интересные у тебя мысли, конечно, но давай отложим их на потом. — он взял краешек одеяльца, и подтянул его к себе, как бы приглашая девушку улечься рядом. — Ложись спать уже, время позднее.
— Ну Неви-и! — наигранно закапризничала она, обидчиво скрестив на груди руки. — Я тут уже все распланировала, такие планы на вечер придумала, а ты… Эх…
Судья устало усмехнулся, нежно положив руку на ее пышное бархатное бедрышко:
— Я же не отказываюсь, просто, сейчас не самый подходящий момент. У нас у обоих был сложный день, так что, давай просто отдохнём сегодня, а завтра уже что да как.
Кучеряжка на его поглаживания не отреагировала, отвернулась и сидела как нахохлившаяся голубка. Все-таки, немножко задело ее это кайфоломство. Она ведь не зря так долго в душе намывалась, готовилась, натиралась сладкими кремами, чтобы он вкушал ее аромат, но по итогу все насмарку. Не захотел «судья» быть «подсудимым».
Увидев свою опечаленную жёнушку, драконье сердце все-таки малость сжалось от такой картинки и, чтобы вечер не заканчивался на плохой ноте, юдекс, все-таки, позволил девушке немного «помучать» его, для ее душевного спокойствия.
— Ладно-ладно, если уж так сильно хочется, можешь побыть «сверху» сегодня. Только не переусердствуй, мне еще на работу рано утром вставать.
И тут Фурина резко воодушевилась. Ловкие пальцы сразу же развязали пояс шелкового халата, а сама ткань сползла вниз, обнажая всю красоту, что она скрывала под собой: черное кружево поверх мягких и округлых изгибов, пышные бочка и небольшой животик, выпирающий из-под резинки пояса для подвязок, но что-то не то… Опустив взгляд чуть пониже, мужчина заметил нечто увесистое и имеющее продолговатую форму. В полупрозрачную резину голубого оттенка были вмешаны маленькие блёстки. Форма ребристая, размер приличный, но это все казалось бредом.
Глаза его округлились. Он даже привстал, потирая сонные очи, не понимая померещилось ли ему в полумраке это, или нет. Фурина же ехидно ухмыльнулась, наблюдая за растерянным видом своего муженька.
— Ну, чего ты так смотришь? Думал, что я пошутила?
Он проморгался, все еще не до конца переваривая происходящее.
— Что это?.. — в недоумении спросил юдекс, не сводя взора с резинового предмета.
— Это? Сюрприз, конечно же! — сказала дама, подползая поближе к судье. — Ты же разрешил мне этой ночью побыть «сверху», так что, теперь ты мое полешко.
Юдекс попытался что-то возразить, но кудрявая чертовка уже оказалась на нем, прижимая крепкие плечи мужчины к матрасу.
— Тихо-тихо, любимый, не нужно лишних телодвижений, я все сделаю сама. — промурчала девушка, прижимаясь своей миниатюрной грудью к его крепкому торсу. — Просто расслабься и дай мне сделать тебе приятно.
— Фури-… — не успел договорить Невиллет, как тут же его заткнули глубоким и жарким поцелуем.
Он не был готов к этой внезапной близости и думал просто спокойно уснуть в обнимку с женой. Только вот, ее планы были совсем другие, те, что именно сегодня он не ожидал.
Мужчина по началу, пытался осторожно отодвинуть от себя кудрявую бестию, желая ее успокоить, однако Фурина — дама не из робких, поэтому сопротивление уставшего дракона довольно быстро сдало на нет. Ее язык исследовал судью вдоль и поперёк, изучая каждый миллиметр, и сплетаясь с его языком в страстном танце. Невиллет вкушал ее сладкий запах и вкус, которые казалось, были пропитаны манящими феромонами, что помутняли его рассудок, заставляя приятному теплу разливаться по груди. Чтобы сделать передышку, кучеряжка отстранилась ненадолго от мужчины, после чего впивалась в его влажные губы, аккуратно прикусывая их и наблюдая за его рожками, что мелко дрожали от возбуждения. Ее такая реакция позабавила, но хотелось большего. Намного большего, чем просто перейти к тому самому моменту и довести его до предела.
В томящем и тягучем ожидании она начала спускаться ниже, покрывая нежными укусами его шею, и оставляя следы поцелуев на еле заметных жабрах. Невиллет тяжело переводил дрожащее дыхание, и что-то неразборчиво шептал себе под нос, стараясь сохранять частички оставшегося самообладания. Однако, против нее это было бесполезно.
Она слишком настырная и голодная.
С каждым сантиметром ниже жар постепенно концентрировался где-то в бёдрах, пока эта чертовка, с пластикой змеи, неумолимо спускалась вдоль по торсу, оставляя на бледной коже липкие следы губного бальзама. Но сводили с ума не только ощущения. Эти непристойные причмокивания, эти дрожащие вздохи, переходящие в тихие стоны, которые буквально можно было почувствовать телом. А вид… Вид пышных бёдер, покачивающихся из стороны в сторону, дразнящий прищур, кружева, украшающие мягкую фигурку…
Он старался держаться. Сглатывал собственные хрипы, тяжело выдыхал в кулак, осознавая, насколько эти попытки удержать контроль бесполезны. И вот, когда она уже добралась до той самой чувствительной зоны, фасад невозмутимого судьи дал глубокую и ощутимую трещину.
Ловко скользнув вниз, девушка шустро разделалась с резинкой нижнего белья своего муженька и, соблазнительно прикусив губу не могла свести с него глаз. В суде он такой холодный и неприступный, сама беспристрастность воплоти, но здесь, в кровати, с ней… Это совсем другой человек. Его кожа, мраморная, белоснежная, почти что прозрачная, словно смерть, теперь была окрашена в ярко красные тона. Румянец на лице, то как он прикрывает рот рукой и с предвкушением смотрит на нее в ожидании. Его расширенные зрачки, антенны, не находящие себе места. И достаточно было лишь одного прикосновения, чтобы он потерял голову. Фурина знала это, чувствовала и, естественно, решила воспользоваться моментом.
— Ты такой милый, когда краснеешь, редко я тебя таким уязвимым вижу. В прочем, мне это даже нравится… — ее пальцы нежно легли у основания его драконьего естества. — Хм… Как думаешь, сможешь выдержать мое мастерство в ублажении или сдашься раньше, чем я до тебя дотронусь?
— Я… Ах… — выдохнул Невиллет, стараясь взять себя в руки.
— Уже сдался и все равно продолжаешь строить из себя невозмутимого дяденьку? Ну, хорошо, дракончик, вызов принят…
Ее пальцы спустились ещё ниже вдоль по ребристому стволу мужчины, который уже успел заметно затвердеть. Она сладко усмехнулась, и игриво одёрнула резинку белья полностью, обнажая его «рептильную суть». Два мощных агрегата высвободились наружу и один из них стукнул девушку по носу, от чего она на мгновение вышла из образа доминантной тети.
— Эй, не брыкайтеся мне тут! — буркнула она, обращаясь к шаловливой плоти.
— А ты будь с ними понежнее и они не станут дёргаться больше. — усмехнулся судья, подтрунивая над кучеряжкой.
— Ой, ты вообще тут не лезь! — шуточно съязвила она, грубо схватив два ствола в руку, из-за чего Нёвиллет на секунду забыл как дышать. — Просто лежи, и получай удовольствие!
Сглотнув, Фурина отпустила один из его причиндалов, а второй, осторожно наклонила к себе, обдавая его горячим дыханием. Она нежно поцеловала его головку и, поводив немножко язычок, изучая каждую складочку, аккуратно взяла кончик в рот, медленно пропихивая его все глубже и глубже. Судья тяжело выдохнул, запрокидывая голову назад. Одна его рука крепко сжимала гладкую шёлковую простынь, а вторая, невольно двигалась в сторону девушки, зарываясь в ее волосы и аккуратно контролируя темп.
Кучеряжка влажно хлюпала, двигая головой то вперёд, то обратно. Она тихонько постанывала, глядя на судью исподлобья, и в глазах ее мерцали огоньки озорства и плясали нотки дикого обожания.
Полностью вынув изо рта член, она проводила языком от основания до самого кончика, а после глубоко брала вовнутрь, буквально вгоняя его во всю длину, что умещалась в ее глотке. Она жадно пила юдекса, пока он постепенно терял над собой контроль. Ее свободная рука стимулировала второе естество, а другая все еще помогала Фурине в основной работе, которой она была занята больше всего в этот момент.
И вскоре, буквально через несколько толчков, Невиллет все же не выдержал и выдал заветный сочный стон, изливаясь в теплое нутро, которое невольно сократилось. Горячяя жидкость заполнила девушку до краёв, из-за чего она чуть не подавилась, но немного откатившись, она покорно приняла все то, чем судья залил ее изнутри.
С набитым ртом она осторожно приподнялась на локти и демонстративно проглотила семя, смотря на судью, который прикрывал лицо тыльной стороной ладони.
— М-м-м… Ты такой сладкий, Неви, прям как заварной крем в тех нежных фонтейнских булочках… — промурлыкала кучеряжка, переводя дыхание. — Но стоны твои, пожалуй, будут получше любого десерта…
— Я думаю, с меня достаточно…
— Ох, нет-нет, милый, не думай, что я забыла о том, ради чего все это затевалось. Лучшее только впереди, дорогой, переворачивайся. — приказала она ему, подползая поближе.
Шмыгнув носом, судья, приподняв свои спутанные лохмы, медленно перевалился на живот, прикрыв глаза и уткнувшись краснюшим, как помидор лицом, в подушку.
Невиллет не знал, что именно заставляло его слушаться эту кучерявую бестию. Он, ранее, не шибко горел желанием опробовать подобные авантюры. Мужчина всё-таки, пусть даже и с рожками, и с чешуёй, но достоинство имел какое-никакое. Жаль только, что уж больно хлипким оно оказалось. Мастерство Фурины было сильнее любых принципов, и этот принцип она смогла разбить на раз-два, использовав свою тактику «укращения дракона».
— Только, пожалуйста, будь осторожнее… — жалобно промолвил он, бросив на неё молящий взгляд сквозь густые запутанные пряди.
— А ты расслабься, я буду с тобой понежнее. — девушка достала из тумбочки флакончик со смазкой и выдавив пару капель себе на руку, начала медленно поглаживать чувствительную кожу судьи, наблюдая, как он вздрагивает от ее прикосновений.
Свободной рукой, откинув его патлы в сторону, кучеряжка обнажила крепкую жилистую спину мужчины, где в полуночном лунном свете, поблёскивали те самые чешуйки, что протягивались вдоль по позвоночнику и обрывались в районе поясницы. На белой полупрозрачной кожице они казались россыпью мелких кристалликов опала, что переливались то ярким лазурным голубым, то отливали тёплым розовым, почти рыжим оттенком. На лопатках и бедрах так же располагались эти причудливые следы его драконьей природы, и столь интересная картина не могла заставить девушку не восхититься его красотой.
— А я ведь даже раньше и не замечала, что ты целое хранилище алмазов под своей одежкой носишь. Так похоже на тот камень в кулоне, что ты на годовщину мне подарил. Загляденье…
Юдекс, ранее напряженный как струнка, от таких ласковых речей немного расслабил плечи и отпустил простынку изрядно замяв шелк в своем кулаке.
— Я бы не дарил то, что бы сам не стал носить, так что, считай мои вкусы в бижутерии врождёнными, если уж на то пошло. — сказал он, маленько обмякнув и прикрыв глаза.
— Опять ты со своей конкретикой. — тихонько усмехнулась дама, легонько проводя пальцами по твердым чешуйкам. — Но справедливости ради, ты действительно разбираешься в женских предпочтениях, похвально-похвально.
Юдекс, на мгновение даже улыбнулся в подушку от ее комплиментов, но ловкие дамские пальчики уже спустились к запретной зоне, и давление сзади заставило его невольно снова напрячься, зажмурившись.
— Тише, дракончик, тише… — успокаивающе прошептала Фурина, по-маленькому растягивая тугую плоть. — Милый дракончик, хороший дракончик…
И хоть судья расслабиться толком и не мог, ведь наперекор своей неприступности пойти очень тяжело, кучеряжка, всё же умудрилась его в должной мере подготовить, надумав чувствительную точку, которая заставила юдекса издать тихий хриплый стон.
— Фурина… — сбито изрек он, выгибая поясницу.
— Молодец, хороший мальчик. — сладко ответила она, продолжая надавливать в нужное место.
Когда Невиллет уже привык к ее движениям, она вынула из него пальцы, на что тот напряжённо выдохнул.
И не давая времени на передышку, девушка пристроилась сзади и осторожно начала вводить в него тот самый гламурный страпон, который по началу нехило так напугал сонного дракона. Он сделал резкий прерывистый вдох и замер на секунду, чувствуя сильное растяжение внизу. Казалось, эта штука заполняла его полностью, но Фурина еще даже не шелохнулась, что собственно, она и сделала, когда судья судорожно переводил дыхание.
Первый толчок. Медленный, аккуратный, чтобы не сделать слишком больно. Второй — уже более уверенный. Третий — сильнее предыдущего, и так далее, пока темп не стал равномерным.
Непринятие подобных экспериментов уже осталось позади, с каждым новым движением, юдекс чувствовал, как окончательно начал терять контроль. Все сильнее и сильнее она вбивалась в его плоть, придерживая за бедро и склонившись над ним. Каждый толчок попадал ровно в цель выбивая из него последние остатки сдержанности и спокойствия. Тихие всхипы постепенно начали приобретать сладкий отголосок его неловких стонов. Он вжимался в матрас, слышал эти непристойные звуки и сама кучеряжка его в этом поддерживала, тяжело дыша ему в затылок.
Ускоряясь и наращивая ритм, она взяла его за серебристые лохмы, и притянула к себе, чтобы глубже войти в чувствительную плоть.
Хлопки бедер друг о друга, влажные всхлипы, жадный оскал кучеряжки, и закатанные от удовольствия глаза мужчины. Мир вокруг поплыл и непоколебимый судья окончательно потерял своё былое сопротивление. Он стал послушным. Терял голову от столь ярких ощущений и в конце концов, его довели до пика, заставив прогнуться в спине и громко застонать, да так, что казалось, будто весь дворец проснётся, услышав подобный вой.
А после, он упал без сил на шелковое темно-синее одеяло, задыхаясь от пережитых чувств, и экстаза, что пульсировал в его венах…
***
— Ну, как тебе история? Скажи же, у меня богатое воображение? — ухмыльнулась девушка, ткнув в бок рядом лежащего мужа. — Очень… — коротко отсек он с каменным лицом, рассматривая витиеватые вензеля на обоях. — Хе-хе, а знаешь, я еще вот что придумала. Шибари.! — Фурина… — Да что? Это же весело! — тихонько воскликнула дама, вновь погружаясь в свои бурные фантазии. — Только представь: ты весь в этих верёвках, не можешь пошевелиться, а я подкрадываюсь сзади и как.! Невиллет оборвал ее на полуслове. Он навалился сверху и крепко прижал этот шебутной комок развратных мыслей к своей груди. — Спи уже, иначе завтра я на тебя всю бюрократию спущу. Фурина засмеялась, закряхтела, пытаясь вырваться, но он уткнулся носом в ее шею, не давая отстраниться от себя ни на сантиметр. — Ну что ж ты меня так не любишь-то, а? Садюга. — Я просто устал. — сонно промолвил юдекс, понемногу ослабляя хватку. — Нам завтра рано вставать. У меня куча бумажной работы и у тебя в отделе не меньше. Хочешь всю смену носом в стол клевать? — Эх ты, кайфоломец… — буркнула девушка, наконец-то высвободившись из цепких драконьих рук. — Ну ладно, спокойной ночи, любимый. Завтра чтоб те пирожные из буфета принес, понял? Он же кивнул, позволяя ей принять позу поудобнее. Чмокнув на грядущий сон своего ненаглядного, кучеряжка улеглась на бочок. Мужчина обнял ее со спины, обжал покрепче, да и зарылся лицом в белобрысую макушку, вдыхая нежный аромат ванили и еще чего-то сладкого, что входило в состав ее парфюма. Так они и заснули, сплетаясь ногами под легкой простынёй и согревая друг друга теплом своих обнажённых тел. Несмотря на то, что судье пришлось выслушивать весь этот нимфоманский бред на протяжении нескольких минут со всеми его извращенными подробностями. Он, как бы то ни было, все равно любил свою пришибленную женщину, ведь сколько бы тот не ворчал и не возмущался, а без нее бы жизнь скатилась в мрак и тлен без просвета на хоть что-нибудь живое. Фурине же, было приятно от того, что ее готовы слушать. Она несла всякую чушь, а юдекс даже слово ей в упрёк не вставил, молча лежал рядом и никуда не уходил. После такой моральной пытки девушке явно придётся возместить ущерб. И на следующее утро она проснётся еще раньше, чтобы заварить его любимый чай и приготовить завтрак для двоих, что в последнее время стало редкостью из-за плотного графика работы…
