Наверное, я все таки твой раб

Это был конец августа. Месяц в целом был знойным, но осень уже давала о себе знать частыми кратковременными дождями. Благо тут, в колледже, не особо ощущается жара, как это было бы в пустыне. Там наверняка все так же сухо и безжизненно. В прочем как и всегда, но согласитесь, в этом есть свой шарм. Солнце уже заходило за горизонт. Уроки давно кончились, и большинство студентов разбрелись по комнатам в общежитиях. Тренировка по баскетболу прошла чуть позже обычного, так что участники клуба были чуть ли не единственными посетителями коридоров в это время. Джамилю дико хотелось всего двух вещей на свете в этот момент — принять душ и поспать. Провести время в гордом и спокойном одиночестве. Возвращаться в жаркую, душную Скарабию, казалось самоубийством. Он, уставший как собака, шел с тренировки. В форме, как положено, со спортивной сумкой. Казалось заветные спокойствие и отдых в пару метров от тебя, зайди в комнату да ложись, однако было еще одно дело которое он оставил на вечер. Не особо то оно и важное. Пока принимал теплый душ, Вайпер размышлял о своей жизни, вернее, как он считал, простом существовании, и о планах на будущее. К слову, свое будущее Джамиль знал и планировал давно. Ему не хотелось жить долго и счастливо, достаточно было бы парочки моментов, когда он взахлеб наслаждается местью и властью. Зачем жить долго если терять нечего? В Скарабии он был вторым магом, всегда только вторым, друзьями он не считал никого, не ценил проявления доброты к своей персоне. Всегда считал, что доброты не существует или, по крайней мере, к нему уж точно. Он здесь никого не любил, и думал лишь об одном. Как в кой то веке он станет первым. Станет равным другим и перестанет быть чьей то тенью. Мечты об этом переходили в уверенные четкие действия, где не было места слепым эмоциям. И сил затрачивалочь уйма. Джамиль всегда старался приуспеть во всем и ведь действительно приуспевал. Можно сказать, был лучшим из лучших, но в силу своего происхождения вынужден был уступать. Вот он уже приводит себя в порядок перед сном, одна только проблема — его пижамы то и нет. Что ж, видимо пришло время для того самого последнего дела на сегодня. Прямо в халате и домашних тапочках он направился на выход из своей комнаты, прихватив письмо. Обычный конверт был с печатью черного ворона, он получил его сегодня утром. Опять же, вообще не обязан нести сейчас это сообщение ему, но делает то, что сказали, в очередной раз. Постучавшись, скорее просто для приличия, в дверь соседней комнаты он помедлил перед тем, как зайти. Из-за нее пахло благовониями и металлом кучи золотых монет. Брюнет томно выдохнул, готовясь к очередному выносу мозга, и надеясь, что отделается легким раздражением, а не нервным срывом и заходит в комнату. Эта комната была раза так в два больше чем у обычных студентов, все таки здесь живет староста. Было темно, горело всего пару свечей, и благовония. На кровати усыпанной подушками, как раз сидел этот самый староста. На вид парнишка помладше своего товарища, да и многих в Скарабии впринципе. Завидив гостя, хозяин комнаты вскочил с кровати и пулей приблизился к нему. —Джамиль, я уже думал ты не придешь! Чего так поздно? — мальчишка улыбался в своей привычной манере, приближая свое лицо, пожалуй, слишком сильно. —Тренировку перенесли. Вот это для тебя. — названный даже не удостоил друга взглядом и просто сунул ему конверт, он отвечал просто и холодно. —Сегодня утром это мне передал Трей, мол ему Риддл сказал. Пока Калим с интересом осматривал конверт, его гость прошел вглубь комнаты к шкафу, в котором, как ни странно, лежали некоторые его вещи, включая ту самую пижаму. Асим вскрыл конверт и достал письмо. Поводив глазами меж строк, он заявил: —Тут написано, что планируется мероприятие, где обязательео участие всех старост. И угадай что? — беловолосый светился от радости. С улыбкой до ушей, свойственной ему, паренек снова за пару шагов сократил расстояние до собеседника. —Не знаю. Вам разрешат взять заместителей? — Джамиля, видимо, это не удивляло и, наоборот, он ожидал такого расклада событий. Он уставшим взором смотрел на триклятую бумажку в руках старосты, и осознал, что раздражение и гнев уже подкатывают. Очередное событие где, конечно, нужен будет он. Когда вообще Скарабия обходилась без Вайпера последний раз? —Серьезно ты так быстро догадался, я опечален.— он скорчил обиженное лицо, однако уже через секунду от этой гримасы не осталось и следа. Теперь он искренне и тихо выдает: —Это же здорово, Джамиль. Мы можем вместе провести, считай целый день, отдыхая, вместо душных уроков. Названный лишь томно выдохнул и закатил глаза. Отдых? Такое слово ему не знакомо. Тем более рядом с Калимом. Их так называемый "совместный отдых" вечно превращался в ад для Вайпера, где он должен был носиться как белка в колесе, пока его господин наслаждается жизнью. Это всегда было так, и Джамиль привык, однако не смирился. Кажется, Калим, как и остальные люди его уровня, принимал за должное старания своего друга. Он никогда не называл его рабом или пажом, как брюнету казалось, лишь потому, что втирается в доверие. Справедливо отметить, что "втирается в доверие" он на протяжении уже многих лет. И Джамиль позволяет ему думать, что они друзья и даже что то большее. Он ненавидел слово "возлюбленные", скорее, оно просто не подходило им. Ведь он не любит, а ненавидит. Это своего рода тоже привязанность, но он отрицал любые проявления чувств, кроме негативных по отношению к своему старосте. Плебей спал с ним в обнимку каждую ночь, относился слишком снисходительно, позволял касаться себя в любое время, лишь из соображений мести и захвата власти. Это ведь он втирается в доверие, а не Калим. —Не знаю. Выбора у меня, очевидно, нет. —ответил он спокойно и скинув халат, стал надевать пижаму. —Ты не можешь говорить про отдых, ведь даже не знаешь, что делать надо будет. —Все лучше, чем алхимия.—протянул беловолосый. Он присел на кровать, все еще не отрывая глаз от собеседника и перебирая бумагу в руках. — Ты слишком серьезен и песимистичен. Конечно, это он песимистичный, а не Калим слишком беззаботный. Джамиль закатил глаза и показательно потер пальцами переносицу. Он знал, что устанет от этого своего друга моментально, но не ожидал, что это произойдет настолько быстро. Брюнет свернул халат в котором пришел в руках и направился к выходу. —Считай как знаешь. Доброй ночи. —Эй куда это ты? С чего вдруг собрался спать у себя? — беловолосый мигом вскочил с кровати и схватил гостя за локоть. Он не хотел спать один. Уже видимо привык, а это означало, что план отмщения Вайпера работал. — Я как то обидел тебя? —Что? Нет. — Джамиль остановился и посмотрел на друга с ноткой раздражения и презрения что ли. — Я подумал, что стоит дать тебе отдохнуть от меня, хотя бы ночью. Завтра у тебя есть дела, и будет контрольная, так что тебе нужно выспаться. —Как я высплюсь без тебя? —на его лице отражалось ни то возмущение ни то разочарование. Калим, задрав голову вверх, легко поцеловал в щеку брюнета. — Прошу останься. Или если сам устал от меня, то так и скажи! Тот немного удивился таким действиям, но серьезное выражения лица не потерял. Видать не получится поспать одному. Хотя, справедливости ради, отказать он мог спокойно, но почему то не стал. Асим выглядел и вправду расстоенным и, возможно, готовым расплакаться. Не уж то правда боится, что задел Джамиля чем то? —Успокойся ты, все нормально. Если не хочешь что бы я уходил, то я останусь. Староста обвил его плечо и потерся об него щекой. Калим действительно не хотел, что бы любимый уходил. Не только сегодня, но и вообще. Хоть и отлично понимал несправедливые законы этого мира, все же надеялся, как-нибудь обойти их. С другой стороны, как в консервативном обществе обойти свое происхождение? Их жизни и судьбы всегда сильно разнились. Пока наследник Асимов купался в роскоши и бед не знал, спокойно наслаждаясь детством, Джамилю приходилось, словно гибкой и прыткой змее, маневрировать меж жестоких людей, этой напыщенной чертовой знати. Какой то рабочий в принципе не должен был стать таким близким для уважаемого человека, но лично этот самый уважаемый, не придавал значения таким словам. —Скажи честно, я эгоист? — Калим прикрыл глаза, погружаясь в раздумия. Его собеседника такой вопрос явно застал врасплох, аж халат, который все это время он держал в руках, свалился на пол. Брюнет был удивлен тем, что его вечно беззаботный друг, вдруг стал задаваться таким вопросом. Естественно, Джамиль считал его, как и всех людей из знати, таковыми. Лицемерными, эгоистичными и мелочными, но плебейская душа не может позволить озвучить такие мысли вслух. В ответ он положил ладонь свободной руки на макушку хозяина, и чуть потрепав светлые волосы сказал: —Нет, я так не считаю. Ты ведь и сам знаешь, что очень отзывчив. — его губы тронула легкая улыбка, естественно, наигранная. —Ты врешь мне? — Калим с возмущением вскинул голову вверх, устанавливая зрительный контакт с собеседником. —Я никогда не врал тебе. — Очень занимательно было слышать это, ведь в этот самый момент, Вайпер нагло врал о том, что никогда не лгал. Какая ирония. Сейчас он всего лишь хотел как можно скорее закончить диалог, который заведомо должен был ни к чему не привести. Он высвободил руку из чужой хватки, и ее же пальцами, легонько касаясь, взял беловолосого за подбородок, вторую руку переместив ему на талию, притянул поближе к себе. Целовал его нежно и неспеша, просто усыпляя бдительность и тревожность за одно. Калим, в свою очередь, положил руки ему на плечи, никак не сопротивляясь, наоборот, расслабляясь полностью. Возможно, это было не особо убедительно и, возможно, даже не искренне. Но старосте так нравилось таять в обьятьях своего пажа, чувствовать тепло хладнокровного, обычно, человека, что он мог забыть обо всем на свете. Лишь бы не оставаться одному и растянуть сладосный момент. —Ладно, убедил. —вздохнул хозяин комнаты, отрываясь от губ Вайпера. Тот хмыкнул и отстранился. Его лицо вновь выражало лишь усталость и безразличность ко всем делам на свете. —Ложись спать, я потушу свечи.— он уже было развернулся и сделал шаг в сторону шкафа, где стояла ближайшая свеча, как Калим снова схватил его за локоть. —Нет, ты ложись. Я сам задую их. От такого заявления у Джамиля чуть глаза на лоб не вылезли. Что с ним такое сегодня? Он болен? То мысли о собственном эгоизме, то теперь он просит оставить дело, которым обычно, как раз таки, обременял товарища. Но первая часть предложения была сказана в приказном тоне, хоть и совсем не строго, так что он повиновался и послушно пошел к кровати. —С чего бы? —Я хочу помочь тебе в на этот раз. Просто понимаешь... —между тем, Асим поднял с пола халат и положил его на тумбу, попутно беря свечу в руки.— ты так много делаешь для меня. Не подумай только, что я только сейчас это заметил, так всегда было. И я хотел бы, что бы ты хотя бы один денек отдохнул.— он легонько дунул на пламя и оно погасло.—Поэтому, я хотел предложить тебе интересный... так скажем, эксперимент.— Калим сново так по-дурацки, слащаво улыбался, что аж начинало надоедать. Он, тем временем подошел к третьей свече. —Ты меня пугаешь. Какой эксперимент?— Джамиль, между делом, откинув одеяло, пытался устроиться поудобнее на мягкой перине с кучей подушек. В его комнате всего одна большая подушка средней твердости и не самый лучший матрас, так что, все то, что было тут, для него все еще казалось непривычным. —Давай поменяемся на завтра местами! То есть, я буду делать твои обычные дела, а ты мои. — задув последний источник света, староста поспешил улечься рядом с возлюбленным. Тот, тем временем переваривал только что сказанное. Честно, подумал что господин умом тронулся. —Что, прости? Как ты себе это представляешь вообще? — он лежал лицом к Калиму, сводя брови к переносице, явно показывая, что идея так себе. —Да обычно. Я переделаю твои дела, что бы ты мог отдохнуть, а ты сделаешь мои, ведь у меня их чуть меньше. — беловолосый тоже лежал лицом к собеседнику. Он потянулся к его лицу, чтобы убрать прядь волос за ухо, так и оставил ладонь на его щеке. —Я правда хочу дать тебе отдохнуть от вечных забот. Эти слова были как ведро ледяной воды для Вайпера. Это он так издевается или что? Как будто легкомысленный дурак может выполнять работу человека, на котором держится все общежитие, конечно. Зачем ему все это? Но удивление на лице быстро сменилось на обыденное, безразличие. —Нет, Калим. Я не могу доверить тебе свои дела. Ты ведь даже простецкий завтрак себе приготовить не сможешь, не то что делать что то для общежития или колледжа. —А вот и могу. Просто ты возможности мне не даешь. И что значит не смогу для общежития? Если ты не заметил, я староста. — он показательно повернулся на спину и скрестил руки на груди, через секунду просто сложив их в замок, сново повернул голову к Джамилю.— Это могло бы быть проверкой для меня. Я хочу узнать стою ли вообще чего то. Прошу согласись. Если вдруг я не справлюсь или сделаю плохо, то понесу полную ответственность. Паж закатил глаза и тоже перевернулся на спину. О какой ответственности идет речь? Неужели он будет переделывать даже не его изначально работу. Вайпер вообще не понимал от куда такие мысли и желания. —С моей стороны будет безответственно перекладывать все на тебя. Тем более, для того я и являюсь твоим заместителем, потому что считается, что старосты и так много трудятся, хоть ты и не делаешь многого. К тому же, не забывай, что я твой слуга. Узнай родители, что я позволяю господину заниматься моими обязанностями, мне бы влетело. И от твоего отца тоже. —Да никто не узнает, прекрати! — Асим уже отчаялся, но вдруг его глаза блеснули каким то лукавым огоньком в темноте.Он заполз на гостя сверху, ставя руки на подушку по обе стороны от его головы. —Я, конечно, не люблю пользоваться статусом, но ты не оставляешь мне другого выбора. Я приказываю. —Тц, сам говорил что мы просто однокурсники сейчас! —Джамиль удивленно уставился на него снизу-вверх. —А ты только что сказал, что мой слуга. Короче это приказ и ослушаться ты не можешь. — беловолосый вздохнул, сложил руки на груди собеседника и опустил на них голову. —Ты слишком переживаешь, Джамиль. Я справлюсь... надеюсь. Названный лишь показательно провел ладонью по лицу. Вот и новая подлянка от старосты. Как будто ему было мало всех уже имеющихся обязанностей. Он же сам к середине дня завоет, ведь работать не привык. —Скажи что мне нужно завтра сделать. —Для начала проснуться в 5:20, быстро привести себя в порядок, убедиться что сам готов к учебе, потом приготовить завтрак хоязину, то есть, видимо, мне, раз уж мы меняемся. Разбудить и подать завтрак мне, так же помочь собраться. Проверить проснулись ли все остальные в общежитии. Отсидеть три урока, затем приготовить обед. Пока я обедаю, тебе надо будет помочь профессору Круэлу. Я и Трей обещали разобрать какие то колбы и зелья. Сново идти на уроки и, вернувшись в общежитие, сделать домашнее задание, так же проверив его у меня. Потом быстро проверить ужин на яд... тебе не стоит этого делать, лучше сразу иди на тренировку по баскетболу. Это займет часа два. Дальше проконтролировать дополнительные занятия у остальных членов общежития. Помочь мне подготовиться ко сну и поужинать самому. Еще нужно будет убраться в комнате и заполнить ведомость о посещаемости студентов, а потом только отбой. У Калима от такого потока информации закружилась голова. Он устал только слушать это, а заместитель старосты вот этим занимается каждый день. У него действительно нет и минуты свободного времени. —Ты что же, ешь два раза в сутки? —Бывает и один. — старосту такие слова сильно удивили. Он то даже не замечал этого. Асим схватил Вайпера за щеки. —Вот почему ты такой тощий, бедняжка. С этого дня я сам буду контролировать как ты ешь, понял? —брюнет лишь возмущенно смотрел на него. Что он несет вообще? Он убрал руки господина со своего лица и обвил пальцами его ладони. —Как скажешь. Но запомни, что бы завтра не вздумал пробовать еду сам. С горем пополам я согласен... даже вынужден отдать свои обязанности тебе, однако рисковать твоим здоровьем не позволю. —Да будет тебе. Четыре года никто не травил меня, а тут раз, и именно завтра, попытаются.— Калим явно старался отшутиться, но завидев серьезное лицо напротив, которому явно было не до смеха, улыбка сошла и с его собственного.— Ладно, я понял тебя. Рассказать что тебе нужно будет завтра сделать? —Я знаю. Подъем в 7:00, позавтракать и собраться. Поболтать с членами общежития, поболтать с одноклассниками, поучиться на уроках, пообедать, снова поболтать с кем придется. Досидеть оставшиеся уроки, побывать на еженедельном сборе старост, предоставить ведомость о посещаемости, если там дадут задание выполнить или передать тебе. На сколько мне известно, ваш клуб музыки не собирается завтра, так что можно вернуться в общежитие и поужинать. Провести тренировку и лечь спать. —Знаешь меня и мое расписание как облупленного, а вот я твое нет, это огорчает меня.—Джамиль закатил глаза от услышанного. Огорчает его, а сам даже не попытался узнать до сегодняшнего дня. Староста слез с него, но сильно отстраняться не стал. Вместо этого, поудобней устроил голову на плече пажа, обвил его руками и закинул ногу сверху на него. —Видимо завтра мне предстоит сделать много полезных дел, так что давай спать. Спокойной ночи, милый. Брюнет ненавидел эти слащавые прозвища. Как и ненавижел спать с кем то в обнимку. Ему казалось это ужасно жарким и душным. Он знал — сегодня спать спокойно он не будет. Видимо на завтрашний день можно забыть про месть и гипноз. Нужно просто сохранить Калиму жизнь и не позволить Скарабии развалиться. —Доброй ночи... Утро, можно сказать, не задалось с самого начала. Калим проснулся позже нужного, и то только потому что сосед по постели его разбудил. Спешно умылся, даже не поев и не подкрасив глаза по-обычному, улетел на кухню. Единственное в чем он был уверен так это омлет. Возможно немного пересоленный, но в целом съедобный. Дальше все было вроде как по плану, обычному распорядку дня. Только вот профессор, завидев в дверях Асима вместо обещанного Джамиля, тут же наорал, назвал его щенком и сказал что на метр не пустит к ценным колбам. Однако, что бы он не отлынивал от работы, раз уж они поменялись, Круэл отправил мальчишку в библиотеку. Там, как он помнил, были перепутаны все книги в разделе о зельеварении. Учитель надеялся, что книгам то, Калим вреда не приченит. А того в свою очередь это обижало, хотя не особо то он и хотел возиться со склянками. Несмотря на свою энергичность, староста начинал потихоньку уставать, и кажется, что начинал понимать бесконечные переживания Вайпера. Это был чуть ли не первый его самостоятельный день без слуги и ощущался он... ужасно, но Калим виду не подавал. Молча перебирая книжонки по алфавиту, он засыпал на ходу. Пока дверь в почти пустую библиотеку не распахнулась. Это вошел Джамиль. Он выглядел, должно отметить, вполне бодро, ведь успел поспать лишний часик. Кроме того, он искренне наслаждался, тем как его господин мечется из стороны в сторону, стараясь успеть все. Он закрыл двери и подошел к беловолосому. —Ну как у тебя дела? Я слышал от Трея, что профессор отправил тебя сюда. Смех да и только. —брюнет взял одну из книг в руки и, прочитав название, подал ее собеседнику. — Ты пропустил ее, на "Н". —Я в порядке... Спасибо тебе. —тот, конечно, был уже на грани срыва с этими книжками, которые и так не помещались нормально на полки, так еще и оказывается, он пропустил одну, но показывать Джамилю, что он устал, в планы не входило. Асим взял книгу в руки, а сам оперепвшись о стол, встал рядом с длинноволосым, смотря ему в глаза. Пока смотрел понимал, что видимо, он то наслаждается послаблением. —А ты как? Не сильно много нагрузки? —Тц, совсем нет. Я даже отдыхать успеваю. Просто загляденье, а не расписание. Вдруг, зам. старосты вспомнил, что Калим страдает еще не так сильно, как это делает обычно он. Помимо всей работы для колледжа, для общежития и учебы впринципе, время Джамиля воровал еще и сам староста. При чем это было совсем необязательно. Ему хочется внимания и общения, и конечно, господин не будет спрашивать своего слугу занят он или нет. Око за око. Брюнет вдруг хитро так заулыбался, встал перед хозяином и, оперев руки на стол, с обоих сторон от него, приблизился. Асим сначала вообще не понял чего от него хотят. Потом, однако же, когда его шею начали выцеловывать и нормально так, откровенно кусать, до него дошло, и щеки мигом налились краской. Чужие руки бродили по спине и прижимали ближе, сильно и властно, чтоб точно никуда не сбежал. —Что ты дела-аххм—вроде обычные коротие слова выговаривались с трудом из-за вздохов и стонов, от накатывающего смущения и возбуждения. —Делаю все как и ты.—Вайпер оторвался от его шеи и проговорив эти слова впился уже в губы. Этот поцелуй разительно отличался от вчерашнего своей интонацией. Вместо успокоения и сглаживания лишних эмоций, он наоборот выводил на них. Так страсно, требовательно и... жарко что ли. —Мешаю выполнять работу. Пока староста четно пытался хватать воздух в паузах между слюнообменом, рука его змея искусителя уже проползла куда ниже, ощупывая все там. От такого у Калима дыханье перехватило, и книга, которой он все это время пытался обороняться, тупо тыча ею в грудь Джамилю в попытке отодвинуть его, упала на пол. Второй рукой Вайпер пытался расстегнуть ему пуговицы на рубашке. Получилось так себе, но для его замысла сойдет. —Постой мы...мгх... не можем сейчас... —Я знаю, что ты хочешь этого. —с какой то странной ухмылкой, паж говорил эти слова Асиму в лицо, игриво так заводя большой палец ему в рот, чуть приоткрывая его, а вторая рука все так же двигалась внизу. Беловолосый отмахнулся от ладони на лице. —Н-нет. Не здесь. Мне...мм... нужно сделать твои дела, помнишь? —Точно. — Джамиль так резко остановился и отстранился, что даже несоображаещему в моменте Калиму это показалось странным. Он тут же поправил форму и пошел к выходу. — Тогда удачи тебе с этим. Оставил своего хозяина одного с недоделанной задачей профессора, в очень расстрепанном и вульгарном виде. Этот день явно будет праздником для Вайпера. Беловолосый упал на колени, тяжело дыша, он поправил повязку на голове. Что это вообще было? Кажется у него скоро глаз начнет дергаться. Конечно, Асим опоздал на четвертый урок, на котором был тест и, получив за это, пришлось остаться после уроков, что бы написать его. Домашку тоже сделать не успел, только быстро забежал в свою комнату за физкультурной формой. Джамиль был там, читал какой то учебник. Увидев как староста носится, он заулыбался. Ему доставляют удовольствие проблемы Калима, его переживания и страдания, своеобразное развлечение. Но, справедливо будет отметить, что волнения за свои дела не отпускали. Ответственность за них, все же, как ни крути, лежит на Вайпере. Да и мысли о том, как бы хозяин себе шею не свернул пока бегает туда-сюда или не траванулся, тоже его терзали. Староста вернулся сильно раньше, чем оканчивалась тренировка. Должно быть новый форс мажор случился. Он неторопливо, чуть покачиваясь зашел в комнату. Его пажа это, естественно, насторожило и он мигом подошел к Калиму. Тот небрежно бросил сумку с формой на пол и поднял томный взгляд на стоящего напротив. Выглядел раскрасневшимся и усталым, странно бледным для смуглой кожи. —Почему так рано? Ты неважно выглядишь, все нормально? — Джамиль, взяв в руки его лицо, разглядывал его, чуть поворачивая в стороны. —Все нормально было, но твои сокомандники тоже скзаали, что я плохо выгляжу и выпроводили меня. Наверное, им не понравилось как я играю. — Асим выразил разочарование. А собеседник слушал с недоверием, Он и вправду выглядит странновато. Коснувшись лба друга, все сразу стало понятно. —Да нет, они правы были. У тебя жар. —констатировал он. И сразу поползли мысли о собственной вине. Это он позволил заболеть своему господину, это он не доглядел. Видать, с непривычки, парнишка перетрудился. —Прости меня, это моя вина. Но ты тоже молодец, сам же предложил меняться. —Хах, я не виню тебя, милый. Все нормально, это быстро пройдет. — Калим заулыбался в своей обычной манере и положил свои ладони поверх его. —Да конечно. Так, быстро иди в душ, но не на долго, понял? А я приготовлю отвар из трав, глядишь действительно быстро пройдет. — Брюнет тут же убрал руки от него. Вообще не хотел прикосновений, но тут это было нужно. Хотел было уже пойти на кухню, но староста обнял его, выдыхая горячий воздух в шею. —Нет, постой. Наш экспреимент еще не окончен. Дай я сам сварю, просто скажи из чего. —Ты совсем из ума выжил?— Вайпер чуть ли не кричал на него. Этот дурацкий эксперимент и поведение хозяина выводили его из себя так, что недопустимую в его случае агрессию, сдерживать становилось сильно сложнее.—Ты не сможешь! Тебе нужно отдыхать, игры кончились. —Не позволишь мне, правда?— беловолосый поднял голову, взгянув на пажа. Он был в ярости. — Ладно. Тогда пошли со мной в душ. —Чего? — Джамиль опешил, и не смог, сначала, выдать ничего кроме этого жалкого словечка. —Это еще зачем? —Ну... поможешь мне. — Жалостливый вид в купе с алыми щеками и слезящимися глазами делали его весьма милым, на вкус Вайпера. Но Калим нес абсолютный бред, хоть и не было гаранта, что в нормальном состоянии он бы этого не сказал. И снова прижался ближе, будто пытаясь согреться. Но он холоден. —Я не хочу оставаться один. —Ты просто невыносим. Кинул это и схватив Асима за руку, потащил в ванную. Там брюнет принялся помогать господину раздеться, одет он был сильно небрежно весь день. Рано проснулся, толком ничего не успел, да еще и потом ему сплохело. Сегодня явно было не до одежды. —Хее, ты такой душка, Джамиль. —Калим лыбился во все тридцать два. Без стыда и совести, он даже не пытался скинуть одежду сам, все наблюдая как его слуга вспыхивает от гнева и его движения становятся все ресче. —Молчи. Когда повязка с головы, кофта, жилет и рубашка были сняли, названный подошел сзади, что бы удобнее было расстегнуть брюки. Но тут помедлил. Больно свободно и странно они на нем сидели. —Ты похудел что ли. —Он сводил края пояса брюк вместе и разводил их, оказалось что их можно было сделать внахлест, хотя это далеко не норма. —Я не доглядел видимо, прости. Пересмотрю твою диету. —Не знаю как так получилось. — Староста вновь улыбнулся еще шире. Он впустил пальцы в волосы Джамиля, чья голова лежала у него на плече. Пристально смотрел на него, каким то необычайно лукавым взглядом. Тот просто снял с него штаны и аккуратно сложил их на тумбу. Тут абсолютно нагой Калим снова прилип к нему, обвивая руками шею. —Скажи мне честно, ты любишь меня? Вайперу вопрос не понравился. О чувствах он говорить не умел, тем более о ненастоящих. —Да, люблю.—без лишних слов, прямо в глаза. —А вот и не верю. Ты солгал мне сново. —Я никогда не врал тебе, хозяин.—брюнета сильно напрягло слово "сново", но он надеялся, что Асим просто проверяет его. А он в ответ ухмылялся, все ближе двигая свое лицо к его и наступая, заставляя пятиться назад к двери. —Ох, да ладно тебе. Неужели ты все еще думаешь, что я не видел того, чем мой любимый слуга занимается у меня под носом м?— Джамиль выпутался из объятий и с опаской шагнул назад. Он не понимал что происходит. Он...знал? —Ты правда думаешь, что отец не научил меня как отличить преданного слугу от не очень то? На самом деле ты и твоя семья все еще живы только потому, что я держу рот на замке.— Староста шагнул ближе. И еще раз, заставляя своего пажа отступать. Его сердце кажется пропустило удар и даже не один. Оно ушло в пятки. Такого животного страха Вайпер не испытывал никогда. Неужели все это время не он обводил вокруг пальца своего господина, а обводили его? —У меня хорошо получилось сойти за дурачка, правда? Я знаю что ты меня гипнотизировал, что бы выставить деспадом и стать старостой. Знаю что ненавидишь меня и мою семью. Знаю, как сильно хочешь стать первым. За каждым предложением следовал шаг вперед для Калима и шаг назад для Джамиля. Второй вдруг споткнулся о ковер на полу и тут же грохнулся на пол, ударяясь головой о кафель. Боли, видимо от шока, не чувствовал, но рефлекторно схватился за затылок, опуская голову вниз. Его лицо все еще выражало удивление и ужас, казалось глаза вот вот выпадут. Беловолосый лишь хмыкнул и пошел ближе, с выражением жалости на лице. —Ну чего же ты так? Больно наверное. —Он присел брюнету на колени. Одной рукой стал ощупывать его затылок, другую же положил ему на щеку. Ладонь была окровавлена и, завидев это, Асим ухмыльнулся. Положил и эту руку на щеку брюнету, размазывая алый цвет по его лицу. Проводил ею и по губам, приоткрывая ему рот и завел туда свои пальцы. —Знаешь, хоть ты и не можешь быть первым ни в чем, за то есть единственная вещь, в которой ты лучший. Рабство. Ты очень хороший слуга, почти идеальный. Ты приносишь мне столько веселья, милый Джамиль. Высунув пальцы изо рта названного, староста принялся целовать его. Очень напористо и властно, как не целовался никогда. На глазах выступили слезы. Воздуха в легких будто и не было. Было больно и ужасно противно. И Джамиль... Проснулся. Он вскочил с подушек, как ошпаренный, даже выкрикнув что то. Солнце садилось, он в комнате Калима, он сам вернулся с тренировки и уже даже принял душ. Он стоял рядом с кроватью, вытирал полотенцем мокрые взъерошенные волосы и явно был ошарашен резким пробуждением друга. —Напугал меня, Джамиль! Тебе кошмар приснился да? Ты... плачешь? Страх не отступал, глаза и вправду были мокрыми, он жадно хватал ртом воздух и смотрел на хозяина напуганным взгядом. Названный никогда бы не подумал, что окажется в таком состоянии перед ним. А Асим в свою очередь быстро сел напротив и взял его лицо в свои руки. —Эй, уже все хорошо. Я рядом, не паникуй. —он тоже видимо был напуган таким состоянием своего пажа. Лицо выражало искреннее беспокойство. Вайпер выдохнул. Прийти в себя по щелчку пальца с первого раза не получилось, но все же он смог взять себя в руки. Он положил ладони поверх чужих. —Я... в порядке, спасибо тебе. —Ну и напугал ты меня.— Калим кинулся обниматься. Его еще мокрые короткие волосы щекотали шею брюнета. —Что такое должно было присниться, что бы вот так вот реагировать? —Это уже не важно.— и он легонько и неуверенно обнял своего господина в ответ.—Постой. Дополнительные занятия... я проспал?— тут же резко отодвинув парнишку, взволнованно спросил он. Не хватало еще и проспать впервые в жизни в этот и так сумашедший день. —Вообще то нет еще. Я не хотел будить тебя, чтобы ты не ходил. Я и сам справлюсь. Джамиль закатил глаза. Проявление инициативы было похвальным в случае старосты, но... конкретно в случае этого, нет. В груди все еще противно ныло. Осадок кошмара остался где то там и вымыть его будет ой как сложно. Мысли о нем будут преследовать еще не один день. Невольно проворачивая все произошедшее во сне, снова накатывало раздражение и ненависть к своему господину. Было противно касаться его да и вообще находиться рядом. Хотя стоит признать, именно он послужил хорошим успокоительным при пробуждении. Скорее вид привычного, придурковатого Калима, успокоил его. —Я и не сомневаюсь в тебе. Но мне будет спокойнее тоже пойти. И ведь пошли же вдвоем. Как обычно это и происходит. Тренировали защиту. Для этого студенты переодически меняли роли нападающих и защитников. Вайперу очень нравилось наблюдать за остальными, ведь обычно он занимается тем же самым, чем и они. Но сложа руки он тоже не сидел. Раздавал всем советы: как лучше поставить ноги, руки, с какой стороны ударить, а с какой блокировать, показывал на них с Калимом, как вообще это делается. Отдать должное старосте, он хоть и был не очень ответственным, но колдовать у него получалось отменно, да и учился он хорошо. Лучше Джамиля. Всегда лучше. И хоть он и умаялся за день, но сейчас, опять же, показывал лучший результат. Тоже старался помогать своим студентам. По окончанию тренировки, зам. старосты сбегал на кухню проверить еду. Как бы сильно его не бесил его "друг", допустить его болезни или даже смерти нельзя было. Асим впервые так поздно ел первый раз за день. До этого, еще утром он только немного перекусил и вечером тоже, но аппетит никуда не ушел, а все наростал. Оставив старосту ужинать, Вайпер ушел в свою комнату, побыть с самим собой, а еще надо было принести Калиму ведомость, что бы он заполнил сам. Улегся на кровать, просто повтыкать в потолок. На самом деле он отдыхал тут. Отдыхал от слишком светлой комнаты старосты, от его слишком мягких подушек, от запаха благовоний, от его постоянных разговоров ниочем, от него касаний. Мысли в голове копошились словно личинки на полежавшем трупе. Завтра придется выслушать от Круэла. Надо будет написать сестре, спросить как дела. Сдать эту ведомость. Пересмотреть диету господина. Диету? С какого перепуга? Ах это был сон. Этот дурацкий сон, из-за которого Джамиль не будет спать ночами. Все думать, как не допустить того, что было там. А может все так и есть? Асим просто прикидывается, но знает и просто играется. Нужно разграничивать сон и реальность, но в этом случае это так трудно для него. Для него трудным был сам Калим. Не то хозяин, не то друг, не то враг. Вайпер сам честно не понимал, как можно классифицировать их вид отношений. Он, к сожалению, не может заползти ему в голову и узнать о мыслях и чувствах. Как будто они имели для Джамиля хоть какой то вес. Какая разница, что там чувствует и думает пижон, которому все достается без усилий, по праву рождения. Его раздражало абсолютно все. Мимика, жестикуляция, стиль одежды, макияжа, голос и манера речи. Еще больше выводило из себя то, что слугой он был почти всю жизнь и все эти факторы знал и видел с самого детства. Прожить бок о бок с главной головной болью и предметом ненависти это сильно. И еще больше раздражал его характер и поведение. Всегда друг, всегда привет, пока, как дела. Да почему он вообще делает вид, что ему есть дело до какого то пажа? Почему глаз не сводит с более низкого по статусу? Почему защищает его за проступки перед отцом? Асим любил его. Был привязан и доверял больше, чем самому себе. Всегда считался с ним, не думал о неравенстве. Они не были не равны. А Джамиль... ну он определенно тоже был привязан к хозяину. Как он считал, привязан цепями с кандалами. На самом деле, в большинстве случаях, он думал именно о состоянии и безопасности беловолосого паренька, потому что просто не желал ему зла. Конкретно этот полный радости человечек не сделал ничего плохого ему. Но раз уж он попался под руку, надо было приписывать свою ненависть к кому то. Пролежав в своих мыслях примерно полтора часа, Вайпер схватив ведомость, снова направился к старосте. Снова эта дверь, свет из-за нее и знакомый запах. Зайдя внутрь он понял, что Асим времени зря не терял и убирался в комнате. Там и правда стало чище, но лишь на первый взгляд. То что надо протирать пыль и пол он понятия не имел, но проделанная работа по складыванию вещей на свои места, уже заслуживала уважения и похвалы. Увидев гостя он, как обычно быстро приблизился и был встречен бумажкой прямо в руки. —Так... ага. И как я должен это заполнять? —рассматривая таблицу с именами, классами и группами спросил хозяин комнаты. —Журнала то у меня нет. —Как это нет? У меня тоже. Ты должен был забрать его сегодня.—Джамиль нахмурился. Конечно, без его напоминания, этот мальчишка не способен ни на что. —Правда? Прости...—он чувствовал себя виноватым. Беловолосый захлопал ресницами и еще раз посмотрел в бланк, как будто он сам заполнится. —Ладно, это ничего. Завтра я сам заполню.—снова этот голос полный снисхождения и раздражение одновременно. Не понятно как можно было сочетать несочетаемое, но тут по лицу было видно, что человек недоволен. Брюнет похлопал хозяина по плечу и аккуратно забрав ведомость из его рук, прошел дальше в комнату и положил ее на письменный стол. Пошел переодиваться в пижаму, пока Калим, уже готовый кстати ко сну, чего то все мялся у порога. Совесть мучает, да? Пусть мучает, в кой то веке. Потушив свет, староста залез в кровать и уселся напротив Джамиля. Он, в свою очередь, мазал руки кремом. В засушливой Скарабии это было чуть ли не обязательно. Он отлично видел что Асим от него чего то хочет, но черт его знает чего. И снова он закатывает глаза. —Ну говори уже. —Я просто хотел спросить про... ну в библиотеке. Это что было вообще? — Такие вещи беловолосого смущали, поэтому он говорил на полтона ниже и постоянно краснел, хотя вроде не с чего было. Вайпера это позабавило, он тут же заулыбался. —Я же сказал, что просто делал так, как обычно делаешь ты. —Но я не соблазняю тебя по среди белого дня! —А я интерпретировал по своему.—он усмехнулся. Нравилось ему смотреть на смущенного старосту. —Я думал тебе понравилось. —паж протянул ему руку и зажал их пальцы в замок, притягивая собеседника ближе. Калим подался вперед, вставая на четвереньки. —Не понравилось, ты же просто ушел.—что бы было удобнее, он уселся брюнету на колени, смотря на него сверху вниз. —Хочешь продолжить?—звучало скорее как утверждение. В ответ робкий кивок.—Правда? Я думал ты очень устал за день.—заговаривал зубы, сам не понимая зачем, но стал легонько поглаживать Асима по спине свободной рукой. —Думаю я выдержу один раз.—он уже было приблизил свое лицо что бы слиться в поцелуе, но вдруг продолжил: —Я хотел бы попросить тебя кое о чем...— увидев, что партнер внимательно слушает, староста потупил взгляд и раскраснелся еще больше. — Ты можешь быть в этот раз... грубее? Последнее слово было сказано совсем уж тихо. Джамиль вскинул брови вверх. Это, видать, продолжение эксперимента, да? Вид его сильно смущенного лица был действительно занимательным. Паренек был явно в предвкушении, он чуть ерзал на чужих бедрах и свободной рукой поглаживал плечо брюнета. —Вернее... ну ты же знаешь, как я доверяю тебе. Так что можешь делать со мной все что хочешь сейчас.— Договорив предложение, Калим примкнул к его губам. Вайпер отвечал на поцелуй, но глаз не смыкал. Слова "делать со мной все что хочешь" звучали слишком заманчиво, словно зеленый свет. Считай разрешение дернуть рычаг, отпускающий тяжеленный груз на господина, что бы его раздовило к чертовой матери. Полная свобода, так ведь? Можно бы было убить его на месте, а потом отбыть наказание, наказание и для него и для его семьи. Можно бы было отказать ему и уйти спать в холоде одиночества. А можно поиздеваться над ним, в самом его уязвимом состоянии. Он разорвал поцелуй и со странной ухмылкой прошептал прямо в ухо беловолосому: —Как скажешь, хозяин.— зам. старосты провел языком по внешней стороне его ушной раковины. —Не называй меня так. —на выдохе, произнес Асим. Формально Джамиль действительно не был его слугой. Ни он и ни его семья не были рабами или что то в этом роде, нет, они просто рабочие, им за это платят жалованье и они не бедны. Но для него, эта невозможность обойти того, кто просто родился в знатной семье, как раз таки и было рабством. А этот мальчишка был его хозяином, тем кто мешал его свободе и купался в лучах солнца, пока его паж мог только наблюдать из тени, был тем кто сдерживал его, не позволял проявить себя, показать всем что он лучший. Калим был синонимом к слову несправедливость. Он лишь хмыкнул на слова старосты. Их ладони в замке взмокли и Вайпер отпустил его руку стал поддевать пижамную кофту. Калим неохотно, но чуть отстранился и поднял руки, позволяя снять с себя верх. Ощущение голой кожей чужой одежды обжигало и возбуждало сильнее. Он прямо очень охотно прижимался своим телом к его, все требуя внимания к своей персоне. К своим губам и своим ощущениям. Хоть и дал полную свободу, но сам требовательно и страсно целовал Джамиля, не позволяя ему увернуться. Тот чуть отодвинул старосту от себя и стал облизывать его соски. Тут же отрываясь от них, трогал и массировал пальцами, они хорошо скользили от слюны. Пока руки были заняты грудью, он кусал шею парнишки. На ней уже красовалась, пара старых засосов-укусов, а новые ставить было по сути некуда. Вернее спрятать их было бы очень проблематично, но сейчас у Вайпера руки развязаны и он может делать все, что заблагорассудится. Он кусал очень больно, почти до крови и зализывал, зацеловывал место укуса, не что бы сгладить его боль, а что бы лишний раз полюбоваться своей работой. Асим, тем временем, выгибая спину ему навстречу, стонал бессовестно, совсем не сдерживаясь. Он, как будто, чувствовал все на свете. И боль, и страсть, и возбуждение, и спазм. Этого всего было так много для него одного. Он цеплялся одной рукой за плечо Вайпера, а пальцы второй вплетал в его волосы. Рассудок медленно покидал его. Сегодня, пожалуй, Калим думал очень много, поэтому потеряться в ощущениях сейчас было приятно. —Больно...,Джамиль.—захлебываясь в собственных вдохах и стонах, проговорил он и опустил голову вниз, стараясь посмотреть на названного. Староста чуть потянул того за волосы назад, что бы прекратить боль, но как только Асим опустил взгляд, был тут же встречен новым влажным поцелуем. На этот раз брюнет определенно вел слюнообмен, интенсивно толкаясь шершавым языком в рот своему господину, руками прижимал его ближе к себе, как будто он мог уйти куда то прямо сейчас. Поцелуй то разрывался, что бы вобрать в легкие воздух, то возобновлялся, казалось с новой силой. Вайпер был абсолютно безжалостен в том, что не давал отстаниться даже тогда, когда Калим пытался оторваться от него и надышаться. Он начинал задыхаться. Задыхаться от нехватки воздуха и от нахлынувших чувств, бивших через край. —Масло достань.—произнес паж с тяжелым вздохом. Беловолосый вообще не сразу понял его слова. Для него они звучали рандомным набором букв, шея и грудь противно ныли, глаза видели перед собой только размытое лицо любимого и думать он мог только о собственном изнывающем возбуждении. Чуть потормозив, он все же, не слезая с кровати, подполз к прикроватной тумбочке и достал от туда полупустой флакон. Это ароматическое масло, по сути было предназначено для волос. Сначала им пользовался по назначению. Джамиль. Его длинные волосы всегда приятно пахли благодаря этому средству. Потом и Асим стал редко, но все же, наносить себе на голову. Теперь же, этим маслом часто пахла вся комната старосты. Его тело, одежда, постельное белье. Все пахло одним и тем же ароматом, смешанным с посторонним, тяжелым, густым воздухом. Этот запах, даже вне контекста жарких ночей, уже вызывал ассоциацию именно с этим. Калим вернулся в прежнюю позицию, вложив флакон со смазкой в руку брюнету. Тот тут же повел языком по его щеке и прошептал в ухо какую то похвалу. Так хозяин хвалит свою собаку, когда та послушно выполняет команды. Он откинулся назад, почти ложась, но все еще сидя, свободной рукой чуть надавил на спину беловолосого, побуждая прилечь на себя. Вайпер снял крышку баночки и знакомый аромат распространился меж ними. Он вылил немного масла на пальцы правой руки и распределил его, а потом вылил еще чуть-чуть и аккуратно запустил руку в пижамные штаны старосты, минуя и их и нижнее белье. Сначала недолго поводил смазанными пальцами возле прохода, потом вставил сразу два, только наполовину. Асим вскрикнул, на глазах навернулись слезы. Было больно, не так больно, как было бы на сухую, но ощутимо неприятно. Пока пальцы внутри начинали не особо то размеренно и щедяще двигаться, Калим цеплялся руками за рубашку партнера. Тот свободной рукой поглаживал белесые волосы на затылке и разглядывал его. Такой жалкий и разгоряченный. В тот момент, когда пальцы двигались ужасно интенсивно и быстро, а староста стонал имя своего заместителя как последняя шлюха, очень громко и несдержанно, послышался инородный звук. Дефолтный рингтон телефона Вайпера пронзил пространство. Оба устремили взгляды на него. На ярком экране виднелась фотография красивой девушки. Джамиль схватил телефон свободной рукой и остановил пальцы второй. —Надо ответить, вдруг что случилось. Будь тише, прошу.— Асим смотрел на него затуманненым взгядом, шумно дыша через рот. Как в таком состоянии он должен быть тише? Брюнет снял трубку и послышался голос его сестры, размеренный и спокойный, но довольно дружелюбный. Когда парень спросил о важности звонка, она ответила, что просто поболтать хотела. Он уже хотел сказать что перезвонит и сбросить, но тут передумал и сказал, что внимательно слушает. Староста все это время закрывал свой рот рукой и ждал конца звонка, но когда услышал слово "продолжай" его глаза округлились. Вайпер вдруг продолжил так же интенсивно двигать пальцами, вставляя их все глубже и раздвигая в стороны. На этом этапе, Калиму уже было сильно приятно и сдерживать вздохи и стоны он почти не мог, да и не привык к этому. Однако его "друг" продолжал разговаривать с сестрой. Он сказал, что господина рядом нет и он обязательно передаст ему привет завтра утром. На вопросительный взгляд старосты, он лишь хитро улыбался и ускорял темп стараясь попадать по уязвимому месту. Он честно старался дышать не так громко. Прятал нос и рот в своих руках, в рубашке брюнета, просто отворачивался в другую сторону от телефона, но вид того, как в него входят чужие пальцы, только усугблял нынешнее состояние. А Джамилю очень нравилось смотреть как господин мучается. Видно что он хочет кричать, целоваться и кончить, но все это он сможет сделать только тогда, когда ему разрешат. Чувство власти было слаще любых других ощущений, вкуснее любого, даже самого сладкого поцелуя. Асим попытался позвать его по имени, как можно тише. Он был готов умолять что бы любимый бросил этот телефон и вдолбил его в собственное ложе. Готов был умолять о внимании к себе, об его разъяренном взгляде устремненном только на господина. Но сегодня день, когда Калим не будет получать все что захочет, по одному своему слову. Позвать его как можно тише не получилось и он закрыл рот рукой, как только успел произнести первый слог, он оказался слишком громким. Вайпер уже начинал жалеть, что у него нет третьей руки, что бы самому заткнуть хозяина, почувствовать его слюну на пальцах, зубы, впрившиеся в кожу и узреть полный похоти и желания, жалкий затуманненый взгляд. Староста, считай, был на пике и мог бы уже сам закончить, но прекрасно понимал — если сейчас не сдержится, то не громким быть абсолютно точно не сможет. Он еще раз умоляюще посмотрел в глаза своего зама, честно не понимал от куда в них столько лукавой издевки. Тот был не приклонен. Он все так же разговаривал с сестрой на какие то обычные бытовые темы, а когда она спросила, что за шорохи у него там, отвечал мол стоит на балконе и просто ветер дул. Но в какой то момент, длинноволосый понял, что видно перебарщивает, смотря на состояние Асима, и перебросившись еще парой фраз с собеседницей, завершил звонок. Не хватало еще, что бы сестра что то заподозрила, ведь он делал это только ради издевки. Более того прекрасно знал, что риск быть раскрытыми, пойманными, ужасно возбудит объект его ненависти. Он кинул телефон обратно на край кровати и, взяв господина за подбородок, притянул его лицо к своему поближе, давя лыбу прямо ему в губы. —Ты был весьма нетерпелив, но все таки сдержался. Это похвально.—очередной влажный поцелуй уже только в одну сторону, у Калима голова шла кругом, ему было явно не до этого, но отстраняться он не смел и пальцы из него вышли. Джамиль небрежно обтер их о кровать. И он сжалился над парнишкой. Пришлось чуть поерзать и приподнять его, что бы снять лишнюю одежду с них обоих. Брюнет предоставил ему возможность самому насадиться, только что бы потом, надавив на бедра беловолосого, всадить ему по самое не хочу. Только вот он был так разгорячен, что и сам не заметил или скорее не расчитал, что ввел в себя всю длину мнгновенно. Ему то было почти не больно, учитывая сколько времени заняли прелюдия, а вот Вайперу было не очень, и он шумно выдохнул, как только это произошло. Было тесно и непривычно, в каком то смысле даже противно. Староста остановился. Он попытался отрезветь и взять себя в руки, иначе ему придется лечь вниз в таком состоянии. Он крепко сжал плечи партнера и начал резко то приподниматься вверх, то опускаться обратно. Вскоре всякий дискомфорт прошел и он начал действительно наслаждаться процессом. Вскинув голову вверх, Асим продолжал стонать и громко скулить с каждым своим "прыжком". Второй тем временем сжимал руки на его бедрах, оставляя красные следы от своих ладоней. Он тоже тяжело дышал и иногда тихо постанывал, но гораздо сдержаннее. И когда господин сдулся, его паж уже сам стал приподнимать его и подмахивать бедрами, толкаясь неравномерно и в разные места, специально не попадая туда, куда было приятнее всего. Его просили быть грубее и он честно не сдерживался, но этого видно не было почти совсем. Единственной заметной грубостью были возобновившиеся болючие укусы и поцелуи, от которых отстраниться было невозможно. Они ощущались как легкие придушивания, да и если честно, Калим не был бы против, даже если бы его душили, лишь бы это был Джамиль. Он уже и не чувствовал боли от укусов или от того, что он слишком крепко держит его где то, просто было приятно и одновременно невыносимо ждать разрядки. —Джамиль, я ско-ро...—пытался сообщить староста, захлебываясь в собственных стонах. В ответ тишина, только толчки стали заметно интенсивнее. Брюнет бы уже и сам рад закончить с сие мероприятием. Ему было приятно, даже очень хорошо использывать эту тушу для своего удовлетворения, но никогда не забывалось раздражение, испытываемое к ней. Это раздражение могло бы перейти в жестокость, если б он не мог сдерживаться себя достаточно хорошо, что бы не сломать тощую шейку, пока входит в него. Асим и сам не понял когда он кончил. Помнил только приятное чувство, вспыхивающее по всему телу зарядами электричества, вызывая подергивания конечностей и отдышку. Он тут же упал рядом с партнером, отдыхая и давая себе отдышаться. А тот помнил его громкий и протяжный стон, и как сам он излился внутрь, и те же самые ощущения экстаза, то же самое полузабытие. Но у зама старосты, отдых проходил недолго. Время было сильно позднее, он волновался как бы они никого не разбудили своими криками, ему нужно было прибраться за ними двоими и привести их обоих в порядок. Только он собрался вставать, чуть отдохнув, как Калим повернулся на бок и опять прилип к брюнету, обвивая его руку и кладя голову на плечо, утыкаясь носом в шею. —Зачем ты трубку взял и продолжил разговаривать? —прозвучало с долей обиды, но он не был зол, скорее просто расслаблен, без вечной улыбки и задорства. —Хотел проверить твою выдержку. Сам же сказал, что я могу делать все что захочу.—он высвободился из объятий и, подойдся к шкафу, надел халат, взятый от туда. —Не хочешь искупаться еще раз? —Не хочу.—тоном капризного ребенка кинул Асим. —А ты меня с собой в ванную зовешь?—он перевернулся на живот, подпирая голову руками и внимально наблюдал за тем, как его гость собирает их разбросанные вещи. —Просто было бы проще. —Вайпер закатил глаза, оставил вещи на комоде и закрылся в ванной. Как только он привел в порядок себя, вышел к хозяину комнаты. Тот уже был в полудреме, но Джамилю это не помешало поднять его и натянуть обратно его пижаму. Чуть прибравшись на самой кровати, он улегся рядом с беловолосым и он вновь, чуть ли не полностью залезая сверху, обнял своего пажа. Калим явно доволен, хоть и сильно устал. —Тебе понравился эксперимент?—вдруг тихо спросил он, уже будучи на грани проволиться в сон. —Не сказал бы, что почувствовал разницы, но для тебя такая практика полезна.—руку что была ближе к старосте, он положил ему на волосы, мягко поглаживая, что бы усыпить его уже скорее. Желательно навсегда, как дворовую псину. —Намекаешь, что я обычно не выполняю свои обязанности? Вайпер замялся, не зная чего ему ответить. Он специально медлил, что бы не отвечать на вопрос, ответ на который был так очевиден, надеялся, что беловолосый уснет. Сработало. Он выдохнул с облегчением, и убрал руку с его волос, пока парнишка мирно посапывал совсем рядом. Наверное он все таки его раб, хотя бы из-за своей привязанности.