Организация Отлова Мифов

С момента встречи парней прошло дня три. Давид подал заявление об увольнении из организации. Конечно, было много вопросов, его пытались отговорить, ведь видели в нём потенциально хорошего работника, но Давид стоял на своём, как и Никита в своё время. Сейчас Давид стоял в кабинете начальника, дабы тот одобрил увольнение. Тот читал документы долго, вдумчиво, будто вчитывался в каждое слово. Давид же был слегка напряжён: это томное ожидание, удушающая тишина, и лишь настенные часы добавляли разряженной атмосферы своим тиканьем. — Ну что… Давид Роменский, — вставая со своего места, начальник поправил очки и направил взгляд на работника. Давид напрягся. — Мы не вправе вас держать под своим контролем, поэтому всего вам хорошего. Вот ваши документы, — он протянул стопку бумажек, а Давид радостно схватил её и поблагодарил уже бывшего начальника, после чего покинул кабинет, а потом и офис. — Ага… не вправе. Всё, вы ещё о нас услышите, — пробубнил под нос начальник ООМ. Давид, прибежав домой, быстро убрал все документы в ящик и собрал небольшой рюкзак с вещами, дабы отправиться к новому знакомому. Он положил поесть, воды, конечно же, что‑нибудь в подарок, ведь приходить в гости с пустыми руками, как мы все знаем, не совсем прилично. Наконец, собрав вещи, он отправился в путь. Идти было не то чтобы далеко, но и не то чтобы близко. Вот уже заметив небольшой домик, Давид взбодрился и направился скорее туда. Но не успел он и трёх шагов сделать, как сзади него появился мимик. Шатен закричал и помчался со всех ног, оглядываясь периодически назад. — А‑а‑а! Помогите! — этот крик был слышен кому угодно. Никита, не понимая, вышел из дома и огляделся. Как вдруг почувствовал резкую боль в голове и руке. Блондин понял, что лежит на земле, а сверху — его новый знакомый. Давиду тоже немало досталось, но хотя бы все конечности были целы и невредимы. А что насчёт Никиты… У того явно была сломана рука и лёгкое сотрясение мозга от такого удара. Давид почти моментально подскочил и обернулся: сначала назад — выглядывая, не бежит ли мимик, а потом — на Никиту. Он ахнул и стал извиняться перед ним. — Прости, пожалуйста! Прости, просто я шёл к тебе, а там мимик… — От болтовни Давида голова ещё больше раскалывалась, и казалось, будто дрелью дырку сверлят. Никита поморщился и что‑то прошипел себе под нос. — Твою херобринову мать… — пытаясь встать на ноги, Никита поморщился, после чего почувствовал, как ему помогают подняться и зайти в дом. Давид завёл Никиту в дом и уложил на кровать, а после снова начал: — Прости ещё раз! Я не специально… Сейчас я тебе принесу на голову что‑нибудь холодное! — Он увидел холодильник недалеко от кровати Берга и стал искать там лёд, которого, к сожалению, там не оказалось. Зато оказался кусок холодного мяса, который Давид, подойдя к Никите, приложил к голове блондина. Давид присел на кровать рядом с Никитой и держал холодный пакет на голове Берга. Никита же хмурился от боли и что‑то мычал. — Как ты вообще мимика‑то встретил, пока шёл? — поинтересовался Берг, приоткрывая глаз и смотря на парня. — Ну… Я шёл к тебе, потом увидел домик и на радостях уже собрался скорее прийти, но передо мной появился мимик, и вот я побежал от него… — Давид сделал паузу, а после продолжил: — Прости ещё раз, пожалуйста! Я правда не хотел, чтобы ты пострадал. Никита уголком губ улыбнулся и нахмурился: — Да ладно. Не извиняйся. Главное, что ты мимику не попался. К тому же он прекрасно помнит работников ООМ… Но не уверен, что тебя помнит, ведь ты даже почти не работал там, — развёл руками парень, а потом сморщился от боли в руке. Давид приказал мифоискателю держать у головы кусок «льда», после чего аккуратно взял Никиту за запястье и, подняв вверх руку, стал осматривать её. Призрак стал аккуратно прощупывать кость и спрашивать, где больно, а где нет. Как только Давид надавил на кость возле локтя, Никита завыл. — Ой, прости, пожалуйста! — извинился Давид, убрав руку с больного места. — Тебе бы гипс наложить… Где больница поблизости? Никита вскинул бровь и тихо рассмеялся: — Ты видел где‑то тут дома, помимо моего? Больница находится в ближайшей деревне, которая в 1 000 блоках отсюда. Давид нахмурился и потёр переносицу. — На кой чёрт так далеко селиться? — возмущался Роменский, а после своих возмущений вздохнул. — Сиди тут, я пойду найду материалы, чтобы гипс сделать тебе. После этих слов Давид скрылся за дверью домика и отправился на поиски. Никита очень удивился такой заботе от человека, которого он даже почти не знает. Но должен был признать: это было приятно, от этого становилось как‑то даже тепло на душе. Давид бегал по окрестностям и искал материалы. Он достал небольшой блокнот, в который раньше записывал разные полезные вещи его бывший товарищ. Он вздохнул, поминая друга, и стал искать вещь под названием «гипс». Пролетав пару страничек, он наконец наткнулся на заветное слово и отправился собирать всё, что ему нужно. За 20 минут парень собрал почти все материалы, но не хватало одного — ниток. Нитки служили как бинт, что, к слову, очень удобно. Нити, особенно паука, были в какой‑то мере полезны для заживления. Как мы все знаем, пауки ядовиты, но ведь яд некоторых в маленьких количествах работает как лекарство. Этим и хотел воспользоваться Давид. Прошло ещё около 20 минут, и наконец‑то всё было собрано. Он скорее помчался к Бергу и буквально залетел в дом. — Боже, прости, что так долго… Это было труднее, чем я думал, — протараторил Давид, закрывая за собой дверь. Никита же оторвал взгляд от журнала и посмотрел на Давида. Призрак подошёл к Бергу и принялся что‑то там химичить, дабы получить гипс. С горем пополам что‑то у парня вышло. Он не был каким‑то опытным медиком или специалистом в замешивании гипса, но это было лучше, чем если бы его новый друг ходил со сломанной рукой по его же вине. Давид протянул руку и аккуратно взял сломанную руку Никиты. Его движения были настолько аккуратными и нежными, будто он не человеку руку загипсовал, а существу, что вот‑вот развалится. Никита наблюдал за этим всем, и его взгляд на мгновение перешёл на лицо Давида. Увидев нахмуренный взгляд парня, который так старается сделать всё аккуратно и хорошо, увидев его черты лица поближе, его глаза без солнечных очков, на щеках Никиты мгновенно выступил небольшой и почти незаметный румянец. Мифоискатель сразу постарался прийти в себя и отвлечься, посмотрев в окно, но в голову сами лезли мысли о Давиде. Через несколько минут Давид полностью закончил со своей работой, и бодро встал с кровати. — Всё готово! — он с гордостью смотрел на проделанную работу. Никита посмотрел на руку и увидел на ней гипс, ничем не отличающийся от больничного. — Спасибо большое, — Берг улыбнулся и аккуратно встал с кровати. Его чуть‑чуть пошатнуло, но, благо, парень устоял на ногах. — Аккуратно! И не благодари. Я сам виноват, что ты сломал руку, я сам и искупил свою вину помощью. Никита лишь издал смешок и поглядел в окно. — Уже темно. Домой ты явно не пойдёшь, оставайся у меня. Давид слегка выпучил глаза от таких слов парня и посмотрел на него. — Тебе разве не страшно оставлять малоизвестного парня у себя дома на ночь? А вдруг я вор‑маньяк? — ухмыльнувшись, сказал Давид и сделал шаг вперёд к Никите. — Ну что ж тогда мне поделать, только смириться, — встав в драматичную позу, ответил Берг, а после оба парня рассмеялись во весь голос. — Если быть честным, правда, оставайся. Сейчас мобы полезут, ещё пострадаешь. Давид кивнул и поблагодарил Никиту, после чего они начали разговаривать о мифах и так далее. Прошло, может, часа два‑три, парни не считали. Они были увлечены разговором о мифах. В какой‑то момент Давид потянулся и зевнул. — Спать хочешь? — поинтересовался мифоискатель. Давид кивнул и прикрыл глаза. Никиту это немного рассмешило и слегка умилило, но он решил не думать об этом. — Пошли спать тогда, — после этих слов парень встал со стула и направился к кровати. Была проблема: Давиду, считай, спать‑то негде, только на барную стойку и ложись. Кровать Никиты была одноместной, а дивана или чего‑то такого не было — ведь зачем? Парень жил всегда один и не думал даже, что когда‑нибудь у него кто‑то будет ночевать. — Э‑э… А где я спать буду? — поинтересовался Давид, смотря на Никиту, что сидел на своей кровати. Никита и сам понятия не имел, куда положить Давида. –Аа… я могу тебе уступить кровать, а сам лягу на пол. — такое предложение Давида явно не устроило и он решил, что лучше уж он будет спать на полу, чем покалеченный Никита.  –Ну нет уж! Лучше давай я на полу посплю, ты и так сегодня настрадался — подметил Давид и сел на пол. Никиту тоже этот расклад не особо устраивал и он посмотрел недовольно на призрака.  –Тогда вместе спим — выпалил случайно блондин, а потом осознал как это прозвучало и постарался исправиться, –То есть.. я имел ввиду.. на кровати вдвоем спать будем! Чтобы никто на полу не спал. — Никита слегка покраснел и отвернул голову к окну, Давид же по началу впал в ступор и его щеки покрылись легким румянцем.  –Ладно..? — согласился Давид и перебрался на кровать. Была немного нагнетающая тишина которая душила и не давала кислороду попадать в легкие. Давид лег к стене, повернувшись спиной к Никите, а Берг же лег сзади, повернувшись спиной к спине парня. Было неловко и это все казалось глупо для обоих. Глупо и смущающе. Тишину решил прервать Давид одной короткой фразой  –Доброй ночи, Никита. –Ночи.. Давид.  Еще несколько минут они лежали в неком напряжении и не могли уснуть, но в какой-то момент глаза стали сами по себе закрываться и оба провалились в царство Морфея.