Sozialisierung

Наверное это просто навязчивые идеи, продиктованные голосами в голове. Наверное он просто давно не чувствовал власти над другими городами Европы, а Киев в таком положении казался лёгкой добычей.  Наверное ему просто хочется обнять приятеля, оказавшегося в трудной ситуации. Хотя он точно нуждается не в такой поддержке.  «Приятель». Какое глупое слово.  К сожалению, Берхард уже не помнил градации социальных титулов по уровню близости. Возможно у него и нет близких.  А если Киеву неприятно находиться с ним рядом после всего что было? Да не «если», наверняка. Один только Бабий яр чего стоит. Ещё и Париж подливает масла в огонь. Ну вот зачем он влез тогда? Как будто без этих неприличных подробностей у Европейских городов недостаточно поводов ненавидеть Берлин.  А самое ужасное что Пьер угадал.  Теперь в его кровавых ночных кошмарах появлялся Киев. Как же, блять, стыдно и мерзко начинать утро со стирки белья. Ему что, четырнадцать? После слёз хоть можно просто подушку перевернуть.  И как потом Диме в глаза смотреть?  Снова почти бессонная ночь, клубок мыслей, череда кошмаров - он уже не понимал сны это или галлюцинации.  На часах 4:32  Будильник прозвенит ровно в 6. Будто уже и нет смысла ложиться.  Надо принять ледяной душ, попытаться смыть с себя этот липкий позор. Пойти в зал или хотя бы на пробежку. Но он берёт телефон и раньше чем успевает подумать находит Димин номер. В Киеве уже полшестого. Блять, что он творит?  Отшвырнув телефон в сторону Берлин резко поднимается и идёт умываться.  Душ, пробежка, документы, отчёты, звонки, звонки, не тем и не от тех, проекты, совещания, зал и снова тишина вокруг и крики в его голове.  А психотерапевт говорил что рутина успокаивает. Как бы не так. Берлин не хотел возвращаться к каким бы то ни было таблеткам, но сила воли вот-вот его подведёт. Из раза в раз он убеждался что ни рецептурные наркотики, ни та хрень которой торгует Ларс не решают его проблемы, а лишь усугубляют. Но из раза в раз он возвращался в аптеку или в притон. По настроению. Должны же быть другие способы? На самом деле иногда Берлин замечал что некоторые люди заглушают голоса в голове. Ему хотелось быть ближе к Киеву. Нет, не сделать с ним то что ему сниться, а хотя бы просто поговорить. Даже от той неочёмной пары фраз на саммите становилось спокойнее. Конечно если не вспоминать что было после них.  Ладно, попытаться стóит.  К сожалению или к счастью, Берлин так просто не сдаётся.