True follower

— Седьмого... декабря? — Да! У меня же даже в Саппане др указан! — Я помню твою страниц... Точнее, я на ней был пару раз и там не было! — Кнопку «Узнать больше информации» надо было нажать, придурок! Тэнэ закусил губу и заворочался в постели, вдруг вспомнив диалог несколько-недельной давности. Такое было уже не раз — расслабленный мозг подбрасывал старые разговоры в мягкое и сонное сознание, только-только тронутое бодрствованием. Чаще всего проскальзывали посредственные и бесполезные отрывки из жизни: как он монотонно ведёт беседы с преподавателями, раздражённо — и больше по привычке — собачится с Лавэнэ, просит в магазине хлопья... Может — одиночество, слепо щупавшее краткосрочную память на предмет чего-нибудь важного. А может — особенность его мозга, подсовывавшего в случайные пробуждения такие же случайные реплики. Случайные — потому что Тэнэ очень сомневался в том, что даже самый повернутый на метафорах человек найдёт что-нибудь значимое в воспоминании, где он просит три больших картошки фри в Попональдсе, ему предлагают ещё и мороженое, а он отказывается. В этот же раз его мозг зацепился за действительно важное воспоминание. Тэнэ с лёгкой руки клеил стикер «беречь и не ронять» на все воспоминания с Дэмоном, а особо ценные всегда держал при себе, прокручивая их так часто, что они впитывались в Тэнэ и сливались с ним в одно целое — до тех пор, пока их невозможно уже было потерять, не потеряв самого себя. Ведь важные вещи, чаще всего, теряются быстрее, чем ненужные безделушки. Пароли, документы, украшения... Носить при себе — самый действенный и самый практичный вариант, пусть и лишённый романтики. Утро воскресенья застало его в одиночестве, встретив запиской о семейном шоппинге на обеденном столе. Корявые завитушки так и сочились недовольством и невыспанностью, а шальной, нарисованный от руки смайлик усталости только дополнял забавную картинку. Тэнэ как будто бы даже мог вспомнить, как ворчал спросонок Дэмон, пытаясь попасть рукой хоть в какое-нибудь отверстие в футболке, и как заводился двигатель у машины Йенса. Тэнэ запомнил этот звук, ровный и тихий, который никогда бы не перепутал ни с какими другими машинами. Сев завтракать на кухне — чего он никогда не делал, если кто-то был дома кроме него и Дэмона, — Тэнэ с искристым предвкушением пил чай и открывал Саппан, ловя неожиданную волну раздражения на долгую загрузку, чего с ним никогда раньше не случалось. Вкладка «Друзья» могла похвастаться небольшим прибавлением в лице Киры, Наташи и, неожиданно, Мола Янсена — одногруппника, чьё лицо Тэнэ видел в Саппане чаще, чем в университете. Непонятно, как он нашёл Тэнэ и почему не читал никакие общие группы, но тот был вовсе не против отвечать ему лично по поводу расписания, замен, объявлений или пересылать фото домашней работы учителям. Альтруистические порывы не входили в обязанности старосты, но Тэнэ отчего-то не находил слов для отказа. Может, потому, что для него в школе никто подобного не делал, и домашнее обучение вкупе с нестабильной, экспериментальной версией таблеток не освобождали его от регулярных походов в школу. Даже в солнцепёк. Над списком из четырёх человек снова висела заявка в друзья от Лавэнэ, которую Тэнэ настолько устал отклонять, что уже привык к ней, как к части стандартного оформления от Саппана, и больше не обращал внимания. Сейчас его интересовал один конкретный друг, привычно и неизменно висевший самым первым в сортировке «по важности». Знакомая аватарка как и всегда вызвала тихий всплеск радости. Каждый раз видя на ней красные маячки о количестве непрочитанных — новых, ждущих — сообщениях, Тэнэ выработал условный рефлекс, и потому не удивился, когда и в этот раз уголки губ поползли вверх. Поправив пижамную футболку и отхлебнув ещё чаю, он с той же устойчивой радостью кликнул на чужой аккаунт (хоть и учитывая то, сколько раз он заходил сюда без причины, просто чтобы посмотреть на вдоль и поперёк изученные фото в сетке, чужим этот аккаунт точно не был). Страница Дэмона была что ни на есть проходимой. Даже не зная всего — куда можно нажать и что можно открыть — Тэнэ своими глазами видел, что в соцсетях Дэмон пользовался таким же вниманием, что и в жизни, если не ещё большим. По сравнению со страницами других одногруппников, куда Тэнэ заходил от нечего делать во время болезни, Дэмон был всё равно что маленькой знаменитостью, о чём прекрасно знал, судя по закрытым комментариям и статусе «Если добавляетесь в друзья, пишите причину!». Количество подписчиков, лайков, просмотров и репостов достигало действительно... пугающей отметки, хоть и Тэнэ сомневался, что действительно понимал масштабы, поскольку никогда не следил за ведением соцсетей у других и не вёл их сам. Однако что-то подсказывало, что даже в рамках Саппана Дэмон был действительно популярен. Но в списке друзей у него значилось всего несколько человек. Прижав ногу к батарее и сощурив глаза от слепившего утреннего солнца, Тэнэ несколько секунд смотрел на маленькую серую циферку — контрастно крохотную относительно числа подписчиков и всех других показателей «крутости». В этом как-то очень явно проявлялся характер Дэмона. Как и в закрытых комментариях и предостерегающем статусе. Тэнэ только поймал эту мысль, как тут же пришло осознание, что за сегодня он будет находить ей подтверждение снова и снова. Закинув в рот ещё одно имбирное печенье, Тэнэ двумя руками обхватил телефон и приблизил его к лицу, сосредоточенно и медленно листая стену и снова возвращаясь к началу. С секундным мандражем он наконец нажал на кнопку «Узнать больше информации», и под его изучающим взглядом открылось... не так уж много, как он рассчитывал. Тем не менее, Тэнэ даже жевать перестал, вчитываясь в текст. «День рождения» — седьмое декабря (теперь Тэнэ и так это знал), без указания года рождения. «Родной город»... Ну конечно же столица — это он тоже знал. «Контакты»... Кёниг вслух усмехнулся с этого ёмкого «Нет», написанного напротив значка телефонной трубки. Ещё бы тот оставил свой номер на всеобщее обозрение... Однако Дэмон довольно легко поделился им ещё до того, как изменил своё отношение к Тэнэ и даже до того, как они перестали враждовать... Возможно, Тэнэ не представлял такой угрозы? Либо же Дэмон просто не задумывался об этом? Что Тэнэ мог это слить... Нет — мотнул головой Кёниг. Он бы даже не догадался, как это сделать, да и на столь низкий поступок никогда бы не пошёл. Морду набить — это легко, обменяться оскорблениями — вообще пожалуйста, но что-то подобное — ни за что. Может, Дэмон это в нём и почувствовал. Тот поразительно легко разбирался в подобных вещах. В разделе «Контакты» помимо забавного «Нет» были какие-то ссылки, по которым Тэнэ сразу же перешёл и... Блять. ...чуть не подавился печеньем. Десятки... Нет — сотни фотографий Дэмона отобразились в маленьких окошечках и всё всплывали и всплывали, пока Тэнэ быстро листал вниз. Что это, мать его, за... Тэнэ резко сел ровно и расслабил лицо. До этого момента он даже не знал, что его глаза могут настолько расширяться. Неужели от него скрывалось такое за непримечательным «Узнать больше информации»?! Так ненавязчиво оставленная ссылка на целый кладезь фотографий?! (Или, как ехидно добавила бы Наташа, «на сокровищницу любимых дрочилок»). Сердце Тэнэ уже прыгало от довольства, когда он догадался в Саппане нажать кнопку «Показать больше вложений» и увидел много фоток Дэмона. Но тут было не то что много, их было просто-ахренеть-как-много. Этот ранг практически сразу же повысился до дохуя-в-тысячной-степени-много. Тэнэ не был уверен, что даже в его телефоне за миллион долларов хватит памяти на такое количество скриншотов. Еле сглотнув несчастное печенье, Тэнэ с отсутствующим видом поднял взгляд на кухню, словно что-то в дорогой гарнитуре могло подсказать, почему он вообще упустил нечто подобное и почему Дэмон ничего ему не сказал. Рациональная его часть сразу же невозмутимо и абсолютно невпечатлённо ответила: с чего бы Дэмону вообще говорить о существовании этого приложения, если Тэнэ столько раз уверял, что его не интересует ведение социальных сетей... М-да... Винить оказалось некого, но, досадливо кинув взгляд на экран, Тэнэ случайно зацепился за аватарку Лавэнэ, ехидно глядевшую на него из строки уведомлений — из той самой заявки в друзья в Саппане — и обвинил во всём его. Просто на всякий случай. Ведь Кица наверняка знал о существовании этого приложения для фотографий и стопроцентно уже давно нашёл там страницу Дэмона... Через секунду Тэнэ кликнул на уведомление и с каким-то мстительным, холодным напором снова нажал «Отклонить». Глубоко вздохнув, он снова заскользил взглядом по сетке изображений. Странное, электрическое напряжение засвербело в солнечном сплетении, и Тэнэ решил заняться этим позже. Изучением постов Келлермана в новом приложении, в смысле. Хотя Кёниг сомневался, что смог бы себя остановить и от чего-то ещё во время просмотра... Всё-таки это был Дэмон. Дэмон и его профессиональные фотки с соревнований по плаванию, с поездок в тёплые места планеты в абсолютно подходящей одежде и многое другое, за что успел зацепиться взгляд, прежде чем Тэнэ в спешке мигрировал обратно в безопасный Саппан. Он только надеялся, что незнакомое приложение не показывало, кто просматривает твои посты и как долго на них останавливаются... И что скринить тоже было не запрещено, поскольку в некоторых других приложениях политика безопасности связывала его, жалкого влюблённого пубертатника, по рукам и ногам. Хоть и чаще всего Тэнэ скринил их переписку, чтобы перечитывать во время перерывов на работе, где не было интернета. Вернувшись в реальность, после сокровищницы дрочилок фиолетово-розово-жёлтого приложения с белым фотоаппаратом на иконке Кёниг почти потерял интерес к Саппану, но его тут же привлекла графа «Семейное положение», в которой стояло «В активном поиске». В активном поиске?.. В черепной коробке Тэнэ стало тихо и, судя по всему, пусто, поскольку через секунду он тут же полез в список подписчиков, а после — в список тех, кто лайкал фотографии Дэмона. Сотни чужих имён и никнеймов мелькали быстрее, чем секундные титры в тех фильмах, которые он смотрел с Келлерманом. За следующие полчаса Кёниг вывел для себя довольно безрадостную, хоть и ни о чём, в сущности, не говорящую мысль: примерно семьдесят процентов в этих списках — девушки с красивыми лицами на аватарках; двадцать процентов — парни с не менее хорошими данными, насколько можно судить по миллисекундному взгляду на аватарку (и насколько Тэнэ вообще разбирался в мужской красоте, никогда её не оценивающий за одним исключением), и десять процентов — непонятные и подозрительные аккаунты. Что ж... Это всё говорило явно не в пользу Тэнэ, но его это не особо волновало, поскольку Дэмон, как он успел понять, не был приверженцем интернет-знакомств и не особо доверял людям, которые судили о нём только по его внешности. Если бы его интересовали все эти списки, о которых он не мог не знать, в его статусе точно стояло бы что-то более дружелюбное, а комментарии были бы открыты. Как и было раньше? Тэнэ точно помнил, что когда он часто... иногда заходил на страницу Дэмона, то видел под постами чужие восхищённые реплики, на которые закатывал глаза (хотя в его голове было всё то же самое, просто в других формулировках). Может, это и стало причиной, по которой Дэмон запретил комментировать свои посты... Тэнэ не мог его в этом винить. Активный поиск... Хм... Неприятно, но Кёниг решил, что пока что ему не о чем переживать, а даже если что-то и начнёт происходить, то к тому времени он должен — обязан — научиться поддержке, а не бессмысленной ревности. Закрытость и оборонительность Дэмона в Саппане только укрепили эту мысль — если появится человек, которого Дэмон захочет впустить в свою жизнь несмотря на свои тревоги и сомнения... Тэнэ должен будет это принять. Даже если этим человеком не будет он сам. Новая информация неожиданно вывела его из безрадостных мыслей: Дэмон числился... админом в группе по Deepsix, и та серьёзность, с которой это было поставлено в графу «Карьера», до ужаса рассмешила Тэнэ. Может для Саппана «Карьера» — это просто условное обозначение для админов любых групп, но карьера и фанючество Дэмона — это слово, что забавно, он тоже узнал от него, — переросшее в такие масштабы, веселили Тэнэ просто неумолимо как раз потому, что наблюдались в одном контексте. Он уже знал, что не раз будет подкалывать его по этому поводу. На «Личной информации» Кёниг остановился дольше всего, игнорируя и чай, и солнце, и уже болезненное тепло батареи: «Главное в жизни» — «наука и исследования». Сердце Тэнэ болезненно сжалось. Он тут же зашёл к себе на страницу, чтобы посмотреть, выбирал ли Дэмон из предложенного Саппаном, и если да, то какие варианты «главного в жизни» составляли усреднённый список. Огорчение опустило уголки его губ вниз и заставило нахмуриться: «семья и дети», «карьера и деньги», «развлечения и отдых», «совершенствование мира», «саморазвитие», «красота и искусство», «слава и влияние» оказались для Дэмона не так важны, как его проклятие. Тэнэ хотел узнать, изменилось ли что-то с тех пор, как в жизни Келлермана появились маковые таблетки. Что для него было бы важным в таком случае? Что бы он выбрал теперь? «Главное в людях» — «смелость и упорство». Тэнэ снова вернулся к себе, чтобы увидеть другие варианты, и крепко задумался. Вариант «доброта и честность» был наиболее очевидным... если плохо знать Дэмона. Это Дэмон был добрым и честным и, что самое важное, не отдающим себе в этом отчёт. Это не то, чему он уделял внимание, но то, что составляло его, определяло и являлось тем, чем он уже был, а не тем, чем он пытался быть. Но «Смелость и упорство»? Хм... Тэнэ очень хотелось спросить. «Источники вдохновения» — «Deepsix и близкие люди». Кёниг ожидал увидеть нечто подобное, но увидеть подтверждение оказалось приятнее, чем он думал. Словно всё то, что он уже знал о Дэмоне, нашло подкрепление в виде его же слов, пусть и не сказанных Тэнэ лично. «Деятельность» — «Проф. плавание. НЕ модель». Кёниг легко мог представить, сколько раз люди путали его с моделью или делали ему комплименты подобным образом... Некоторые такие случаи Тэнэ застал и лично, но всё ещё не понимал, как относился к этому сам Дэмон. Льстило ли это ему? Или, может, наоборот, раздражало? «Любимая музыка» — «Deepsix. Или просто металл». Это Тэнэ тоже знал, хоть и так же прекрасно слышал попсовые лирические мотивы, которые приглушённо доносились из наушников Дэмона временами. Когда они сидели в транспорте или в универе, или на кровати, соприкоснувшись плечами... В такие моменты Келлерман никогда не предлагал ему второй наушник, хоть и тот предпочёл бы сопливые тексты громким звучаниям Deepsix (но, видит бог, Тэнэ никогда ни на что не жаловался. Особенно, если это касалось времяпрепровождения с Дэмоном). «Любимые телешоу» — «На фон ставлю всякие треш-шоу, а полноценно смотрю только фильмы, подкасты на ютубе или подборки историй с реддита. Иногда тик-ток». Треш-шоу, да. Тэнэ не видел ничего расслабляющего в шоу, которые отображали разные версии его детства, но и не сказать, что его это сильно напрягало — напротив, иной раз следить за чьей-нибудь сценической судьбой было даже увлекательно. Тэнэ однажды спросил у Дэмона на этот счёт, почему при поиске чего-то «под еду» тот всегда останавливал свой выбор на сомнительных видео про семейные разборки, аморальные романтические сюжеты и абсурдные, неадекватные постановки, как слежка за людьми, проверка на верность, проверка на измены и подобное. Шоу про беременных школьниц Тэнэ бы даже отнёс ко всем этим категориям. Дэмон тогда ответил, пожимая плечами: «Не то чтобы мне прямо нравится смотреть это всё, но я чувствую каждый раз какое-то наркоманское облегчение, что на видео — не я, ахах. Иногда же прямо начинаю загоняться по поводу своей жизни, но при просмотре чего-то подобного сразу появляется спокойствие какое-то. Что я, знаешь, не беременная Сьюзен, залетевшая от своего парня, старше меня на двадцать лет, который ещё и отсидел за кражу, или что-нибудь такое ахах-хах. Что вообще-то у меня всё даже нормально». Тэнэ не особо это понял, но принял. Иначе и быть не могло: если бы Дэмон вдруг сообщил, что для успокоения ему нравится смотреть видео с шаманским горловым пением или все песни Deepsix, включённые одновременно, Тэнэ бы принял и это. Ради разнообразия они стали включать каналы про космос — для Тэнэ. А вместе им нравилось слушать истории — кажется, с реддита? — где на фоне всегда что-нибудь происходило: игры, чистка ковров, нарезка мыла... У Кёнига не было проблем с концентрацией внимания, но со временем он понял, зачем это нужно. «Любимые фильмы» — «Смотрю всё, но именно любимые от Марвел». Тэнэ усмехнулся, сгибая ногу в колене и прижимая её к груди. Дэмон действительно смотрел всё. Насколько он включался в происходящее — вопрос другой, ведь иной раз Тэнэ, мельком проходящий мимо телевизора, запоминал что-то, что Дэмон потом не мог вспомнить от слова совсем «бля-я, это чё, реально было?». Марвел они ещё не смотрели, но Тэнэ благополучно уже нахватался спойлеров от преисполненного энтузиазмом Дэмона. Тот вообще не замечал этого, но Кёниг и не возражал: он с лёгкой полуулыбкой слушал его, с лаской глядя на искреннее оживление, которое так наполняло Келлермана, что почти переливалось за края: золотясь в глазах, в голосе, во всём его теле. Отражаясь волной столь безудержной, что она невольно подхватывала и Тэнэ. «Любимые игры» — «Очень много. Рпг и боёвка». Все игры, в которые играл Дэмон, сидя в смешных наушниках Эбэль со светящимися ушками, сливались для Кёнига в одно средневековое нечто. С кострами для восстановления человечности, заклинаниями, за́мками и разной нечистью. Он абсолютно не разбирался, да и не интересовался играми, но было что-то в том, чтобы смотреть, как играет Дэмон. При Кёниге он неосознанно начинал комментировать происходящее или что-то восклицать вслух, из-за чего дико смущался и постоянно одёргивал себя. Тэнэ сначала смеялся с него, но однажды просто сел рядом — так, на пару минут — и просидел с ним четыре часа. Дэмон как-то очень ярко реагировал на его присутствие и потому постоянно что-то объяснял, включал в происходящее. Сначала они постоянно разговаривали, обсуждали тактику — сравнение магов и разбойников в тылу, дальние и ближние заклинания, последовательность этих, как их там... лечилок, — а потом молчали. Уютно, тепло — плечом к плечу. Тогда Тэнэ вдруг пришёл к мысли, что ему что угодно на этом свете будет интересно, если он будет делать это с Дэмоном. Он следил за экраном, за действиями Келлермана и спал наяву, отключая зрение и проваливаясь в ощущения, как в мягкие простыни после тяжёлого дня. Дыхание Дэмона и его запах, запах его одежды, успокаивали так, как никогда не успокаивало ничто другое. Келлерман не заполнил «Политические взгляды», «Мировоззрение», «Отношение к курению» и «Отношение к алкоголю». Кёниг не ведал о причинах, почему тот не заполнил первые два пункта, но насчёт вторых догадывался, что скорее всего страница Дэмона была известна его родителям, потому тот мог не распространяться о своей вредной привычке. На всякий случай скрыв и «Отношение к алкоголю», как полагал Тэнэ. Так же тот не внёс никого из членов семьи в соответствующие строки «Сестра», «Мать» и «Отец». Вполне возможно, он не хотел привлекать к ним внимания... Особенно к Эбэль. Это было бы очень похоже на Дэмона. Тэнэ ещё долго ковырялся на его страничке в Саппане, подмечая то, что он обязательно — невзначай — спросит, и то, что он уже знал. И конечно он не заметил, как в какой-то момент открылась входная дверь и внутрь втянулись Келлерманы, по старшинству: сначала маленькая Эбэль с новой куклой в руках — Тэнэ не был уверен, по задумке ли была оторвана голова у пластикового младенца или это сделала уже сама девочка, — потом Дэмон с массивным пакетом в одной руке и туалетной бумагой в другой, и Йенс с Чиэ с декоративными цветами и наборами посуды. Гомон тут же обступил его со всех сторон, с ворохом и звоном, скрипом и шуршанием: — Тэнэ! Посмотри, у него там трубки какие-то! Его покормить можно! И потом эта смесь выйдет у него через... — Ой, Тэнэ, отодвинь, пожалуйста, вон ту вазу, мы туда поставим... Ты кушаешь? Сиди-сиди тогда! — Я пойду из машины ещё заберу... — ...но если его перевернуть, то она выйдет через... — Я сейчас тогда старые в ремонтируемую комнату отнесу, а новые помоем и... — Главное инструкцию прочитаем, а то предыдущие что-то не прижились у нас... Может, воздух им наш не понравился... — ...А если ещё в эту смесь красный цвет добавить, то он как будто... — Мы собирались за капсулами для стирки, — безэмоционально сообщил Дэмон. — Купили? — усмехнулся Тэнэ, заглядывая в пакет, который Дэмон водрузил на стол. Тот спешно ретировался с бумагой, чему-то вдруг смутившись. Тэнэ слишком увлёкся уборкой обеденного стола, чтобы уделить этому должное внимание. Впрочем, Дэмон быстро вернулся, не глядя переступая через голову того самого младенца. — Что за вопросы? Конечно, нет. Зато купили весь торговый центр. — Я так и понял. В дом снова вернулись родители Дэмона, неся в руках ещё больше красивых вещей для декора — Тэнэ разглядел какие-то фонарики в банке, гирлянду и что-то золотое — и так же невозмутимо перешагнули голову игрушки. Судя по незакрытой двери на улицу, в машине их ещё что-то ждало, и вполне возможно, что про покупку всего ТЦ Келлерман вовсе и не шутил... — А ты чем занимался? Неожиданно ясный взгляд Дэмона пригвоздил Тэнэ к месту. И хотя, конечно же, он ничего не вкладывал в свой вопрос, Тэнэ почувствовал себя так, будто делал что-то неприличное. — Да так... Просто красивые фото смотрел. — А-а-а, — не удивился Келлерман, разбирая содержимое пакета. За Кёнигом действительно закрепилось своеобразное хобби разглядывать всякие картинки в приложении, где и были только картинки. Тот понял это по-своему, и Тэнэ не стал его разубеждать. И спрашивать его о найденном в Саппане Тэнэ тоже не будет: Дэмон поймёт, что это утро тот провёл с головой зарывшись в его страничку. Какое могло быть оправдание? Интерес? С чего вдруг? Да, — мысленно кивнул он сам себе, — всё-таки это будет слишком. Не успел Тэнэ ссинхронизировать мысли и действия, как его рот без всякого уведомления для мозга уже начал произносить: — Слушай, Дэм, я тут заметил кое-что чистослучайно...

***

Вечером того же дня «Главное в жизни» Дэмона изменилось на «Саморазвитие», а «Семейное положение» обзавелось новым, совершенно размытым и ничего, в сущности, никому не обещавшим «Есть подруга». Но Тэнэ конечно же проверил — просто так, просто для справки, — что с мужского аккаунта нельзя поставить «Есть друг».