Дело было...

Началось это, наверное, ещё в ноябре. Куратор социально-экономического факультета решил, что будет просто прекрасно устроить на Новый год костюмированную вечеринку. И организовать её досталось, естественно, Багу. Он был не против такого праздника, но понимал, что его одногруппники будут недовольны, ведь они уже не маленькие дети, чтобы одеваться в ёлочек, снежинок и Дедов Морозов. Поэтому к организации праздника нужно было подойти серьёзно. В середине декабря было уже почти всё готово, осталось только решить, кто будет диджеем, но вот незадача — в их группе не было вообще никого, кто мог хотя бы подобрать хорошую музыку с плюс-минус новогодней тематикой, а по запросам в гугле выдавались песни из девяностых или, ещё хуже, из восьмидесятых. Оставалось только просить помощи у других факультетов и даже у других курсов. И Багу нашёл просто идеальный вариант — парень с третьего курса, учащийся на том же факультете, что и он, но… Была одна маленькая проблема… Этот парень очень вредный, почти ни с кем не общается, и это огорчало, ведь выбора особо и нет. — Нет, — прорычал Кад сквозь зубы, сидя в столовой и пытаясь нормально поесть, но ходячее улыбающееся недоразумение мешало это сделать своими глупыми просьбами и щенячьими глазами. — Ну пожалуйста! Агнес, у меня больше уже даже идей нет, кого можно об этом попросить. Ты же работаешь диджеем в клубе, я видел твои фотки в телеграм-канале, так что ты не отвертишься! — Багу уселся напротив «злюки», так он называл Кадара за глаза, и продолжал манипулировать своим жалобным голосом и глазами. Правда, злюка даже и не думал вестись на его уловки, его больше интересовал тот факт, что Баг сидит у него в канале и, оказывается, следит за его постами. Интересно. — Ладно, только дай поесть, скоро уже пара начнётся, а я всё пообедать не могу из-за тебя! Кажется, вся столовая, да что уж там, весь институт ослеп из-за улыбки большого Б, когда Кадар согласился. [—————————————————————————] — "Ну и зачем я вообще согласился? Теперь нужно тащиться на репетицию в свой единственный выходной, они же не могут просто включать и выключать песни сами, им обязательно нужен я!!" — Да, настроение у Кадара было не просто плохим, а ужасным. Конечно, ведь репетиция в пятницу, в день, когда у него нет пар и нет подработки. Так ещё и дождь пошёл. Как обычно — полный пиздец. Но по ту сторону этой истории Багу шёл по улице под песню «Кустурица» и едва удерживался, чтобы не начать танцевать. Сегодня у него хорошее настроение, потому что это будет последняя репетиция перед выступлением, и из-за дождя завтра будет гололёд, а он будет сидеть дома и пить чаёк с печеньками, отмечая начало зимних каникул. Да, их придётся прервать для выступления, но ничего страшного. И вот, казалось бы, эти два противоположных мира столкнулись под тихое «Ой…» и громкое «Блять». — Прости! Я не заметил тебя, — большой Б виновато улыбнулся и так же виновато потёр подбородок, об который только что стукнулся затылок Када. — Как ты меня мог не увидеть, я впереди тебя шёл!? — он зарычал, поворачиваясь на предмет своей ненависти. Честно говоря, было непонятно, Агнес злился на то, что его подло ударили милым подбородком, или на то, что он был ниже Б, хотя был старше. — Ну.. Я просто музыку слушал и на пару секунд глаза закрыл… — голубые глаза сами собой стали смотреть себе под ноги, губы поджаты, а на щеках румянец. — Ладно. Ты на репетицию идёшь? — Да, а потом на пары. — Тогда пошли вместе. Зонтик Бага накрыл промокшую тушку Кадара от дождя, который внезапно пошёл сильнее. Они еле-еле добежали до института во время ливня, не замечая тот факт, что они бегут прямо по лужам. Когда наши герои забежали в здание, то остановились, пытаясь отдышаться, и именно в этот момент в наушниках Большого Б, которые были разделены между ними, заиграла строчка: «И если никто не простудится, то всё непременно сбудется». Стены института озарились теплом, неподдельным смехом. Правда, в этот момент шли пары, поэтому охранник довольно быстро остановил его. [—————————————————————————] Он делал свой костюм около недели и очень старался, чтобы выглядеть в нём просто шикарно. И у него это получилось. В волнистых и пушистых волосах были рожки, один бежевый, другой тёмно-голубой, а ещё светло-жёлтый нимб, прикреплённый к волосам ободком. Эти детали Багу делал сам из подручных средств, так же как и рукава с открытыми плечами и предплечьями. Их пришлось шить из старой кофты и белой рубашки, а потом ещё придумывать, как их крепить, ведь они не приклеены к светло-голубому топу с пушистым воротником. Внизу были такие же, как и топ, по цвету широкие штаны с чёрными шнурочками, которые держали их на талии. Хотелось добавить ещё какой-нибудь изюминки, поэтому большой Б взял белый галстук с голубой серединой и повесил его себе через шею. Но этого для Баги было недостаточно, поэтому он решил, что добавит ещё и бежевый хвост с сердечком на конце. Да, он был ангелом. Хотя костюм ему особо и не нужен, Багу и так ангел. — Итак, у нас почти всё готово. Осталось дождаться только злюку, — Несом стоял снизу сцены и смотрел в телефон, ещё раз пробегаясь глазами по плану в заметках. Это была генеральная репетиция, после которой придут все преподаватели и студенты. В актовом зале и так было негромко, потому что количество народу было от силы человек десять на огромное помещение, но после того, как Баг сказал «злюка», стало ещё тише. Из-за этой тишины большой Б повернулся, поднял голову, смотря на своих друзей и знакомых, что стояли либо на сцене, либо около неё, и вопросительно изогнул бровь. — Кхм-кхм! — в звенящей тишине раздался, на удивление всех присутствующих, довольно бодрый кашель, а после хлопка большой двери в актовый зал хозяин этого кашля прошёл внутрь помещения, идя к столу, на котором стоял ноутбук и подключенные к нему колонки. — Я так понимаю, что «злюка» — это я? Милое прозвище. Баг покраснел и поджал губы, смотря на старшего. — Эм… Привет… [—————————————————————————] Все танцевали и веселились после удачного мероприятия, некоторые уже ушли по домам, а отдельные личности пошли в клуб. Багу же остался в актовом зале. Его костюм понравился почти всем, кроме пары преподавателей мужского пола, которые большого Б в принципе не любят из-за его ориентации. На самом деле, в их городе такое явление, как ЛГБТ, было нередким, хотя частым его тоже назвать нельзя, просто люди, любящие людей своего пола, в основном этого стесняются и держат это в тайне. Несом же не такой. Он не боялся того, что его могут избить за гаражами, потому что с его телосложением хулиганы его десятой дорогой обходят. И он не боялся осуждения, Багу хватило комплексов в школе, где он позволял чужим словам его задевать. Теперь он другой. За кулисами в наушниках сидел сам диджей и периодически переключал музыку, чтобы было не так скучно. Как будто это не мог сделать кто-то другой, но Багу предпочёл напрячь именно Кадара, а ему, вообще-то, надо к зачётам готовиться. А он сидит тут и занимается какой-то хернёй, и всё из-за него, но по какой-то невиданной причине Кад не так уж и против. Он даже заморочился над костюмом. Белую рубашку с длинными рукавами и высоким горлом украшали чёрные ремни с кольцами. Штаны чёрные, но с белым ремнём, и к нему был прикреплён хвост, как у беса. Свои линзы для зрения Кад сменил на очки, правда, одну линзу на правом глазу оставил, только не для зрения, а для украшения, потому что она была полностью белой. Ещё Агнес сделал себе рога из картона, один чёрный, другой красный, и прикрепил их ко лбу специальным клеем. На лице он решил нарисовать шрам, который проходит через белый глаз, а ещё чёрные потёки под глазами. Настроение у «демона» было хорошее, что было странно, ведь он сейчас сидит совершенно один и всё так же листает Тик-Ток, как мог бы это делать дома на диване. Просто мысль о том, что попросили именно ЕГО и именно ОН, грела. У Агнеса нет друзей, только знакомые и младшая сестрёнка. Багу был, наверное, единственным человеком, который попросил помощи без страха в глазах. Ни «Страшила», ни «странный тип», ни ещё что-то, что описывало поведение и внешность Када, а именно «злюка». Раздумья Агнеса прервал тихое и немного нервное: «Как дела?». Кад это услышал, потому что громкость была не на максимум, как Кадар её обычно включал, а на сорок процентов, чтобы слышать, когда переключать трек. Ну, или потому что в глубине души он ждал, что его прервёт именно он. — У меня нормально. Тебе чего? — он достал один наушник из уха и повернулся на причину его раздумий. Эта «причина» стояла позади и улыбалась, переминаясь с ноги на ногу. — Это хорошо. Там скоро будет медленный танец. Не хочешь потанцевать?