Вечер в тишине

      Мичиру вошла в дом, где ее сразу же окутал запах сандала. Казалось, что все как всегда, но что-то было не так. Обычно в это время Харука уже встречал ее у двери, его заразительный смех эхом разносился по комнатам, а его высокий, статный силуэт маячил на фоне залитого светом коридора. Сегодня же дом был погружен в тишину и полумрак, словно затаившись в ожидании.       Она сняла ветровку, повесила на крючок, и ее взгляд скользнул по знакомым предметам интерьера. Все было на своих местах, но отсутствие привычного шума и движения казалось неестественным. Сердце Мичиру забилось чуть быстрее. Она прошла в гостиную, ее шаги по мягкому ковру были почти неслышны.        И тогда она увидела его.       На их любимом диване спал Харука. Его светлые, обычно такие непослушные волосы, сейчас были примяты подушкой. Солнечный свет, пробивающийся сквозь щель в шторах, золотил его лицо, подчеркивая резкие, но такие знакомые черты. Он выглядел умиротворенным, но что-то в его позе, в том, как он держал левую руку, заставляло Мичиру замереть.       Она подошла ближе. Ее синие глаза, цвета самой глубокой морской волны, внимательно изучали его. И тогда она заметила. Его левая рука была туго забинтована, от запястья до локтя, скрывая под белой тканью, вероятно, синяки и ссадины. Небольшая, но заметная деталь, которая говорила о многом.        Мичиру присела на край дивана, стараясь не потревожить его сон. Она осторожно, почти невесомо, провела пальцами по его щеке. Кожа была теплой, мягкой. Девушка вспомнила, как он всегда говорил ей, что его руки – это его жизнь. Его руки, которые так ловко управляли мотоциклом, которые так уверенно вели его к победам, которые так нежно обнимали ее. И теперь одна из этих рук была повреждена.       В ее голове пронеслись обрывки мыслей. Он попал в аварию. Небольшую, судя по всему. Но почему он ничего не сказал? Почему не позвонил, не написал, не предупредил? Чтобы не расстраивать ее. Это было так в стиле Тено. Всегда старался оградить ее от своих проблем, от своих болей.        Ее взгляд снова упал на забинтованную руку. Она представила, как он, возможно, упал, почувствовал резкую боль, но, собрав всю свою волю, добрался до дома, чтобы не тревожить ее. Чтобы она могла спокойно закончить репетицию, чтобы она могла вернуться домой, не омраченная его неприятностями.       В груди Мичиру разлилось тепло, смешанное с легкой тревогой. Она так сильно любила этого человека. Любила его страсть к скорости, его неукротимый дух чемпиона, его доброту и заботу. Любила его даже тогда, когда он был далеко, покоряя очередную трассу, любила, когда он, уставший, но счастливый, возвращался домой с очередным кубком, любила, когда он переживал неудачу…       Она гладила его по голове, чувствуя, как светлые волосы щекочут ее пальцы. Его дыхание было ровным, глубоким.       Ее сердце сжималось от нежности и легкой боли. Эта тишина, которая раньше казалась ей уютной, теперь была наполнена его невысказанной болью. Она знала, что он сильный, что он справится. Но именно эта его сила, его стремление защитить ее, делали его еще более дорогим для нее.       Склонившись ниже, Мичиру губами коснулись его лба. Легкий поцелуй, полный любви и заботы. Она не хотела его будить, не хотела нарушать его драгоценный сон. Но ей хотелось, чтобы он знал, что она здесь. - Мой дорогой Харука, – прошептала она, ее голос был едва слышен, – Ты такой сильный. Но тебе не нужно быть сильным для меня. Я люблю тебя. Люблю тебя всего. С твоими победами и твоими падениями. И я… люблю твои руки…       Она прижалась щекой к его плечу, вдыхая знакомый, родной запах. Запах его кожи, смешанный с легким ароматом машинного масла, туалетной воды и чего-то неуловимо его собственного. Это был запах дома. Запах их жизни.        Мичиру закрыла глаза, позволяя себе на мгновение полностью отдаться чувству любви к этому человеку, который был ее миром. Ее чемпионом. Ее Харукой.       Она знала, что когда Тено проснется, он будет смущен, возможно, даже немного виноват. Но она уже приготовила для него улыбку. Улыбку, которая скажет ему, что все в порядке. Что она рядом. И что она любит его больше всего на свете.       Мичиру осталась сидеть рядом с ним, не двигаясь, словно боясь разрушить хрупкий момент тишины и покоя. Она чувствовала, как его тепло согревает ее, как его присутствие наполняет комнату невидимой, но ощутимой энергией. Она знала, что нужно приготовить ужин, проверить его рану, убедиться, что у него нет температуры. Но сейчас, в этот момент, ей просто хотелось быть рядом. Просто быть с ним.       Девушка сама не заметила, как на какое-то время выпала из реальности и когда она открыла глаза, солнце уже начало садиться, окрашивая комнату в мягкие, теплые тона.       Она почувствовала, как Харука пошевелился.       Он медленно открыл глаза, его серо-зеленые глаза встретились с ее синими. - Мичиру? – прошептал гонщик хриплым ото сна голосом. - Я здесь, – ответила она, ее голос был мягким и нежным. Он попытался приподняться, но поморщился от боли в руке. - Что случилось?        Тено посмотрел на свою забинтованную руку, потом снова на нее. В его глазах читалось смущение и легкая виноватость: - Небольшая авария, – сказал он, стараясь говорить небрежно. – Ничего серьезного. Просто немного поцарапался.        Мичиру улыбнулась. Она знала, что он пытается скрыть правду: - Я вижу, – сказала она, – Такая небольшая, что потребовала целой повязки.        Тено усмехнулся: - Я не хотел тебя расстраивать, – признался он. – Знал, что у тебя сегодня важная репетиция.        Мичиру прикоснулась к его щеке, нежно поглаживая гладкую кожу: - Харука, ты всегда и во всем можешь мне доверять. Я всегда буду рядом. И я хочу знать, когда тебе больно.       Он взял ее руку в свою здоровую руку, крепко сжал ее: - Я знаю, – сказал он, – Просто иногда мне кажется, что я должен быть сильным для тебя. - Ты и так сильный, – ответила она, – Но мне не нужна твоя сила, чтобы чувствовать себя в безопасности. Мне нужна твоя любовь. И твоя честность. - Она помогла Тено сесть ровнее, устроив подушки за его спиной. Затем она осторожно прикоснулась к бинту на его руке. - Давай посмотрим, что там, – сказала она. –Может быть, я смогу чем-то помочь.       Харука кивнул, его взгляд был полон благодарности. Мичиру отправилась на кухню, чтобы принести аптечку и немного воды. Пока она собирала все необходимое, ее мысли снова вернулись к нему. К тому, как сильно она его любит. Любит его за его страсть, за его смелость, за его доброту. Любит его за то, что он такой, какой есть.       Вернувшись в гостиную, она осторожно сняла бинт. Под ним оказались несколько глубоких ссадин и синяк, но, к счастью, ничего серьезного. Она аккуратно обработала раны, наложила новую повязку, стараясь не причинить ему боли. Харука наблюдал за ней, его глаза были полны нежности. - Ты всегда так заботлива, – прошептал он, когда она закончила. - Это моя работа, – улыбнулась Мичиру. – Жена чемпиона должна заботиться о своем чемпионе.       Он притянул ее к себе здоровой рукой и Мичиру уткнулась носом в его грудь, чувствуя биение его сердца. Слушая равномерный стук она понимала, что никакие мировые турне, никакие овации, никакие шедевры не могут сравниться с этим простым, но таким глубоким чувством. Чувством дома. Чувством любви. - Я люблю тебя, Харука, – прошептала она. - И я тебя люблю, Мичи, – ответил он, его голос был полон искренности. – Больше всего на свете.       Тишина в доме больше не казалась пугающей. Она была наполнена их любовью, их пониманием, их нерушимой связью. И пока они были вместе, они могли преодолеть все, ведь их любовь была их самой надежной опорой, их самым сильным двигателем. И в этот вечер, в тишине их дома, она чувствовала это сильнее, чем когда-либо.