зона принятия

Прошла неделя. Напряжение между ильей и юрой не ослабевало, но приобрело характер холодной войны: они не пересекались вне тренировки, на поле Илья отдавал Юре пасы только в самом крайнем случае. Исаковский отвечал той же монетой - ледяным профессионализмом и взглядом, который будто смотрел сквозь Илью. Но команда, к удивлению Ильи, быстро приняла Юру. Особенно Рома, который ценил командное сплочение больше всего. В пятницу, после особенно изматывающей тренировки, Рома объявил: — Так, все свободны? Сегодня собираемся у Артура по поводу успешного завершения недели, как в старые добрые. Только без отмазок. Илья сразу же нахмурился. — У меня учеба, завал. — Ага, конечно, — фыркнул Костя, обнимая его за шею. — Ты каждую пятницу и на выходных учишься, хватит киснуть в одиночестве. Ты же капитан, должен командный дух поддерживать! Илья хотел было возразить, но его взгляд упал на Юру, тот молча собирал вещи в углу раздевалки, делая вид, что не слышит. — Он будет? — тихо спросил Илья у Ромы. — Кто «он»? — притворился непонимающим Рома. — А, Исаковский? Конечно будет, он теперь часть нашего корабля, хаха. Илья устал вздохнул и все-таки согласился. ••• Квартира Артура была небольшой, но уютной. Музыка, запах пиццы и чипсов. Парни расселись по дивану, пуфиках и полу. Илья пристроился в углу с банкой колы, делая вид, что слушает разговор Кости о новом фильме, но на самом деле его взгляд был прикован к Юре. Тот сидел на подоконнике с Филом и Ромой, пил какой-то напиток и улыбался. Не той светлой, открытой улыбкой из детства, а какой-то уставшей, наигранной, но она была. Он что-то говорил, жестикулировал, и ребята смеялись. Он создавал полную иллюзию вовлеченности, но Илья, который когда-то знал его лучше всех, видел - его глаза оставались пустыми и отстраненным, он был просто хорошим актером. В какой-то момент их взгляды встретились через всю комнату. Юра не отвел глаз, он просто смотрел, но без злости, без вызова, словно изучая. Илья почувствовал, как по щеках развивается жар, он первым опустил глаза, сделав вид, что проверяет телефон. — Эй, а го сыграем в правду или действие, — неожиданно предложил Фил, явно уже поддатый. Илье всегда не нравились подобные игры, они были слишком детскими по его мнению. — Я пас, — быстро сказал он. — Да Илья! — возмутился Костя. — Ты всегда пас, хоть раз поиграй с нами. — Давайте без меня, — попытался отказаться и Юра, спрыгнув с подоконника. — Ага, щас, — не унимался Фил. — Вы будете играть и это не вопрос, а констатация факта. — он усмехнулся, а после повернулся к Илье. — Капитан, правда или действие? Илья почувствовал, как все взгляды снова прикованы к нему. Он ненавидел это, ненавидел быть в центре внимания. — Правда, — буркнул он, надеясь на что-то простое, нейтральное. Фил злорадно потер руки. — Отлично! Вопрос: какая твоя самая большая тайна? Ну прям та, которую никто не знает. В комнате стало тихо, даже музыка из колонки казалась приглушенной. Илья замер, перед глазами снова проплыло лицо Юры - то самое, обиженное и испуганное. Его самая большая тайна сидела в трех метрах от него и смотрела на него все тем же невозмутимым взглядом. В горле пересохло. — Я...— начал было Илья, но резко замолчал. Он не мог вымолвить ни слова, а давящая тишина становилась невыносимой. — Да ладно, Фил, тупой вопрос, — вдруг вступился Рома, чувствуя напряжение. — Спроси что-то полегче. — Не-не-не, правила есть правила. Или ты ссыкуешь, Илья? — Фил усмехнулся. Вдруг послышался тихий, но четкий голос. — Он в детстве боялся темноты и спал с ночником в виде совы. — Это был Юра, все повернулись к нему. Тот снова смотрел в свою банку, будто ничего не говорил, но на лице играла легкая улыбка. В комнате все рассмеялась, а Костя чуть чипсами не подавился. Даже Илья почувствовал, как камень упал с души. Он уставился на Юру. Это был... отвлекающий маневр? Помощь? — Вы че, старые друзья? — удивленно спросил Артур. — и даже виду не подавали, пф. Юра в ответ пожал плечами, все так же не глядя на Илью. — да в детстве как-то общались... Всего пару лет в одной школе и одном дворе. Илья не знал, что чуствовать. С одной стороны облегчение смешивалось с новой волной стыда. Юра его выручил, зачем? После всего, что он сказал ему... Но с другой стороны, «всего пару лет в одной школе и одном дворе»? Как будто для Юры это ничего не значило, он просто обесценил все, что Илья до сих пор помнит, как вчера. В какой-то степени это злило. В итоге игра продолжалась, но напряжения ушло. Вскоре все переключились на музыку. Илья решил что с него хватит и пошел на балкон подышать. Воздух был прохладным и свежим. Он стоял, оперевшись на перила, и смотрел на слабо освещеннный город. За спиной послышались шаги, и Илья обернулся. На пороге балкона стоял Юра. — Можно? — спросил он тихо. Илья кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Они стояли молча, плечом к плечу, как когда-то в детстве, но теперь между ними была целая пропасть. — Спасибо, — наконец промолвил Илья, и это слово далось ему с трудом, — ну за то, что помог мне выкрутиться. Юра смотрел куда-то вдаль и ответил тихо, — Не за что, пустяки жизни. Не люблю, когда кого-то ставят в неловкое положение. — Его голос был спокойным, без эмоций. — Юр... — начал Илья, но слова застряли в горле. Он хотел спросить «как ты?», «прости меня», «почему ты здесь?». Но вместо этого выдавил: — Ты хорошо вписался в команду. — Стараюсь, — Юра повернулся к нему, его лицо в свете луны казалось еще бледнее, а синяки под глазами — темнее. — А ты не изменился... Все так же бежишь ото всех, как только можешь. Эти слова ударили Илью больнее, чем любой физический удар. Потому что это была правда. — Я не бегу, — тихо, почти шепотом ответил он. — Ага, — усмехнулся Юра. — Ты просто стоишь на балконе один, пока все там веселятся... как было в школе на переменах. — После небольшой паузы, он оттолкнулся от перил, — ладно, я пойду. после слов он развернулся и ушел, оставив илью наедине с холодом, тишиной и давящим чувством, что Юра по-прежнему видит его насквозь.