Прикоснись.

Тишина, до этого царившая в комнате, начала нарушаться. Тяжелые вздохи и шуршание тканей становились чересчур громкими. Скарамучча, потерявший равновесие и почувствовавший слабость в коленях, упал на кровать. Уже сидя, он обвивал руками более мощную шею, пока их губы сливались в страстном танце. Тарталья поддался вперёд и склонился над телом меньшего парня, практически прижимая его к матрасу. Тарталья, одновременно сгорал от нетерпения и жутко нервничал. За пару месяцев их отношений они не заходили дальше поцелуев. Даже если Аякс очень хотел, он видел, как его партнер за бравадой дерзости и грубости, всё ещё стеснялся и не был готов. Впрочем, зачем было торопить события, когда теперь у них было всё время в мире? Скара же, и впрямь чувствовал себя довольно смущённым. В отличие от Тартальи, он не был таким опытным в отношениях, а что уж говорить об интимной жизни. Обычно, он мог облегчить своё напряжение в теле, посмотрев какой-нибудь хентай или вроде того, после знакомства с Чайльдом, этого начинало не хватать. Больше не нужны были видео, достаточно было представить как сильные, крепкие руки рыжего парня трогают его в районе живота, бедёр, опускаясь всё ниже — и он уже был готов кончить. После начала их отношений, возбуждение начало приходить в самое неудачное время, особенно после длительных поцелуев. И когда Скарамучча успевал подумать, что наконец настал момент, который приведет их отношения в новый этап, Тарталья аккуратно отстранялся. Но в этот раз они не отстранялись. Тарталья напирал, но не так доминатно, не так грубо, как он делал со своими прошлыми партнерами, а давая возможность отстраниться. Его действия хоть и настойчивые, но в то же время с проблесками осторожности, словно сначала спрашивая разрешение, а только затем продолжая. Скарамучча притягивал к себе Аякса, будто боясь, что тот снова отстраниться в последний момент. Его пальцы зарылись в рыжие волосы, чуть сжимая и давя, чтобы опустить голову вниз для ещё более крепкого поцелуя. Руки Чайльда не отставали. Он опустил руку ниже, проникая под футболку Скары, и начал поглаживать бледную гладкую кожу. Скарамучча невольно едва заметно дёрнулся и вздохнул, чувствуя такие горячие ладони на своём животе, как он и всегда представлял. Их рты разъединились, когда воздуха стало совсем мало, за этим последовала отдышка. Их глаза смотрели только друг на друга, даже не смея глядеть куда-то ещё. Рука Чайльда всё еще бродила по плоскому, худенькому животу парня, поднимаясь чуть выше. Он как будто исследовал его тело, желая запомнить каждый изгиб и выступ. — А-аякс... — с придыханием прошептал Скарамучча, всё ещё не разрывая зрительный контакт. Он не сказал ничего больше ни спустя секунду, ни спустя минуты. Но Тарталья и так всё понимал. Слова были излишни. Чайльд опустил голову ниже. Его мягкие губы коснулись нежной кожи Скары на шее, издавая тихое причмокивание. От его действий, парень, прижатый кровати, стал дышать чуть громче, а хватка в рыжих волосах усилилась. Его лицо пылало одновременно и от жара между ними, и от смущенности. Обычно он был вовсе не таким. Скарамучча редко признавал, что ему нравятся касания и другие "телячьи нежности", однако на деле был довольно тактитльным. Рука Тартальи опустилась ещё ниже, теперь поглаживая бёдра юноши, отчего Скара снова вздохнул и поёжился. Активность их действий, как и непреодолимое желание, увеличивалась. Когда Скара в очередной раз шевельнул тазом, он почувствовал определённую твёрдость в штанах рыжего парня. Осознание пришло моментально. А сам Аякс, даже от такого лёгкого прикосновения сжал челюсть и пытался держать себя в руках. Спустя какое-то время поглаживаний и нежных поцелуев, ладонь Чайльда наконец стягивала с нижнего парня штаны, пока тот пытался сжать ноги вместе. Но Тарталья лишь с мягкой улыбкой аккуратно раздвигал их. Тихое шуршание ткани, скользящей по одежде. и вот уже его пальцы обхватывают горячий, чуть пульсирующий орган, пока его владелец в смущении отвернул голову в сторону. Рыжий парень, глядя на теперь полуобнаженное тело любимого и его красное лицо, мог думать лишь о том, как же ему повезло сейчас быть здесь, рядом с ним. Оперевшись руками на матрас, Чайльд двинулся всем телом вниз, приближаясь лицом к промежности Скарамуччи, пока тот глядел на него со смесью шока и...чего-то вроде привязанности. Скара уже открыл рот, чтобы сказать, что это уже слишком и вообще, заниматься таким не стоит, но его слова превратились в протяжный стон, когда он почувствовал как влажный язык скользит его длине. Тарталья словно дразнил его. Сначала облизывал вдоль длины, затем отстранялся и целовал внутренние бёдра, и в то же время, его глаза смотрели на лицо Скары, проверяя его реакцию и чувства. Скарамучча хотел приподняться и сесть, но лишь упал спиной на матрас и запрокинул голову, тихо постанывая и охая, когда его член наконец попал в жаркий мокрый рот Аякса. Ему даже не потребовалось особо долгого времени, чтобы довести Скарамуччу до кульминации. И даже после того, как чуть липкая белая прозрачная субстанция попала в его рот, Тарталья не отстранялся. На вкус горькая, даже солёная смесь, но для него это чуть ли не самым лучшим, что он пробовал. Проглотив, он с тихим причмокиванием оторвался. На его губах была самая счастливая улыбка, как будто он выиграл лотерею в миллион баксов. Впрочем, для него это действительно было выигрышем, самым главным в его жизни. — Я люблю тебя...— прошептал он, прижимаясь щекой к животу своего парня, пока на его губах всё ещё были остатки их бурной деятельности. Скарамучча же, всё ещё лежащий и пытающийся отдышаться, медленно, почти лениво приподнял голову. Он не ответил сразу, просто как обычно смотрел на Аякса этими пронзительными глазами, которые к этому моменту выглядели довольно уставшими, но такими же нежными. — Я...тебя тоже.— наконец пробормотал он, на этот раз глядя прямо в глаза.