Анатомия правды

- Ах Сяньлэ… И стоило всё это…- император медленно обводит глазами остатки небесной столицы. Всюду царил хаос, развал. Многие дворцы были разрушены, сады- выжжены дотла, а небожители…. Что-то ведь должно в будущем стать новой подкормкой для местной флоры, верно? - затраченных тобой усилий? Какая нелепость, согласись. Рука тяжёлым грузом опустилась на плечо Наследного принца, заставляя ссутулить и без того кривую осанку. В ответ ему звучала лишь полная, звенящая тишина. Се Лянь не горел желанием отвечать на заданный ему вопрос… В целом перестал чего-либо желать. Зачем, если ни одно из желаний никогда не сбудется? Это приносит больше боли и разочарования, нежели радости. Спасибо, намечтался за всю жизнь, и что в итоге? Об него вытерли ноги и весьма наглядно дали понять, что будет за неправильные желания. Тонкие пальцы Се Ляня непроизвольно сжались в кулаки. - Молчание знак согласия. В прочем, слова тебе теперь ни к чему, ты и так слишком много наговорил,- усмехнувшись, Цзюнь У медленно прошёлся по холодными пальцами по грубой ткани посеревшего от времени и пыли ханьфу, по еле тёплой коже шеи, чёрной канге, что её опоясывала, наконец добираясь до скулы, почти по отечески прижимая к себе его голову и слабо целуя в макушку,- Таким ты нравишься мне куда больше. После нашего последнего диалога ты стал куда сговорчивей. В целом, сложно отрицать вообще что-либо, когда твой собеседник лишён возможности говорить. Ныне изо рта Бога Войны В Короне Из Цветов можно было услышать лишь сиплые хрипы да невнятные хлюпанья. Да, сложно ему было изъясняться первые дни. Сложно произносить какие-либо слова, не имея языка. Цзюнь У великодушно помог избавиться от этой напасти, которая принесла его милому, милому Сяньлэ столько боли и разочарования. Он правда старался сделать всё как можно быстрее. Всего один рывок- и орган чувств с определённой лёгкостью оказался у него в руках. Влажный от слюны, сочащийся пока ещё свежей, горячей кровью, он неуклюже выскользнул из пальцев на серебряный поднос, пару раз капнуть на мраморный пол. Крик, что вслед за этим окатил дворец, был настоящей усладой для ушей. Кажется, он бы тогда захлебнулся, если бы мог умереть… Или если бы его насильно не заставили склониться, выплёвывая бардовую жидкость в подготовленную чашу, смешивая её с солоноватыми слезами. В прочем, не пропадать же столь необычному деликатес, верно? Нельзя зря переводить столь качественный и соблазнительный продукт. Очень грустно, что Сяньлэ не оценил этих кулинарных экспериментов. А ведь получилось вполне вкусно, с имбирём и небольшим количеством перца. - Ты должен быть мне благодарен за то, что я столь благосклонно избавил тебя от этой змеи, что сидела у тебя во рту,- с лёгким холодом в голосе, Цзюнь У проговорил это куда-то в его макушку, и чуть сильнее сжал объятья,- пойдём, тебе следует отдохнуть. Цзюнь У мало интересовало то, каким стал при его “попечительстве” Сяньлэ. Нет, даже не так… Его это более чем устраивало. Непослушный, мятежный принц стал кроток и послушен, а главное вменяем. Наконец-то он стал к нему прислушиваться, внимать словам и вполне сносным советам, указаниям, а не спорить с более опытным человеком. А всего-то нужно было выпотрошить его дражайшего Собирателя цветов под кровавым дождём, забрав его прах под собственное хранение. Теперь его органы и кости послужат отличной пищей для местных крыс, волосы постепенно растащат птицы и прочие мелкие твари для своих гнёзд, а хвалёный Проклятый Эмин станет отличной частью коллекции Цзюнь У- останется тихо висеть среди других легендарных артефактов, пока не покроется вековой пылью. Или пока не сгниёт. - Теперь нам точно ничто, и никто не помешает, мой принц. Я сам вложу в твои уста новую правду, мы создадим новый, прекрасный мир на обломках старого и несовершенного, полного греха, гордыни, зависти и интриг. Возможно, я даже дам шанс выслужиться твоим старым шавкам, что до сих пор точат на нас зуб, - плавно ведя Се Ляня по холодным коридорам, Цзюнь У почти мечтательно прикрыл глаза. Он ни на миг не сомневался в то, что тот следует за ним. У него не было иного выбора, ведь он точно знает, в чьих руках сплетены все нити. Его ничто не остановит взять, и оборвать несколько из них. Мир не рухнет от исчезновения двух богов войны, или чахлого бездомного, влачащего своё жалкое существование, а ничего лишнего в виде совести он при себе не держит. В прочем, первые двое и без того совсем скоро исчезнут без молитв и подношений со стороны последователей, а последний просто сдохнет от голода, или от холода, как наступит зима. Исход крайне предсказуем Только он один может быть рядом, всегда. Только он может спасти душу своего глупого, неразумного Сяньлэ, растратившего себя на совершенно ненужных, не заслуживших столь щедрого дара людей, что попользовались им и выбросили.

Они будут счастливы, не смотря ни на какие обиды.

Впереди- бесконечная вечность, которую им суждено провести вместе, и за всё время они точно найдут один, общий язык.