Тень прошлого

Вы когда-нибудь имели одержимость? То отрезвляющее чувство, при котором объект твоего желания тебе нужен словно глоток свежего воздуха. Дмитрий был отрешенным от всех циником; его никогда не интересовали жизнь и переживания других людей, он пекся только о себе и своих целях. Его исключением была Анна — шатенка в очках и с решительным характером, мечтающая о карьере медика еще с детства. Дмитрий мог позвонить ей раз в неделю в перерыве от работы, чтобы узнать, все ли у нее хорошо. Он не был черствым человеком, не подумайте. В его жизни были долгие и счастливые отношения с девушками, но после измены одной из них он закрылся в себе и стал решительно настроен на работу. Он понял, что не стоит доверять людям, не стоит привязываться к ним, ведь тогда ты становишься марионеткой в чужих руках. Воспоминание Как-то раз он решил развлечься после тяжелой игры, решающей его бизнес на темной стороне заработка. Каждый ход, каждый шаг мог быть решающим, но он выиграл, и впереди его ждала жаркая ночь. Девушки в соблазнительных платьях кружили вокруг него в ожидании внимания; он подошел к барной стойке, запросив его любимый виски, и огляделся. В ярких лучах прожекторов среди всех танцующих в отрыв людей была она. Лэйн сидела за барной стойкой, подперев голову ладонью, наблюдая, как плещет напиток в ее стакане. Отрешенный и пустой взгляд, ни одной эмоции на лице. Подойдя к ней, он обратился к ней: — В вечер пятницы редко встретишь таких грустных девушек в клубе. Лэйн медленно повернула к нему голову и отвернулась, продолжая разглядывать напиток, кружа его вокруг оси. — Да, — тоскливо ответила она. — Расскажешь, почему грустишь? — Нечего рассказывать, скоро моя жизнь поменяется с ног на голову. — А конкретнее? — Конкретнее…— скудно повторила девушка, уйдя в раздумья, — Я долго не увижусь с друзьями и родителями, и оттого мне грустно. — А с парнем? — У меня нет парня, к чему ты это спрашиваешь? — Интересуюсь, — разглядывая девушку, он посмотрел в ее серые радужки глаз, — Как тебя зовут? — Лэйн. Они еще некоторое время проговорили, сидя за барной стойкой. Удивительно, как ему получилось выведать из нее факты и истории из ее жизни, при этом внимательно слушая. Она задавалась вопросами о нем, но Дмитрий ловко увиливал или отвечал не совсем точно. Когда она задалась вопросом о его работе, он лишь усмехнулся, ответив: «Не важно». Это обычная девчонка, такая же, как остальные, но черт… она другая! После клуба, смеясь и со странной походкой, они прошли в ближайший парк. Темная ночь, легкий ветер и пепел сигарет. Дмитрий развалисто сидел на лавочке, держа ляжки Лэйн на себе, с глупой улыбкой на лице и зажав сигарету меж губ. Дмитрий поделился с ней сигаретой; пепел пролетал мимо них, но они не обращали внимания. Их взгляды держались друг на друге уже давно. Ночью было довольно прохладно для одной рубашки на Дмитрии и легкого платья на бретельках на Лэйн, но из-за количества выпитого они чувствовали себя в комфорте. Невероятно… черствому и вечно строгому Дмитрию было… легко с ней? — А потом купальник слетел, и мне пришлось сидеть в этом гребанном озере до вечера, пока все не ушли, — задыхаясь от смеха, говорила девушка. — А-ха-ха, хотелось бы мне там побывать, чтобы не уходить с пляжа. Как бы тогда справлялась? — смеясь, спросил Дмитрий, беря ее сигарету, вытряхивая от скопившегося пепла и передал обратно. — Ну не знаю, либо умерла от переохлаждения, либо попала бы в новости как местная сумасшедшая, которая разгуливает голая в ночи. — Ну либо я бы одолжил тебе свою футболку и купил новый купальник, — с легкой улыбкой сказал мужчина, слегка поглаживая девушку за нежную кожу ног. Лэйн отошла от приступа смеха и серьезно посмотрела на мужчину. Секунда, две, три… Поцелуй. Дмитрий сразу ответил на него, сильнее впиваясь в ее губы, сминая вишневый вкус ее губ, держа ее за челюсть. Его вторая рука потянулась к ее волосам, зарываясь в них и притянув к себе еще ближе. К этому моменту Дмитрий практически полностью отрезвел. После продолжительных страстных поцелуев он закинул ее к себе на плечо, направляясь к машине. По приезде градус страсти и безумия был на пределе. На ходу они нетерпеливо раздевали друг друга, продолжая целоваться, иногда прикусывая. Закинув ее к себе на бедра, держа за ягодицы, он кусал и оставлял красные отметки на ее шее. Ярая похоть, звонкие шлепки и громкие стоны — слоган той ночи. Наше время. Дмитрий. После того дня, как я отвез свою вишенку на свидание, она ясно дала мне понять, что у меня нет шансов. Мол, я занимаюсь незаконной деятельностью и что я сплошной нарцисс. Ну хорошо, милая… будем действовать другими способами. Мне словно жизненно необходимо видеть ее каждый день, трогать, нюхать, целовать. Я лишился ее четыре года назад, и она всерьез думает, что я так просто отстану? Бред. Ее чертов вишневый аромат не выходит из моей головы. Как же мне хочется его вдыхать каждый гребаный день. Хочется дарить ей различные платья, а потом страстно снимать их с ее идеального тела. Черт, как же ей идут платья! Было бы кощунством, будь она в объемных свитерах или кофтах. Хотя моей вишенке идет абсолютно любая одежда; пусть носит, что хочет. Главное, что дома рядом со мной она будет ходить обнаженной… Да, возможно, я деспот и, по словам моей вишенки, нарцисс, но я идеально ей подхожу. Она выглядит как невинный ангел, но в душе демон воплоти; ее белоснежные волосы так блестят, словно с них сейчас посыпятся снежинки, а нежная кожа как фарфор с милой родинкой у глаза. В жизни не поверю, что ее привлекают такие же ангелоподобные парни. Да, у нее был Митч, идеально подходящий под это описание… Подонок блондинистый. И что с того? Этот ублюдок изменил ей. Изменил самому прекрасному существу в этом жестоком мире. Он смел трахать другую, пока моя Лэйн ждала его дома. Сломал ее… сломал мою девочку. Я готов слушать все, что она рассказывает, чтобы ей стало лучше. Готов записать ее ко всем самым лучшим мозгоправам в городе, лишь бы ей стало лучше — и все из-за него. Раз мы о нем заговорили, то вернемся к подонкам и покаранию. Парни помогли мне найти его, а позже мы выехали к нему. Этот мудила лежал дома с какой-то шлюхой, даже не беспокоясь о Лэйн. Ему было плевать, куда она пошла после его измены и что с ней стало. Его новой пассии я заплатил приличную сумму; эта сука сразу же ушла от него с вещами и со словами: «Делайте с ним что захотите». А мы захотели. Вырубить его и отвезти в нашу небольшую комнату пыток не доставило труда. Избивая парня, который лежал на полу в позе креветки и вопил от боли, я ощущал лишь прилив сил. Звук сворачивания сухожилий, хруст костей и кровь — много крови. Мы преподали ему урок по полной. Отличным завершением дня было бы убить паршивца, но вишенка наверняка к нему еще привязана, ведь она отдала ему свое драгоценное время длиной в четыре года. Любила его до тех пор, пока он не свернул с дорожки. Зато это даст мне возможность избивать его в неудачные для меня дни — отличная игрушка для пыток. Когда она полюбит меня и будет со мной, то я дам ей шанс самой выстрелить в его сердце. Это будет возбуждающе. На следующий день наступила суббота; вишенка наверняка засиживается дома за просмотром каких-то смазливых мелодрам, рыдая, вспоминая Митча. Да, на людях она была стойкой и независимой, моя девочка. Но частенько поглядывая через ее окно, я видел, как она изматывала себя морально, рыдала в подушку, а успокаиваясь, пыталась влиться в сюжет книжки в надежде, что это поможет ей абстрагироваться от липко грязного мира, который окружал ее. Боже, как же я хотел разбить это чертово окно и ворваться к ней в объятия и поцелуи, успокаивая свою вишенку. Я понимал ее чувства; кажется, что тебя предал не один человек, а весь мир. Словно в грязь окунули, вдобавок насмехаясь над твоей наивностью. Я справился, и она справится; она у меня сильная. А я ей в этом помогу. Еще один мучительный день без нее. Опять хороший виски и компания парней в моем кабинете. Ян и Павел были моими хорошими друзьями еще со студенчества; мы росли вместе и развивались, идя бок о бок. Они — мои доверенные лица. — Ты уверен, что нам стоит продолжать с этим новым проектом, Дмитрий? Конкуренция возрастает, и полиция начинает проявлять интерес, — серьезно посмотрев на меня, произносит Ян. — Ты знаешь, что в нашем деле риски — это часть игры. Мы не можем позволить себе бояться. Если мы отступим сейчас, это только подстегнет их. — Но если они поймают нас на горячем, последствия могут быть серьезными, — с ноткой сомнения произнес Павел. — Мы вложили слишком много, чтобы всё потерять из-за одной ошибки. — Ошибки — это то, что делает нас сильнее. Мы учимся на них. Посмотри на наши успехи: клиенты возвращаются, и наш круг растет. Это ли не главное? — на моем лице уже вовсю разожглась ухмылка. — Да, но мы должны быть осторожными. Я слышал слухи о том, что кто-то из наших конкурентов готовит засаду. Нам нужно укрепить безопасность, — со вздохом высказался Ян. — Я уже позаботился об этом. У нас есть свои люди, которые следят за ситуацией. Главное — не показывать слабость. Если они увидят, что мы нервничаем, они воспользуются этим. Впрочем, неважно, мне надо уехать, вы за главных. Будут проблемы — пишите. Я подготовился к нашей встрече, купив маску для лица, закрывающую его и выделяющую лишь глаза и рот. Безупречно: меня выдают лишь мои глаза, но ничего, я люблю темноту. На мне была черного цвета толстовка с плотным капюшоном, скрывающая волосы, того же цвета штаны и маска. Подъехав к ее дому и приглядевшись, чем она занимается, я начал заходить на ее территорию, словно хищник, не издавая ни малейшего звука. Лэйн стояла около кухонной столешницы, протирая насухо красивые стаканы и слушая что-то на телефоне. Встав позади нее, я схватил ее за горло и подменил свой акцент, шепча ей на ухо: — Привет, моя вишенка. Лэйн вскрикнула, и стакан из ее рук полетел на пол, рассыпаясь на мелкие кусочки. — Ну-ну-ну, зачем же себя калечить? — я прошептал ей в ухо, все еще держа ее за горло, стоя позади нее.