Алькор

14.08.5047 11 месяцев до взрыва. Письмо с ответом пришло в среду. Она бодро пробежалась по напечатанным на экране строчкам и не смогла сдержать радостного возгласа. Однако... На шум никто не пришёл. Камилла, все еще сжимая в руках телефон с открытым письмом, тихо вышла в коридор. Никого не было, чтобы поддержать ее или сказать пару приятных слов. Собравшись с мыслями, девушка решила зайти напрямую в комнату отца. Тихий скрип двери нарушил привычную атмосферу. Натаниэль вяло лежал в кровати, повернувшись лицом к стене. Одеяло скомканно валялось на полу среди зелёных бутылок. – Пап?... – тихо позвала Камилла, пройдя в комнату. Молчание было ей ответом. – Как всегда... – пробормотала девушка. Взяв одеяло в руки, она неуверенно пробежалась по комнате глазами. Задернутые шторы, сильный запах спиртного... Некоторые вещи в этом доме совсем не менялись, и неважно, прошло пару дней или двадцать три года. Накрыв отца одеялом, Камилла тихо вышла обратно в коридор, закрыв за собой дверь. Прижавшись спиной к деревянной поверхности, она медленно сползла на пол, сжимая телефон в руках. Сообщение, ставшее её самой радостной вестью, вдруг приобрело новый смысл. "Алькор". Место, где можно начать все сначала. Самый продвинутый медицинский центр, посвящённый поиску лекарства от мортиферума. Никаких родственников, друзей, знакомых, только доктора высшего класса и интерны таких знаменитый академий, как "Астра". Однако... Камилла вздохнула, наконец закрыв вкладку с письмом. Ей нужно было собрать вещи, пройти медицинский осмотр прямо там, приехать в порт вовремя, познакомиться с руководителем ее интернатуры... Казалось бы, обыденные вещи для студента медицинской академии. Однако для Камиллы это было совсем иначе. Дни пролетели незаметно. Четырнадцатого августа девушка уже стояла с собранным чемоданом у выхода из квартиры, мысленно проверяя, не забыла ли чего. – Документы, одежда, зарядник... – в ее руках звякнула связка ключей. – Уже уезжаешь? Камилла резко обернулась, уставившись на своего отца. – Я тебя разбудила? Извини, я уже ухожу, - поспешила оправдаться она, открывая дверь. – Ты попрощалась с друзьями? Девушка замерла. Ни «пока», ни «я буду скучать». Ни единого намёка на привязанность. Только тихий, бессмысленный вопрос. – Да, я... написала им, что уезжаю сегодня. Что-то внутри Камиллы сжалось, заставив ее обернуться и посмотреть на отца. В его волосах уже проступала седина, одежда была мятая, лицо осунувшееся. Девушка с грустью для себя подметила, что он стареет. – Я могу приезжать. – вдруг резко встрепенулась она, ожидая увидеть хоть какое-то изменения на его лице. – Раз в несколько месяцев точно можно, я читала договор... Мы сможем ходить куда-нибудь на заработанные мной деньги или что-то вроде того... Но ничего не изменилось. Натаниэль лишь вяло пожал плечами, словно вовсе не слушал дочь. Камилла вздохнула и вновь повернулась к двери. – Я так и думала. Прощай. – Пока. – произнес еле слышный голос за ее спиной, прежде чем растворится в шуме приближающегося лифста. Камилла сжала в руках связку ключей. Она была уже бесполезна. Девушка не планировала возвращаться туда, где ее не ждут. Выбравшись на улицу, она угрюмо осмотрелась. Сжав предплечья, она впилась ногтями в кофту, даже через плотную ткань чувствуя болезненные ощущения. Чтобы не заплакать, Камилла стала думать о своей будущей интернатуре. Вдали от всех... Она часто видела «Алькор» в рекламе. Медицинский центр представлял из себя здание в форме цилиндра с прозрачным куполом, чем сильно напоминал астрономическую обсерваторию. Помимо основного корпуса, в «Алькоре» были также и сады - огромные искусственные островки с стеклянными стенами. Они были сделаны специально для пациентов, чтобы те без проблем могли выходить на улицу. Ещё не поздно было вернуться домой, отказаться от всего этого. Камилла всегда могла пройти интернатуру в обычной больнице, поближе к семье и друзьям, однако... – О чем задумалась? – крепкая мужская рука опустилась ей на плечо. Камилла помотала головой, пытаясь прогнать накатившие воспоминания даухееделбной давности. Это не та судьба, которую ей хотелось бы прожить. Всю жизнь жалеть о потерянных возможностях? Нет уж, спасибо. Она уже достаточно долго жалела о чем-то, и это раз не будет таким же. Сейчас она уже на корабле, и воспоминания о доме не дадут ей почувствовать себя лучше. «Алькор» был золотым билетом в светлое будущее. И подобную жизнь не отпускают, а крепко держат в руках, сжимая так сильно, словно она вот-вот может улететь. Это Камилла и собиралась делать. Вцепиться в «Алькор» и не отпускать его до тех пор, пока не получит из него все, что хотела. – Просто вспоминала, как я получила письмо, мистер Витнесс. Мужчина усмехнулся, переведя взгляд с Камиллы на здание. Фланель Витнесс являлся нынешним директором медицинского центра и, по совместительству, одним из самых известных хирургов в стране. Одет он всегда был несколько неопрятно, однако это исходило скорее из-за тяжёлой работы и усталости, а не отсутствия чувства стиля. Край мятой рубашки торчал из штанов, а медицинский халат был немного порван в рукавах. Обувь, в отличие от остального его гардероба, была на удивление чистой. В ярко-красных прядях отчётливо виднелись седые волоски, которые даже придавали ему шарма. – Мой тебе первый урок, Камилла: не цепляйся за прошлое. Твёрдо смотри в яркое будущее, а про все остальное забудь. С этими словами он поправил очки на переносице, легко подтолкнув девушку вперёд. Камилла слегка подняла голову, посмотрев на Фланеля. – Прежде чем я войду, сэр... У меня один вопрос. – Конечно! Отвечу на все, кроме вопросов о государственных тайнах, – мужчина посмеялся со своей же шутки, но заметив отсутствие реакции у Камиллы, несколько притих. – Почему из всех кандидатов академии «Астра» вы выбрали именно меня? На самом деле, этот вопрос волновал Камиллу с тех пор, как она получила письмо. Девушка была уверена, что другие являются более достойными кандидатами в хирурги «Алькора». «Астра» славилась талантливыми учениками. Что уж говорить, сама Элизия, основательница «Алькора», считала академию самой лучшей. – Я не знаю, – Фланель пожал плечами, улыбаясь. – Не я тебя выбрал. – Не вы? – Камилла тут же растерялась. При встрече с Витнессом она рассыпалась в благодарностях, а оказывается, что все это время не он был ее чудесным покровителем. – Но тогда... Кто? – продолжила она. – Перламутр Кенинг. Внутри Камиллы все перевернулось от радости. Она закрыла рот руками и запрыгала на месте, пытаясь сдержать внезапно накативший восторг. – Сама Перламутр? Из рода Кенингов? Именно она? Врач? Хирург? – Камилла сцепила руки вместе. – Наследница огромного капитала? Лучшая ученица академии «Астра»? Ученица Обсидиана... – Да, да, да, – перебил ее директор. Его улыбка с уверенной сменилась на более неловкую. – Все это и многое другое. Она тщательно проверяла каждого кандидата в интернатуру, и ее выбор пал на тебя. Было трудно уговорить ее взять ученика, однако мне удалось. Что ж... Дальше Камилла не слушала. В считанные секунды ее сердце сделало сальто назад и закрутилось на месте. Голова закружилась. Мысли девушки тут же заполнились бесчисленными словами благодарности, которые она собиралась выразить этой прекрасной женщине. Перламутр Кенинг – известная не только своими достижениями в области медицины, но и скверным характером. Выбрала Камиллу. Одну из многих. – Должно быть я родилась под счастливой звездой... – мечтательно пробормотала девушка, переведя взгляд на здание перед ними. «Алькор» величественно возвышался над ними, распахнув двери как физически, так и метафорически. Витнесс, наконец обратив внимание на то, что его болтовня уже не имеет для Камиллы значения, вздохнул и указал вперёд. – Предлагаю, наконец, зайти внутрь. Я уже рассказал о твоём прибытии мисс Кенинг, осталось только дождаться, когда она тебя встретит, – мужчина зашёл внутрь первый. – С удовольствием. Камилла последовала за Фланелем, сразу стремясь рассмотреть все вокруг, начиная от белых стен и заканчивая клечатым кафелем. Самая первая комната представляла из себя приёмный центр. В центре располагалась стойка администрации, за которой девушка с приятной внешностью печатала что-то на клавиатуре. По бокам стояли кресла и чайные столики с журналами, а ровно напротив входной двери находился обширный коридор. Над ним висели часы, тиканье которых было несколько запоздалым и не соответствовало движению стрелок. – Кортни, милая, выдай-ка мне документы Камиллы Вайлдфлауэр, – произнес Витнесс, облокатившись на стойку. – Сию минуту, сэр, – бодро отчеканила девушка и тут же скрылась за дверью. – Пока она копается, я отойду. Мне еще нужно предупредить о твоём приходе Перламутр и убедиться, что твою комнату подготовили. Никуда не уходи, – Фланель дружелюбно помахал Камилле и направился вперёд по длинному коридору. Девушка выдавила из себя подобие уверенной улыбки и помахала вслед. Спустя десять минут ожидания ей надоело стоять без дела, и она села на кресло. Спустя еще десять минут она уже нервно отбивала ногой какой-то ритм, пытаясь успокоить рой тревожных мыслей в голове. Однако ни атмосфера в приёмной, ни дурацкое тиканье старых часов не исправляли ситуацию. – Куда, черт возьми, запропастилась эта Кортни... – пробурчала Камилла, подперев щеку рукой. Тут-то она и заметила пару любопытных глаз со стороны входной двери. Девушка тут же напряглась, разглядывая таинственного наблюдателя. – Хей, я тебя вижу. Прекрати пялиться, – раздраженно произнесла Камилла. – Прошу прощения... Я просто не знала, как подойти. В приёмную зашла низкая девушка. У нее были короткие волосы, торчащие в разные стороны, кончики которых были окрашены в жёлтый цвет. Однако, это была не единственная яркая вещь в ней. Ровно такого же цвета была и ее толстовка с огромным рисунком подсолнуха. Столь массивный верх смотрелся несколько комично на фоне тонких ног и едва заметных коричневатых шорт. Девушка прятала загорелые руки за спиной, наклонив голову. – Ты, должно быть, интерн, о котором все говорят. Камилла, да? – собеседница подошла ближе и протянула ей руку. – Да... – Камилла встала и неуверенно пожала ладонь девушке. – Меня зовут Июль! – неожиданно девушка расцвела, сжав ладонь Камиллы обеими руками и активно пожимая ее. – Я так рада, что ты приехала, ты не представляешь! Интерны у нас не так часто бывают, а у старухи особенно, но это ничего, теперь есть ты! И мы почти ровесницы, если я правильно помню! – Ровесницы?... – перебила ее радостный щебет Камилла. – Да тебе на вид не больше шеснадцати! – Правда? – Июль раскрыла рот от удивления и тут же прикрыла его ладонями, после чего захихикала. – Ой, спасибо! Но ты тоже очень молодо выглядишь. Нет, нет, не говори мне, я угадаю! Девушка активно замахала руками перед Камиллой и слегка нахмурила брови, словно это поможет ее мыслительным способностям. Камилле лишь оставалось растерянно смотреть на странную собеседницу, вылезшую из ниоткуда и тараторящую без остановки. – Что ж... Тебе девятнадцать? Я угадала? По-моему, в этом возрасте оканчивают колледжи... – Колледж? С ума сошла?! – резко вспыхнула Камилла. – Я училась в академии «Астра»! Колледжи и рядом не стояли! Возможно, усталость с долгой дороги и раздраженность от столь резкой собеседницы сыграли свое. Камилла поняла, что ее чувства в данный момент значительно ярче обычного недовольства. Ей вовсе не хотелось срываться на первом попавшемся человеке, однако она никак не могла справиться с нахлынувшими эмоциями. – Ох, прости, я не знала... – начала было извиняться Июль, однако Камилла ее перебила. – Если ты не знаешь разницы между колледжами и университетами, то ты должно быть... Камилла резко остановилась, поняв, что перегибает палку. Июль спрятала руки за спиной и виновато опустила голову, грустно улыбаясь. – Извини, я... Просто устала с долгой дороги... – смягчилась Камилла. – Ничего... Такое со всеми бывает. Хочешь, я покажу тебе столовую? Перекусишь, и плохое настроение сразу уйдёт! – Пожалуй, это не будет лишним... Но мне сказали ждать здесь, и... – Это займёт всего пару минут, честное слово! – возразила Июль, снова взявшись за руки Камиллы. – Можно просто купить немного вкусностей в автомате, главное поймёшь, где тут что. Позволь мне побыть твоим гидом! – Ну если только ненадолго... – поддалась уговорам Камилла. Не то чтобы она хотела идти куда-то с Июль, но между чувством вины и экскурсией по «Алькору» она выбрала второе. Десять минут прогулки по огромному зданию никому еще не повредили, не так ли? Июль, не отпуская чужой руки, тут же помчалась прямо по длинному скругленному коридору, вынуждая юного интерна подстраиваться под свой темп. Камилле только и оставалось, что пытаться не отставать и разглядывать все, что видит на своём пути. Огромные окна, множество дверей с различными обозначениями. По мере перемещения, Камилла насчитала, как минимум, шесть лабораторий и несчитанное множество жилых комнат. – Неужели все врачи живут на первом этаже? Я думала, они распределены между этажами... – спросила Камилла, когда Июль, наконец, остановилась перед огромной дверью на весь коридор. – Нет, врачи на первом, пациенты на втором. Первый этаж выделен в большинстве своём для общежития. Мы, кстати, дошли до столовой. – Замечательно, я умираю с голоду. Июль покопалась в кармане своей толстовки и достала ключ-карту, проведя ей по терминалу на стене. Заслон медленно поднялся, открывая девушкам вид на огромную столовую. Множество столов и скамеек располагались в центре обширного зала. Сбоку находился буфет, состоящий из набора подносов и закрытых контейнеров с различной едой. У стен стояли автоматы со всяческими снеками и напитками. Однако, не это привлекло внимание Камиллы, а люди сидящие здесь. Кто-то ел совсем один, кто-то же – в большой компании. И все эти люди были докторами. Хирурги, фармацевты, патологоанатомы... Камилла принялась разглядывать каждого, чувствуя, как восхищение медленно поглощает ее. Июль же бодро подскочила к огромному аппарату, все еще держа Камиллу за руку. Казалось, других посетителей столовой она вовсе и не замечала. – Выбирай, что хочешь, но лично я рекомендую взять вон ту шоколадку в левом ряду. Она с орешками. – Я вижу, – сухо пробормотала Камилла, вырывая руку из чужой хватки. Голод все же сыграл свое, и девушка вяло набрала номер упомянутой шоколадки. Для оплаты Камилла достала свою карту и приложила к терминалу автомата, однако тот издал противный звук и оплату не считал. – Что? Что не так? – девушка не выдержала и пнула металлическую машину. Автомат издал жуткий грохот, однако принять карту Камтллы так и не соизволил. И без того раздраженный интерн чуть было не замахнулась, чтобы ударить снова, но уже другой частью тела, но была вовремя остановлена Июль. – Камилла, стой! Автомат не принимает карты из внешнего мира, только карты сотрудников и пациентов... Позволь мне. Июль вновь достала карту, которой прежде открыла проход в столовую, проведя ей по терминалу. Аппарат издал звучную мелодию, и шоколадка упала на дно. Июль тут же нагнулась, чтобы достать лакомство. Камилла почувствовала себя глупо. Первый день, а уже столько вещей вывело её из себя. Сперва долгая поездка, потом эта девушка, а теперь и вовсе глупая куча металла и болтов. Если все так продолжится, то девушку, того гляди, выкинут за лишние эмоции. Июль поднялась, протягивая Камилле шоколадку. – Ваш десерт, мадам, – произнесла она с широкой улыбкой на лице и лёгким поклоном. – Скорее, мой обед, – проворчала Камилла, забрав лакомство. На вкус шоколадка и правда оказалась хороша. Орешки так и хрустели на зубах. Камилла почувствовала, как ее голод медленно сходит на нет из-за этой попытки самообмана. Говорить с Июль ей совсем не хотелось, особенно с полным ртом, а потом между девушками повисла неловкая тишина. Собеседница спрятала руки за спину, неуверенно улыбаясь. На глаза Камиллы попали два молодых человека. Один из них смутно напоминал ей кого-то. Девушка задумчиво уставилась на него, пытаясь сообразить, прежде чем воскликнуть: – О мой Бог... Серафим, Серафим! Парень обернулся на крик и поймал взглядом источник звука. Сменив свой маршрут, он подлетел к Камилле и тут же крепко обнял ее. – Вайлдфлауэр, да неужели! Тебя не отчислили! – А тебя не уволили! Вот сюрприз! – девушка тут же крепко обняла парня в ответ, наконец ощутив себя в своей тарелке. – Я не видела тебя с тех пор, как ты выпустился. Ну, рассказывай, как твои дела? – Замечательно! Погоди, а что сказала твоя семья, раз ты тут? Дорога наверняка была утомительной... А отец твой как? Камилла замялась, не зная, что и отвечать. Она быстро натянула подобие улыбки, прощебетав: – Да, дорога была тяжёлой. Как там твоя семья? – Корабль у нас что надо, надеюсь ты плыла на синем, он самый быстрый, – ответил Серафим, так же, как и она, избегая вопроса о семье. Это была одна из тех черт, что их объединяли. Никогда не говорить о своих отцах. Никогда не вспоминать об этом. Она аккуратно отпустила Серафима, нежно ему улыбаясь. Он не переставал рассматривать ее, словно они не виделись тысячелетие. Последний раз, когда друзья разговаривали друг с другом, был два года назад, еще в «Астре». Они и подумать не могли, что встретятся вновь. Ко всей компании подошёл еще один молодой человек, возвышающийся над всеми тремя. Он несколько замялся, после чего произнес всего одно слово, и то с ужаснейшим акцентом. – Привет.. – О, позволь представить тебе моего друга, это Арчи, – Серафим указал на парня рядом с собой. – Он немного скромный, а потому не очень разговорчивый. – Он случайно не американец? – Камилла внимательно осмотрела Арчи. Это был довольно высокий и тощий молодой человек. Лицо у него было такое грустное, что напоминало бассет-хаунда. Короткие каштановые волосы едва доходили до ушей и выглядели так, словно стригся Арчи самостоятельно, а потому и криво. Одет он был просто: серые спортивные штаны да красная футболка, гармонирующая со смуглой кожей. Камилла бы его и вовсе не заметила, не укажи на него Серафим. Тот, в свою очередь, был полной противоположностью своего друга. Ростом Серафим был немного выше Камиллы. Он был похож на типичного принца из сказки: блондин с серыми глазами. Одет он был в белую блузку и шорты, из-за чего чуть сливался с фоном. – Американец, – кивнул, наконец, Арчи, съежившись под чужим взглядом. – Он из эвакуированных, – пояснил Серафим. – Но вернёмся к важному. Что ты тут делаешь? Тебя официально приняли? – О, да, теперь я интерн здесь. Июль показывала мне округу, но я уже планировала возвращаться, все же мне обещали отдать документы и познакомить с руководителем. – Ты уже знаешь, кто будет тебя учить? Везёт, меня с моей познакомили только в конце дня, – удивился Серафим. – Это потому что когда ты приехал, стал бегать по острову, а не сразу пошёл в администрацию, – Июль усмехнулась и закатила глаза. – Я имею право на осмотр территории. Камилла ухмыльнулась, взяв Серафима под руку. Ей в голову вдруг пришёл план, как быстро избавиться от Июль в этой компании. – Ну, раз уж мы встретились, покажешь мне оставшуюся часть «Алькора»? Я уже видела множество лабораторий и общежитие, да и все в общем-то. Есть что-то еще? – Осталась только лаборатория ядер и крыло пациентов... – тихо заметил Арчи, после чего робко замолчал. – В крыло пациентов вас не пустят без особого пропуска, – вновь влезла в разговор Июль, достав из кармана свою ключ-карту и слегка помахала ей перед глазами Камиллы. – Но раз уж я пациент, я могу провести! Камилла на секунду задумалась, после чего ее поразил ужас. Она отпустила Серафима и отступила на пару шагов назад. – Ты... пациент? Всмысле, больной, так? Мортиферум – твой диагноз?! Эмоции в Камилле резко забурлили. Она с паникой посмотрела на свои руки, пытаясь выцепить первые признаки болезни. Никаких новых родинок или чёрных пятен. Ощущения тоже были нормальные. Не было удушающего чувства, а лёгкие не горели от боли. – Как ты можешь бродить тут и распространять болезнь, ты, эгоистка! Резкий удар по щеке быстро стер улыбку с лица Июль. Ключ-карта выпала из тонких рук, упав на пол. Девушка посмотрела на Камиллу с пустым выражением лица, которое ей будто совсем и не шло. Однако, эта эмоция быстро сменилась на что-то более неловкое, словно никогда и не было этой пустоты на ее маленьком лице. Арчи и Серафим молча стояли в стороне, не решаясь вмешаться. Камилла почувствовала, как края глаз защипало. Болезнь уже могла распространиться на все ее тело и засесть в нижних областях лёгких. Июль продолжала молчать, после чего положила ладонь на покрасневшую область щеки. Ее лицо дрогнуло, и она слегка улыбнулась. – Извини... Надо было догадаться, что стоит тебя предупредить. Казалось, девушке совсем не было дела до того, что ее только что ударили. Словно такое происходило либо часто, либо ожидаемо. – Что за черт здесь происходит? – прогромыхал голос позади Камиллы. Девушка резко обернулась и тут же попятилась назад. Перед ней стоял кумир всей ее жизни – Перл Кенинг. Великая и ужасная, женщина, чьи успехи в области медицины были обоснованы ее известной родословной. Она была невероятно высока. Казалось, ее рост был столь велик, что превышал дверные проёмы в «Алькоре». А потому ей всегда приходилось нагибаться перед выходом из помещения. Помимо высокого роста, Перл Кенинг была чертовски бледной. Не спасали положение и белые волосы, которые Камилла поначалу перепутала с седыми. Эта женщина выглядела столь странно и неестественно, что, пожалуй, могла напугать любого. Худая, долговязая, белая, словно труп, с острыми чертами лица и длинным носом, будто хищная птица, она смотрела на людей перед собой. Перламутр была настолько бледна сама и своим гардеробом, что заметить ее на фоне белой больничной стены было почти невозможно, а потому ее появление было весьма внезапным. Уставшие фиолетовые глаза быстро перебегали от одного человека к другому. Женщина поджала тонкие губы, после чего вновь спросила. – Что здесь, черт возьми, происходит? Вы загородили выход. И что это за скандалы? Камилла посмотрела на нее со смесью ужаса и уважения. Ей и в голову не приходило, что она встретит своего кумира именно так. – Мне кто нибудь ответит? – мрачно произнесла Кенинг, прежде чем сделать пару шагов вперёд. – Перл! – вдруг воскликнула Июль, встав перед Камиллой. – Извини, я показывала новенькой здание. Проводила экскурсию. Перламутр сложила руки, сконцентрировав свое внимание на Июль. На секунду ее глаз дернулся, что не на шутку напугало Камиилу. – Значит я весь день ношусь по корпусу в поисках своего интерна, а ты, вместо того, чтобы привести ее ко мне и отправится на сдачу анализов, бездельничаешь в столовой? – Извини... – Июль опустила взгляд в пол и убрала руки за спину. Кенинг еще пару минут сверлила девушку взглядом, прежде чем махнуть на нее рукой. Ее взгляд устремился на Камиллу, после чего зрачки женщины несколько расширились. Ее рот приоткрылся в удивлении, словно она увидела что-то необычное. – Ты... – произнесла она, после чего быстро пришла в себя, и на лице ее отразилось равнодушие. – Камилла, значит... Пойдём со мной. Июль, ты – в процедурный кабинет номер три. Камилла осмотрелась, надеясь хотя бы взглядом поймать Серафима и Арчи, но тех и след простыл. Видимо, они сбежали, едва услышав приближение Перлматр. Камилла почувствовала, как стыд медленно накрывает ее с головой. Она опять не сдержала эмоции и показала себя не с лучшей стороны перед своим учителем. Не просто учителем - кумиром. Строгий голос вывел ее из размышлений. – Долго еще стоять будешь? – Иду, мэм! – тут же встрепенулась Камилла, направившись за Перламутр. Женщина уверенно двигалась вперёд, даже не смотря, пошла ли за ней ученица. То ли ей не было дела, то ли она была твёрдо уверена, что ее не посмеют ослушаться. Камилла плелась сзади, не решаясь идти рядом с Перламутр. Наконец, женщина подала голос. – Так... Почему ты пришла именно в «Алькор», Камилла?... Перламутр резко остановилась перед дверьми лифта и развернулась. Ее взгляд внимательно следил за ученицей, прожигая насквозь. - Потому что это самое престижное место, и здесь работают квалифицированные специалисты, и это главный центр нашей страны, и... - Нет, стоп, - наставница прервала девушку, потирая переносицу. - Оставь этот заученный текст кому-то другому, а лучше вообще забудь. Я хочу услышать реальную причину. Никто не хочет в «Алькор» только потому, что это престижно. Всех останавливает факт строгой конфиденциальности и невозможности покинуть остров в течение нескольких месяцев. Так скажи мне... Почему ты здесь? Деньги? - Конечно нет! Но... как одна из причин?... - Камилла нервно поправила синие кудри, не смотря в сторону Перл. - Ну и помогать людям, конечно... - Так и думала, - женщина кивнула в сторону лифта, над которым возвышалось светящееся табло, гласившее «Карантинная зона». - Если твой ум соответствует написанному в твоём резюме, здесь у нас живут Гнойники. - Гнойники?... Как-то грубо их так называть... - Никого это не заботит. Мы врачи, а не психологическая помощь. Наша задача – лечить гниение. - Вы довольно грубая для доктора... - Да. И? – Ничего! – Камилла тут же замахала руками, надеясь, что никоим образом не оскорбила руководительницу. – Ты должна понять, Камилла, что пациенты – это не только жертвы обстоятельств. Это такие же люди, со своими достоинствами и недостатками. Среди них есть как жертвы обстоятельств, так и конченные психи, что стремятся не спастись самим, так потопить других. – Как Июль? – произнесла Камилла, не успев остановить себя. – Июль? Нет. Она не заразна, если ты об этом. Она исключение из правил, нежели закономерность. Но я привела тебя сюда не для того, чтобы обсуждать это. Я хочу, чтобы ты усвоила кое-что раз и навсегда. Может в твоей ключ-карте и есть доступ на этаж пациентов, но без моего присмотра тебе категорически запрещено его посещать. Ты не готова к этому ни морально, не физически. Это ясно? Камилла сжалась под ее строгим взглядом и слабо кивнула: – Ясно... – Отлично, – уголки губ женщины едва заметно приполнялись. – Вот твоя ключ-карта. Перламутр достала из кармана белую карточку, на обратной стороне которой были записаны данные. Камилла взяла ключ в руки, крутя его перед собой и рассматривая каждую мелочь. Свою фотографию, имя, фамилию, номер комнаты и странное обозначение "К–273". – Что это? – спросила она, показывая Перл строчку с цифрами. – Твой ID в системе «Ангел». Расскажу позже. А сейчас отправляйся в свою комнату общежития. Мне еще нужно работать, а тебе – осваиваться. С этими словами женщина развернулась и направилась вглубь по коридору. Камилла вздохнула, едва ее шаги затихли, и вяло поплелась искать свою комнату. Долго бродить не пришлось. Подойдя к двери с цифрой «47», Камилла усмехнулась. – Иронично. Открыв дверь с помощью карты, она зашла в пустую комнату. Свет автоматически включился, позволяя разглядеть все, что в ней было. Простая белая кровать, стоящая параллельно закрытому шторами окну, рабочий стол с маленькой лампой на нем и приставленным рядом стулом, шкаф в потолок и две тумбочки по обе стороны кровати. Вся комната была настолько белой, что Камилле резало глаза. Подойдя к окну, она раскрыла шторы, впуская в помещение солнечный свет. Ее взгляд зацепило выглядывающее через листву закатное солнце. Камилла слабо улыбнулась и упала спиной на кровать. Так начиналась ее новая жизнь, то, о чем она так мечтала и к чему так стремилась. И ничто не могло испортить этот момент. – Черт, чемодан!