Зарисовка

Се Шао вдруг схватил Линь Яна за руку и тот остановился, но не взглянул на юношу, его грудь тяжело подымалась и опускалась, он старался успокоиться, чтобы вдруг не напасть на этого идиота. Тяжёлую и гнетущую тишину прервал едва слышный голос Се Шао, тот сжал его запястье сильнее и немного потянул на себя. — Останься... — Ч-что? Ты действительно хочешь, чтобы я остался? После...всего...что я сказал? Голос его дрожал, взгляд наполнился непониманием, бог Литературы повернулся к юноше, а тот в свою очередь опустил голову, его лисьи ушки прижались к его голове и сжав свободную руку в кулак, крикнул. — Заткнись! На пол упала одинокая слёза, а губы поджались. Тишина вокруг них оглушала, комнату освещали лунные лучи, что падали только на Се Шао. Линь Ян стоящий в тени оторопел, увидев мокрое, маленькое пятно на полу, выдернув руку из его руки, он быстро сделал шаг вперёд и прижал того к себе. — Смотри на меня. Он взял грубой хваткой его за подбородок и поднял голову, чтобы тот смотрел на него. — Я не уйду, я останусь. И тут Се Шао накрыло. Слёзы потекли сами собой, тело охватила мелкая дрожь, он прижался как можно ближе к Линь Яну. — Я люблю тебя, придурок! Я ненавижу тебя, так же как и люблю! Я так устал! Устал от всего блядь! Меня и так ненавидят боги и мой собственный отец, но знать, что ты ненавидишь меня, намного больнее! Мне безумно обидно, когда ты мне говоришь, что ненавидишь, что я слишком проблемный, что я раздражающий и бесячий! Ты тот кому я поклонялся, когда все остальные тебя бояться! Ты тот кому я безгранично доверяю или по крайней мере хочу доверять! Я был твоим последователем с того дня как узнал о тебе! Иногда мне просто кажется, что моя любовь слишком больна! Руки Линь Яна, дрогнули, будто тот ожидал всего, но не этого, он совершенно без понятия, что делать. Прошло несколько секунд, как он схватил грубо Се Шао за плечи. — Заткнись! Замолчи! Я...я... Его голос срывается, он резко обхватил юношу руками и как можно сильнее обнял. Этот лис казался ему таким хрупким в данный момент, он видит его таким впервые, дерзкий, хитрый лис, оказывается такой... хрупкий? — Ты идиот. Ты большой идиот. Линь Ян положил свою голову на плечо юноше и спустя время, плечо намокло, он плакал. Они оба устали от всего, оба были слишком долго сильными. Этот миг был такой хрупкий, подобно твердому фарфору. — А сам то! Сквозь рыдание произнёс Се Шао, крепко обнимая Линь Яна. Тот схватил его и отпрянул назад, смотря своими глазами полными слёз, в его глаза полными слёз. Хриплый и грубоватый голос произнёс. — Боже. Пожалуйста. Закуси язык. — Сам закуси! Се Шао схватил его за скулы и встав на цыпочки, притянул его лицо у себе и поцеловал в губы. Линь Ян охнул, а его глаза расширились в шоке, но ему потребовалось, лишь несколько мгновений, чтобы подхватить того на руки и прижимая к себе отобрать контроль над поцелуем, будто старается забрать у Се Шао весь воздух, слёзы смешивались с поцелуем, не прекращая течь. Они оба резко вдохнули и отстранили свои лица друг от друга стараясь отдышаться. Подтянув юношу чуть выше, его руки переместились ему на бедра, взгляд был затуманенный, а дыхание глубокое. — Ты идиот, Се Шао. Пытаясь всё ещё отдышаться, Се Шао стукнул его по груди. — Придурок! Ты придурок! Слёзы всё ещё не переставали течь у обоих. Юноша полностью сидел в сильных руках бога Литературы. — Ты тоже! Голос Линь Яна дрожал от злости и чего то ещё. Он прижался лбом к плечу Се Шао. — Я не могу с тобой справиться! Ты сводишь меня с ума! — Ненавижу! Ненавижу тебя, так же как люблю! Его руки сжались сильнее, а голос стал резким. — Ненавидишь? Прекрасно! Ты сводишь меня с ума! Ты...ты всё делаешь не так! — Так может покажешь как нужно, раз такой умный?! Прижав Се Шао ближе, он целует его грубо в губы, а затем кусает нижнюю губу юноши до крови — Вот как! Доволен?! — Значит так?! Отстраняется от него, Се Шао кусает своими клыками Линь Яна за плечо, тот вскрикнул и сжал руки на бедрах юноши сильнее, его глаза загорелись опасным огоньком. — Я тебя убью! — Посмотрим! Линь Ян делает один шаг и садится на кровать, усаживая Се Шао себе на колени. Его руки слишком грубо сжимались на бедрах Се Шао, не давая возможности встать. Грудь Линь Яна тяжело подымается и отпускается, их лица находятся в нескольких сантиметрах друг от друга, они могу почувствовать дыхание друг друга на собственных лицах. — Дерзкий идиот! — Глупый придурок! — Сейчас я покажу тебе, о каком глупом придурке ты говоришь. Сквозь зубы проговорил он, начиная приближаться к губам Се Шао, но тот опередил его схватив за ворот и поцеловав, кусая его нижнюю губу до крови. Линь Ян простонал от укуса прямо в поцелуй и углубил его, их кровь смешалась со слезами боли и одиночества в поцелуе. Их волосы покачивались из за небольшого ветерка из окна, они сидели как можно сильнее прижимаясь к друг другу. Спустя минуту они отстраняются друг от друга. Грудь Се Шао подымается и опускается в рваном ритме, губы немного припухли, глаза мертво-серого цвета наполнились некой надеждой, как в тот самый день пять лет назад. Он почувствовал как руки Линь Яна стали нежнее сжимать его, он смотрел ему в глаза, в глаза цвета ясности и спокойствия, его руки дрогнули и робко почти не весомо накрыли скулы Линь Яна вытирая слёзы, пока его собственные продолжали течь без остановки. Линь Ян вздрогнул от нежных и робких прикосновений тонких пальцев Се Шао, он прикрыл глаза, наслаждаясь этим, эти прикосновения такие...хрупкие? По сравнению с его собственными грубыми и резкими прикосновениями. Тело невольно задрожало, боже почему он такой с ним? Ему в моменте так стало жалко Се Шао, он столько наговорил ему, он так грубо вёл себя с ним, с этим маленьким лисёнком. Посмотрев на него, глазами полными вины и сожаления, он положил ладонь ему на скулу. — Прекрати плакать. — Не могу... Линь Ян схватил его лицо второй ладонью и начал нежно целовать его лицо, вытирая слёзы. — Я рядом, слышишь? Я не позволю тебе страдать одному. Его губы не останавливались, и продолжая целовать его лицо где только можно, он был таким нежным сейчас, впервые...за всё время. Се Шао смотрел на него, так заворожённо, он даже немного покраснел от смущения, ему вся эта нежность казалась, такой интимной...будто сон. — Теперь будем всё решать вместе, я больше никогда не уйду. Движения стали робкими, мягкими и нежными, будто он держит куклу, что может сломаться от любого прикосновения, он начал бояться сделать вновь ему больно. Се Шао смотрел на него с детской надеждой...но в одно мгновение всё вокруг начало плыть. Теперь он сидел один в полностью размытой комнате, лишь с одним лунным лучом, что освещал его, ещё секунда и...он проснулся в кровати, совершенно один, в холодном поту. Всё. Это. Было. Сном.