Upside down, kiss kiss

Сверху раздался оглушительный треск, а после что-то явно очень тяжелое упало прямо туда, где находится дверь из подвала. Майк честно надеялся, что все будет хорошо и им повезет и в этот раз, однако все ожидания были полностью разрушены, когда он попытался открыть дверь, а она не поддалась. И вдвоем им с Уиллом тоже. А силу Байерсу необходимо держать до последнего, чтобы Векна не ожидал этого, так что они действительно застряли здесь. В чертовом подвале Уиллеров в Изнанке. Вот надо было Нэнси оставить тут жизненно необходимое ружьё! Хотя хороший момент в этом тоже был. Они остались тут вдвоём, а значит наконец-то смогут поговорить. И Майку точно есть, что сказать. Они так и не поговорили с Уиллом после того, как его силы открылись. И Байерс до сих пор не знает, что Майк окончательно расстался с Одиннадцать (вообще-то это произошло почти неделю назад, так что как Уилл сам еще не заметил, Майк не знал). Уиллер был невероятно рад, что они остались друзьями и Оди всё поняла. Ему даже не пришлось ничего объяснять. Ну, не считая того, что это нормально если парню нравится другой парень. Итак, что они имеют. Закрытый единственный выход, который неизвестно когда откроется. Пару упаковок снеков и подвал в полностью их распоряжении. Майк честно не виноват, что в его голове появились определённые мысли, которые даже близко не были связаны с тем же DnD. — Что нам теперь делать? Может я все-таки использую силу? Майк посмотрел на Уилла, который все никак не успокаивался, наворачивая круги по всему подвалу — это, если честно, немного нервировало. Сам Уиллер устроился на диване, находящемуся ровно по центру. — Я не знаю, Уилл, но я уверен, что силу тебе не стоит использовать. Если Векна узнает об этом — наш козырь будет потерян и, боюсь, мы проиграем. Ты действительно наша надежда. — Наша надежда Оди, я лишь запасной вариант. — Оди не справится сама. Все это понимают и знают, даже сама Одиннадцать. Мы разговаривали с ней. Уилл наконец-то решил остановиться. Майку было искренне интересно — специально ли он встал ровно напротив Майка или так получилось. Он очень надеялся, что специально. После обнаружения у Уилла суперсил, тот стал гораздо увереннее в себе. Хотя сам Байерс сказал, что силы у него активировались именно из-за того, что он наконец-то поверил в себя. Майк решил, что во всяком случае он верит Уиллу, да и не так уж это и важно. Суть в том, что после того дня, Байерс стал гораздо увереннее в себе и Майку это до жути нравилось. Ну, не считая всего остального. К тому же, Уиллер не слепой. Он прекрасно видит (ну, после короткого и очень понятного разговора с Робин), что нравится Уиллу. И, во время того же разговора с Рокин-Робин, Майк осознал не самую приятную для его родителей новость. Ему действительно нравился Уилл. И началось это не просто с ничего. Ладно, он наврал, разговор с Робин не был коротким и очень понятным, он был сложным и наполненныи отрицанием. Дело в том, что в тот же день, когда у них была операция по спасению детей, перед началом всего этого, Робин поймала Майка и устроила ему очень трудный разговор. Они долго спорили о том, кто же все-таки нравится Майку — Бакли упорно доказывала, что будь он влюблен в Одиннадцать, он бы сейчас переживал о ней, а не «зависал взглядом на Уилле». После этого было просвещение в различные виды ориентаций, которое было таким же неловким, как разговор с родителями о том, что надо предохраняться. Закончилось это тем, что Майк признал в себе бисексуальность и осознал, что ему действительно нравится Уилл. И нравится давно, иначе бы он так упорно этого не отрицал. Если так задуматься, всё началось ещё в средней школе — в год, когда пропал Уилл. Они всегда были вместе, буквально всегда и везде! Именно поэтому, периодически, те задиры обзывали их сладкой парочкой и голубками, попутно бросаясь камнями. Майк знал, что Уиллу нравятся парни, но не считал, что ему тоже (и все еще не считает — ему нравится только Уилл). Однако в тот момент, когда он поверил, что Байерс действительно мёртв... Его мир рухнул. Он действительно не знал как и зачем ему жить дальше. Наверное, поэтому он и зациклился на Одиннадцать. Она появилась именно в тот момент, когда он нуждался в ком-то из-за потери Уилла. — Когда вы успели поговорить уже? Да и к тому же, она не одна — у неё есть ты, мы все и Кали. Они справятся и без меня. Поток мыслей Майка был прерван Уиллом, которому явно наскучило сидеть молча. С сожалением Уиллер осознал, что уверенность свою Байерс тоже куда-то растерял. А жаль, сегодня, сейчас, она явно была бы не лишней. Ну, во всяком случае, у Майка ее будет на двоих (пока он не осознает, что он собирается делать, его уверенности хоть отбавляй). — Когда подготавливали рюкзаки с едой. К слову, я не успел рассказать тебе кое-что — мы расстались, окончательно и навсегда. Уилл удивленно на него посмотрел, явно пытаясь понять, не связан ли их разговор о том, что Оди не справится с расставанием. К слову, не связан. — Когда это произошло?! И почему? Я думал у вас все хорошо, вы же вроде строили планы на будущее! — Примерно неделю назад. Мы поняли, что просто топчемся на месте и никуда эти отношения не идут. Нам обоим надо двигаться дальше, да и все эти чувства переросли уже в братско-сестринские, а встречаться с сестрой я точно не собираюсь. И вообще-то, планы мы строили отдельные, ну, у нее отдельные, а мои кое с кем связаны. Майк прекрасно видел, как Уилл на мгновение нахмурился и выглядел невероятно разбитым (явно подумал, что Майк нашел себе кого-то за эту неделю). И ему было ужасно жаль, что он заставил друга так себя чувствовать, но он просто не знал, как иначе намекнуть Уиллу. А разобраться с этим он хотел сегодня — сейчас, пока у них есть это время вместе. — Когда ты уже успел кого-то себе найти? Серьезно, Майк, спустя пару дней после расставания? Не думаешь, что это неправильно? — Но я никого не находил. Вернее, этот человек уже был и достаточно давно. Ой, кажется Майк не специально вызвал у Уилла небольшой приступ ревности. Он правда не специально! Если кто-то решил, что давать Уиллеру возможность самому строить предложения об объекте его любви при самом объекте это хорошая идея, то это явно не проблема Майка. — То есть, ты встречался с Одиннадцать, при этом любя другого человека? Я очень надеюсь, что это какая-то тупая шутка, потому что Оди мне стала как сестра и я не хочу ссориться с тобой, но это произойдет, если ты ничего нормально не объяснишь! — Уилл, стой, притормози. Дай мне всё объяснить! Эти чувства к человеку... Я долго их отрицал, действительно долго. Я думал, что влюблен в Оди и какое-то время так и было, однако потом... Послушай, Одиннадцать всё знает и все хорошо, мы действительно расстались хорошими друзьями. — Отрицал чувства? Почему? Оу, кажется это и должен быть момент признания, не так ли? Но как ему решиться? Как не струсить в последний момент показаться неправильным? То есть, он никогда не считал Уилла неправильным, но ведь это Уилл — он в принципе идеальный. Однако сам Майк не такой. И всё же, сейчас или никогда. Даже Уиллер прекрасно это понимал. Это действительно был его последний шанс признаться Уиллу и, если тот простит его за все предыдущие года, их последний шанс быть вместе. Майк осторожно встал с дивана и постарался небрежно подойти к Уиллу (он очень надеялся, что у него получилось, но судя по взгляду Уилла — нет). Прислонившись к столику для DnD, который стоял за их спинами, Майк подвинулся так, чтобы их плечи соприкасались. — Уилл, я знаю, как это прозвучит, и это твое право верить мне или нет, но то, что я скажу — это чистейшая правда, — В этот момент, Уилл повернул и приподнял голову так, чтобы смотреть Майку прямо в глаза. Черт возьми, как в таком напряжении строить предложения?! — Ты очень сильно нравишься мне, Уилл. Я бы даже сказал, что влюблен в тебя. И мне так жаль, что последние три года я вел себя как мудак по отношению к тебе. Думаю, это было следствием того, что ты постоянно менялся в лучшую сторону и мне становилось всё труднее отрицать свои чувства. И я знаю, что это абсолютно не оправдание, я просто пытаюсь сказать, что мне жаль за свое поведение и я невероятно влюблен в тебя! Так что если ты сможешь меня простить, я бы хотел, чтобы мы попробовали быть вместе. Майк видел, как под конец его признания, на глаза Уилла навернулись слёзы и он просто надеялся, что это хороший знак. Он будет невообразимо счастлив, если Уилл всё же простит его за все эти года и согласится попробовать отношения. — Майк. — Да? — Поцелуй меня уже, черт возьми!